Иди ко мне

      Диана бежала по берегу реки. Она не знала, куда держит путь, в голове, словно незримая путеводная нить, пульсировали всего три слова: «Иди ко мне…» Голос звучал монотонно, ровно, совсем без эмоций. Как гипноз. Лишь изредка этот звавший её голос вдруг срывался почти на крик. А иногда ей чудился тихий плач. И больше не было ничего. Только «иди ко мне» и всё… Неведомый некто ничего не объяснял: куда ко мне, зачем… Он просто раз за разом, словно испорченная пластинка, упрямо звал к себе.       И Диана старалась. Очень старалась найти этот голос…       Лапы привычно сминали густую траву, мощное, гибкое тело сильными рывками неустанно двигалось вперёд. Она слышала этот голос и шла на него, но каждый раз в конце пути её ждали лишь пустота и звенящая тишина.       На этот раз голос привёл её к заброшенному городку. Волчица остановилась в нерешительности, не понимая: зачем она тут? Голос больше не звал, он вообще смолк, и, разумеется, здесь снова никого не оказалось. Только заросшие тропическими лианами и папоротником развалины старого города, но сегодня было что-то не так, не как всегда.       Волчица принюхалась, влажный нос вдруг уловил знакомый запах. Чужой. Нездешний. Диана напряглась, стараясь вспомнить, где она его уже ощущала. И не могла. Перестав бестолково гадать, волчица склонила морду к самой земле, выискивая след. Она чертовски устала бесцельно бродить по родному, но какому-то порой совсем незнакомому лесу. Она устала быть всегда одна. Ей очень хотелось не просто бестолково бежать вперёд, а прийти уже куда-нибудь, хотелось повстречать хотя бы одну живую душу. Но в этом грёбанном лесу не было вообще никого, тут почему-то даже не пели птицы. Только она, деревья и звенящая тишина…       Ноздри трепетали в волнении. Запах ощущался всё отчётливее. Руины остались позади, перед ней возникли новые небольшие постройки их школы, только сейчас и тут никого не было. Ни одного живого существа.       Волчица вскинула голову и протяжно завыла. Отчаянно, горько. Вдруг нос снова уловил знакомый запах. Встрепенувшись, Диана рванула вперёд. Комната за комнатой, и наконец она очутилась в музыкальном зале.       Диана замерла на пороге. Он тоже был пуст, дальше за ним комнат больше не было, но запах шёл явно отсюда. Волчица медленно вошла внутрь и поняла, что не ошиблась. Здесь каждый уголок был пропитан этим запахом. Чужим и в тоже время своим. Родным…       «О! Ты пришла! Надо же… — раздался вдруг в голове тот самый голос. — А я почти отчаялась тебя дозваться…»       «Пришла… Зачем ты меня звала?»       «Я не могла не звать, — в голосе послышались смешинки. — Ты обещала показать мне музыку и не показала. Нехорошо, Диана. Обещания надо выполнять…»       «Музыку слушают, а не показывают… " — фыркнула волчица, вертя головой и не понимая, почему она слышит свою собеседницу, но не видит.       «Да? — откровенное удивление. — Я не знала. Ты же помнишь, у нас нет музыки, я не понимаю, что это…»       В следующую секунду привычную уже опостылевшую тишину нарушили нежные звуки скрипки. Волчица вздрогнула и аж присела от неожиданности.       «Ого! Ты играешь! Потрясно играешь! Что же ты врёшь, будто не знаешь музыки?!»       «Ты ошибаешься, — ровный, механический ответ. — У нас запрещена музыка. Я правда не знаю, что это…»       «А кто же играет тогда? Наш единственный скрипач погиб ещё двадцать лет назад, — укоризненно отозвалась волчица. — Почему ты мне врёшь?»       «Я не вру! Не вру! Зачем ты так говоришь? Нам нельзя это… Творчество… Плохо… Это нельзя… Категорически нельзя…» — чуткие уши волчицы уловили явные нотки истерики и страха.       «Ладно, ладно, я верю тебе, прости… — мгновенно среагировала Диана, испугавшись, что и голос и чарующие звуки скрипки сейчас исчезнут. — Успокойся только…»       К ужасу Дианы в следующий миг игра действительно прервалась. Голос молчал.       «Ты здесь?» — затаив дыхание, осторожно позвала она.       «Да…» — прошелестело в ответ.       «Хорошо… — выдохнула Диана. — А почему я тебя не вижу?»       «Ты сама не хочешь открывать глаза…»       «Что?!» — опешила волчица и снова завертела головой.       