Спутник

В ушах стоит гул. Это моя кровь приливает к мозгам, чтобы заставить их рационально мыслить. Старинные часы, явно контрастирующие с основным интерьером дома, громко бьют в такт каждую секунду и отдаются вибрациями в сознании. Женщины чуть косо посмотрели на меня, стоящую в ступоре у входа. Придя немного в себя, прохожу к креслу по другую сторону от дивана. Присаживаюсь и неосознанно стучу пальцами по оголённому колену. Я нервничаю, жутко нервничаю. — Правда здорово, дочь? — вырывает меня мама из транса. Перевожу на неё пустой взгляд и киваю, хоть понятия не имею о чём она только что говорила. — Заживём все вместе весело, — улыбается мама. — Кто с кем заживёт? — недоумевая спрашиваю я. Мама открывает рот, но влезает Игорь. — С нами, — перевожу взгляд на источник голоса. Он улыбается, как моя мама. Почему всем нравится перспектива жить вместе? Им не хватило дней поездки? — А, — только и отвечаю я, а внутри мечутся противоречивые чувства. Этот сероглазый парень нравится мне, даже больше чем нравится, но он явно дал понять, что я ему не интересна. Так почему сердце всё равно сжимается при виде его улыбки? — Мне… Мне надо выйти, — запинаюсь я и встаю, направляясь к выходу. Мне нужен глоток свежего воздуха. Мысли путаются, а ноги не хотят идти. — Дочь, может… — начинает голос матери за моей спиной, но прерывается и я слышу чьи-то шаги, идущие за мной. — Я с ней поговорю, — мужской голос проскальзывает через щелку двери прежде, чем я успеваю окончательно её закрыть. О чём со мной говорить? Зачем? Со мной всё хорошо, просто… просто немного в шоке — вот и всё. Морской вечерний ветер веет прохладой. Такой нужной в данный момент прохладой. Опираюсь на перила у лестницы и растворяюсь в пространстве. Моя жизнь изначально не такая, как у всех, кого я знаю. Я с детства была замкнутой в себе, не раскрывала душу, прячась за мною же построенной стеной и не делилась ничем, что меня беспокоит. Мне казалось, что меня никто не поймёт. Я всегда думала, что если я расскажу о себе, меня предадут. Не зря. Сделав ошибку однажды, понимаешь, что второго такого раза не будет. Понимаешь, что никогда никому не сможешь довериться. Я ведь поклялась себе, что не вернусь в омут чувств влюблённости и привязанности к кому бы то ни было. Так что же сейчас изменилось? Спиной чувствую чьё-то присутствие. Это он. Он здесь с самого начала моей внутренней тирады, просто я не хотела этого признавать. Я успокоилась и пришла в себя. Теперь смогу с ним нормально разговаривать и не быть пустой бездушной куклой. «Кукла» Это слово вновь пробуждает воспоминание поцелуя. Воспоминание его нежных губ, ласкающих мои. Крепко жмурюсь, чтобы прогнать иллюзию. — Как так получилось? — спрашиваю, не оборачиваясь. Чувствую за спиной движение и слышу звуки шагов. Не совсем понимаю, что именно имею ввиду под этим вопросом. Он опирается о перила рядом со мной. — Здесь холодно, — он мягко обхватывает рукой мой локоть. От прикосновения начинает жечь в районе ключицы. В том самом месте, где находится родимое пятно. Боль незначительная, но ощутимая. До сегодняшнего дня она меня не беспокоила. — Идём внутрь, — его голос спокойным и совсем не требовательный. Скорее доверительный. Отдёргиваю руку и высвобождаюсь из мягкой хватки. — Я задала вопрос. Он проводит рукой по тёмным волосам. Завораживающее действие. Затем переводит взгляд на наблюдающую за ним меня. — Долгая история. — Я не тороплюсь. — Что ты хочешь услышать? — он криво улыбается. — Что я проебал зарезервированный дом? Что, если бы не добрая девушка на ресепшене, предложившая нам этот дом, покатились бы мы обратно? Ты это хочешь услышать? Внимательно всматриваюсь в его лицо. С ним случилось несчастье, но он не унывает и сохраняет оптимистичный настрой. Всегда удивлялась таким людям и хотела научиться также всё воспринимать. Но мой удел находить худшее в ситуации, и даже сейчас, я думала, что Игорь сам спланировал поселиться с нами в одном доме, чтобы надавить посильнее и раздавить меня окончательно. Но теперь я понимаю, что он не хочет причинить мне никакого вреда. Это всего лишь стечение глупых, играющих против меня обстоятельств. — Нет, я не хотела услышать такого. Но рада, что поделился. — Странная ты сегодня. — В чём именно? — До сегодняшнего дня ты вся сияла, в поезде я общался с весёлой хохотушкой Лесей, а теперь, — он тянется к моей щеке и пальцем проводит по линии скулы, — теперь ты будто потухла. Поднимаю руку и убираю его палец от моего лица. Он усмехается. — Было одно обстоятельство, — говорю я, переводя взгляд на уходящее за горизонт солнце. — Ты этому поспособствовал, — вырывается у меня прежде, чем я успеваю остановиться. Боковым зрением вижу, что он всё также смотрит на меня. Будто умоляет повернуться. — Я не понимаю, — выдаёт он. Поворачиваю голову и пронзительно смотрю в его глаза. Вижу внутреннее замешательство. Затем на дне серых туманных глаз искрится прояснение. — Это из-за разговора после поцелуя? Мы ведь остались друзьями. Закрываю глаза и лицо вверх, делаю глубокий вдох. — Я думал, ты именно это и хотела услышать. Ещё один глубокий вдох. Успокойся, Леся, и не ляпни чего-то, чего нельзя будет исправить. Но у сердца другие планы. Поворачиваюсь к нему и смотрю в глаза. — А ты не задумывался, что я начала к тебе что-то чувствовать? — произношу и улыбаюсь уголком губ. Ну вот. Теперь последует череда последствий сказанных слов. Он стоит и смотрит на меня, не произнося ни слова. Он в замешательстве, уже который раз. Но на этот раз, возможно, этому поспособствовала моя полуулыбка. Не знаю, почему, но когда я говорю о чувствах, мне хочется улыбаться. Наверное, мне самой смешно от такого события. К удивлению для самой себя, я начинаю дрожать от холода. Зная, что от Игоря я ничего уже услышать не смогу, разворачиваюсь ко входу в дом и иду. Когда раскрываю дверь и почти вхожу, за спиной слышится сдавленное: — Я не хотел сделать тебе больно. Замираю. — Все так говорили, но делали, — произношу шепотом, но так, чтобы он услышал. Вхожу, закрывая за собой дверь.