Иди ко мне

      Свете приснилось, будто какая-то неведомая сила подкидывает её вверх, словно пушинку. Сердце испуганно вспорхнуло к горлу, мешая сделать вдох, девушка в ужасе распахнула глаза и тут же поняла — это был вовсе не сон. Она каким-то непонятным образом оказалось вдруг на спине огромного волка! Потребовались лишь считанные секунды, чтобы окончательно вывалиться из дремотного состояния и осознать — этим самым волком была Диана.       Инстинктивно вцепившись пальцами в густую шерсть, Светлана прижалась к мускулистому горячему телу, пытаясь окончательно проснуться и одновременно сообразить, что вообще происходит?!       Закатное солнце мягко озаряло золотистым светом верхушки деревьев. Света ошарашенно ахнула: Господи, сколько же она проспала, раз уже вечер?! Из последних событий Светлана помнила только, что они с Мариной перевязывали последнего из тяжелораненых воинов, когда солнечный диск уже перевалил точку зенита. А вот что случилось потом, она совсем не могла воскресить в памяти. Пришлось предельно сосредоточиться и усиленно напрячь устроившие ей забастовку мозговые извилины. Процесс пошёл гораздо лучше, мутные картинки замелькали в голове…       …Нужно было срочно сходить за водой, но сил у них с Маришкой совсем не осталось, и тогда она решила прилечь буквально на десять минуток, а потом сбегать к источнику. Блин, а сейчас был уже вечер! Ничего себе «прилегла на десять минуток»! В груди тут же противно засвербело, тревога стремительно подобралась к горлу. Света досадливо качнула головой. Оставалось надеяться, что её не разбудили только в виду того, что никому из больных больше не была нужна срочная помощь медика…       От прохладного вечернего ветерка и привычно хлеставших по голым ногам веток Светлана окончательно проснулась и принялась осторожно вертеть головой в надежде понять, куда так спешно и упорно тащит её слегка прихрамывающая на левую лапу Динка. Пуля наверняка прошла навылет, не задев кость, и рана подруги, видимо, не была сколько-нибудь серьёзной, раз та сумела не только обернуться в зверя, но ещё и с лёгкостью нести её на себе.       Не прошло и пары минут, как Света с тоской осознала всю тщетность своих попыток понять маршрут, потому что для неё — городской девочки — лес так до сих пор и оставался просто лесом — одинаковым и мало отличимым.       Света смирилась и немного поёрзала на спине, устроившись поудобнее, но долгой дороги не последовало. Всего лишь примерно через полчаса мягкого, непривычно осторожного бега грациозная волчица выскочила на огромную живописную поляну, простиравшуюся под довольно высоким холмом, маячившим на горизонте немного впереди. От увиденной красоты Светлана ахнула и неосторожно приподнялась со спины, во все глаза рассматривая протянувшееся перед ней бело-голубое поле ромашек и васильков. Диана тут же сбавила скорость, давая Свете спокойно насладиться живописным пейзажем. Цветочное море слегка колыхалось под дуновением слабого ветра, растения переплетались, образуя собой неповторимый узор на живом ковре. Сердечко городской девочки, отроду не видевшей ничего подобного, забилось в разы чаще. Хотелось совсем остановиться и остаться здесь навсегда. Однако, Диана не сделала этого, упорно двигаясь вперёд и огибая вдоль подножия покрытый редкими низкорослыми деревьями и густым кустарником холм, пока глазам Светы на открылась вдруг практически отвесная скала, со струящимся с её вершины рассеянным водопадом.       Светлана едва не захлебнулась от восторга и, совсем потеряв осторожность, полностью выпрямилась и села, больше не держась. Волчица тут же перешла на медленный шаг. Взору Светы предстал массивный тёмный гранит, будто обрубленный кем-то вертикально, однако, из-за относительно небольшой высоты струи не падали вниз мощным потоком, как на картинках старинных книг, а мягко струились мелкими рассеянными капельками, образующими водную пыль. Закатное, почти спрятавшееся за верхушками могучих вековых деревьев солнце переливалось и отражалось от этих капель всеми цветами радуги. Внизу вода образовала маленькое озерцо, заросшее с противоположной от них стороны камышом и плавающими на спокойной водной глади жёлтыми кувшинками. Возле самого водопада, на небольшом возвышении раскинулось уютное плато, почти лишённое зелени. Одни только, на удивление, очень ровные, нагретые за день, плоские камни.       На одном из них волчица наконец-то остановилась. Света мгновенно подобралась и сжалась, с тоской понимая, что лететь кувырком по камням совсем не то, что по мягкой траве, но к её огромному удивлению, зверь аккуратно опустился на брюхо, позволяя Свете спокойно, без болезненных кульбитов слезть со своей спины.       Едва только Светлана встала, волчица в тот же миг обернулась человеком и замерла, молчаливо вглядываясь в глаза своей половинки.       — Зачем мы здесь? — потерянно оглянулась вокруг Света. Ей отчаянно не хотелось ни о чём сейчас думать, наслаждаясь райской красотой волшебного, удивительно сказочного места. Но она догадывалась, что Диана вряд ли принесла её сюда просто на экскурсию.       — Поговорить… Чтобы не мешали…       — Динь, там раненые, это могло и подождать, — укоризненно качнула головой Светлана, понимая, что не ошиблась.       — Ничего с ними не случится, — недовольно передёрнула плечом Диана, мгновенно раздражаясь. Тот факт, что Светка больше неё думала о раненных членах стаи Волков, неприятно уколол непонятной обидой и чувством вины. Вот что значит, урождённый медик! — Марина сказала, что раненым благодаря тебе гораздо лучше и с ними будет всё нормально. Ты пока не нужна больным, а поговорить спокойно там точно не дадут…       — Да? Ну тогда ладно, — облегчённо выдохнула Света, но тут же снова подобралась. — О чём ты хотела поговорить?       — Эм… — заморгала вдруг мгновенно растерявшаяся под внимательным, в секунду заметно погрустневшим взглядом Светланы Диана.       Она понимала, что тяжёлый разговор у них со Светой неизбежен, но… Они ведь были сейчас в таком уникальном месте! Когда-то давным-давно её дед в день праздничного торжества привёл сюда свою суженную, чтобы произнести священную клятву верности наедине с природой. Потом точно так же поступил отец. Это было что-то вроде родовой традиции. Только здесь, в этом уникальном месте, сходились воедино силы четырёх стихий на закате. Лучи огненно-красного заходящего солнца ласкали неприступную в камне и одновременно благосклонно-плодородную земную стихию, переливаясь всеми цветами и играя в прохладной «живой» воде, они образовывали мельчайший пар, так, что даже воздух был здесь в буквальном смысле видим и ощутим…       — Ну… Обо всём… — Диана первой отвела взгляд. — Не хочешь сперва искупаться? Вода прохладная, конечно, но постоять под струями водопада всё равно очень прикольно…       — Хочу, — тут же легко согласилась Светлана.       Девушка тоже прекрасно понимала, что разговор предстоит не из лёгких, и сама была не прочь хоть немного отсрочить его. Предлагать второй раз не пришлось, Света беззастенчиво стащила с себя майку и шорты, тут же вынудив Диану нервно сглотнуть. Светлана стрельнула в неё лукавым взглядом, но комментировать не стала. Развернувшись, лёгкой походкой она совершенно невозмутимо направилась к водопаду.       — А ты не присоединишься? — уже шагнув вперёд на видневшиеся сквозь прозрачную воду камни и вздрогнув от леденящего ступни холода, Света обернулась к так и стоявшей столбом Диане, с лёгкой смешинкой в голосе, чуть укоризненно заметив: — Вдруг я случайно в озеро свалюсь, плавать меня как-то не научили, негде у нас было…       Не дождавшись хоть какой-то реакции от своей будто впавшей в кому половинки, Светлана, осторожно ступая по колено в воде на оказавшиеся ужасно скользкими камни, упрямо пробиралась всё ближе к приятно шумевшей и манившей её завесе. Ещё один робкий шаг, и сноп мелкой ледяной водной пыли щедро накрыл её с головой. Света взвизгнула от испуга и неожиданности, опасно пошатнувшись на узком выступе, но сильные руки любимой чертовски вовремя оплели её талию, слегка прижимая к себе.       — Недотёпа, — беззлобно фыркнула Диана, смело шагнув вместе со своей половинкой под водяные потоки, лившиеся сверху на их головы моросящей стеной.       Светлана ахнула, на секунду зажмурилась и судорожно вцепилась в плечи Дианы, но тут же снова распахнула веки, будто боясь пропустить что-то очень важное. Волосы мгновенно намокли, потемнели и прилипли к изящной шее, тонкие струйки невероятно холодной воды скатывались по лицу и кололи острыми иголочками мелко вздрагивающее тело, однако Света больше не закрывала глаз. Чуть приоткрыв рот и прерывисто дыша, она всматривалась в потемневшие омуты, находившиеся в считанных сантиметрах напротив. Приятная мятная зелень почти исчезла из глаз Дианы, на неё в облике хрупкой девушки сейчас чёрным, как ночь, взглядом совершенно не мигая смотрела самая настоящая Волчица.       — Любимая, не смей дрожать, — нараспев, перебивая шум воды, выговорила Диана, вглядываясь в такие же потемневшие от холода глаза Светы.       «Или не от холода…» — ехидно вякнул внутренний голос, заставив Диану вздрогнуть и резким движением полностью прижать к себе Светку. В этот раз спорить с ним вовсе не хотелось. Гораздо приятнее было поверить, что взгляд её суженной стал угольно чёрным вовсе не от ледяной воды.       На несколько волнительно долгих секунд Диана зависла, с трепетом слушая бешеный стук сердечка своей любимой, почему-то ощущавшийся сразу с обеих сторон грудной клетки. Или это был уже жуткий грохот её собственного пламенного моторчика? Диане казалось, что их сердца отбивают свой бешеный ритм точно в унисон, и она просто уже не различала, где чей стук…       Замершая в её руках Света и правда вдруг резко перестала дрожать, чуть подняла голову и потянулась вверх. Губы легко и невесомо коснулись губ…       Внутри Дианы что-то взорвалось или разлетелось вдребезги — она не поняла толком. Тормоза и запреты мигом отказали, мысли унеслись прочь. Она ни о чём не думала больше, ничего не чувствовала, кроме доверчиво прижавшегося к ней худенького тела, своих вдруг слегка задрожавших рук на спине Светы и бешеного стука колотящихся слаженным дуэтом сердец, теперь почему-то отдававшегося в ушах.       Диана дёрнулась и хотела инстинктивно отстраниться, когда вместо мягких губ ощутила вдруг острые зубы Светки, болезненно прикусившие нижнюю губу. Однако, коварная половинка явно предвидела такой исход и обеими руками крепко ухватила голову Дианы, перекрыв пути к отступлению. Волчица растерялась от столь неожиданного напора, а наглый язык Светы уже проник в её рот, бессовестно завоёвывая чужую территорию. Впрочем, ни о какой борьбе речи и не шло. Диана в эйфории прикрыла глаза, шумно выдохнула и сдалась, полностью капитулируя. Чёртов язык сводил с ума и возносил до небес. Совершенно ничего не хотелось, кроме как стоять вот так вечно и плавиться от контраста ледяной воды и невероятных ощущений, только колени предательски подогнулись вдруг, и они обе полетели с каменного выступа вниз, в озеро.       