Как же так? Диана не понимала. Как это, она не хочет открывать глаза? Что за чушь? Она ведь всё видит, всё чувствует!       «Всё, кроме той, кого ты слышишь…» — прозвучало откуда-то совсем изнутри. Это был уже её собственный внутренний голос…       — Диана, открой глаза! — вдруг долетел до сознания совсем другой, уже какой-то третий голос. — Хватит трусливо бегать от реальности, Ди! Открывай глаза немедленно, ты давно можешь это сделать. Что ты как маленький ребёнок?!       Диана сглотнула и медленно, с огромным трудом приоткрыла отчего-то очень тяжёлые веки. Расфокусированный взгляд наткнулся на знакомый потолок в хижине для врачевания, а следом выхватил силуэт Маришки…       — О! Ну, слава Лесной Деве! — выдохнула та. — Я уж думала, ты совсем решила не возвращаться и сбежать от своей жены…       — К-какой ещё жены? — ошарашенно просипела Диана потрескавшимися, совсем пересохшими губами. — Ты спятила? Дай попить, а…       — Ага, вот, давай аккуратненько, — Марина поднесла ко рту Дианы глиняную плошку холодной водички. — Вот умница…       — Так, какой ещё жены? Ты болотных грибочков облопалась? Живо рассказывай, что тут вообще произошло? — нахмурилась девушка. — А то у меня в голове туман какой-то. Нихера ничего не помню…       — Пф! Надо думать! — фыркнула сестра. — Туман у неё… Ещё бы! Если б не твоя жёнушка, ты уже давно навсегда отправилась бы к праотцам…       — Марин, не зли меня! Какая ещё, нахер, жена?! — хрипло рявкнула Диана, теряя терпение.       — Света твоя, какая же ещё, — спокойно отозвалась Марина. — Ну давай, вспоминай уже. Городские непонятно зачем устроили вылазку на Пустошь, ты с ребятами отправилась защищать границу. Потом приволокла оттуда живую городскую, а утром ещё и сумку её с травками понесла к стене… Ну? Неужели совсем ничего не помнишь?       Марина говорила, а в голове Дианы стремительно мелькали картинки, память возвращалась. Уже секунд через десять девушка подскочила на плетёной кровати и рыпнулась бежать. Сестра, видимо, ожидала такой реакции и резким движением легко уложила её обратно.       — Ну-ка, тише! — Марина держала её за плечи и прижимала к кровати. — Ишь, помчалась она… Не дёргайся так, ты ещё очень слаба. Видишь, даже я, какой-то несчастный лекарь, запросто могу с тобой справиться…       — Пусти… — упрямо пыхтела Диана. — Пожалуйста! Ты не понимаешь! Её же убьют!       — С чего это? — вздёрнула брови сестрёнка. — Забыла? Мы не убиваем своих соплеменников, а твоя Света уже почти как неделю член стаи, так что уймись…       — Что? Неделю?! — захлопала глазами Диана, перестав наконец вырываться. — Я что, целую неделю валялась тут?!       — Нет, дорогая, ты неправильно говоришь. Всего лишь какую-то жалую неделю! — усмехнулась Маришка. — И всё благодаря твоей Светлане. Пойми, бестолочь, одна только рана на боку была смертельной… Я, конечно, легко отыскала тебя по крови, ребята притащили сюда, но выходить было не под силу даже Лесной Деве, понимаешь? А она смогла! Всё-таки у этих городских офигенные медики…       — Угу, понятно, — пробубнила Диана, хоть на самом деле ей было вообще ничего не понятно!       Нет, она ничуть не сомневалась в компетенции Светы, как медика, но… А как её банально не убили-то?! Она была уверена, что городскую девчонку тут же разорвали бы на сотню маленьких Светок, выйди она за порог хижины…       — А знаешь, она у тебя очень смелая! — ворвалась в её мысли Марина, протягивая какой-то отвар. — Это надо ведь ещё решиться выбраться из хижины, зная, что тебя тут же убьют, а ты пикнуть даже не успеешь. И вообще, я начинаю боятся Городских. Пока мы носились с тобой, пытаясь выдрать из лап смерти, твоя Света выскользнула из хижины и пробралась незамеченной к реке. Туда, к заводи. Ты, наверное, видела, что там очень много всяких растений. Прикинь, мимо стаи волков! Незамеченной! У меня до сих пор это в голове не укладывается. Нет, я допускаю, что мы тут на ушах стояли с твоим сумасбродным поступком и практически хладным трупом, но всё равно… Волк и человек! Это же несравнимо вообще!       