Существо: Проклятие золотого яблока

      Вчерашний вечер выдался жестоким для моего тела: все до сих пор кололо. В данный момент я лежу на кровати лицом в подушку, одетая в платье, но без сапог. Я резко вскочила, ведь в сапоге был подарок от Эрика.       Первым делом я зашла на кухню и не прогадала. Нож, подаренный мне Эриком лежал на столе. Жидкость на лезвии давно застыла и превратилась в корочку. Хорошо, что я не забыла вытащить нож из сапога.       Спустя пару минут спокойствия я вспомнила еще кое-что, не менее важное. Вернее вспомнил мой организм. Меня повело к раковине и стошнило. — Сок… — шипела я.       Я повалилась на пол, прислонившись к тумбе. Я ощущала себя отвратительно. Сил встать не было. — Посижу немного и… встану…       Глаза закрывались, но я не поддавалась сну, которой мог стать для меня вечным.       Мне страшно. Я не знаю, сколько времени прошло. Я не могу ничего сделать. Мне очень хочется, чтобы кто-нибудь зашел ко мне и помог.       Я открыла глаза и наконец нашла в себе силы. Опершись о тумбу я смогла подняться.       На кухне и в зале сока не было. В спальне тоже. В прихожей, очевидно, его не было изначально. Я в растерянности. Первым, что пришло в голову была Элин. Она сможет мне помочь.       Я выбежала из квартиры и спустилась на первый этаж. Никого не было, и я стала стучать в комнату Элин: — Открывай… Открывай, Элин!.. — Простите, мисс, — отвечала Элин за дверью, — если вы по поводу сока, то сейчас его нет. Что мне делать? Я еле скинула свое платье, обулась в гостевые тапочки и вышла на улицу в чем была: темно-серой сорочке и колготках.       В планах было дойти до бара, а там как пойдет: денег при себе не было. Я вряд-ли уже смогу подняться за ними, поэтому буду полагаться на то, что меня там знают.       Небо как всегда серое, падали мелкие капли. Как только я вышла, то сразу же привлекла к себе внимание прохожих. — Смотри, что она задумала? — обратилась маленькая девочка к сопровождающей ее женщине. — Пойдем быстрее, милая, — ответила та, взяв девочку за руку и прибавив шаг.       Мне было не до этого. Я, как могла, спешила в бар. Капли воды продолжали падать с неба. По пути я наблюдала за людьми, которые косо смотрели на меня и кричали что-то, но я ничего не слышала — мои уши заложило. Видела существ, которые не обращали на меня внимание и двигались довольно быстро.       Реже замечала зомбаков. Первая группка прошла мимо меня. Появилась вторая: — Эй, стой! — вякнул один из зомбаков и остановил меня, столкнувшись со мной плечом. — Да она сама не своя, — сказал один, обходя меня. — Ты ее знаешь что ли? — В баре видел один раз, — ответил тот и толкнул меня со спины.       Я упала на асфальт. Руки смягчили удар для лица и всего тела в целом. — Смотри, да она слабачка! — Пошли-ка отсюда… — проговорил один сзади. — Куда мы вообще идем, Рокки? — спросил другой спереди. — Идиот! Я просил не называть меня по имени! — Успокойся, командир, — говорил третий голосом погрубее, — тут никого, а эта в отключке. Он толкнул меня в бок ногой, но я ничего не могла сделать. — Пошли, — сказал Рокки, предварительно плюнув на асфальт.       Шагов уже не было слышно. Я неподвижно лежала на земле. До бара оставалось совсем немного. Скорее всего оттуда и вышли те зомбаки. Тошнить перестало и колоть тоже. Я лишь чувствовала холод дождя, который не давал мне уснуть. И в мыслях не было подниматься. Я хотела только спать.       Постепенно, привыкая к дождю и слякоти, я начала засыпать. Меня не волнует уже ничего. Что со мной произойдет дальше — неясно.       Война идет уже год. Мы с братом твердо решили пойти добровольцами; ему было 16, а мне 14. Я хотела доказать отцу, что он не зря верил в меня. Генри пошел со мной только потому, что не мог оставить меня одну.       Солнечный день. Я и Генри шли по главной улице в здание приема добровольцев. Брат оделся по-парадному, а я нацепила на себя свой любимый сарафан. — Не волнуешься? — заботливо спросил Генри. — Нет, совсем нет. — Лаура, ты точно уверена? — Ну конечно! Разве мы можем бросить все на полпути? — И вправду, — произнес он, улыбаясь.       Какое-то время мы шли молча. Тишину прервала проезжающая мимо нас машина. Их мало в королевстве, пока что. Генри говорит, что скоро их станет намного больше, и война сама себя окупит. Не зря же к ней готовились с 59-го и целых три года. Это больше по сравнению с тем, как готовились к Первой войне: к ней совсем не готовились. — Генри, — спрашивала я у брата, — как думаешь, при каком короле лучше: Дулере или Нортоне? — Разумеется, при Нортоне.       