The ridiculous cosmos: Королевская битва

      — Как ты поняла, что я не местный? — удивленно спросил Син, слегка, но его захватило знакомое чувство.       — Запах моря, — рассмеявшись, ответила девушка, — ты пахнешь морским бризом, а возле Абейр-Ториль только горный и лесной запах.       Все застыли, каждый посчитал странным, что она учуяла его запах со сцены, когда любой другой скажет, что это просто обычный мужик.       Пока все молча переваривали ситуацию, фигура в черном плаще быстро приблизилась к черноволосой красавице и схватила ту за руку.       — Дж… — Диана чуть было не проговорилась, — Милла, нам пора домой.       — Что-о-о? — протянула недовольно девушка, освободив свою руку. — Веселье только начинается. Разве тебе не интересно узнать историю этого симпотяги?       По мере того, как святая дева подходила ближе, Синдбада охватывало странное чувство. Стоило Диане слегка отвести Джахизу от короля Синдории, как наваждение спало, а Син улыбнулся двум барышням.       — Я не против составить компанию приятным людям, — учтиво говорил Син, — мне также хотелось бы узнать побольше о вас.       — Вот видишь, — махнув рукой нервной Диане, сказала Джахиза, — всё в порядке.       — Гу-га! — Диана не собиралась просто так сдаваться, но внезапно все услышали детский вопль, от которого Джахиза пригнулась.       Это был никто иной, как Хади, который свалился на голову королевы Абейр-Ториль. Диана побледнела, думая, что хуже уже точно не будет.       — Ох, — вздохнула Джахиза, схватив Хади под подмышки, — что мой птенчик здесь делает?       Джафар, обратив внимание на специфическую внешность «птенчика», посчитал, что сходит уже с ума, как и все остальные, чьи челюсти упали к полу. Син уже не знал куда себя деть, эта девушка становилась опасной для него загадкой.       — Разве это не священное дитя? — начались шепотки повсюду.       Диана из-за нервов была готова повеситься, но вовремя собравшись, она укрыла Джахизу и Хади своим плащом.       — Опаньки, — сказала ошеломленная Джахиза, — зачем ты выключила свет? Играть затеяла со мной? Хе-хе-хе-хе.       Пока королева к чему-то готовилась, в это время вновь исчез Хади, отчего та расстроенно вздохнула, она собиралась вот-вот его поцеловать в щечки. На самом же деле, малыш просто испугался «новой» матери и убежал обратно к кролику, который в это время измазал всю кухню сладкими десертами.       Диана резко вернула плащ обратно, — «Это мой шанс всё исправить!» — а затем также быстро обернулась к публике.       — Дамы и господа, — по-актерски поклонившись, сказала Диана, шутки от Иванки работали на отлично, немного, но она училась у него импровизации, — прошу простить мою шалость, мне всегда нравилось удивлять людей фокусами, после отличного пения прекрасной девы.       Импровизировать Диана умела плохо, но рядом со стражами всё-таки чему-то научилась, потому вся толпа удивленно захлопала в ладоши. Один лишь Син понял, что это был не фокус, а магия телепортации. Всё произошло быстро, так что осмыслить нормально толпе не дали, но такие выходки вызвали интерес у короля Синдории.       — Прекрасный птенчик, где твоя любовь?.. — одна лишь Джахиза выглядела расстроенной, её детище покинуло собственную мать. — Ах, но ещё осталось моё солнышко.       