Дорогой, огненный дождь идет

      Лил запрокинула голову, и ее губы сжались в тонкую, жесткую линию. Темные следы от огня усыпали подоконники верхних этажей, часть крыши обвалилась. Почти не осталось окон, стекло на которых не пошло трещинами или вовсе разбилось. Их занавески, полурасплавленные, цепляющиеся за уцелевшие в раме осколки, жалобно развевались на ветру. Лил сосредоточилась на одном из окон третьего этажа, пытаясь разглядеть стены по другую сторону.       Джо-Джо рядом с ней держалась настороженно и непривычно тихо. В пальцах она лениво перебирала палочку, оставшуюся от леденца. Лил медленно выдохнула и наклонилась к ней. — Я не… — прозвучало хрипло и слишком тихо. Она откашлялась. — Я не знаю, сможем ли мы зайти через главный вход. — Я как-то не хочу пробовать.       Джо-Джо в последний раз лизнула палочку, прежде чем небрежно уронить ее в снег. Отогнав ничтожный укол совести — с чего вообще ей стоит беспокоиться о мусоре в мире, который и так полностью им покрыт? — она подкралась к ведущей ко входу лестнице. Дверь сдалась под весом здания, и стекло потрескалось, но одним огромным, паутинным пластом продолжало стоять. — Я посмотрю сзади.       С этими словами Лил развернулась, неторопясь завернула за левый угол, с осторожностью шагая по снегу. Из-под подошв слышался хруст стекла и камней. — Нам вообще куда?       Следующая за ней Джо-Джо сощурилась, глядя на крышу, и попыталась представить верхнюю часть здания до того, как та рухнула. Этажей пять? — На третий этаж. Это с лицевой стороны здания. — Думаешь… с ним все хорошо?       Лил фыркнула и за следующим поворотом подошла к другой двери, пострадавшей гораздо меньше. Черт, да у этой даже ручка была. — Нет.       Пока Джо-Джо за ее спиной отрешенно мурлыкала себе под нос какую-то мелодию, Лил осторожно потянула ручку. Дверь немного застряла в косяке, но уже на второй раз поддалась и со скрипом распахнулась. Откуда-то сверху слетела паутина, и Лил попыталась отмахнуться, но сеть только прилипла к ее пальцам. — Что здесь вообще произошло? — шепотом спросила Джо-Джо.       Лил вытерла паутину о джинсы.После того как она отскребла последние нити от ногтей, воцарилась недолгая тишина. Взгляд Лил был направлен в глубь тускло освещенного коридора. Наконец, девушка тяжело сглотнула и переступила через порог. — Пожар.       Джо-Джо прошла за ней и сморщила нос: пыль и пепел, до этого устилавшие ковер, наполнили воздух. — А чего так? Из-за Рамота?       Лил резко остановилась перед тяжелой металической дверью с табличкой «лестница на случай пожара», провела пальцами по ручке и кивнула. — Ага. Правда, не знаю, у кого. — Это так важно?       Лил вцепилась в дверную ручку и едва заметно пожала плечами. — Навряд ли.       Дверь открылась неохотно, с протяжным скрипом, так что Джо-Джо потянулась закрыть уши. Вдруг Лил распахнула глаза и попыталась захлопнуть дверь обратно. По ту сторону что-то сдвинулось с места, рухнуло и свалилось в проем.       Что-то черное и худое и хлопьями крошащееся на ковер. — О-о боже. О господи. Твою мать, фу!       Джо-Джо оторвала руки от ушей и решительно уставилась в потолок, не позволяя содержимому желудка выплеснуться наружу. Лил же издала звук отвращения, но приоткрыла дверь чуть шире.       Через секунду запах достиг Джо-Джо. Та поспешно зажала нос и рот обеими руками. Постаралась дышать как можно реже. Стоявшая позади нее Лил вздохнула, затем положила руку ей на плечо. — Хорошо. Все будет хорошо. Там, за дверью, куча из тел… — Джо-Джо застонала, и Лил ободряюще сжала ее плечо. — Их не так много. Давай ты сейчас просто развернешься, и я помогу тебе их обойти, согласна? — Не, знаешь, я, пожалуй. Подожду внизу. — Джо-Джо.       Рука на ее плече сжалась сильнее в попытке повернуть ко входу. Краем глаза Джо-Джо уловила слегка нахмуренные брови Лил. — Пожалуйста.       Окинув проем быстрым взглядом, Джо-Джо поняла, что куча трупов была не такой уж и безобидной. Больше двух, может даже трех. И все сожжены. Горло перехватило, в животе заурчало. — Не могу. — Дж… — Лил вздохнула и убрала руку с двери, вместо этого придерживая ее ногой. — Посмотри на меня.       Она решительно попыталась развернуть Джо-Джо до конца, так, чтобы можно было заглянуть ей в глаза. Джо-Джо сопротивлялась, ее мысли были поглощены телами, утопали в едком запахе дыма и подбирающемся ко рту вкусу леденца. — Не на них, на меня.       Джо-Джо собралась с духом и перевела взгляд с тел на лицо Лил. — Что? — выдавила она. — Я не понимаю, почему ты не хочешь идти, ясно?       Джо-Джо поморщилась, но кивнула. Ей приходилось напоминать себе избегать глазами жуткую картину.       — Но я. Я не смогу…       Лил затихла, и Джо-Джо впервые уловила в ее голосе напряжение, а в ее глазах — влажный блеск. Она бездумно провела пальцами по теплой щеке. — Я не смогу без тебя, — закончила Лил.       Джо-Джо тихонько рассмеялась. — Все ты сможешь. — Не смогу. — Лил переплела свои пальцы со все еще лежащими на ее щеке. — Ты мне там нужна. — Для чего? Моральной поддержки?       Лил с трудом улыбнулась и прижалась к ладони. — Да, что-то вроде того.       Она поудобнее переставила ноги, и что-то за дверью с грохотом упало на пол. Девушки вздрогнули. Джо-Джо, не спуская глаз с Лил, испустила собравшийся в горле пузырем нервный смешок. — Пойдем?

***

— Господи, это были не все. — Это была ужасная идея. Лил? Лил, я хочу обратно. — Мы уже поднялись на второй этаж, просто потерпи еще чуть-чуть. — Не уверена, что мой живот выдержит до третьего. — Все будет в по… так, нет, даже не смей…

***

… … — Прости. — Ничего, только… в следующий раз, пожалуйста, подальше от моих ног. — Постараюсь. … … — …Какого хуя она голубая? — Потому что кто-то этим утром решил съесть голубой леденец с черникой? — А, фу.

***

      Ее комната никогда не отличалась порядком, но это было нечто.       Лил переступила через подозрительно провисающее пятно на полу. Огонь неплохо потрепал здание в целом, но именно обрушившаяся крыша окончательно разворотила ее комнату. На кровати лежала часть соседской ванной, а над всем этим — стол с пятого этажа. Штукатурка, пыль, сажа и плесень толстым слоем покрывали все доступные поверхности.       В гостиной Джо-Джо громко перебирала вещи. Лил ускорила шаг, старательно маневрируя между руинами своей бывшей комнаты. Кое-что уцелело, несмотря ни на что — дверь ее шкафа и левая половина стола, например, оставались на удивление нетронутыми катастрофой.       Только спустя пять минут лихорадочного поиска среди обломков Лил наконец нашла Клео под столом.       Кошачье тело иссохло. Ребра резко выступали из-под кожи, живот совсем исчез. Лил прикусила губу и провела рукой по сморщенной мордочке. Клео казалась такой маленькой.       Лил позволила себе ненадолго задуматься о том, как быстро Клео умерла. Выбраться из здания было бы невероятно трудной задачей для кошки. Особенно тревожащим, обрекшим ее на смерть был тот факт, что еще несколько минут назад дверь была закрыта.       Запертая здесь, она, скорее всего, умерла от голода.       Лил почувствовала какую-то холодную каплю на щеке и быстро вытерла ее рукавом. Она аккуратно дотянулась пальцами до застежки за шеей Клео и сняла привычный ей тонкий фиолетовый ошейник. Тишину комнаты прервал громкий звон жетонов. Лил убрала ошейник себе в рюкзак.       Она встала, на цыпочках подошла к когда-то служившей ей кровати и выдернула полусгнившее одеяло из-под куска потолка. В одеяло она закутала Клео, так, что ткань плотно прилегала к крошечному телу.       Этого было недостаточно, но Лил не знала, что еще сделать. — Джо-Джо? — тихо позвала она, вернувшись в коридор.       Где-то в глубине раздались кашель и шарканье.       Коридор выглядел едва ли не хуже ее комнаты. В полу зияла дыра, а стена по правую руку почти полностью обвалилась. Приблизившись к краю дыры, Лил попыталась глазами отыскать Джо-Джо.       Снова послышался кашель, за ним — «Сейчас, сейчас». Через пару секунд Джо-Джо появилась из ванной.       Лил усмехнулась и сунула руки в карманы пальто. — Как тебе туалет?       Джо-Джо с другой стороны дыры остановилась перед прыжком, внезапно вздернула голову. На долю секунды в ее глазах промелькнуло что-то, чему Лил не смогла дать название.       Но взгляд исчез так же быстро, как и появился, и Джо-Джо заухмылялась. — Отвратительно.       Она согнула колени, немного разогналась, прыгнула, и, стоило приземлиться, потянула Лил к выходу. — Нашла? — …Ага.       Лил попыталась заглянуть в оставшуюся позади ванную, но Джо-Джо настойчиво уводила ее прочь. Лил отмахнулась и перевела внимание обратно на спутницу. — Да, нашла. — Круто.       У двери, ведущей на лестницу, Джо-Джо прикрыла рот и нос кофтой. — Зачем, кстати, искала? — поинтересовалась она приглушенно.       Лил крепко взяла Джо-Джо за руку. — Давай я расскажу, когда мы выберемся отсюда?

