the beautiful and damned (до редакции)

Fallin' – Alicia Keys

— Почему Вы не идёте к своим друзьям, Эйб? Разве Вам не приятно их общество? — Очень приятно. До того приятно, что чем от него дальше, тем лучше. Фрэнсис Скотт Фицджеральд

      — Вы довольно неплохо ездите верхом, — Мистер Крэй смеётся, и я тяну поводья уздечки на себя, останавливая лошадь.       Довольно неплохо? Дерзко с его стороны.       — Здесь очень красиво, — лошадь моего спутника останавливается с правой стороны от моей на маленьком обрыве, через который нам придётся перешагнуть, если мы хотим спуститься чуть ниже, к воде. Реджи улыбается, я киваю ему в ответ.       Солнце садится, плавно опускаясь в воду, отчего тёмно-синяя гладь окрашивается в ярко-оранжевые лучи, добегая почти до берега. Вокруг озера расположились множество сосен, но идеальный газон на том берегу – поле для гольфа – создаёт ощущение бескрайнего горизонта, куда на самом деле и западает солнце.       — Аккуратнее, ей не очень нравится это место, — я указываю свободной рукой на корявые, обнажённые корни дерева, и гнедая кобыла недовольно пожёвывает трензель в руках молодого человека. Я сделала ошибку, надев на неё столь строгую уздечку.       Я провела несколько часов в компании Мистера Крэя и я очень довольна тем, как прошёл сегодняшний вечер: где-то в половине четвёртого в библиотеку на втором этаже за мной пришла Грейс по просьбе Реджи. Женщина попросила меня надеть амуницию и взять с собой куртку, потому что на улице ветер, и тогда я неохотно поднялась с маленькой кожаной тахты, откладывая только что начатый французский роман. Я была приятно удивлена, когда увидела Мистера Крэя на пороге кухни в светлых бриджах для верховой езды и льняной белоснежной рубашке. Наша конная прогулка продолжается вот уже два часа, и я получаю огромное удовольствие от общения с этим мужчиной. Среди ровесников, однокурсников и друзей ты не всегда можешь встретить образованного, умного, галантного и столь обаятельного молодого человека. Реджи обладает таким притягательным мужским шармом. Вот бы все мужчины чувствовали, когда и что нужно сказать девушке, чтобы он искренне улыбнулась ему, а не только его словам.       Мой конь преодолевает выступ, затем канаву и снова выпрямляется, хорошо чувствуя землю под своими тонкими ногами, а его сильная мускулистая шея изгибается полукругом, покорно подбирая под себя нос.       Спрыгиваю со своей лошади, приземляясь на песок. Мои сапоги испачканы и им требуется хорошая чистка.       Реджи подпускает кобылу слишком близко к воде, а я не разрешаю своим лошадям пить воду из озера, потому прошу его не поддаваться на всяческие уговоры лошади, утыкающейся тёплым и бархатистым носом молодому человеку в плечо:       — Лучше отойдите подальше, мы не позволяем лошадям пить воду из озера.       Мистер Крэй умиляется игривому настроению животного, совсем не реагируя на мой комментарий, и отпускает поводья. Мне не нравится это, если смотреть на сложившуюся ситуацию с точки зрения владельца лошадей, который самостоятельно за ними ухаживает и выхаживает их при любых невзгодах, но меня забавляет поведение молодой кобылы с точки зрения очарованной девушки.       Лошадь кивает своей большой головой, носом подгоняя воду. Тёмно-синие тканевые бинты на её длинных ногах намокли, скрывшись в воде. Удивительно, как легко животное следует за мужчиной, который в свою очередь уже по пояс зашёл в воду.       — Вы же насквозь промокнете, — я кричу ему с берега и широко улыбаюсь.       Реджи дразнит лошадь брызгами, и, наблюдая за этим, я также решаюсь подвести своего коня ближе в воде. Единственное, что мне действительно не нравится – сёдла на спинах наших лошадей. Мне бы не хотелось, чтобы они намокли, и тогда я возвращаюсь вместе с животным обратно на берег, для того чтобы снять седло. Кладу его на шезлонг, освобождая спину своей лошади от тяжелой кожаной амуниции.       Орловский рысак осторожно заходит в воду следом за мной, и я чувствую, как мои бриджи для верховой езды и сапоги наполняются водой. Надеюсь, это не последний раз, когда я надеваю эти сапоги. Умиляюсь небольшому смущению своего "домашнего питомца" и провожу ладонью по его сильной шее.       Раньше мне никогда не представлялось возможности искупать своих лошадей. Я искренне верила в то, что эти животные не буду чувствовать себя комфортно в воде, как, например, собаки, свободно передвигаясь, плавая, и сейчас я полностью переубеждена. Даже несмотря на то, что Дики, мой конь, не может увидеть своих длинных ног, он не особо боится.       — Вы прежде делали это? — спрашиваю я, продевая тонкий чёрный ремешок подпруги седла в металлическую пряжку.       — Что именно? — Спрашивает Мистер Крэй, обращая взгляд своих голубых глаз на меня.       Наша одежда насквозь промокла, а мои волосы в полном беспорядке: пару раз Дики всё же прикоснулся к ним своими большими бархатными губами, отчего некоторые пряди выпали из аккуратного хвостика. Я улыбаюсь самой счастливой, такой детской улыбкой и провожу рукой по спине и ногам своего коня, сгоняя воду. Это было здорово.       — Вы и раньше плавали с лошадьми?       — В университете, — отвечает Реджи — после соревнований все веселились, празднуя победу команды, — Мистер Крэй вспоминает времена обучения в университете, улыбаясь, и, вновь на миг о чём-то задумываясь, казалось, хочет продолжить, но молча возвращается в седло.       Я больше не задаю никаких вопросов, буквально ожидая инициативы со стороны молодого человека, и так же молча забираюсь на спину своей лошади, подталкивая бока Дики обеими ногами, для того чтобы он сдвинулся с места.       Возвращаемся в конюшню в той же, совершенно беспочвенной, тишине. Я смотрю по сторонам, вглубь изумрудного леса, и боковым зрением наблюдаю за своим непривычно молчаливым спутником.       Мне не нравится молчать, не нравится не разговаривать с Реджи, потому что наши беседы всегда так увлекают меня, что я невольно могу забыть обо всём вокруг, и сейчас, когда он совсем не задаёт вопросов, совсем не рассказывает мне о своих путешествиях, совсем не говорит со мной, мне не комфортно находиться рядом с ним. Мне нравится быть в его компании, нравится молчать, но не так. Это совсем другое молчание. Очень неловкое.       Я не знаю, что сделала не так, и потому не представляю, как исправить сложившуюся ситуацию.       Я спрыгиваю со своей лошади как раз в тот момент, когда к центральному входу в конюшню подходит Гарри. Он дёргает за ручку двери, но там никого не оказывается, и только в тот момент, когда Реджи выходит из-за угла верхом на лошади, кудрявый молодой человек замечает нас.       Завожу Дики в узкий коридор, по бокам которого расположены стойла для лошадей. Мы вернулись как раз вовремя: ещё не успело стемнеть до конца, но солнце уже скрылось за высокими соснами, потому небо отливает лиловым оттенком, вперемешку с персиковыми облаками. Хочется скорее всё прибрать здесь и закрыться в собственной спальне, для того чтобы принять горячую ванную. Дует прохладный ветер, а я вся мокрая, оттого чувствую себя немного некомфортно.       Гарри заходит вместе с Мистером Крэем в помещение, останавливая лошадь недалёко от моей, и начинает снимать с неё амуницию. Он говорит Реджи, что ему несколько раз поступали рабочие звонки на наш домашний телефон, потому что не могли дозвониться на его мобильный номер.       — Прошу прощения, Эшли, но мне нужно отойти ненадолго, — произносит мужчина, попутно складывая кожаное седло в велюровый футляр, — мне очень жаль.       Я понимаю, что он уйдёт и вряд ли вернётся, таким образом оставив меня с двумя лошадьми, которые пока не готовы зайти в свои денники. Тем не менее я выдавливаю понимающую улыбку, принимая его извинения, и остаюсь наедине с Мистером Стайлсом, который, кажется, тоже собирается уходить.       Оставляю без присмотра воспитанного Дики, который ни за что не натворит глупостей, и натягиваю на кобылу недоуздок, для того чтобы она постояла немного на месте и никуда не ушла, пока я буду приводить своего коня в порядок.       — Я могу помочь?       Хриплый голос раздаётся эхом в помещении с высокой влажностью из-за закрытых окон и горячей воды, которую я пытаюсь настроить на нужную температуру, чтобы помыть Дики после долгой прогулки. Гарри вновь появляется в конюшне и дотрагивается до бархатистого носа умиротворенной лошади рядом с собой. Я поднимаюсь из немного неловкой позы, потому как мне нужно нагнуться, для того чтобы очистить копыта коня от мокрой грязи и песка, и обращаю свой усталый взгляд на молодого человека перед собой.       Я наблюдаю за тем, как нежно он прикасается к животному рядом с собой, поглаживая нос, шею и спину лошади.       Гарри смотрит на меня, ожидая ответа, а его рука всё ещё покоится на спине коня.       — Не мог бы ты, пожалуйста, убрать седло в амуничник, — я, смущенная его внезапным предложением, произношу слова несколько неловко, растягивая слова.       — Это комната с правой стороны, — расслабляюсь, когда Гарри берёт велюровый футляр в руки, и указываю рукой в другой конец помещения.