Синдбад не очень понимал, что бубнила про себя девушка, но он вздрогнул, когда она повисла на его шее. Прямо сейчас Джахиза была словно под сильным алкоголем, это состояние в целом достигнуто из-за того, что приходится обрабатывать уйму информации через синхронизацию с джинном.       — Солнце, — ласково сказал она, поглаживая его щеку, — ты же не оставишь деву в беде?       Мимолетом он заметил, как его подруга схватилась за щёки и посмотрела на него с ужасом в глазах, словно вот-вот что-то случится. Собственно, её тревога была неспроста, прошло несколько секунд, прежде чем Син понял, что перед ним владелец королевских сосудов. Это почувствовала и Джахиза, отчего между ними появилось напряжение. Элегантно освободив его шею от своих рук, она отпихнула нежно его в грудь и пошла на выход заведения.       — Впрочем, меня не интересуют короли, — сказала она ему лишь одному, — хотя на вкус ты прелестен, давно я не пробовала такой деликатес.       Синдбад это чувствовал, но смутно, словно его облизали, как корочку шоколада. Никто же не заметил того, как сильно лицо святой девы покраснело. Такова была слабость джинна Гипноса, он смущался при виде противоположного пола.       — Всем спасибо за внимание, — очнувшись от временного забвения, подключилась Диана, она могла почувствовать, как меняется аура Джахизы, — нам уже пора.       — Что? — только и смог сказать Син, как внезапно эти двое исчезли.       Однако, как он мог пропустить мимо владельца королевских сосудов? Ему было необходимо выяснить, кто она и кому служит, а также, насколько преданной может быть такая девушка. Вот только стоило её обнаружить и схватить за руку, чтобы немного поговорить, как святая дева вдруг испарилась, а от её спутницы раздался визг.       — Только не это… — обреченно сказала Диана и поймала на себе требующий всё объяснить взгляд Синдбада.       Он же даже не подозревал, что его в такой далекой стране могут узнать, но вот Диана знала. Она знала очень многое, потому не хотела подпускать к себе самых важных персон. Особенно Синдбада, во внутренний мир которого оплоты так и не заглянули.       — Кто ты такой, чтобы лезть к нам? — хладнокровно сказала Диана и брезгливо отвернулась от него. — Ты смог нас догнать, но поверь, оно вообще того не стоило.       — О чем ты? — чем дальше, тем сильнее Сина интриговали их личности.       Диане не пришлось отвечать на его вопросы, она просто указала в сторону ворот. Синдбад был поражен, когда увидел, как по небу плывут скаты. Это то, чего остерегалась Диана, она рассчитывала, что синхронизация будет идти по порядку, но похоже, что удача не на её стороне. Гипнос был джинном, который мог воплотить сны в реальность.       Син был удивлён, но ещё больше поражены были стражи, которые помимо сияющих скатов, почувствовали, что в воздухе манна стала плотнее. Теперь эта страна становится идеальным местом для магов, как и для тех, кто способен развивать свой дух, как Адзаи или Торгрим. Конечно же, манна стала становится плотнее ещё и по той причине, что у святой девы было два дракона, а также благодаря Кейко, которая призывала каждый раз новых магических существ.       На мгновение Синдбад был очарован скатами, а когда заметил, что девушка рядом с ним пропала, то удрученно вздохнул. Однако, не было причин расстраиваться, он чувствовал, что они ещё встретятся. До тех пор, он хотел насладиться таким прекрасным зрелищем, ведь скаты были древнейшими обитателями водных глубин, особенно в годы юности его восхищали морские дьяволы, которые дрейфовали по волнам.

***

      Тем временем Джахиза исчезла, внедряясь в мир сновидений. Это было место, где Гипнос находил себе покой, а также то место, где для него всегда было безопасно. Часть знаний Гипноса передавалась ей, и она начала понимать, что одна десятая часть внутреннего мира человека — это сновидения.       Когда же святая дева увидела сон Кейко с летающими скатами, то просто пожелала увидеть их в Абейр-Ториль. Она не знала, что для их существования нужно наличие очень плотной манны. Сама того не осознавая, она выпустила половину резерва магической энергии и очистила воздух от злых примесей. Собственно, вышла из сна Кейко она быстро, потому что эльфийка была чувствительна к изменениям окружающей среды.       Когда же, стоило ей покинуть её сон, то Джахиза увидела ещё одну возможность. Через сны можно было путешествовать во внутренние миры, но также и отправить себя в другой мир, образ которого она поймает. Тем не менее, делать это опасно, поскольку не всегда выходит материализовать саму себя через чужой сон.       «Гипнос определенно очень опасный джинн», — тогда подумала Джахиза.       Прошло ещё некоторое время, чтобы понять, как войти в свой внутренний мир, а не чужой. Это была словно гигантская сфера, содержащая в себе миллионы кодов информации. Джахиза почувствовала трепет и пока не собиралась прикасаться к ней. Внутри неё Гипнос предупреждал, что это небезопасно. Стоило войти в него, как найти выход может стать невозможным. Это был духовный мир, который отражался в душе. Там могло быть, что угодно. Войдя в него можно было узнать, кем ты был в прошлой жизни, а также вспомнить то, что не давал вспомнить мозг. Это отличалось от внутреннего мира чужой души.       — Такое различие… — сухо сказала Джахиза, присматриваясь к маленьким точкам разноцветной сферы.       Однако, она чувствовала, что это было нормально, а новые знания дополнили информацию. Душа может существовать бесконечно, а узнать кем кто-то был в прошлом можно лишь после того, как раскроешь его душу. Надо заслужить расположение обладателя души, чтобы полностью окунуться в его внутренний мир. Такая честь доступна отнюдь не каждому. Джахиза даже посчитала, что поглотить душу в сто раз легче, чем её раскрывать.       Наконец, собравшись с мыслями и духом, она притронулась к сфере. Ей было любопытно, что заложено в ней. Особенно интересно было узнать, как возникла её душа? Эти мысли и привели её в ядро духовной сферы.       Закрыв на мгновение глаза, Джахиза почувствовала вялость, а голова запульсировала, но она совсем забылась, когда перед ней возникла огромная женщина с двумя крыльями сзади спины. Её лицо, шея и руки были без изъянов, а все остальные части тела изображали горы с водопадами, цветами и зверями. В том числе и на крыльях устраивались мифические создания, срывая золотые плоды с прекрасных деревьев, они мирно уживались друг с другом. Только тогда, когда она осмотрела всю эту женщину, то заметила, что в руках та держит прозрачный купол, в котором мирно спал младенец, точнее будет сказать — эмбрион. Это была совсем ещё личинка, из которой пока не понятно, что вырастет. Рядом с эмбрионом кружилось два шара. Один был черным, как сама тьма, а другой яркий, как вспышка света. Однако, помимо них, в сердце эмбриона присутствовал третий шар, который испускал синее сияние, и, если присмотреться, то можно было увидеть звездное небо в этом колобке.       Эта красота вскружила голову, потому святая дева не сразу обратила внимание, что манна здесь настолько плотная, что её можно даже коснуться рукой. Рядом с этой женщиной и эмбрионом она чувствовала настоящий покой, гармонию с самой собой и какое-то не передаваемое счастье. Джахиза решила, что остаться здесь отличный вариант. Девушка уже и позабыла о тех проблемах, о которых пеклась.       Этого и боялся Гипнос, когда предостерегал её. Легко просто верить в нечто великое и следовать ему, но это не более, чем путь для труса. Тем не менее, святая дева улыбнулась, она чувствовала, как лишь одним присутствием эта женщина может отогнать всё злое, способное ей навредить, но это не отличается от дома с четырьмя стенами. Это наваждение быстро слетело, и Джахиза могла лишь томно вздохнуть. Для себя она поняла, что не желает знать прошлой жизни, а хочет разобраться с этой. Впереди слишком много интересного, чтобы тратить время на комфорт.       — Ну, я бы всё-таки вздремнула здесь…       Однако, это место оказалось очень заманчивым для того, чтобы вздремнуть. К сожалению, в разных измерениях мир течет по другому времени, и час Гипноса вышел, а на его смену пришла Морена — джинн холода и смерти.       — Хм, что за глупая идея? — характер Джахизы тут же изменился. — Я протяну без сна ещё месяц, а за это время можно воплотить великие планы в реальность!       Она стала чересчур равнодушной, настолько, что пройдя через сон Кука в реальность, особо не осчастливилась тому, что всё вышло с первой попытки.       — Что и ожидалось от меня, — холодно сказала девушка, натянув надменную улыбку.       Теперь знания о жизни Гипноса и Ялдаваофа она воспринимала, как данное и полностью усвоила контроль их сил.       Беглым взглядом Джахиза осмотрела дворец, а также взглянула на внешний вид стражей, которыми были обычные люди, — «Их одеяния не походят моему величию. Защитить меня они не в состоянии, значит, надо хотя бы дресс код поменять!»       В прошлом Морена была опасной влиятельной фигурой с придирчивым вкусом. Бывали случаи, что если её не устраивал внешний вид гостей или их поведение, то одним жестом руки она могла лишить их головы. Однако, спустя столетия её характер смягчился, она всё ещё была взбалмошной, но зла причинять никому не стремилась, считая такое поведение недостойным её величия.       — Слуги, — рыкнула Джахиза так, что разбудила весь дворец, вскоре три демонических служанки поклонились королеве, — срочно принесите бумагу в мой кабинет.       Приказ был исполнен моментально, а Джахиза, ведомая Мореной, стала рисовать чертежи твёрдо-мягким зарубежным карандашом, который купила в игровом магазине. Джахиза не покупала ничего, кроме сладостей, чтобы задобрить Диану или стражей, потому такое расточительство было ново для этой девушки, но на лице при этом не отразилось никакого беспокойства.       На несколько работ она потратила ровно пятнадцать минут. В итоге, эскизы были вручены Торгриму, из-за чего главный советник ходил по дворцу хмурым. Сначала его побеспокоили из-за состояния Адзаи, а тот предупредил, что Диана наложила какое-то временное заклятье на их госпожу. Теперь же поступил приказ о том, что форма дворцовых рыцарей должна выглядеть по другому. Торгрим думал переждать и потом снова спросить про эти эскизы, но вот только он нашёл их добротными. Они даже чем-то напоминали ему эльфийскую броню. Кроме этого, он встретился с таким искренним негодованием королевы, что сам запутался во всём.       — А почему фестиваль ещё не начали? Мы победили зло, иль нет?!       Вопрос Джахизы звучал с ноткой жалобы, как у маленькой вредной принцессы. Торгриму теперь стало интересно, где пропадала «няня», которая и наложила это заклятье. Он никак не мог знать, что Диана давно оставила марионетку на попечительство джинна, а сама отправилась на кухню поедать сладости.       — Так ведь Скегги не вернулся, госпожа, — устало отвечал советник.       — Вот как, — Джахиза обиженно вздулась, — почему его ещё нет?       — Позавчера вам на стол был отправлен отчёт, разве вы не читали его?       — Верно, — опомнилась Джахиза, — он написал, что занимается открытием гильдии Торговцев, Авантюристов и Наёмников.       — Всё так, — кивнул Торгрим, — сейчас в Абейр-Ториль мы смогли построить штаб для двух гильдий, через день будет готов третий, но вот распределение ролей определить сложнее, потому он и задержался.       — Неужели я забыла о таких важных вещах? — вздохнула Джахиза, нахмурившись.       — Вам не обязательно всё делать самой, так что можете не отвлекаться от других дел, возложенных на вас.       Джахиза посмотрела на Торгрима глубоким взглядом, казалось, что она словно поняла что-то новое и важное. Главный советник тактично отлучился, приступая к выполнению её приказа, но святая дева смотрела сквозь него, так что не особо подметила уход Торгрима.       — Самой, да?.. — отрешенно проговорила Джахиза, облокотившись на большое мягкое кресло.       