Паразит

Свесив ноги с крыши полуразрушенной устоявшей многоэтажки, я сидел, глядя на руины родного — да не совсем — города. Умом я понимал, что это не та Москва, в которой я родился и вырос, но душа разрывалась от вида выжженной ядерным огнем столицы. Наиболее угнетающее действовал монумент «Покорителям космоса», верхняя часть которого попросту отсутствовала. Символично: ни о каком космосе теперь тут никто даже не думал.       Я еще не был в центре. Если верить фотографиям, там камня на камне не осталось, причем не только благодаря самому Бегемоту. Когда стало понятно, что Москва безвозвратно потеряна, в приступе гениальности некие умники пару раз долбанули по Губителю ядерным оружием. Бегемот даже не почесался и продолжил выжигать все, что уцелело.       Соскочив с крыши, я активировал силовое поле и, используя его как параплан, полетел вдоль Проспекта Мира к центру. Долго парить не получилось, пришлось приземлиться и продолжить путь пешком. Дозиметр порой начинал предупреждающе пищать. Прошло уже восемь лет, а фонило в некоторых местах так, будто в Чернобыльский Саркофаг забрался. Типичная картина для городов, в которых побывал Бегемот, но Москве досталось сильнее всего. За дезактивацию вначале хоть и взялись, вскоре нашли иное решение. Только погибших захоронили и некие сохранившиеся объекты эвакуировали.       Целью Бегемота, очевидно, было уничтожение не города, а страны. В этом мире Союз оказался на удивление стабильным даже несмотря на высокую безработицу. Действия Сына остановили Холодную войну, и большую часть военных расходов власти направили в гражданский сектор. Людей со сверхспособностями объявили врагами и при полной поддержке народа устроили экстерминатус. Бежать из страны, впрочем, особенно не мешали. Некоторые оставались, пытаясь отстаивать свои права. Порой даже достаточно успешно, как те, что позже стали Красной Перчаткой, но на общую картину они в то время не влияли.       Неожиданно Советский Союз стал безопасным и очень привлекательным местом для жизни обычных людей. Была преступность и коррупция, произвол властей, но не было банд, захватывающих целые города, как на Западе, и зверствующей репрессивной системы, как на Востоке. А потом пришел Бегемот и уничтожил Москву. В стране — хаос. Иллюзии разбились в дребезги. СССР перестал казаться оплотом стабильности и безопасности в безумном мире сверхлюдей. Нью-Йорк и Москва. Города — жертвы Бегемота. Один толком и не пострадал, а второй — безжизненная пустыня и четыре миллиона погибших.       Союз распался, к власти в России пришел молодой и харизматичный Олег Никитин, сумевший за пару лет провести настолько удачные реформы, что в сердцах россиян снова пробудилась надежда. Позже оказалось, что он человек с суперсилой — в народе просто пик. На Западе их называли паралюдьми, но в Союзе этот термин не прижился. Труднопроизносимо. Когда стало известно о сверхсилах в КГБ появилось Управление «П», оттуда и произошло слово «пик», хотя официальное название раз в десять длиннее. Были и иные версии. