Существо: Проклятие золотого яблока

      …Мне удалось внимательно разглядеть сидящего: седые волосы достигали плеч, не перекрывая лицо; маленькие глаза и маленький рот. Морщин почти нет, однако, по нему можно сказать, что он достаточно стар. Одет был в белый костюм, белую рубашку с белым галстуком — все белое. Кожа его была гораздо темнее, чем у других посетителей, и, признаться, я такого цвета кожи никогда не видела. С этой встречи я вдруг поняла, насколько все люди бледны по сравнению с королем. Выходит, книга не врёт? — Что ж… садитесь, — сказал король. Эрик кивнул мне и сел за стол справа от короля. Я же обошла столик и села по левую сторону. — Остин, ты же знаешь, что я позволил тебе увидеться со мной ещё один раз? — Да, мой король, — ответил Эрик. — Смею предположить, что у тебя ко мне дело, ведь не стал бы ты тревожить старого человека, дабы поболтать по душам? — Верно, дело есть. — Я слушаю… — тихо проговорил король, откинувшись на спинку стула. — Эта вещь вам что-то говорит? — Эрик достал из жилета вытянутый прозрачный пакет и положил его перед королем. В него был запакован кухонный нож с тонкой круглой рукояткой и надписью на лезвии «Мастер Нортон». — Знаю, — отвечал король, — ты обвиняешь в этом меня, но подумай, Остин. Моя фамилия — это бренд. Вспомни лавку, в которой продавали такие ножи. — Хотелось бы мне вам верить, король, но лавка давно закрылась, а в газетах писали, куда устроили после этого ее хозяина. — В газетах? — усмехнулся собеседник, — это же самый ненадежный источник информации. Когда-то я говорила так же и, пожалуй, соглашусь с королем. Но встревать в разговор я не стала.       Король пристально смотрел на Эрика, как и сам Эрик пристально смотрел в глаза короля. — То есть, вы отрицаете, что мастер закрыл свою лавку, чтобы работать у вас? — То, что он закрыл ее, я не отрицаю, но работает он у нас или нет, я знать не знаю. Может работает, может нет, для меня это мелочь. — Ну хорошо! — Эрик резко встал, обошел стул и оперся одной рукой на его спинку, а другой направлял в разные стороны, — здесь же есть кто-то из ваших? Королевская армия? — Эрик продолжал смотреть на короля, — а может сам Спаситель? Вы не можете прийти сюда, не зная, будет он здесь или нет! — Довольно, Остин! — король повысил голос, а его левый глаз задёргался. Эрик вновь сел на свое место, продолжая смотреть в глаза королю.       Они сидели так несколько минут: смотрели друг на друга. Потом король бросил взгляд на меня и спросил: — А тебя как зовут? — Тина Розански, — ответила я. — Уж не та ли Розански, что прошла курсы визера? — Я прошла курсы визера. — Помню твоего отца, Даниэля. Не плох он был в своем деле. — Возможно, но я мало знаю о нем. — Хотела бы его увидеть снова? Мне стало не по себе. Он говорил так, будто способен оживить моего отца, для чего не хватает только моего желания. Однако, я не растерялась: — Это невозможно. Эрик смотрел то на меня, то на короля. — Да… ты права, — король склонился над столом и оперся в него предплечьями рук, — Ну, а как твой брат поживает? — Генри? Извините, но и о нем я мало знаю, даже меньше, чем об отце. Король на мгновение улыбнулся и вновь облокотился на спинку стула. Эрик странно на меня посмотрел. Будто с презрением. — Прошу меня простить, — говорил король, — я вынужден вас покинуть, но ненадолго. — Да, мой король, — ответил Эрик, продолжая на меня смотреть.       Король забрал карманные часы, сунул их в белые брюки, поднялся и вышел из-за стола. Как только наш собеседник скрылся из виду, Эрик начал: — Кто такой Генри? — Мой брат, — ответила я твердо. — Стало быть… Генри Розански? По мне прошли мурашки. Я не знала, что ответить, это было странно. Вопрос сбил меня с толку. — Не знаю, капитан… — Тина. — Да? — Перед тем, как работать с тобой, я внимательно изучил твое досье. У твоих родителей, Шарлотты и Даниэля не было больше одного ребенка. Ты единственная их дочь, разве не так? Если досье, то, значит, все правильно. — Я согласна с вами. — Так кто такой Генри? — повторил вопрос Эрик, убирая улику со стола себе в жилет. — Я не знаю… — Ладно, обсудим это в другом месте. — Расскажите о себе, капитан.       