Часть 9
8 июня 2019 г., 14:44
Удивительно, насколько можно психологически зависеть от одного человека. Вот он рядом — и все хорошо, тебе радостно, мир вокруг сверкает разными цветами, хочется дружить со всеми и смеяться, пока не сорвешь голос. А если он вдруг куда-то исчезает — раз, и все — цвета жизни меркнут, душа не может найти желанный покой, словно из нее вынули очень важную часть, без которой ее существование бессмысленно.
Питер с ужасом осознавал, насколько привязался к Джеймсу за такое короткое время, и как сложно теперь будет забыть его. Хоть он и принял решение осознанно, но и предположить не мог, что уничтожит этим самого себя. Хотел, чтобы Барнсу было так же больно как ему самому, а получилось, что добил себя своим же решением. Но отступиться от своих слов Паркер не мог — не позволяла гордость. Ведь он мог простить все, кроме измены. По его мнению, это была именно измена: подлая, низкая, позорная, которую нужно как можно скорее вычеркнуть из своей памяти. Парень с головой погрузился в учебу, подготовку к экзаменам, допоздна засиживался в школьной библиотеке, брал дополнительные задания. В общем, делал все, чтобы отвлечься от назойливых воспоминаний, которые настойчиво лезли в голову, как только там появлялся хоть чуток свободного места.
А порой, поздно ночью, Пит, бывало, лежал на своей кровати, буравя взглядом потолок, и давал волю размышлениям. С изощренным удовольствием он вспоминал все проведенные с Джеймсом минуты, смаковал их, словно изысканное вино. Парень безостановочно повторял сам себе, что все кончено, все в прошлом, нельзя возвращаться. Но упрямое глупое сердце упорно рвалось из груди, пытаясь быть как можно ближе к тому, кто заставлял его то замирать на несколько мгновений, то заходиться в бешеном ритме. Изредка по его щекам скатывались соленые капельки, но быстрым движением руки Пит стирал с лица влажные дорожки, как нечто запретное, что никому нельзя было видеть. Ведь он сильный, он справится. Ведь так?.. Питер уже ни в чем не был уверен.
Это был такой же понедельник, как сотни других до него, с одним лишь отличием: начиналась последняя неделя Питера Паркера в 12 классе. Со следующей недели начнутся экзамены, и, как говорится, прощай спокойная жизнь. Но была одна вещь, которая волновала Пита даже больше, чем сложные тесты и толстые тетрадки с пособиями — переезд к мстителям. Там ведь Джеймс… С памятного дня сорванной вечеринки прошла неделя. За это время ни с кем из команды паучок не пересекался, по причине катастрофической нехватки времени. А обсудить определенно было что.
Тетя Мэй настоятельно советовала поступать в престижное высшее учебное заведение, но парень не особо прислушивался к ее словам. Все его внимание в данный период жизни было сосредоточено на физических формулах и алгоритмах написания программ в Паскале.
Отвлечься от учебы помогали лишь вечерне-ночные патрули по светящимся всеми цветами радуги улицам Нью-Йорка. Спасение граждан заставляло чувствовать свою значимость и незаменимость для города, прогоняло грустные мысли.
Лавируя между домами, выискивая глазами хоть сколько-нибудь подозрительные лица, Паркер на время забывал обо всем. Ветер свистел в ушах, последние лучи солнца игриво слепили. Как вдруг парень заметил в многочисленной толпе знакомую макушку. Эти каштановые патлы он ни за что не спутал бы ни с чем. Рядом с Баки неспешно шагал капитан Роджерс, с серьезным выражением лица доказывая что-то своему спутнику.
Зависнув где-то в районе 5 этажа одного из зданий, Питер вглядывался в знакомое лицо, а сердце его готово было выпрыгнуть из груди и мчаться навстречу к Джеймсу.
— Мистер Паркер, с вами все в порядке? Сердцебиение учащенное, может… — от неожиданности Пит соскользнул со стены и самым позорным образом шмякнулся бы на тротуар под ноги прохожим, если бы не хваленая паучья реакция.
— Нет, Карен, все хорошо. — Когда парень снова поднял взгляд на толпу, высматривая знакомые лица, то неожиданно заметил, что Баки смотрит прямо на него. В этот момент он мысленно поблагодарил всех богов за то, что за маской его лица не видно.
Питеру казалось, что прошла целая вечность, прежде чем он смог взять себя в руки, оторвать взгляд от совсем недавно бывших самыми родными во всем мире глаз, развернуться и убраться с места происшествия, едва сдерживая рвущиеся наружу слезы.
