"Lost Supernova"

      Дверь открылась. Я оторвал голову от абсолютно белой стены, прищурился. Ну, конечно, это был мой мелкий засранец с отшибленной памятью. Его глаза с холодом осмотрели меня, он подошёл ко мне и опустился на одно колено. Плащ постелился по полу, брови нахмурились. Так и хотелось просто взять и дать ему подзатыльника, чтобы мозги на место встали, а потом поцеловать. Горячо, страстно, как полгода назад на той ёбаной миссии. Каштановые прядки спадали на лоб, под которым было спрятано моё самое любимое созвездие. Он несколько раз моргнул. Я же смотрел на него с таким же прищуром, жевал нижнюю губу. Его пальцы легли на мою нижнюю челюсть, обхватили за неё, а затем повернули мою голову набок. Я даже не сопротивлялся. — Ты не спал, — спокойно произнёс он, оставив меня в покое. — У тебя мешки под глазами, посеревшая кожа и опухшие веки. Из тебя получится плохой воин, если продолжишь так себя вести. — Неужели тебе есть до меня дело? — фыркнул в ответ я. — Бросил меня в камеру, оставил одного. Совсем ничего не помнишь?       Он качнул головой, свёл брови на переносице. Я отвернулся от него, скрестил руки на груди. Повисло молчание. Сосёныш поднялся на ноги, обернулся к двери. Он о чём-то размышлял. У него, как всегда, дёргался кончик носа. — Сейчас мы пойдём на тренировку. Затем я отведу тебя поесть. Запомни несколько правил поведения, пока не покинул камеру: нельзя кидаться на нас с ножами, специально нарываться на драки и действовать другим на нервы. Тебя могут запросто убить, высадить на метеоре или же просто кинуть посреди космоса. — Сосна отошёл к двери, снова бросил на меня холодный взгляд. — Здесь все носят форму. У каждого своё расписание для тренировок. И у каждого есть свой спарринг-партнёр.       Я всё же встал, с неохотой подошёл к нему, отряхнув задницу от пыли. Поясница затекла от нахождения в одном и том же положении. Этот коротышка толкнул незапертую дверь вышел наружу. Я последовал за ним. В глаза ударил ещё более яркий свет, отчего я поморщился. Отсосёныш шёл куда-то вперёд по коридору с чёрно-фиолетовыми стенами, а я старался не отставать от него. Вскоре мы остановились у другой двери. Сосна приложил руку к сканеру, дабы открылся проход. Внутри помещения была квартира, похожая на нашу. Я осмотрелся по сторонам, заметил на рабочем столе кипу бумаг. — Сейчас ты получишь форму, — спокойно произнёс он, залезая в платяной шкаф, вмонтированный в стену. — Каким оружием ты владеешь? — Хорошо стреляю, — ответил я, осматриваясь. — В рукопашном ещё более-менее.       Он усмехнулся, посмотрел на меня с искорками иронии. Вот же придурок. Он начинает бесить меня так же, как и в прошлом. Только теперь на его месте будто оказался я. Бегаю за ним, стараюсь обратить на себя внимание, а он ни в какую. Теперь понятно, почему он меня только мудаком и называл. Сосна подошёл ко мне, приложил костюм к моему телу. Снова очень много фиолетового и чёрного. Плащ шире, чем у него. — Должно подойти. Надеюсь, ты не такой плотный, каким кажешься. — На его лице был всё тот же ссаный холод. Кулаки так и чесались двинуть по этой мордашке. Жалко, что я этого бы никогда не сделал: я же люблю его, каким бы придурком он ни был.       Я без слов стянул через голову изрядно помявшуюся рубашку, откинул её в сторону на пол. Карие глаза смерили меня взглядом. Сосёныш задержался на моих шрамах под рёбрами, закусил нижнюю губу. Ну вот, теперь видно, что он глазеет на меня. Теперь я ему кажусь не таким осунувшимся, да? Мои руки потянулись к ремням на ногах. На его розоватых губах появилась усмешка. Я стянул высокие сапоги, спустил до конца белые брюки и переступил через них. — Ванной не пожадничаешь? — как можно соблазнительнее спросил я. — По коридору и налево. — Сосна подошёл ближе ко мне, положил ладонь на мою шею и потянул к себе ниже. Я опустился к нему, обнял за стройную талию. А он подкачался тут… — Слушай, солнышко, — его пальцы прочертили линии по моим ключицам, — будешь сверкать передо мной своими прелестями — кухонным ножиком отрежу всё нахер. Ты мне противен. — Он подмигнул мне, а после с лёгкостью оттолкнул. — Удачи в ванной.       И тогда мне точно хотелось его ударить. Хвала моей выдержке, я этого не сделал.