***

      Он смеётся, показывая мне свою искреннюю улыбку, и возвращается в маленькую комнату, для того чтобы всё-таки достать специальный гель для обработки копыт.       Гарри спрашивает, правильную ли баночку он принёс на этот раз, и садится рядом со мной, забирая из моих рук кисточку. Его ладони такие тёплые, в отличие от моих, которые я держала несколько минут под холодной водой, потому что этой маленькой проказнице совсем не нравится тёплая вода.       Эмоции, которые я испытываю, находясь рядом с этим мужчиной, немного отличаются от тех, что я испытываю обычно. Его какая-то неизвестная позиция рядом со мной действительно подкупает, и я забываю про все неловкости, что когда-либо возникали между нами. Такие странные отношения всегда пленяют людей. Эта многогранность выражения эмоций и отношения к другому человеку, и вот ты уже не замечаешь, как имеешь сразу несколько мнений о своём собеседнике. И не друг, и не враг. Просто некто, о ком ты думаешь чуть больше, чем о других людях, тот, кого ты дольше рассматриваешь.       — Так? — Молодой человек аккуратно наносит жёлтую желеобразную массу на тёмные копыта лошади и тянется к следующей ноге.       — Ты хороший помощник, — я не замечаю, как моё кокетство переходит границы, а тихое хихиканье перерастает в улыбку, адресованную мужчине рядом со мной.       — Осталось надеть попону, — произношу я, выпрямляясь.       — Что это? — Спрашивает Гарри, закрывая баночку.       — Для начала нам нужно её найти, — задумчиво рассматриваю всё вокруг, не обнаруживая нужной вещи, и направляюсь в сторону амуничника, где, скорее всего, и находится то, что нам нужно.       Захожу в душную комнату, а следом за мной Гарри. Я принимаюсь искать тёмно-фиолетовую флисовую ткань, которой обычно накрывают лошадей, для того чтобы они не простудились или не замёрзли, например. Сейчас такая неприятная и ветреная погода. Я бы не хотела, чтобы одна из моих лошадей заболела.       — Вот же она, — упираюсь взглядом в фиолетовую ткань на верхней полке стеллажа, думая, как бы мне её оттуда достать.       Я забираюсь на большой сундук, отодвигая вещи, для того чтобы стоять ровно на деревянной поверхности, и пытаюсь дотянуться до полки, но всё тщетно. Для того чтобы достать попону, мне придётся встать на одну из полочек в шкафу, потому что стремянки нужной высоты рядом не оказывается.       Спрыгиваю с сундука и думаю ещё несколько минут над тем, стоит ли мне делать то, что я задумала. Неуверенно ступаю левой ногой на третью полку снизу, держась за одну из верхних полок. Я боюсь упасть, но просить Гарри подержать меня было бы просто неловко.       — Не мог бы ты... — произношу слова почти шёпотом, как будто не хочу, чтобы молодой человек услышал мою просьбу.       Я не заканчиваю предложение, потому как Гарри уже кладёт свои тёплые ладони чуть выше моих колен.       Так...       Осталось только дотянуться до самой-самой верхней полки. Почему так далеко лежит то, что так нужно?       — Твои брюки, — Гарри проводит ладонью вверх по бедру, и это смущает меня, отчего я невольно перестаю держаться за верхнюю полку, — ты вся мокрая, — он возвращает руки на свои места, и я как-то совершенно потерянно ищу, за что бы зацепиться взглядом, совсем позабыв о цели данного клайминга.       — Где ты успела промокнуть? — Кудрявый молодой человек смеётся, и его тёплое дыхание ударяется о мою обнажённую поясницу, потому как футболка, под влиянием моей попытки дотянуться до попоны, задралась из-за высоко поднятых рук.       — Отпускай, — произношу я, оставляя вопрос Гарри без ответа.