Ну что, поиграем? Remake

Ты пожелала положить конец всей боли и сделать всех счастливыми? Как безрассудно. Пока существует человеческое эго, люди всегда будут причинять боль друг другу © Шарлотта Уилтшир

***

двадцать четвёртое октября…

***

      Спустя несколько дней офицер Когтяузер и по совместительству очень хороший друг решил навестить Ника и Джуди. Ну, как сказать, «решил» — практически по своему желанию. Просто Буйволсон дал ему задание: «Если ты сейчас же не узнаешь, где носит этих чёртовых Уайлда и Хоппс, то я уволю и их, и тебя!». Ника и Джуди уже два дня как не появлялись в департаменте, оба на звонки не отвечали, почту не проверяли, да и в соцсетях онлайна не было. Заволновался весь департамент: им дело важное поручили, а они где-то пропадают. Да ещё кто-то — Джуди Хоппс, которая за весь год работы только один раз взяла отгул на денёк по срочному делу.

***

      Ключ от дома у Когтяузера был. Лис и крольчиха сами дали его, на всякий случай. Вот этот «всякий случай» и настал.       При входе в дом гепарда очень поднапряг жуткий трупный запах. Поморщившись и закрыв нос большой пятнистой лапой, Когтяузер продолжил углубляться в дом. Он услышал странный звук, напоминающий мелодию хорошо знакомой песни, исходивший из глубины дома. Вспомнить, что это за песня, он не мог, ибо запах мешал сконцетрироваться.       Первое, что бросалось в глаза при входе в кухню — большое количество крови, которая была буквально везде: на выложенных синеватой плиткой стенах, на светлом паркете, столе, шкафу, ножах и других кухонных приборах. А ещё на стуле, где в придачу валялись чьи-то остатки, отдалённо схожие ни то с кроличьими, ни то с заячьми.       Гепард вскрикнул и закрыл рот, подавляя рвотный рефлекс. С трудом отводя глаз от ужасающего зрелища, он продолжил исследовать дом. Во всех остальных комнатах было пусто, за исключением ванной, в которой также валялось мясо сомнительного происхождения.       Но вот Когтяузер нашёл источник запаха и звука — гараж. Вот тут гепарду уже пришлось поднапрячься — дверь была заперта. Хоть и весил он немало, но выбить дверь было задачкой не из лёгких. Видимо, она была ещё и чем-то подпёрта с обратной стороны.       После нескольких минут ему всё же удалось выбить дверь. Да, он был прав — кто-то подпёр дверь стулом, который на данный момент был сломан самим Когтяузером. Первым, что увидел гепард, был стол, накрытый на двух персон. На нём находились тарелка с салатом и проигрыватель для кассет. На данный момент из него играла музыка. «Try Everything…» — узнал Бенджамин, когда прислушался.       Каким же было удивление Когтяузера, когда он нашёл в подвале ещё два трупа. Первым из них была Джуди, которую можно было узнать только по её любимой сиреневой футболке. Передних лап не было, как и ушей, а от задних остались только ошмётки. Живот был выпотрошен. В нём отсутствовали желудок, правое лёгкое, тощая кишка и часть сердца. «А не они ли валяются в ванной, перемолотые в кашу?» — подумал гепард.       Глазницы были вырваны вместе с частью морды. Ещё на ней было паяльником выжжено разбитое сердце. В её рту были с мясом вырваны все зубы, а вот клыки вставили в глотку острыми концами вперёд. Ещё в глубине горла было видно кассету. Закрыв глаза, Бенджамин вытащил её из тела крольчихи. «Так я хотя бы, возможно, смогу узнать, что же здесь всё же произошло».        Пересилив себя, Когтяузер посмотрел и на второй труп. Им был Николас Уайлд, повешенный на бечёвке, которая была привязана к люстре. Он был весь заляпанный в крови: одежда, лапы, в особенности пасть…       На кассете было отчётливо слышно всё, что до этого происходило здесь. Звуки ломающихся костей и чавканья мяса, криков боли и отчаяния крольчихи и злобного смеха Ника, шума болгарки и шипения паяльника. Было записано всё: от приготовления приборов для игр и до момента повешения лиса.       Заканчивалась вся эта тирада выражением Уайлда:       «Я уверен, что они вдвоём в какой-то мере сожалеют о содеянном. Да и я тоже, зачем мне скрывать. Возможно, мой поступок был неправильным, возможно, сейчас все считают меня тем ещё уродом, возможно, мне не надо было делать самоубийство, а провести остаток жизни в тюрьме или психиатрической, как и положено психам вроде меня. Но я выбрал более лёгкий путь.       Кхэм, и да, ещё одно. Передайте капитану Буйволсону, что в этом отчасти виноват и он — не отпусти он меня раньше с работы, я бы не узнал об измене. А вы бы не узнали, на что способен хищник в ярости… »