Nothing to lose but you

      Гэвин просыпается каждой ночью, чувствуя, как в голове снова и снова роятся мысли. Коннор. Коннор, мать его, Андерсон.       Гэвин теряет его во снах каждый раз. Каждый раз просыпается из-за мысли, что это происходит на самом деле, а не в его голове. Он медленно, постепенно саморазрушается изнутри. Живёт снаружи, боясь, что потеряет своего Коннора навсегда.       Его сердце безостановочно стучит, потому что ему нечего терять в жизни, кроме Коннора. Он пойдёт за ним куда угодно, расскажет свои секреты, покажет своих демонов, потому что доверяет.       Гэвин доверяет ему. Коннор единственный, с кем Гэвин чувствует себя живым, чувствует, что он в порядке. Прошлое рядом с ним заменяется настоящим: теми моментами, когда Рид не чувствует себя загнанным в ловушку мальчиком, обозлённым на весь мир из-за несложившейся полноценной любящей семьи. Андерсон тот, с кем он может быть собой, не боясь, что тот подставит его, что оставит, если что-то не понравится. Его, наконец, кто-то принимает и понимает.       Коннор его единственная надежда на хорошую, светлую жизнь. Гэвин хочет сберечь его, спрятать внутри себя, чтобы никто и ничто до него не добралось. Он чувствует, что нуждается в нём. Коннор для него словно кислород, без которого он задыхается. Причина, по которой он всё ещё жив.       Гэвину нечего терять, кроме Коннора. Он говорит ему об этом, но Андерсон не смеётся, только смотрит на Гэвина и улыбается. Совсем беззлобно, так, как может только он. Гэвин слышит в ответ только тихое «приятно знать, детектив Рид». Кажется, он, наконец, обретает своё долгожданное счастье.       Гэвин теряет его внутри своих снов каждый раз. Чаще всего он запоминается машиной — андроидом RK800 — без чувств, без эмоций. Гэвин помнит мерцающий диод, по которому он изредка понимал, что тот чувствовал. Но самое ужасное, по мнению Гэвина, это то, что Коннор каждый раз возвращается. Настолько похожая на человека машина не может быть реальным человеком. Человек не может умереть и возродиться снова. Это невозможно.       Гэвин просыпается ночью и пытается успокоиться, чувствуя, как стена даёт трещину и разрушается. Он задыхается, задыхается и задыхается от ощущений. Коннор изменил его. Сделал более человечным. Полюбил его как человека.       Гэвин думает дважды, перед тем как признаться Коннору. Думает и так и не решается. Считает, что ещё не время, что Коннор ещё не готов к этому. Он ждёт, подкидывает Коннору цветы, записки, но так, что тот и не догадывается, от кого они. Может показаться до жути банальным, но Гэвин неоднократно повторяет Коннору, что мир ужасен, но он прекрасен для него.       Рид надеется, что Коннор думает о нём так же, как Рид думает о Конноре. Он чувствует, что их сердца бьются не так, как у других. Они бьются в унисон. Бьются друг для друга.       Каждый день Гэвин просыпается с мыслью, что он уже не принадлежит этому миру, этой атмосфере хорошей жизни. Он уже не может ей принадлежать, как и она ему. Он вряд ли сможет забыть, как она, после, возможно, единственного нормального периода, встретила его ударом в лицо, втоптала в грязь. Мало кто может выбраться из этого и снова начать жить.       Гэвин просыпается каждую ночь, думает о том, как внутри всё трещит. Он чувствует это каждый день. Приходит на работу, видит здорового, живого Коннора, улыбается и выдыхает. Но только на несколько секунд. Потом всё становится прежним. Он снова теряет его. Снова и снова просыпается мёртвым внутри, потому что Коннора нет.