***

— Если вы меня нашли, верните в квартиру 312. — Самое главное на другом. — Любимица Мэгил и Тавифы, Клео, — сбивчиво читала Джо-Джо, сдерживая смех. — Сердечко в конце очень трогательное.       Лил забрала у нее жетоны и провела большим пальцем по выгравированной надписи на последнем. — Мама устала от того, что я прошу какой-нибудь подарок для Клео, и на Рождество подарила мне это. — Черт, да ты действительно поехавшая кошатница. — Эй, я усвоила урок.       Лил спрятала жетоны в рюкзак, затем небрежно закинула руку Джо-Джо на плечи. Девушки сидели в пиццерии недалеко от дома Лил, скрывшись от нежеланных взглядов за перегородкой. Снаружи снова шел снег, легко и бесшумно пробирался внутрь через разбитые окна. — После этого я просто сама все покупала Клео.       Джо-Джо закатила глаза, но все равно устроилась на пустое место рядом с Лил. — Ты знаешь, что ты ебнутая?       Лил прижалась щекой к ее макушке и рискнула оставить поцелуй на лбу. — Кто бы говорил, дорогая.

***

      Однажды наступил конец Света.       Они вышли из леса на двух ногах. Возвышаясь над травой, они присвоили себе мир. Они создавали и разрушали, потребляли и порождали. Они распространялись подобно лесному пожару, сорнякам, паразитам. В их владении находились инструменты. В одной руке они держали орудие войны и искусства и не предавали этому никакого значения.       Они жили годами. А вместе с годами появилась тревога: что же такое жизнь? С пришедшими в этот мир миллионами, миллиардами больше не было в ней смысла. Чем дорога жизнь одного-единственного человека? Что особенного и неповторимого сможет привнести он в мир?       И они начали умирать.       Все началось в деревушке, которой не стало через несколько дней. Отсюда оно отправилось во все уголки мира, заражая каждого встречного разложением. Казалось, настал закат здоровых городов и рассвет погибших. Из их ртов выходили кровь и желчь. Язвы выступали на их коже. От малейшего движения нарывы начинали сочить на землю гадкий яд. Этому не было конца. За тысячами шли миллионы жертв.       Кому известно, сколько всего погибших? Сколько ушедших во сне? Сколько навсегда затерявшихся, покинутых, забытых семьей в панике перед смертью?       Избежать этого было трудно — до сих пор трудно. Но это было возможно — до сих пор возможно       Нет, не все мы умерли. Мы были на грани, но сумели выжить.       У каждого умершего человека была своя жизнь. Сказка. Легенда. Можно заполнить все страницы на Земле рассказами о них, и бумага кончится первее слов.       И теперь мы вновь задаемся вопросом: что же такое жизнь? Что остается делать после конца Света?       Вот в чем смысл жизни. В исписанных зелеными и оранжевыми мелками страницах. В заженных поломанными спичками свечах. В объятиях и ощущении сливающейся теплоты. В том, как все постепенно изменяется, перетекает от жизни к смерти и снова к жизни.       Однажды наступил конец Света. И много лет спустя, Свет появился вновь.