Я ожидала этот ответ от него. Генри ценит нынешнего короля за внесенный вклад в индустрию Фарленда. Да и он никогда не торопился — это дополнительный балл ему в копилку. Перед тем, как сделать что-то, он это тщательно проверяет. Если оценивать все так, то Генри прав. Но я думаю, что коронация Нортона — это вынужденная мера. Не будь проклятого Золотого дерева, мы жили бы счастливо и при покойном Дулере. Трусость погубила его. Единственный его недостаток… — Ну, а что насчет того, — спрашивала я, — что Дулер хотел объединить нас и зомби? — Он же не смог, — ответил с улыбкой Генри. — Он даже создал Закон природы. — Этот закон он создал, чтобы оправдать свою нерешительность, вот и все.       Перед нами уже показалось здание приема. Мы зашли внутрь. Была большая очередь. Ничего не оставалось, как встать в нее и ждать. Можно было услышать, как люди гадают, что нас ждет: — Говорят, новую форму создали. — Да это уже всем давно известно! Вы явно не знаете и о новом вооружении! — Вы правы, но разве нас не должны были обучить заранее? — Так вам тогда раньше надо было приходить!       Очередь двигалась на метр за каких-то пять минут. Поэтому ждали недолго. — Здравствуйте, — говорил мужчина с седыми усами и маленькими глазами, одетый в новую военную форму, — благодарим вас за принятие участия в войне, напишите свои имена и поставьте подписи. Генри первый заполнил форму, но когда очередь дошла до меня, я все внимательно читала. — Контракт на дальнейшие послевоенные приказы? — спросила я. — Да, — отвечал мужчина, — это значит, что вы будете служить Фарленду даже после войны. Меня мало волнует, что будет после войны — сейчас это не важно. Сначала нужно вступить в войска. После прочтения формы я подписалась. Ничего подозрительного в ней не было. — Хорошо, теперь становитесь сюда, с вас снимут мерку. Сзади него стояла женщина в той же форме. Она вышла ближе с метром в руках и стала замерять нас. После этого мужчина сказал: — Учения для вас начнутся в этот же день со следующей недели в восемь часов утра. Приходите сюда к семи тридцати, и вас организуют. На учения отводится месяц. Далее формирование отрядов и на фронт. Вопросы? — Лаура? — посмотрел на меня Генри. — Нет, все ясно. — Добро пожаловать в королевскую армию, — сказал мужчина, громко поставив штамп на каждый из наших контрактов.       Мы вышли наружу. Генри предложил: — Может в честь этого устроим роскошный ужин? Мама будет в восторге. — Почему нет, ты же у нас фанатик! — Ну знаешь, — злился понарошку Генри, — я один все делать не буду! — Ладно… Я помогу, только посуду, чур, ты моешь. — Ну конечно. Там и решим. — Ах, а я рада, что нас взяли… — А я будто нет? Нас даже приняли вместе. — Да, мы будем вместе всю эту войну, сколько бы она не шла… Генри приобнял меня и мы шли так домой. Я уверена, что отец гордился бы нами.       Меня разбудили прикосновения. Молодой человек в черной форме поднял меня на ноги. Им оказался Эрик: — Тина! О нет… — говорил он, вытирая мои щеки от грязи. Я все еще не могла пошевелиться. Немного усилий я тратила, чтобы не упасть, но сказать ничего не могла. — Почему ты в домашнем? — спрашивал Эрик, — куда ты идешь? Эрик обернулся, посмотрел назад несколько секунд и повернулся ко мне. — Все понятно.       Эрик подхватил меня и мы шли обратно в дом. Стало темнее, а дождь продолжал лить с той же силой. Я не могла заметить, как смотрели на нас люди, существа, зомбаки — я ничего не видела, и все было мутно.       Не помню как, но мы добрались до квартиры — я уже сидела на кухне. Эрик напоил меня соком из своей фляги. Я пришла в чувства, от чего становилось не так уж и легко: вернулась боль и тошнота. Но я была этому рада что ли. Ведь я снова ощущаю свое тело. — Спасибо, — сказала я Эрику, улыбнувшись. — Тебе лучше? — спокойно спросил он. — Гораздо. — Угу… — произнес Эрик, косо посмотрев на меня.       