Часть 4
13 июля 2018 г., 16:45
Pink + White – Frank Ocean
летняя ночь; даже звёзды шепчут друг другу
Время близится к полуночи. Селия попросила Грейс перед тем, как та уйдёт спать, зажечь свечи на террасе вместо искусственного света. На десерт Нелли приготовила нам пирожное с кремом из персиков, и это не единственное, что нам обоим пришлось по вкусу. Реджинальд Крэй – старший брат Ронни Крэя, забавного блондина из-за стола – того, что много смеётся. Реджинальд всю жизнь прожил в Бирмингеме и на данный момент тесно сотрудничает с Томасом Бьюкененом. Он интересуется мной, сам задаёт вопросы, отчего наша беседа завлекает меня всё сильнее. — Мистер Крэй, — я не успеваю сказать ни слова после, потому как молодой человек усмехается и произносит: — Реджи. — Он исправляет меня, отчего я смущённо улыбаюсь и аккуратно трясу волосами, так, что некоторые пряди зацепляются за ладонь, подпирающую мою правую щёку. Мы уже около часа сидим на террасе в компании Луизы (прим. Миссис Ши), моей бабушки и Миссис Бьюкенен. В такой обстановке можно провести и всю ночь: женщины почти не замечают нас, допивая бутылку красного вина и что-то громко обсуждая, пока мы двое тихо перешёптываемся, как подростки, прямо напротив, на длинном плетёном диване. Реджинальд Крэй... Реджи оказывается очень интересным мужчиной. Он так же, как и я, увлекается верховой ездой, и даже пригласил нас с бабушкой на конюшню, где я смогу познакомиться с его лошадьми. Мне нравится говорить с ним, потому что его слова не оставляют после себя никакой тяжести, и, если мне не захочется отвечать, он просто задаст другой вопрос. Его интересы и вкусы практически ничем не отличаются от моих. Например, близкое нам обоим направление в искусстве – сюрреализм, по утрам мы оба пьём несладкий чёрный чай, а единственное, чего больше всего боимся – танцевать. Казалось бы, взрослый мужчина, а единственным настоящим страхом является музыка и движения. Почему? Нашим общим страхом является стеснение, и это храбрый поступок мужчины – признаться в этом женщине. Даже шёпотом. Даже малознакомой. — Эшли, — Реджи внимательно смотрит на меня, так же как и я, подпирая голову своей левой рукой, — возможно, нам стоит зайти в дом? Я киваю и поднимаюсь со своего места. Этот молодой человек выглядит замечательно и свежо в своём деловом костюме даже спустя пять часов безделья. Его русые волосы уложены с помощью небольшого количества геля на левую сторону, а ворот белоснежной рубашки выпивается в мускулистую шею. Борода Реджи аккуратно подстрижена, но я почти уверена, что чаще всего его щёки остаются начисто выбритыми. Мне не нравится, когда молодые мужчины носят бороду. Большинство из них просто не умеют ухаживать за своим лицом, чего нельзя сказать о Мистере Крэе. Если вы – дети эпохи высокой популярности мультиков Уолта Диснея, вы сразу его узнате – это тот рыжий бродячий кот из мультфильма семидесятых годов (прим. Коты Аристократы) – так же обаятелен. Реджи пропускает меня вперёд. Мы уже собираемся уходить с террасы, но Селия останавливает нас: — Мистер Крэй, Вы уезжаете? Мужчина опускает левую руку в карман своих брюк, отчего идеальный пиджак мнётся на груди и боку. Он обращает свой взгляд на меня и разворачивается в сторону дивана, на котором расположились женщины. Я собираюсь ответить вместо него, выходя из-за широких плеч, которым явно тесно под этой дорогой костюмной тканью. — По-моему, Нелли только что проводила Ронни в его комнату, — бабушка настаивает на том, чтобы Мистер Крэй остался, следуя примеру его младшего брата. Разве не были приглашены только Луиза и Тиффани? Ещё днём Селия просила подготовить лишь две спальни. — Действительно, дорогой, — Миссис Бьюкенен поддерживает предложение Селии, и я удивлена её нежному обращению. Нахожу это милым и одновременно довольно забавным: Мистеру Крэю не меньше тридцати лет. — Том давно покинул нас. Мы приняли решение остаться на пару дней; ты мог бы поехать в Лондон с утра – это было бы более целесообразно... — Миссис Бьюкенен склоняет голову и для большей убедительности закрывает глаза, поджимая губы. Мистер Крэй, соглашайтесь, и тогда за завтраком нам удастся ещё немного поговорить. Неужели уединение в лесу не может быть испорчено только правильным собеседником?***
Я просыпаюсь не от утреннего голоса Грейс, а от громких голосов за окном и стука каблуков на первом этаже. Неужели все так рано встали? Маленькая стрелка на часах преодолела цифру десять, а большая выполняет свой тридцать второй круг. Половина одиннадцатого. Но почему меня никто не разбудил к завтраку? Я сажусь на кровати, стягивая тяжёлое одеяло со своих ног. Невыносимо жарко: моя комната расположена со стороны восхода солнца, потому к моменту моего пробуждения воздух в спальне успел нагреться до удушающей духоты. Что вы знаете о погоде в Англии, люди, которые никогда не были здесь и видели лишь туманный Лондон, Манчестер, Винздор, Бирмингем в полноетражных фильмах о двадцатом столетии в стиле Томаса Шелби и Острых козырьков? Например, когда я последний раз была в Лондоне – весной, в марте – светило яркое солнце и восемнадцать градусов снимали с меня пальто каждый раз, когда я надевала его на свои плечи. Так и сейчас. Лето жаркое и только озеро спасает нас в такую погоду, но стоит радоваться солнцу, пока оно ещё светит нам. Солнце слепит глаза, когда я раздвигаю пудровые портьеры – тяжёлую персиковую ткань. Меня съедает любопытство, предательски детское – желание узнать, кто же остался к тому времени, как я спущусь на первый этаж. Поэтому я, охваченная желанием поскорее вновь увидеть наших гостей, иду в ванную комнату. Это странно, правда? Эшли, вчера ты была категорически против того, чтобы одеваться, спускаться, общаться, а сейчас тревожной, дрожащей рукой закрываешь дверь в ванную, думая, какое платье надеть. Детское безрассудство и восторг. Я смущённо улыбаюсь своим мыслям и выключаю воду.