Светлана взвизгнула от неожиданности и… ушла под воду… Диана нырнула следом и, без труда отыскав свою половинку, потянула её на поверхность. Вынырнув, она одной рукой крепко прижала к себе широко распахнувшую от ужаса глаза Светку, а другой,сделав несколько взмахов, подплыла ближе к берегу, почувствовав наконец под ногами водоросли и твёрдую почву.       — Ну всё, всё… Тише, успокойся, уже всё, прости, — приговаривала Диана, силясь хоть немного привести в чувство и отодрать от себя буквально вросшую в неё Свету. — Ну прости меня, пожалуйста. Ты того… Вынесла меня своим поцелуем, не устояла я, прости…       Только осторожно опустив ноги и ощутив землю под своими ступнями, Светлана облегчённо выдохнула и разжала руки. На плечах остались заметные синюшные следы от её пальцев.       — Прости, — прошептала в свою очередь извинения девушка, зависнув расстроенным взглядом на отметинах. — Больно?       — Что? — не въехала Диана и, только проследив за глазами любимой, криво усмехнулась и усердно замотала головой: — Не, совсем не больно, не бери в голову… — и она совсем не врала. Просто в тот момент Диана очень сильно испугалась за Светку, вот и не почувствовала никакой боли.       С минуту они стояли по грудь в воде совершенно молча. Диана не выдержала первой и, спотыкаясь на каждом слове, хрипло выговорила, облизнув губы:       — А повторить… тот поцелуй… не получится уже, да?       Негромкий грудной смех отразился от водной глади и полился в уши Дианы самой чарующей музыкой на свете. В глазах напротив заплясали озорные демонята…       — Ну почему же не получится? Всё в наших руках, любимая…       То, что происходило с ней дальше, Диана помнила не особо чётко…       Под этим сумасшедшим взглядом все правильные и не очень мысли покинули её голову, уступая место одним только эмоциям и чувствам. Губы-искусители и тонкие руки Светы, казалось, были везде, где только можно и… совсем нельзя… Но они всё равно там были…       И Диане это до безумия нравилось…       Она плавилась подобно воску и сгорала заживо от накрывшей с головой страсти, ледяная вода казалась теперь кипятком и ничуть не остужала разгорячённую кожу. Последние лучи заходящего солнца, отражаясь от водной глади, в сотни раз сильнее, до острой рези били по глазам. Диана скривилась и прикрыла веки, но так она не видела свою Светку. Лишь потом девушка догадалась развернуться к противному светилу боком.       Светланке же, казалось, вообще ничего не мешало — она уже вовсе не мёрзла, вздрагивая теперь лишь от рук Дианы, не боялась и не думала. Света только постанывала и блаженно щурилась под розовыми лучами, как довольная жизнью кошка…       «Какая, к демону, Медведица? — проскочила в голове мимолётная мысль, — кошка, она и есть кошка…»       Они сплетались в одно целое и неистово «терзали» друг друга. Ненасытно. Страстно. Руками и зубами. Вздрагивали и шипели от боли, но им было плевать. Красные полосы от ногтей Дианы то и дело вспыхивали на бледной коже Светы. Раз за разом Диана тихонько скулила и порыкивала от слишком сильных рук и захватов своей половинки, немилосердно оставлявших следы на её теле. Она знала, что синяков ей не избежать, как хорошо понимала и то, что это Светка ещё старательно пыталась сдерживаться.       Поначалу Диану, вызывая чувство вины, напрягали отметины от своих ногтей, остававшиеся на лишь слегка загорелом теле любимой, а потом она просто плюнула на это дело. Они не городские, в конце концов, чтобы миндальничать. Раны, шрамы и синяки — их привычное состояние. Кажется, вскоре отпустила себя и Света…       Тела сплетались и катались по прибрежному песку, снова оказывались в воде. Светка на краткий миг распахивала глаза, отфыркивалась, но теперь лишь яростнее прижимала к себе Диану. Страх полностью отступил под натиском страсти.       