***

— Плащ помогает скрывать твои движения от противника. Если ему не видно, куда ты ставишь ноги или перемещаешь руки, то он не будет знать, куда ты ударишь, как увернёшься или каким образом отразишь атаку. — Он стоял посреди зала, скрестив руки на груди. — Броня защитит тебя от прямых ударов. Стыки эластичны, пластины огнестойкие. — Весь такой важный, что аж тошнит от него. И лицо у него такое, будто он с сопляком разговаривает. — Техника ведения боя — твоё личное преимущество. Запомни: если носить слишком много оружия, твой враг может в пылу битвы что-то выхватить и убить тебя твоим же ножом, к примеру. Также непозволительно таскать бьющиеся баночки в карманах. Да и само наличие карманов спереди не приветствуется. Если ты хочешь брать что-то с собой, распихивай это сзади.       Зал и правда был огромным. Повсюду стояли манекены. Освещение и местность менялись в зависимости выставленных параметров на панели. Технологии гуманоидов были гораздо лучше наших. Форма весьма удобно сидела на мне, но в плаще я всё еще путался. Ещё и перчатки эти… Единственная привычная деталь — сапоги. Сосёныш накинул капюшон, я услышал, как он усмехнулся. Значит, пора было нападать.       Я быстрыми шагами подошёл к нему схватил за отвороты плаща, но в ответ получил ударом под колено. Эластичные связки напряглись, я присел. Неудобно биться с тем, кто дышит чуть ли не в живот. Я постарался повалить его на пол, а получил коленом по челюсти. Да ещё и титановым. Вот это было очень больно. Мои руки остановились на его талии, я толкнул его назад и поставил подножку. Сосёныш прогнулся назад, перенес вес на руки, и я снова получил по челюсти. Какого чёрта он в постели не был таким гибким?! Почему он такой только тогда, когда избивает меня?! Я перехватил его за металлическую лодыжку, прижал к своему плечу, чтобы он больше не мог сдвинуться, только вот в ответ он схватил меня за бедро и со всей силы дёрнул. Ему ничего не стоило вырваться, опять перенести вес и оказаться уже на ногах. Мои руки легли на его плечи, я сдёрнул капюшон с головы. Каштановые кудряшки спутались, по левому виску стекал пот. Я засмотрелся на него и потерял бдительность — он завёл одну ногу мне за спину и толкнул. Я оступился, быстро схватился за отвороты плаща. Послышался громкий "бамс". Он сидел верхом на мне, его руки располагались с обеих сторон от моей головы. Он был слишком близко ко мне. В конце концов, я не выдержал и потянулся к нему навстречу, а он прижал меня к полу одной ладонью. Несколько секунд, а он уже стоял около меня и смерял взглядом. — Тренировка окончена. Теперь обед. — Он развернулся и пошёл к двери. Идиотский плащ покачивался из стороны в сторону, сапоги стучали по металлическому покрытию.

