"Lost Supernova"

— Блять, — выругался я себе под нос.       Оружие совсем не хотело подчиняться мне. Из двадцати выстрелов в мишень попадало только восемнадцать пуль. Я бесился из-за растраченного навыка. За моей спиной, скрестив руки на груди, стоял Сосёныш. Он каждый раз внимательно наблюдал за моими тренировками. Это нервировало меня ещё сильнее, чем собственные кривые руки. Его пронзительный взгляд ощущался прямо между лопаток. В конце концов, он подошёл ко мне, забрал из руки пистолет и положил его на стол с остальным оружием. Я смотрел на него с лёгкой обидой. Ну конечно, он во всём был лучше меня. И добился он этого, свалив от базы подальше. Отсосенка перехватил меня за запястье, перевернул мою правую ладонь и принялся разминать пальцами уставшие от напряжения мышцы. Круговыми движениями он водил по коже, обводил вены. — Ты слишком напряжён. Так дело не пойдёт. — Он снова был абсолютно спокойным. — Пока ты не расслабишься, ничего не будет получаться точно. Ты не пробовал взяться за другое оружие? — Сосна поднял взгляд, посмотрел в мои глаза. — Не пробовал. Я чувствую, что именно огнестрел, плазма и лазеры — моё призвание. — Мне нравилось ощущать его прикосновения к себе. Он делал лёгкий массаж, даже не задумываясь. Будто занимался этим каждый день. — А ты не хочешь попробовать себя в ближнем бою? Мечи, топоры, молоты? — Большие пальцы надавили на центр ладони. И можно ли было считать это за заботу? — Хочешь приучить меня к чему-то новому? Предложи ещё и заклинания читать, — усмехнулся я. Сосна только глянул на меня с прищуром. — Когда я очнулся, в моих ножнах были клинки. После двух месяцев, проведенных здесь, я понял, что мечи — не мой предел. Возможно, я сражался с ними хорошо, но проснулся я совсем другим человеком. — Отсосёныш оставил мою руку в покое, отвернулся. — Я брал в руки всё, начиная от ножей и заканчивая тяжеленными молотами. Что-то мне подходило, что-то мне не нравилось. В итоге я выбрал легкость и простоту, мощь и удалённую дистанцию. Я взял хлыст. — В карих омутах сверкали искорки, завораживающие меня. — Как видишь, он понравился мне больше всего. — И как мне выбрать? Нужное оружие захочет меня убить? — Я старался отшутиться, да только на розоватых губах не появлялась моя любимая улыбка. — Ты знаешь, что ты считался лучшим мечником Федерации? Моим лучшим мечником. — Времена меняются, Билл, — выдохнул он.       На его запястье пропищал браслет. Сосна вывел голограмму парой щелчков. Что-то на языке гуманоидов. Каштановые брови свелись на переносице, образовав морщинку. Мой мальчик накинул на голову капюшон, быстро пошёл к выходу, но я перехватил его за локоть, остановив. — Куда ты? — настороженно спросил у него я. — Миссия, — коротко бросил он. — Я иду с тобой. Одного не отпущу. — Мне твоё разрешение не нужно. Ты не готов к миссиям. И находишься на корабле только из-за того, что я так решил. Не беси меня. — На его лице отражалось раздражение, он старался вырвать руку из хватки. — Отпусти, пока всё не кончилось плачевно для тебя.       Я смотрел на него. На такого серьёзного, холодного и разъярённого перед битвой. Экипировка хоть и шла ему, я не мог принять факт его принадлежности к нашим прошлым врагам. Я потянул его на себя, склонился ниже и тихо прошептал куда-то рядом с ухом: — Будь осторожен, пожалуйста.       Сосна мне уверенно кивнул и скрылся за металлической дверью, оставив меня одного. Безграничная любовь к нему мешала мне нормально соображать. Я не видел, что он уже давно не мой. Что мне нужно очень сильно напрягаться. Я ведь раньше даже не пытался его добиться — просто принимал его симпатию, как должное, а потом всё само закрутилось…