Диана, вся обратившись в слух, машинально проглотила настой, уловив вдруг знакомый запах. Тот самый, из жуткого сна…       Сосредоточенно нахмурившись, она уставилась в пустую посудину, пытаясь осмыслить невероятное. Как так-то? Ну вот же она, будучи совсем слабой и совершенно не в кондиции, и то легко уловила чужой запах — то, что отвар готовила Светлана, сомнений не вызывало — так, как же целая стая упустила её?!       — Вот у неё и спросишь, — хмыкнула Марина, легко догадавшись, о чём думала сейчас сестра. — Нам Светлана свой секрет не открыла…       — А где она, кстати? — вскинула глаза Диана, ощутив вдруг, что… Соскучилась! Просто дико соскучилась по своей маленькой Светке!       — Тимофей ещё утром понёс её в нашу школу, там у детишек сразу человек десять заболело, и твой отец попросил её помочь малышам, — отозвалась сестра. — А так, она целыми днями от тебя не отходила, Дин. И знаешь… Скажу совсем уж бред, но тебе с ней очень повезло, правда… Она прикольная. И добрая. А ещё весёлая и какая-то… светлая, что ли, понимаешь? Даже не представляла, что у этих, за стеной, такие бывают, — Марина мягко улыбалась, говоря все эти странные и совершенно немыслимые слова, как вдруг спохватилась: — Так, что-то я тут разболталась. А теперь живо закрывай глаза, тебе сил надо набираться…       Диана кивнула и послушно прикрыла веки, ощутив, что действительно очень устала за время этого непродолжительного разговора. В голове никак не укладывалось. Прошла всего лишь неделя, а будто бы целая жизнь. Она теперь больше не гордая одинокая волчица, бегавшая сама по себе, теперь у неё есть жена. И не абы какая, а из Города, из-за той проклятой стены… Ей казалось, что за эту маленькую смешную Светку придётся драться и грызться насмерть, а она сама взяла и решила все проблемы. Пока она была без сознания, состоялся совет, и Света теперь в их стае… Чудеса да и только!

***

      Диану разбудили шум и суета, доносившиеся с улицы. Девушка села на кровати и, благо строгой сестры не было рядом, собралась пойти посмотреть, что там случилось, но на ноги встать не успела. Кудрявый ураганчик ворвался внутрь хижины и возмущённо зашикал:       — Это что такое?! Немедленно ложись обратно!       — А то что ты сделаешь? — расплылась в улыбке до ушей Диана. Было невероятно прикольно слышать такой приказной тон от этой смешной городской, а уж видеть…       Взгляд пробежался по ладной, успевшей подзагореть фигурке. На Свете были короткие светлые шорты и тонкая майка. Хоть испещрённые многочисленными царапинами стройные ножки и предплечья вызывали уныние, общий цветущий и какой-то сияющий вид заставил Диану разгладить недовольно нахмуренный лоб и улыбнуться ещё шире.       — Что, что… — пробубнила Света, ухватившись за плечи и относительно легко уложив свою половинку назад на койку. — Вот что! С тобой сейчас даже малыш справится…       — Какая ты… противная, — огрызнулась Диана, не переставая лыбиться, как дурак. — Светка, я ведь поправлюсь и… Отомщу! Так и знай!       Зелёные глаза превратились в узкие щёлочки, огонёк азарта, интереса к жизни и откровенного любования блеснул в них самой лучшей наградой для медика.       — Ой-ой, уже боюсь, — захихикала девушка из города, состроив уморительную рожицу. — Ты поправься сначала, а потом мсти. Марина давала тебе отвар? — Диана быстро кивнула. — Ага, хорошо, сейчас сделаем другой. Ты его выпьешь и уже через пару деньков будешь у нас, как новенькая…       — Светка, — перекатывая на языке редкое у них имя своего светловолосого чуда, негромко позвала Диана. — Ты как тут вообще?       — Что? Дааа, нормально, — откликнулась городская девочка Света. Хотя… Какая же она теперь городская? Загорелая кожа радует глаз свежестью, на щеках лёгкий румянец, копна непослушных волос собрана в высокий неаккуратный хвостик, придавая облику совсем юный вид. Теперь ей вряд ли можно было дать больше лет, чем самой Диане. — В школе вот вашей была, там у малышей отравление. Полечила немножко…       — Здорово, — бесстыже пялясь на Свету, пробормотала Диана. — А как… — волчица осеклась. И как спросить? Почему тебя не убили?       — Что как? — снова состроила рожицу Светлана, подходя к кровати с очередным лекарством. — Держи, сможешь сама выпить или помочь?       — Смогу…       — Почему я ещё живая, ты хотела спросить? — откровенно веселилась удивлению Дианы Светка. — Да что? У тебя на лбу все мысли написаны… — пояснила она. — Утром не увидела свою сумку и в ужасе поняла, куда ты ушла. Хотелось рвануть за тобой, но я всё равно не смогла бы отыскать в лесу дорогу. Вот… Сидела в хижине и… ревела… — опустила глаза Светлана, погрустнев на секундочку. — Потом тут суета началась конкретная такая, когда тебя притащили едва живую. Все бегали, носились, как угорелые. Даже какая-то до ужаса странная тётка появлялась. Ты, наверное, знаешь её. С таким страшным взглядом, будто она наполовину тут, а где второй частью бродит, хрен её знает…       — Не какая-то тётка странная, а сама Лесная Дева, чудо ты городское, — не стерпела такого описания их божества Диана, но тут же спохватилась и попросила: — Продолжай, пожалуйста. Что потом было?       — Ой, да знаю уже, кто это был, — отмахнулась Света. — Марина просветила. А дальше я не выдержала и решила, что тебя надо срочно спасать, а то всё твоё племя на ушах стояло, а сделать ничего не могло. Ну вот и пришлось пробираться лазутчиком к той заводи, что я видела по дороге сюда. Может, ты думала, когда несла меня, что я ничего не соображала от ужаса, но у меня наоборот все силы и умения будто бы сильнее мобилизовались. Кажется, я ещё никогда не была настолько собранной, как в тот момент. Мне удалось проскользнуть к заводи незамеченной… Ой, что? Да заняты тобой все были, плюс у меня всегда отлично по НВП было…       — По чему эм… отлично было у тебя? — нахмурилась Диана.       — По НВП. Начальная военная подготовка. У нас в школе это обязательный для всех предмет, — пояснила Светлана. — Там не учат профессионально воевать или быть разведчиком, как Отмороженных или Защитников. Это просто минимальные навыки выживания на враждебной территории. У нас были классы, где воссоздавался ваш лес. Ну… Вернее, Знающие думали, что он похож на него, а на самом деле не очень. Но это уже не важно… И надо было там замаскироваться, чтоб тебя сразу же не убили, и постараться как-то убрать свой запах. А ещё лучше совсем увести вас со своего следа…       — Ого! — распахнула и без того огромные глазищи Диана. — И у тебя отлично было по маскировке?       — Ага, — ухмыльнулась Света. — И по ней, и вообще. Мне там нравилось. Пусть не настоящий, но всё-таки лес, а не эти одни только безликие серые коробки домов…       — Блять, не отвлекайся! — не сдержалась Диана. — И как же можно «нас увести»?       — Да запросто, — совсем развеселилась городская девчонка. — Всего-то и надо потереть в руке зверолистник с лопухом плющевидного дуба, чтобы образовался сок, а потом капнуть им на следы позади себя. И всё. Ваш нос будет бессилен! А если ещё при этом отыскать грибы-хамелеончики и положить парочку в карман — вы собьётесь и точно уйдёте в другую сторону…       Диана, открыв рот, в шоке таращилась на свою половинку. Мать её ити! Так вот почему эти городские Отмороженные скоты умудрялись порой пробираться к самой деревне со своей проклятой отравой! А они-то всегда грешили на плохо выполнявших свою работу дозорных…       И вдруг Диану осенило. Так, может, сейчас и в школе дети не просто так заболели? Городские потеряли последний раз довольно много своих людей, самое то, чтобы отомстить им теперь…       — Да, — благополучно считав мысли своей половинки, едва слышно отозвалась мгновенно посерьёзневшая Светлана, отведя глаза. — Это наших отрава, Дин…       Что произошло дальше — не поняли ни та, ни другая.       Импульс. Рефлекс. Инстинкт…       Какая-то жалкая секунда, и ошарашенная Света оказалась прижата к полу огромной мохнатой лапой волчицы. Острые когти больно впились в её шею. Зверь едва стоял, шатаясь из стороны в сторону, но Светлана прекрасно понимала — она даже в таком состоянии может сейчас запросто её убить…       — Сдурела?! — знакомый голос от входа, и серая тень прыгнула на Диану, сваливая на пол.       Очень вовремя, надо сказать. Хватая ртом воздух и держась за пораненную шею, Света отползла к стене и в ужасе таращилась на зловещий рычащий клубок, катавшийся по полу. Клочья шерсти летели во все стороны, ни одна из зверюг не собиралась сдаваться. Правда, хватило их ненадолго. Уже меньше, чем через минуту на полу хижины, тяжело дыша, лежали две обнажённые девушки.       — Дин, успокойся, прошу тебя, — прерывисто выговорила та, что выглядела чуть постарше. — Пойми, ты же убьёшь её так, идиотка! Она не может отвечать за своих собратьев, бестолочь!       — Она одна из них! — хрипло огрызнулась Диана.       — Да? Так, чего же ты её ещё на Пустоши не убила? Нахера сюда тащила, а потом вообще геройствовать в одиночку попёрлась?! — Маринка была явно не в духе. — Она твоя половина. Прими это и смирись, блять! Сама же потом уйдёшь к праотцам, если не сможешь совладать с собой и пришибёшь её ненароком…       Диана угрюмо молчала, а Света… Светлана вообще решила прикинуться ветошью и не отсвечивать. Прошедший было страх вновь выпускал свои мерзкие щупальца. Слишком рано она выдохнула, решив, что ей больше нечего бояться. Очередная вот такая вспышка Дианы, и всё — её больше не станет…       Света отчётливо понимала, что Марина лишь по счастливой случайности оказалась рядом и спасла её. Не факт, что будет так фартить бесконечно. В голове шумело, сердце сжимала тоска. Она не понимала, как… Вот как можно жить бок о бок с той самой одной-единственной, предназначенной тебе самой судьбой, и постоянно бояться умереть от её руки. То есть, лапы. Не суть…       Хотелось плакать… Или исчезнуть куда-нибудь подальше отсюда. И всё равно, что где-то там, вдали, это будет уже не жизнь, а тупое существование. Света знала, каким ужасно тоскливым становилось житьё тех, кто оставался по какой-то причине без своей половинки. Знала да, но сейчас она банально устала. Сейчас хотелось просто выдохнуть и хотя бы ненадолго расслабиться, не боясь почувствовать на своём горле когтистую лапу.       — Пойду отдохну немного, — стерев с шеи капельки крови, Светлана тяжело поднялась на ноги и, ни на кого не глядя, глухо проговорила: — Устала очень сегодня…       Хмурая девушка быстро выскользнула из хижины, а на Диану вдруг обрушилась лютая тоска от осознания того, что она едва-едва не натворила.       — Дура, какая же ты непроходимая дуррра! — глухо прорычала Марина. — Света от тебя сутками не отходила, всё выхаживала, да звала каждый раз… Мы не понимали, что она делает, какой смысл общаться с человеком, когда он без сознания, а Света поила тебя с ложечки своими отварами, да упрямо приговаривала это своё «иди ко мне»… — сестра раздражённо сжала зубы. — И сегодня, кстати, одиннадцать наших малышей с того света достала, а ты! Вставай давай, чего разлеглась? Не поверю больше в твою беспомощность…       Диана села и с трудом, но заставила себя подняться на едва державшие её ноги. Опустившись без сил на плетёную койку, она легла и прикрыла глаза, как снова услышала сестру.       — Знаешь что… Ты хотя бы сама её не убивай… Со скалы ведь потом спрыгнешь, идиотина, — мрачно посоветовала Марина. — Игнатика вон своего попроси, что ли. Его впятером от неё оттаскивали в тот день… Всё порывался до горла её добраться, пока она, наплевав на всё на свете, травки собирала для тебя, дуры… Твой отец очень разумно поступил, когда охрану к ней приставил, а то не увидела бы ты её больше живой… Игнат и сейчас на неё косо смотрит. Одно твоё слово, и он, не задумываясь, убьёт её. Так что, уж лучше он, чем ты… Это самое жуткое, наверно, что вообще может быть — умереть от руки любимого человека…       — Пошла ты нахеррр! — взвыла Диана, снова пружиной подскакивая с койки. — Я тебя, блять, убью сейчас, если не заткнёшься!       — О, уже лучше, — спокойно хмыкнула сестра. — Мозг на место встаёт, не безнадёжна ты всё-таки…       Сделать Диана ничего не успела, потому что Маринка быстрее пули выскочила из хижины. Ей только и оставалось проводить сестру тяжёлым взглядом и снова упасть на койку. Сил совсем не осталось, мыслей в голове, как ни странно, тоже, потому что одна-единственная напрочь перебила все остальные — надо немедленно учиться владеть собой! Причём, очень и очень срочно. Иначе Марина окажется права — рано или поздно она взбесится, выйдет из себя и убьёт свою половинку, а потом сдохнет и сама…