Слишком долго они ждали этого, слишком много самых разных обстоятельств было против них и тем более драгоценно оказалось их невозможное мимолётное счастье. Будто дорвавшиеся до своей добычи изголодавшиеся звери, обе слетели с тормозов, не желая ограничивать себя хоть в чём-то.       Светлана отдавалась без остатка и в то же время жёстко брала своё. Диана, вторя ей, больше не стеснялась пускать в ход зубы, не боялась причинить боль. Пальцы обеих, утопая в вязкой, горячей влаге, двигались в рваном ритме и, казалось, распарывали изнутри. Обоюдный рык, шипение и безудержные стоны смешивались с равномерным шумом льющейся воды.       Будто в последний раз…       Они занимались любовью отчаянно, зло и резко. Наверное, потому что могли сейчас только так и никак иначе… В тревожном сумраке ночи и спустившимся к воде тумане, как и во всей их жизни, места нежности совсем не осталось…

***

      На высоком тёмном небосклоне сияла разноцветная россыпь звёзд. Девушки сидели возле костра, разведённого Дианой, на самой вершине холма, и, прижимаясь друг к другу спинами, смотрели в ночное небо. Говорить не хотелось. Да и лишними были в тот момент любые слова и глупые клятвы. Они молчали, одновременно каждая для себя решив оттянуть до последнего неприятный разговор и продлить ощущение тепла, хрупкой близости и блаженства.       Тишина сказочной ночи завораживала. Спать совсем не хотелось. Только сидеть вот так, бесцельно таращась в высокое небо и ощущая спиной тепло любимого человека. Сидеть и ни о чём больше не думать. Не решать. Не бежать куда-то. Не спасать. Может, даже не быть…       Время шло, темнота постепенно отступала, окончательно разгоняя мрак ночи, восток заалел нежно розовым светом. Из-за горизонта медленно и величаво показало свой золотистый бок солнце, начинался новый день…       — Дура ты, Светка, — наконец нарушив идиллию, глухо произнесла Диана первые со вчерашнего вечера слова.       — И я тебя люблю, — скривившись, тихо отозвалась Света.       После всего случившегося ожидалось услышать чего угодно, но только не такое вот…       — А что, разве не так? — горько усмехнулась Диана. — Я же права…       — Конечно, — неопределённо хмыкнула Светлана. — Не поверишь, ещё со школы это знаю. Ну, уж извини, недалёкая тебе суженая досталась…       — Перестань, — фыркнула волчица, мигом раздражаясь. — Я не об этом вообще!       — Оу! А о чём тогда? — не выдержала Света и, развернувшись лицом к Диане, едко процедила: — Ты же у нас умная, объясни, сделай милость.       — О том, что ты слишком добрая и доверчивая, Свет, — Диана повторила манёвр своей половинки, и теперь они смотрели в глаза друг другу. — Неужели не понимаешь, что твой дед тупо развёл тебя, а ты… Надо же было так опрометчиво дать обещание!       — Развёл?! — захлопала глазами Светлана. — Мне так не показалось… И вообще, я не понимаю, чем ты не довольна? Надо было позволить им стрелять?! Что ты от меня хочешь?       — Да не стали бы они стрелять, Свет! Ты и правда дура, если до сих пор не поняла этого! — перекривилась Диана, распаляясь всё больше. — Что? Не смотри так, я не сошла с ума, и мне не плевать на мой народ! Твой дед привёл войско нам на помощь из-за тебя, да, с этим я не спорю, но согласись, прийти спасать, чтобы потом самим же и убить, это как-то нелогично?       — Нелогично, — кивнула Света. — Но он предполагал, что я буду упираться, вот и придумал, как заставить…       — Вот именно, Светка, он просто развёл тебя, глупая! — перебив на полуслове, не выдержала Диана, вскакивая на ноги. — Что ты пялишься на меня, будто на полоумную?! Включи наконец мозги и рассуди здраво: нахера ему нужна убитая горем внучка?! Да-да, Свет, ты такою бы стала, если б на твоих глазах перебили всё моё племя. И нет, лично меня он не тронул бы. А зачем? Твой дед дьявольски умный и расчётливый старик! Ему ни к чему собственноручно в меня стрелять и наживать себе непримиримого врага в твоём лице. Алекс прекрасно понимал, что я не выдержала бы гибели своего народа и ушла бы на скалу. Как прекрасно понимал он и то, что результат в таком случае был бы одинаковым — ты осталась бы одна! Знаешь, что бывает с теми, кто теряет свою половинку? Видела? Вот-вот… И подумай теперь: нужен племени Медведей такой невменяемый, убитый горем вождь? — Светлана застыла и перестала дышать, в полном ужасе слушая Диану. — О, въехала наконец! — видя такую реакцию подруги, фыркнула Волчица. — Теперь понимаешь, что ничего не сделал бы твой дед! Ни-че-го! Не стали бы они стрелять!       Диана, выговорившись, нервно пнула попавшуюся под ноги корягу и отошла к самому обрыву. Ссутулившись и обхватив себя руками, она угрюмо вглядывалась в розовеющее небо, оставив любимую в одиночестве переваривать мерзкий поступок собственного деда.       Светлело. Солнце уже полностью показалось из-за горизонта, а Света, мелко дрожа всем телом, всё ещё не двигалась, зависнув в полной прострации. Девушке отчаянно хотелось сдохнуть. Прямо здесь, прямо сейчас.       Она не понимала, почему… Почему к ней всегда все относились вот так, потребительски? Почему всем от неё всегда было что-то нужно, но ни один человек ни там, в городе, ни уже здесь (даже собственный дед), не задумался лично о ней? Не спросил, как она? Чем живёт и дышит, чего хочет…       Только Диана — одна из всех — взяла и притащила её в свою стаю просто из-за метки, совершенно безбашенно и не думая о последствиях. И пускай она тоже в тот момент не спросила её мнение, но Динь хотя бы ничего и не требовала. Даже наоборот — готова была защищать её и пойти против всех своих.       И вот теперь вышло так, что она сама глупо загнала себя в ловушку тем обещанием. Да, Диана во всём права — она просто дура… Тупая, непроходимая дура…       Медленно поднявшись на ноги, Света с минуту молча смотрела на напряжённую сутулую спину любимой. Острые лопатки торчали будто ощетинившиеся иглы огромного ежа. Хотелось подойти и обнять. Приласкать. Пожалеть этого дикообразика…       — Прости меня… — глухо и едва слышно выговорила наконец Светлана, так и не позволив себе дотронуться до Дианы. — Я дура, ты права, да… Но… Что же ты не остановила меня? Почему позволила согласиться? Может, потому, что сама тогда до смерти испугалась и поверила моему деду? Так, да? А резко поумнела ты, видимо, уже потом… Ладно, теперь бесполезно говорить об этом, я дала слово, Дин, и не смогу остаться… Ты просто помни — я люблю тебя… Очень… И… Прости, если сможешь…       Реакции не последовало. Никакой. Диана не повернула головы, ничего не сказала. Будто вообще не слышала её. Лишь стояла неподвижным изваянием на самом краю скалы и всё.       — Прости и… прощай… — совсем тихо прошептала Света и, развернувшись, побрела вниз с холма.       Она совершенно не так представляла себе их прощание с Дианой, не знала дороги и не понимала, как сможет в дремучем, до сих пор чужом для неё лесу отыскать путь к Медведям, но в тот момент это её не волновало. В голове противной занозой пульсировала только одна-единственная мысль о том, Диана её теперь, видимо, ненавидит и не хочет больше знать…