Она вспоминала свои годы на Земле, а теперь и здесь, где по-прежнему старается полагаться на себя одну. Она может и считает сейчас стражей своей семьёй, но с детства её никто не учил, как можно рассчитывать на других. Теперь же ей приходится учится всему с нуля, что делать на самом деле непросто. Тоже самое было, когда она с трудом оставляла Рокки и Курасу одних, в ней боролись противоречивые чувства, казалось, что без её наблюдения они пропадут. Однако, сейчас Курасу она смогла отпустить, а на стражей возлагала много обязанностей, за которыми контроль не вела.       — Ух, — Джахиза бы продолжила мыслить об этом, но к ней вернулась Морена, — не время об этом думать.       Эта ночь стала для всего дворца самой оживленной. Джахиза отдала ещё несколько приказов, а также успела насладиться кровью несчастного Нимбуса, который привлёк внимание бессмертного Носферату.       — Лучше её в город не пускать, да и людей не показывать… — как раз к этому моменту подоспела Диана.       В ней боролась жажда Носферату и его желание вкусить эльфийскую кровь. Джахиза довольно облизала клыки, которыми вонзилась в его плечо, и грандиозно села в красное кресло, что принадлежало главному советнику.       — Несите мне вина, — распорядилась королева, — которое будет крепче этого дерьма.       Носферату любил веселья, как и Ялдаваоф, но слегка в другом стиле. Первый джинн был хитрым змеем-обольстителем, а другой был бессмертным высшим вампиром, любившим подчинять красивых смертных гипнозом или силой. Особенно Носферату выделяло то, что он любил говорить стихами.       Нимбус оставался молчалив, его рана от укуса быстро зажила, но вот привкус того, что тебя кто-то сосал, пока оставался в памяти.       Когда же весь этот цирк прекратился, то Джахиза долгое время извинялась перед стражами. Она описывала всё так, словно её подменили, а Диана же пожала плечами и объяснила им, что эффект сродни алкогольному опьянению. Тем не менее, не это стало причиной того, что стражи напряглись, а удивленный вздох королевы и её шокированные слова.       — Король Синдории в Абейр-Ториль! — вспомнила первую синхронизацию с джинном Джахиза.       Она узнала это, когда открыла его статус, который не предвещал ничего хорошего. [Синдбад ур.350] Дополнительная информация: король Синдории, Реформатор мира, лидер международного альянса и Покоритель семи лабиринтов, владеющий семью королевскими сосудами. Также является лидером Альянса Семи Морей. Любит женщин и алкоголь, крайне хитер и со временем стал циничен. За бриллиантовой улыбкой и расслабленной аурой кроется чужая тень.       — Кстати об этом, — подключилась Диана, — почему звери не смогли распознать сильную ауру короля?       — Я тоже об этом подумала, ведь по городу размещено немало наших шпионов, — сказала Кейко.       — Где он сейчас? — спросил Торгрим, его глаза кровожадно сверкнули.       — Если не ошибаюсь, та гостиница называлась «Драконий огонёк», — ответила Диана, Джахиза не особо тогда смотрела на вывеску.       — Неизвестно, что королю здесь надо, но если он затевает то, что может причинить ущерб короне…       — Именно, — кивнул Торгрим Некросу, — поэтому надо тщательно следить за ним.       Стражи были взволнованы и быстро предприняли меры противодействия. Джахиза была хмурой, у неё сильно болела голова, казалось, что она вот-вот вырубится после всей этой беготни.       — Глупо, — пробубнила она, навалившись на стол, — это очень глупо будет с их стороны, ведь я…       На последних словах святая дева отключилась, ей было необходимо поспать, чтобы новая информация лучше усвоилась.       — Божечки, — усмехнулась Диана, — такая безумная ночь.       — И то верно, — улыбнулся Торгрим.       — Эй, Нимбус, — сказала Цунаде, убедившись, что королева уснула, — каково это, быть кусанным?       — Цунаде, имей приличие, — уныло вздохнув, ответила Кейко, — Адзаи и Нимбусу и так не сладко досталось.       — Не всё так уж плохо, — улыбнувшись, сказал Нимбус, — главное, меня не съели заживо.       Лица стражей потемнели, — «Ему же это не понравилось?» — но вспомнив об несчастном Адзаи, каждый решил, что подобное вряд-ли понравится кому бы то ни было. Так и получилось в истории Абейр-Ториль, что эту ночь прозвали «Святым Зуль-Хиджа».* Ночь, когда в небе появились скаты, являю миру новое чудо.