***

      Если кто-то когда-то читал фэнтези, то он точно должен был быть в восторге от этого места. Это не общая столовая, как было на «Гравити», «Коллапсе» или ещё где-то. Это ёбаная таверна. С лучниками, рыцарями, снайперами, копейщиками и далее по списку. У всех своя форма, похожая на доспехи. У многих плащи, а у некоторых ещё и шлемы. Столы здесь были круглые и большие, чтобы можно было разместиться большой компанией. Да и гуманоиды… Кто ж знал, что тут столько разных рас. И все на одном корабле.       Я оказался за отдельным столом где-то в самом углу данного заведения. И мне не нравилось содержимое моей тарелки. Зато Сосёныш был окружён сослуживцами. Он со смехом что-то рассказывал, пока другие его перебивали и задавали вопросы. Многие потягивали из глубоких кружек что-то похожее на пиво. Эта компашка начинала меня бесить. Какой-то урод, похожий на ёбаного эльфа из книжек для мелких девчонок, потянулся ближе к моему, мать его, мальчику. Длинные белые патлы — святые звёзды, да это ж вылитая швабра — свисали вперед; за спиной висел красный плащ; всё тело было в броне из чёрных и бурых пластин, а в ножнах был виден меч. Этот ушлёпок взял Сосёныша за руку, что-то прошептал на ухо, а затем заглянул в его глаза. Сосна рассмеялся, потянулся к кружке и отпил оттуда напиток. Было видно, что в его команде кто-то травил байки. Что они дружны. Вероятно, так было бы и на «Гравити», если бы не я. Сосна встал, медленно кивнул всем на прощание. И этот белобрысый остроухий урод поцеловал его руку. Я тоже поднялся со стула, пошёл в сторону этой компашки. Сосёныш слишком поздно заметил меня. Я встал за его спиной, прищурился. — Приветик, — максимально елейным голосом прошипел я. Мой взгляд остановился как раз на этом недоэльфе. — Могу ли я переговорить со столь дивной особой с глазу на глаз? — Ох, какой милаха подошёл, — усмехнулся будущий фарш. — Ну хорошо. Пойдём. — Он оперся на стол, встал. И я охерел. Он был как минимум на полголовы выше меня.       Сосёныш усмехнулся, опустился обратно на стул. Когда мы оказались за дверями «таверны», я без слов быстро обернулся и двинул титановой рукой прямо по солнечному сплетению. И снова ёбаная броня спасла моего противника. Он перехватил меня за вторую руку, прижал к стене и ударил коленом в живот, да с такой силой, что в глазах потемнело. Я закашлялся, попытался выбраться из хватки и получил кулаком в нос. Кровь потекла по губам и подбородку, капнула на пластины. Ещё одним ударом в бок он просто обездвижил меня. Я упал на колени, хватая воздух ртом. И без слов он ушёл обратно к своему столу. В попытке побороть головокружение, я не заметил, как ко мне кто-то подошёл. За воротник меня потянули наверх, вынудив поднять корпус. Я увидел перед собой Сосёныша, выдохнул с облегчением. Его руки удержали меня, мне помогли встать. По коридорам этот коротышка повёл меня снова к той квартире.       Там он усадил меня на диван, куда-то отлучился. Кровью залило уже всю грудь. Дышать было невозможно. Минутами спустя Сосна присел рядом. Он провёл пальцами по моему носу, сделал глубокий вдох и резко дёрнул. Послышался хруст, я зажмурился. — Что я тебе говорил? — прозвучал его холодный голос. — Тот урод лапал тебя, — прошипел я сквозь окровавленные зубы. — Ты мой муж, в конце концов. — Я тебя не знаю, поэтому не верю. — Он приложил холодное полотенце к переносице. — Ты нарвался на одного из сильнейших. Вес сто пятьдесят без брони. Гора мышц. Сила удара в несколько тонн. Он ещё и пощадил тебя. — Сосна промыл полотенце в принесённом тазике, снова приложил. — Сражается молотом, убивает с одного взмаха. Прежде чем лезть в драку, сначала узнай о противнике всё. — Ты с ним встречаешься? — выдохнул я, зажмуриваясь. — Нет. Я ни с кем не встречаюсь. — Его слова расслабили меня. — Но многие добиваются моей руки. На корабле я единственный, кто относится к человеческому роду. Диковинка. А еще командир отряда, доверенное лицо и просто сильный воин. С этим парнем я поддерживаю дружеские отношения. — Так чего же не согласишься встречаться с ним? — Я косо посмотрел на него, сжал руки в кулаки. Полутьма обволакивала нас. — Потому что на моём кольце есть гравировка: «Люблю тебя, мой Квазар». Если у меня была вторая половинка, то она точно была бы не рада измене. — Сосёныш положил полотенце в воду. — Снимай всё. Нужно убрать отёки.       Я избавился от верха, скинул его на пол. Сосна холодными пальцами коснулся наливающихся гематом, осторожно надавил на них, проверяя. Я стянул с безымянного пальца кольцо, протянул ему. Он выгнул одну бровь, но всё же взял его. Глаза пробежались по ободку, зрачки немного сузились. — Вслух, пожалуйста, — прошептал я. — «Люблю тебя, мой Космос».       Он вернул мне кольцо, глубоко вздохнул. Я смотрел на него из-под ресниц, ждал реакции. Пальчики пробежались по каштановым прядкам, зачесали их назад. — Ты ведь понимаешь, что сейчас я не люблю тебя? Как я могу любить того, кого не помню? — Сосёныш отвернулся, закусил нижнюю губу. — Прости, если я тебя обижаю. Зато я честен с тобой. — Его руки прижали полотенце к моему боку. — А если я попытаюсь снова добиться тебя? — Мой голос осип, но я всё равно пытался говорить с ним. — У тебя будут с этим проблемы. Я ничего ни к кому не чувствую. Будто проснулся куском дерева. — Он нахмурился, оставил ткань на моём теле. Я взял его за руку, заглянул в глаза. Сосна осмотрел меня, вытер кончиками пальцев кровяные потёки под носом. — Тебе идёт серебряный. Как давно ты начал седеть? — Когда подбили наш «Коллапс», ты оставался у мостика. Повсюду пылали пожары, корабль падал на одну из планет. Везде был дым. Я боялся, что вот так потеряю тебя. Закинул на своё плечо и утащил оттуда в шлюпку. Через пару дней ты заметил у меня седину. — Я приложил его ладонь к своему виску, прикрыл веки. — Понятно. — Его пальцы коснулись моих волос. — У тебя не найдётся тут бритвы и ножниц? — задумчиво спросил у него я. Сосёныш приподнял брови.