Он-то думал, что сильный, выдержит, не впервой ведь. Но как бы Паркер не убеждал сам себя в обратном, все же он скучал. Сильно скучал. И лишь мимолетный немой разговор взглядов вновь всколыхнул в нем чувства, которые он так упорно пытался если не выжечь изнутри, то хотя бы спрятать в самые темные закоулки измученной души. В голову парня закралась шальная мысль, что, может, стоит дать Джеймсу третий шанс. Ведь иначе сам Питер мог просто не выдержать и загреметь в психбольницу с нервным срывом на почве чувственных переживаний из-за невозможности быть рядом с любимым человеком, который, Пит в этом не сомневался, любит его так же сильно.
Погруженный в не самые веселые мысли, все же пропитанные некоторой долей надежды на лучшее, Паркер не заметил, как добрался до дома. Быстро переодевшись, он вышел на кухню, рассудив, что организму все-таки необходима какая-никакая пища, дабы нормально функционировать. Заметив мирно пьющую кофе Мэй, Пит не придал большого значения ее взволнованному взгляду, мельком брошенному на него.
— Питер, как дела в школе? — Осторожно начала она издалека. — Как идет подготовка к экзаменам?
— Все хорошо, — устало произнес парень, доставая из шкафчика любимую кружку и насыпая в нее дешевый кофе из пакетиков, предстояла тяжелая бессонная ночь, — даже отлично. — Он точно не знал, убеждает он тетушку или самого себя, но вовсе не хотел, чтобы она начала что-либо подозревать относительно его сердечных дел.
— Ты выглядишь очень уставшим, — с грустью сказала Мэй, — может тебе стоит немного снизить нагрузку? — Предложила она, с надеждой заглядывая племяннику в лицо, силясь найти хоть какой-то отклик.
— Осталась всего неделя до начала экзаменов, — тот усмехнулся и присел со свежезаваренным кофе в руках за стол. — Нужно хорошо подготовиться, чтобы их не завалить.
— Питер, ты у меня умница, — в знак поддержки женщина протянула ладони через столик и накрыла ими руку Паркера.
От этого столь простого жеста заботы у Пита на глаза навернулись слезы. Это было так просто, уютно и по-домашнему. Он решил для себя, что ни за что на свете не обманет доверия тети и любой ценой сдаст экзамены на высокий балл. И никакие чувства ему не смогут в этом помешать.
***
Похоже, что выйти прогуляться со Стивом было не такой уж и плохой идеей. Это не решило всех проблем, но помогло отвлечься от самобичевания. За все прошедшее со дня вечеринки время Баки ни разу не увиделся с Питером и очень переживал по этому поводу. Нужно было каким-либо образом встретиться, поговорить, извиниться. Он ни в коем случае не отказывался от своей доли ответственности за прошедшее, но ему было несколько обидно за то, что натворил Стив. Барнс знал, что такое, когда разбивают сердце, становится трудно дышать и на глазах слезы. Сам все это пережил в свое время. Но сейчас он поставил перед собой задачу: вернуть Питера и не собирался позволять чему-либо помешать исполнению задуманного. Но пока что все шло не слишком гладко. Баки обманным путем выяснил у Тони название школы, в которой учится парень, и теперь караулил его неподалеку чуть ли не каждый день. Но у него так и не получилось встретиться с Паркером. Он как раз обдумывал очередной поход к учебному заведению, в пол-уха слушая Стива, который вроде как рассказывал ему о грандиозной миссии, планирующейся на ближайшее время. Как вдруг его внимание привлекло красно-синее пятно на ближайшем здании. Да неужто? Не могло быть такого невероятного совпадения... — Баки, ты меня слушаешь вообще?! — Возмущенный голос друга донесся до мужчины словно сквозь пелену. — Я… да, — для пущей уверенности он кивнул. Стив проследил за взглядом своего спутника, но успел увидеть лишь стремительно удаляющееся красно-синее пятно.***
Баки метался по комнате, словно загнанный в угол зверь. Просто не мог заставить себя остановиться и присесть хоть на мгновение. Мысли разносили черепную коробку в пух и прах, перебивая друг друга. Он закончил прогулку так резко и непредвиденно, что чувствовал перед Стивом неловкость за этот поступок. Но он предпочел объяснениям простой побег. Роджерс лишь понимающе кивнул на просьбу друга оставить его в одиночестве. «Что же делать?» — вопрос, предупреждающим красным сигналом покрывающий все остальные рассуждения и предположения. Старк сказал ему держаться подальше от Питера, вполне недвусмысленно пригрозив ссылкой куда-нибудь в Европу. Но Барнс просто не мог без борьбы отказаться от своего счастья, даже не попытавшись его добиться. Тоска сжимала легкие, мешая дышать свободно, отчаяние отдавалось в груди нестерпимой болью, желание быть ближе к любимому сжигало изнутри. В конце концов, окончательно истощив свой организм нервными переживаниями, Джеймс бессильно упал на кровать и закрыл руками лицо. Скоро Пит должен был переехать в башню, и это давало мужчине прозрачную надежду, что удастся с ним поговорить и прояснить ситуацию.
