Сомнение

Если бы Максиму год назад сказали, что ему будет тяжело выбрать между идеальной девушкой, нереально красивой и умной и тридцатилетним мужиком, он бы этому шутнику просто вмазал. А сейчас Анисимов с ужасом понимал, что и правда не может выбрать. Когда проект только окончился, он почти сразу предложил Крис жить вместе. Это предложение было какое-то обыденное, слишком ожидаемое, ведь все прекрасно видели, что их тянет друг к другу. Свобода первое время ходил до невозможного счастливый, чуть ли не на каждом шагу готов был кричать о том, как ему повезло в этой жизни. А потом, совершенно неожиданно, накатило. Вначале просто воспоминания о шоу, а после - об отдельных людях. Особенно часто в его мыслях стал мелькать краснодарский рэпер. В начале Максим просто вспоминал какие-то связанные с Сережей моменты, а чуть позже стали вырисовываться истинные причины, из-за которых он скучает. Трущёв, как кислота умел разъедать, случайными, почти невесомыми касаниями, короткими взглядами, теплыми разговорами, после которых душа буквально наполнялась желанием жить и творить. И вот этого всего Максу, как оказалось, очень не хватало. Добивали еще периодические трансляции, на которых они присутствовали вместе. В особенности моменты, когда Сережа настаивал на приезде Максима в Краснодар, он ведь прекрасно знал, что тот бы с радостью приехал, но у Макса Крис и вроде как почти идеальные отношения. — Максим, у нас все в порядке? — у Кристины взгляд до мурашек проницательный, под таким моментально хочется рассказать всю правду. Сказать, что один феноменальный рэпер поселился около сердца и теперь медленно, но верно пробирается все дальше. Максим такое желание хоть и с трудом, но глушит. Он бы не решился рассказать о чем-то таком. Крис, она хоть и понимающая, но говорить о таком он пока не готов. — Конечно, о чем речь, — натянуто улыбается Максим, старательно пряча взгляд. А Кошелевой и без взгляда многое понятно. Мысли она хоть читать и не умеет, а вот людей, несмотря на возраст — запросто. Ей поэтому очень трудно сдержать себя, чтобы не начать в прямом смысле этого слова, трясти Макса, дознавая у него всю правду. Но Кристина как никто другой любит его, поэтому лишь встает с дивана и выходит из комнаты, в надежде, что однажды он сам ей все расскажет.

***

— До тура еще две недели, — напоминает Кристина, когда счастливый Максим забегает в квартиру и рассказывает ей, что Пиэлсишник должен приехать через пару дней, — поэтому скорее всего он здесь просто по делам. — Ну и что, — отмахивает Анисимов, который сейчас больше всего напоминает ребенка, которому родители пообещали новую игрушку, — главное, что мы увидимся, Крис, ты только представь, сколько всего мы сможем сделать, — Кристина на искренний восторг своего парня просто широко улыбается и нежно целует его в щеку. Максим за эти пару дней, как сказала Кристина, сильно изменился. Хотя Макс никаких изменений в себе не заметил. Единственное — стал больше улыбаться, но и тут, по его заверениям, Сережа виноват не был, он ведь всегда улыбчивым парнем был, просто после проекта слабость какая-то настала, грусть даже скорее. Трудно было, когда раз, и жизнь снова резко поменялась. Кристина же, хоть и предпочитала в очередной раз отмалчиваться, изменений видела куда больше. Основное из которых — глаза. Настолько ярких и горящих она у него давно не видела, наверное, в последний раз они так горели в тот день, когда она согласилась стать его девушкой, а после ,совершенно неожиданно, стали другие. Холодные, в какой-то степени отчужденные. Кошелева еще в тот момент поняла, что теряет Максима, и она была готова сражаться за него, но совершенно не понимала с кем. Сейчас же образ таинственного «соперника» стал более понятен, что бы Анисимов не говорил, к Сереже его тянуло, и Крис это видела.