Он сел на табурет передо мной и начал говорить: — Знаешь, вообще-то еще только четыре часа, но я не мог ждать, чтобы рассказать тебе о том, что заметил вчера. — Что вы выяснили? — Люстра упала не случайно. — Я знаю, — спохватилась я, — кто-то выстрелил в цепь. — Неверно. — Но как же, ведь все кричали об этом. — Полиция дежурит там с самой ночи. Выяснилось, что один из посетителей выстрелил в другого из зависти в самый подходящий момент. — Выходит, — предполагала я, — кто-то ослабил цепь перед праздником. — Хаха, — усмехнулся Эрик, — все гораздо проще. Ты видела, как я нашел в обломках нож. На балконе был Спаситель, и это подтвердилось. Как известно, он чересчур ловко обращается с ножами, а потому мог без затруднений попасть одним в цепь и разорвать звено. Она не была рассчитана на такую перегрузку. Эрик абсолютно прав. Он, действительно, нашел там нож. И надпись говорила о его владельце. — Вы правы. — Самое интересное, — продолжал Эрик, — что король знал о нем. Перед самой его неслучившейся смертью от люстры он вышел. А теперь скажи мне, разве убийца будет предпринимать меры, не убедившись заранее, что жертва все еще находится в ловушке? — Нет, это глупо. — Да. Еще одним подтверждением является поведение короля. Он неплохо скрывается, но если как следует надавить на него, то эмоции выдадут его. — Как вы узнали, — интересовалась я, — что он выдал себя? — Правда в глазах, Тина. Собеседнику нужно смотреть не на рот, не на щеки или нос — нет. Нужно смотреть в глаза и самому при этом не отступить. — Даже если и так, то это не является доказательством виновности короля. — Ты права. Я давно подозреваю его и знаешь почему? Существа. Они не способны самостоятельно совершать преступления. Во всех делах с преступниками класса «C» виновными были люди. Они либо убеждали существ, либо подкупали, либо угрожали… — говорил Эрик, опустив голову. — Но… почему именно король? Это мог быть и другой человек. — В этом и дело, я могу лишь предполагать. Ведь на основании только лишь мимики глаз я не могу доказать причастность короля. — А зачем вы кричали о покушении на короля? — Есть большой шанс, что король наблюдал за этим со стороны. Нельзя, чтобы он думал, что я уверен в его виновности. А я уверен. Теперь все понятно. Эрик подозревает короля. У него есть на это основания, но нет улик. Значит, остается только найти их. — Да, Тина, — продолжал Эрик, доставая из кармана брюк письмо, переданное ему мной, — я внимательно изучил этот листок. Он источает запах гнили, — в этот момент Эрик прислонил бумажку к носу и вдохнул, — вернее не источает, он был им пронизан. Почерк отрывистый, будто спешили или… перебрали с соком. Текст свидетельствует о некой организации существ, имеющих цель достичь любого эмоционального потрясения. Эрик зевнул и продолжил: — Судя по всему, мы имеем дело с «Алым кругом». Алый круг… Элин сказала: «Алый круг не дремлет». Значит, Эрик в курсе всего. Это логично, ведь он всю свою жизнь посвятил изучению существ. — Я… — Тина, — спрашивал Эрик, перебив меня, — кто передал тебе это письмо? — Хозяйка дома Элин. — Вот как…       Эрик поднялся. И уже собирался уходить, предварительно скомкав письмо и сунув в карман брюк. — Большая удача, что я решил прийти раньше и нашел тебя, — проговорил он безэмоционально. — Я вам благодарна. — Я могу часами говорить о моих выводах, но ты сильно устала. Поэтому даю тебе перерыв. Ты должна выспаться, а завтра я зайду пораньше, часов в двенадцать.       Я поднялась со стула следом за Эриком, чтобы проводить его. Мы были уже в прихожей, Эрик обувался, а я продолжала разговор: — Вы выстрелили в Спасителя. Если бы целились в голову или еще какое слабое место, то убили бы. — Поэтому я не стрелял ему в сердце. Мне нужен живой экземпляр для изучения. — Вы могли бы тогда стрелять по ногам, чтобы он не ушел. Обувшись, Эрик резко поднялся и ответил: — Это ход конем, Тина. Я промахнулся специально, чтобы установить связь между королем и Спасителем. А вообще, Тина, не морочь свою голову. Я сказал, что тебе нужен перерыв, так что объясню все потом. Мне очень хотелось узнать сейчас. Но придется терпеть. — И да, — вспомнил Эрик, приложив ладонь к ручке двери, — с завтрашнего дня тебе будут поставлять сок персонально и в достаточном количестве.       Эрик открыл дверь. На пороге стояла недовольная Элин и сказала: — Сэр! Вы забираете у меня работу! — А вы Элин, значит? — Идите вон. — Хорошо, хорошо… Эрик спустился, а Элин, посмотрев на меня с улыбкой, закрыла дверь и ушла, судя по шагам.       Я приняла душ, но спать не собиралась. Еще не поздно, поэтому я могла заняться своим любимым делом. Я взяла с комода личный дневник, ушла с ним на кухню и стала записывать. — Зачеркнуть «Спаситель»… «Капитан»… После этого я стала всматриваться в нож, который дал мне Эрик. Здесь что-то не так. Сегодня я не успею, оставлю это на завтра. Дневник с хлопком закрылся. Примечание В следующих главах повествование будет вестись от лица другого персонажа.