Мне очень не хватало знаний об Эрике. Я должна была записать о нем в дневнике ещё утром, но ничего не выходило. Может, его рассказ о себе поможет мне. — Что? Ты, правда, хочешь узнать обо мне? — Я подумала, если работаю с вами, то должна знать о вас больше, чем любой прохожий. — Думаю, ты права, Тина… — отвечал он, — я, Эрик Остин… …родился в соседнем городе. Он был не больше вашего; отличался тем, что четкого разделения на богатый и бедный район не было. Все было (и даже есть) вперемешку. Многих это не устраивало, потому что сталкивались разные взгляды людей: богачей и бедняков, будем так говорить. Разумеется, случалось много преступлений, и вообще город этот преступный. Семья моя была чуть беднее твоей. Братьев и сестер я, как и ты, не имел. Отца моего убили за несвоевременную доставку сока (работал он дилером), когда мне было 7 лет. Мы с матерью жили на сбережения, которые откладывали до этого. Ей было горько, но мне почему-то нет. Если до смерти отца я не интересовался ничем, а попросту влек существование, то после его убийства мне стало интересно. Почему маме плохо, а мне нет? Тогда я узнал побольше о существах, об их устройстве. Но узнал я мало, и мне хотелось больше знаний — что-то связывало меня с ними. Изучение существ — мое хобби. А в полицию мне пришлось пойти в 16 лет, после того, как сбережения закончились, а мать бросила меня и ушла к какому-то богачу. Благо, в полиции работал друг отца, который помог мне устроиться. Изучая существ, я стал лучше понимать людей, что помогало мне в расследовании многих дел, но это не то, что нужно было мне. Денег хватало, но от этого не легче.       Благодаря славе я познакомился с королем. Спаситель казался мне идеальным экземпляром для изучения, ведь он отличается от остальных существ своим поведением, имением цели и даже способностью аргументировать ее. Король не мог позволить мне приехать сюда ради поимки Спасителя — он верил в свою полицию, хотя, по моему мнению это маловероятно. Он согласился на пари, условие которого гласило: что если я не поймаю Спасителя и не остановлю серию убийств, то въезд сюда мне будет запрещен; но если мне удастся это сделать, то король выполнит одно мое желание. Так же я взял право на одну встречу с ним ради своеобразного допроса, назначенный на сегодня. — Сколько вам сейчас лет, капитан? — Мне тридцать два. Молодой для капитана, да? — Не знаю, мне все равно. — Вашему Винтерсу около восьмидесяти, а он все еще капитан. — Верно… Эрик устало вздохнул и погрустнел. — Капитан, почему вы носите все время перчатки? Эрик снова наполнился энтузиазмом, но долго не мог подобрать слов. — Может быть, Тина, — говорил Эрик, смотря сквозь меня большими глазами, — ты об этом узнаешь, но позже. Сейчас нам нужно сконцентрироваться на поиске Спасителя. — Да, вы правы.       Грохот оживил меня и всех здесь присутствующих. — Тина! — крикнул Эрик, взяв меня за руку и пригнув к полу. Тяжеленная, судя по звуку, люстра упала прямо на место, где сидел наш собеседник. На балконе второго этажа был виден черный силуэт, который в последствии скрылся. Эрик заметил это раньше меня и тотчас вынул револьвер из жилета и направил в сторону балкона. Но было поздно, и Эрик не стал стрелять. — Тина, это покушение! — крикнул Эрик, опуская револьвер. — Что это значит?       Паника охватила всех посетителей. Они кричали о том, что слышали выстрел. Однако, я его не услышала, ведь люстра упала прямо рядом с нами — а грохот приглушил стрельбу. — Покушение на короля! — кричал Эрик, — быстро! Сюда! Эрик, не отпуская моей руки повел меня к лестнице, ведущей на второй этаж. Мы быстро поднялись: на втором этаже ни души. — Тина, — шептал Эрик, — активируй свое зрение. — Есть. Правый глаз не подтвердил мое первое заявление: на втором этаже находился один тип, он был прямо перед нами, но за стеной. Фигура напоминала высокую трапецию, на верхнем основании которой лежало что-то прямоугольное и вытянутое в сторону. Фигура двигалась в ту самую сторону, причем медленно.       Шепотом я сообщила обо всем Эрику, на что он ответил: — Назад. Я послушалась и сдала назад за спину Эрика. Он поднял револьвер, держа его в одной руке, и пошел к двери напротив. Я шла за ним и не переставала видеть ту фигуру, которая все еще движется. То ли звуковая изоляция хорошая, то ли паника на первом этаже прекратилась — было абсолютно тихо. Очевидно, что дверь вела к балкону, значит, тот силуэт и является видимой мне фигурой. Как только мы подошли к двери, я тихо сказала Эрику: — Он справа. Эрик медленно протянул руку к двери, взялся за ручку, резко дернул и вышел на балкон. Я двинулась за ним через дверь. Взглянув на фигуру, я поняла, что ее черты не прекращают сидеть в моей памяти. В глаза бросалась черная вытянутая маска, похожая на голову дракона. Фигура стояла к нам спиной и глядела на нас, повернув голову: глаза горели зеленым. Одета она была в длинный серый плащ, из которого вдоль торчали лезвия. — Не подходите ко мне, — сказал тип грубым мужским голосом. Эрик не стал медлить и выстрелил в область живота. Тип отшатнулся от нас, но не упал. После этого он резко развернулся и метнул в нашу сторону нож. После чего тип соскочил с балкона и пробежал к выходу (людей в зале уже не было). Эрик сел на пол и разглядывал нож, застрявший у него в левой руке. — Вы в порядке, капитан? — поинтересовалась я. — Это он, — совершенно спокойно, продолжая разглядывать нож, сказал Эрик. Лезвие застряло прямо в середине его ладони — рукоятка торчала с внутренней ее стороны. На лезвии было что-то похожее на кровь, но черное. — Тина, — начал Эрик, вытаскивая из руки нож, — ты, должно быть, удивлена. — Нет. — Верно… — сказал он грустным тоном, после чего окончательно вынул орудие. Пистолет, лежавший на полу вскоре оказался в жилете Эрика.       Я помогла ему встать, и мы спустились на этаж ниже. — Пойдем, Тина, осмотрим место преступления. Эрик недолго копался в обломках от стола и люстры, совершенно не обращая внимание на рану. Он сумел найти в обломках нож другой формы. Показав его мне, Эрик заявил: — Это точно он, Тина. На лезвии красовалось знакомое сочетание слов, составленное из черных букв. Рассматривая два ножа, Эрик протянул мне тот, что торчал недавно из его руки, рукоятью ко мне — Если тебе, действительно, интересно, то ты сама обо всем узнаешь, — сказал он. Я лишь взяла нож в руку и спрятала его в сапоге под платьем. — Спасибо, капитан. Эрик нежно улыбнулся, вынул из кармана чистый прозрачный пакет и упаковал в него другой нож. — Капитан, я чуть не забыла, — сказала я, разжав кисть руки, в которой была смята записка от Элин. — Что это? — Мне самой интересно, вы следователь, значит, сможете понять. Я протянула записку Эрику, тот, не разворачивая ее, положил в карман. — Я исследую ее, она может помочь нам в расследовании, — серьезным тоном сказал он, смотря на меня голубыми глазами. — Спасибо.       Спустя несколько минут Эрик двинулся к выходу: — Пойдем, Тина, остальным займется полиция. Я последовала за ним. Мы шли по той же дороге, шли молча, было тихо. Уличный мрак сигнализировал о наступлении ночи. Всю дорогу я ни о чем не думала, но понимала, как сильно устала за весь этот день. Эрик проводил меня до дома, а когда мы уже были на месте, он сказал: — Я зайду за тобой в шесть вечера, выспись хорошенько. — Да. Эрик пошел дальше, сунув руки в карманы. Направляясь ко входу в дом, я заметила горящий свет внутри. Я зашла, и меня встретила бодрая Элин и проговорила, тянув слова: — Ооо… как это мило, мисс. — Я устала, Элин, ключ при мне, поэтому я пойду к себе. — А как же поболтать? — О чем? — Я думала, — говорила она со стеснением, — что вы бы хотели поговорить о нем… — Нет, я пойду. — Спокойной ночи… Я ушла на четвертый этаж и открыла дверь квартиры под номером десять. Mk 98 ultra Шестизарядный револьвер со средней длины стволом, модификация Mk 98 (80 год), созданная в 123 году. Пули из стального сердечника и покрытия из толстого слоя ртути. Они способны застревать в теле, но, если прошли навылет, то оставляют следы ртути в глубине раны. Оружие создано для эффективного поражения существ. Примечательно то, что его удобно носить в одежде: Mk 98 имел стандартный барабан круглой формы, когда его модификация ultra имела барабан овальной формы. Такой барабан состоит из двух осей (одна из которых являлась частью ствола), ременной обоймы (ремешок с шестью укладками под патроны) и барабанной коробкой, защищавшей механизм. Нижняя ось прокручивала обойму после каждого выстрела (снаружи ее можно вручную прокрутить, если механизм заклинило).