***

— Почему ты не ночевал дома? — по телефону спрашивает Кристина Макса, который, несмотря на то, что уже сутки не появлялся дома, даже не позвонил. — Извини, малыш, — виновато тянет Максим, — я примерно в три часа ночи уже собирался домой, но Серый предложил у него остаться, мол, зачем мне тебя будить. Ну, а с утра решили немного погулять, а то он же завтра уже уезжает. Но не волнуйся, мы скоро придем, — и вроде бы такое объяснение должно успокоить. А Кристину же оно лишь еще больше напрягает. Сережа явно видит, как к нему Максим относится, но ничего не говорит и не делает. Кошелевой от этого страшно. Боится потерять Максима, до зубного скрежета опасается того, что однажды он вот также выйдет из дома, и больше уже не вернется. Но больше всего боится, что Трущёв разобьет Максу сердце, последний слишком раним и доверчив. А Сережа чересчур взрослый и серьезный. Но все мысли о парнях улетучиваются, стоит им зайти в квартиру. В первые секунды Крис кажется, что она ослепла, а потом понимает, что от истины была недалека. Музыканты настолько ярко улыбаются, что Кошелева просто не может не ответить такой же улыбкой. Сережу она действительно рада видеть, как и Плс ее, все же через многое прошли вместе. Но напряжение, возникшее в тесной гостиной, почти можно потрогать руками. И кажется, что один Анисимов этого не замечает: он много шутит и говорит, рассказывает Сергею, как они устроились в Москве, какие места полюбили. Трущёв все это слушает, причем кажется с искренним интересом, и все же, уходя, не может сдержать облегченного вздоха. Кристина на это понимающе смеется, а Максим непонимающе морщит лоб. — Ну вот, уехал, — грустно резюмирует Свобода, проводивший друга до такси и вернувшийся обратно в гостиную. — Ага, — соглашается Кристина, — но уже скоро вернется, не переживай. — Да я и не переживаю, у меня же есть самая замечательная на свете девушка, — как-то слегка неестественно смеется Максим, смехом выдавая себя полностью. Кристина прикрывает глаза, раздумывая, стоит ли поговорить с парнем, и все же решается. — Макс, я же вижу, что у нас что-то не так. Пожалуйста, поговори со мной, давай вместе бороться с проблемами, — Кристина смотрит почти умоляюще, к такому Анисимов оказывается не готов. — Ты чего, у нас все хорошо, — неловко взмахивает руками парень, а после, наткнувшись на серьезный взгляд своей девушки, решает сказать той хотя бы кусочек правды. — Я скучаю по нему, Крис. Знаешь, в моей жизни никогда не было много близких мне людей, но количество меня никогда и не волновало, а вот качество. Пиэлце... он такой, — Максим на секунду замирает, явно пытаясь подобрать правильное слово, но мозг работать отказывается, поэтому продолжает слегка рвано, мало заботясь о структуре своей речи, — быстро становится близким. Он вроде бы и не делает ничего особенного, просто общается, просто дружит, но стоит расстаться с ним после длительного общения, начинается какое-то подобие ада. К нему очень быстро привыкаешь, а когда он так далеко, сложно не грустить, он стал мне по-настоящему дорог. — И он тебе нравится? — по-детски наивно интересуется Кристина, прикусывая нижнюю губу. — Какое нравится, Крис, — смеется Свобода, — ты фанфиков перечитала? — Я не читаю фанфики, — краснеет Кошелева, — не по вам с Сережей так точно. Максим неуклюже пятится в сторону кухни, оставляя Кристину в полном замешательстве. Девушке явно нужно немного свободного времени, как и ему. К неожиданно вырвавшимся словам Анисимов оказался не готов, и сейчас ему было тяжело переварить все сказанное. Он вроде бы и понимал, что было в его словах что-то неправильное, но в тоже время ничего бы менять в них не хотел, они исходили из самых глубин сердца, в которых давно обитал тот самый рэпер.

***

Кристина недовольно морщится и еще сильнее заворачивается в теплый плед. В автобусе оказалось неожиданно холодно, даже с отключенным кондиционером. А Максим, который вроде как должен был согревать ее своими объятиями, пересел к другу. И Кошелева не знала, куда себя деть, почти все ребята спали, а остальные собрались небольшой группкой и вспоминали моменты с реалити, присоединяться к ним почему-то не хотелось. Громкий выкрик, за который Свобода тут же поплатился подзатыльником, привлек внимание брюнетки, полностью погрязшей в своих мыслях. Сережа и Макс отделились от остальных и теперь сидели на Сережиных местах, о чем-то яростно споря. Трущёв почему-то иногда косится в ее сторону, и кажется, едва заметно, сквозь усы, понимающе улыбается. И сам уже не рад, что создал своеобразный треугольник. Но что-то с этим делать уже поздно — он в мозг Свободы въелся уже окончательно, как и блондин в его. — Ты только пришел? — сонно спрашивает Кристина, когда ближе к утру Макс садится на их места. — Ага, очень долго спорили насчет одной Сережиной песни, мне там некоторые строчки не понравились, — объясняется Свобода, поудобнее устраиваясь на кресле, с явным желанием поспать. — Ну и зачем спорить? Песня же не твоя, ему лучше знать, — непонимающе хмурится Кристина, но моментально уснувший парень ее уже не слышит.