***

      Я не мог начать дарить ему цветы или что ещё. Не имел возможности собирать цацки своими руками. Я не знал, как можно было его добиться. Точнее, я догадывался, но сомневался.       Когда тренировка со стрельбой завершилась, я решил подождать Сосёныша около его квартиры, присев на пол. Я понятия не имел, сколько я там просидел в ожидании, прислонившись головой к стене. Кажется, я даже успел вздремнуть, пока меня не разбудили, потормошив за плечо. Открыв глаза, я увидел напротив себя Сосну. Одна бровь его была выгнута. Весь он будто в крови искупался. По броне стекали бордовые и синие ручьи. — Что ты тут делаешь? — спросил он, попутно открывая двери в квартиру. — Решил подождать, — честно ответил я. — Как прошла миссия?       Я поднялся на ноги. Сосёныш кивнул в сторону гостиной, а сам отошёл в ванную, оставив меня без ответа. Я упал на диван, приготовившись к новой порции ожидания. Как ни странно, мой мальчик вернулся ко мне достаточно скоро в одном полотенце. Я засмотрелся на него: у мышц появился очерченный рельеф, который хотелось обвести губами и языком. От хрупкого малыша не осталось и следа. Он присел рядом, тяжело вздохнув. — Хочешь, я помогу тебе? — Я положил одну руку на обнажённое плечо. Сосна устало кивнул, склонил голову набок. Я перебрался к нему ближе и сел за спину. Мои пальцы разминали напряжённые каменные мышцы. Слышалось сбитое дыхание. — Будешь держать всё от меня в секрете? — Расскажи мне о прошлом, — перевёл тему Сосёныш. Я обводил лёгкими касаниями созвездия, в которые давно был влюблён без памяти. Сил не было огрызаться или противиться. — О чём именно ты хочешь узнать? — На моих губах появилась улыбка. — Я готов ответить на любые твои вопросы. — Всё обо мне. Моя семья, карьера, бывшие отношения и важные события. Расскажи мне всё. — Он чуть обернулся, посмотрел на меня из-под ресниц. — Хорошо. — Согласился я, спустив ладони на лопатки. — Тебя раньше звали Мейсоном Пайнсом. У тебя была большая семья, но после нападения на колонию на Люцерне, остались только ты и твоя сестра-близнец. В двадцать ты попал в мою команду на «Гравити». Ты с детства был умным мальчиком, так что без проблем смог пробиться в майоры. Стал стратегом и сильным воином. — Я продолжал уже просто гладить его кожу, задевая шею. — Мы сразу же не поладили, хоть и влюбились друг в друга. Дальше были долгие пять лет взаимной неприязни, ссор, драк и криков на заданиях, но мы продолжали прикрывать друг друга и спасать в опасных ситуациях. Сходили с ума, в общем. На Имморталисе, когда «Гравити» прибыл туда для исследований, ты после очередной миссии пришёл ко мне с алкоголем «мириться». Там уже всё было понятно. После катастрофы мы остались абсолютно неразлучными. Позднее ты стал капитаном военного корабля под названием «Коллапс». Тот тоже потерпел крушение. Про твою ногу я уже рассказывал. Затем мы поженились на главной базе Федерации и специально понизились в звании, чтобы жить спокойно. Мы соединили фамилии, поэтому в документах было обозначено Пайнс-Сайфер. При выполнении последнего задания была задача разрушить мощнейшее оружие гуманоидов. Так оно создало чёрную дыру, в которую тебя затянуло. И вот... — Я встречался только с тобой? — усмехнулся Сосёныш. — Серьёзно? — Родственные души, любовь до гроба и так далее. Да, мы были друг у друга первыми, — совершенно спокойно ответил я. — И, надеюсь, последними. — Мои руки легли на его шею, опустились к ключицам. — Я люблю тебя, мой Квазар. — Спасибо, — чуть холоднее ответил мне он, опустив голову. — Мне нужно подумать.       Я попытался поцеловать его в макушку, но он вовремя поднялся с дивана, скинув с себя мои руки. Всего спустя несколько секунд он скрылся в спальне, закрыв дверь на замок. Я же откинулся на подушки и прикрыл ресницы. Это было невозможно…

***

      Снег дул прямо в лицо. Я старался удержаться на ногах, но ветер толкал меня прямо по льду назад. Не было видно ничего. Сзади послышался тихий треск, из-за чего я быстро прыгнул вперед, кубарем скатившись с лёгкого склона. Хлыст ударил по тому месту, где я раньше стоял. Тренировка становилась ну просто невозможной. Я обернулся, поднялся на ноги. Броня плотно обнимала тело Сосёныша. Пластины покрывали торс и бёдра. Высокие сапоги даже не скрипели на снегу. Плащ путался от снежных потоков. Сосна шёл ко мне уверенными шагами. Ток переливался молниями. Я усмехнулся: уж слишком аппетитным он выглядел в этой броне. Слишком сильный. Он первым бросился ко мне, натянув капюшон пониже. Перчатки скрывали руки от холода. Я усмехнулся, выхватил из ножен меч и пошёл к нему навстречу, раскручивая клинок за рукоятку. Когда хлыст оторвался от земли, я прищурился. Мои глаза замечали каждое изменение в положении Сосны: плащ съехал в сторону, открыв для взгляда одно бедро, выступающее в порыве атаки; одна рука чуть занесена вверх, а другая — вытянута вперёд, чтобы в любой удобный момент появилась возможность схватить меня за что-нибудь. Я быстро уклонился от кнута, упал на колени и потянул Сосну за подол плаща. Я с силой вонзил меч в землю, прищемив таким образом ткань. Сосёныш тяжело выдохнул паром, хлыст снова щёлкнул о землю. Одна моя ладонь легла на стройную талию. Пальцами я сбросил капюшон с его головы. Ветер громко гудел, снег летел будто со всех сторон. Каштановые кудряшки покрывались белой крошкой и снежинками. Сосна попытался вырваться, слишком резко дёрнулся. Сапоги заскользили по льду, одна рука схватила меня за предплечье. — Не упади, — шепнул я, прижав его к себе крепче. — Ты в порядке? — Да. Хорошая тренировка… — Темные реснички прикрыли его глаза. На щеках выступил румянец от холода. — Теперь обед? — Уже тише произнёс он. — Как пожелаешь.       И в столовой он уже смотрел не куда-то, а на меня. На вопросы своей команды он отвечал неохотно, иногда улыбался невпопад. И я тоже разглядывал его. Кажется, у меня начало получаться. Да славится ближний бой.