***

— Вот такая песенка, — отдышавшись, произносит Сережа, успевший до начала концерта продемонстрировать ребятам ту самую песню, насчет которой всю ночь спорил со Свободой. Остальные что-то говорят, кто-то восхищается, кто-то вносит поправки. Кошелева же просто потрясенно молчит. Образ, который Трущёв так старался скрыть, для нее проступал слишком явно. Он посвятил песню Свободе. С кучей метафор и иносказаний, конечно же, но даже они текст не спасли. Кристина своего парня в песне видела слишком четко и что с этим делать девушка представляла плохо. Потому что устраивать скандалы не в ее стиле, а говорить с Сережей напрямую бесполезно — все равно ведь скажет, что девушка все себе напридумывала. Но Кристина же видит, как напрягся Анисимов после исполнения песни, как Сережа периодически на нее смотрит, явно пытаясь понять, догадалась она или нет. Кристина тяжело вздыхает, но ничего на эту тему не говорит, лишь широко улыбается и вместе с большинством ребят восхищается песней. — У тебя вышел очень живой образ, — все же не сдержалась Кошелева после концерта, когда эмоции пьянят не хуже крепкого алкоголя, слова удержать трудно. — Да, человек, меня вдохновляющий, часто был рядом, поэтому написать песню труда не составило, — Сережа вроде бы и улыбается, но в глазах сталь, явно понимает, к чему ведет Кошелева. — Может поговоришь с ним? Скажешь все как есть, — просит Кристина, впрочем не надеясь на успех. — Не понимаю о чем ты, — удивленно тянет рэпер. Кристина открывает рот, но так и не произносит и слова. Было бы слишком глупо, зная, что рядом другие ребята, говорить с ним о таких вещах.

***

Их летний тур, по заверениям Свободы, пролетел слишком быстро. Он совсем не успел насладиться обществом друзей. Кошелева, слишком истерзанная за этот месяц, морщится, и едва сдерживает себя от циничного, связанного с Трущёвым, высказывания. Зато другие ребята с удовольствием на эту тему шутят. — Мы тебя понимаем, Максимка, мы тоже будем очень скучать по Серёже, — со смехом тараторит Олег, отбегая от слишком близко к нему находившегося Анисимова. — Сережа, они меня обижают, — тянет Максим, подходя ближе к другу. Сережа улыбается, и каким-то до боли в сердце привычным жестом притягивает к себе блондина, обнимая того за плечи. А после, состроив серьёзную гримасу, от которой хохочут все ребята, грозит наказать всех, кто будет обижать его Максимку. Кристина после таких жестов и слов, уже просто бессильно шипит, словно обиженная кошка, и за рукав тянет Максима в сторону. - Свобода, хватит уже нас мучить, пожалуйста, выбери кого-то. Или слетай с ним в Краснодар или поехали в Москву, где ты пообещаешь стать тем же Максимом, в которого я влюбилась, - Кошелева почти сразу после своих слов отходит, оставляя Анисимова в полном шоке. Он ведь и не думал, что Кристина так воспринимает их отношения. Впрочем, не может не признать музыкант, что в чем-то она права. Например то, что с Трущёвым они каким-то магическим образом перешагнули отметку просто друзей, он понимал. О том, что с ними будет дальше, он еще не думал. Все трое заходили в автобус полностью погруженные в свои мысли. Кошелеву сильно волновал выбор Свободы, и не столько из-за эгоизма и желания удержать парня рядом, сколько из-за любви к нему, и желания, чтобы он был счастлив, неважно с ней или с Трущёвым. Максима сейчас сильно заботили слова Кристины, он ведь и правда собирался полететь к Сереже в Краснодар, может даже с ней. Хотя, изначально парень все же представлял их с Пиэлси вдвоем, без романтической чепухи, просто ему хотелось немного продлить ощущение того, что Сережа всегда будет рядом. Сергей же уже строил планы их совместного с Максом пребывания в его родном городе, совершенно не подозревая о сомнениях, который зародила Кошелева своими словами.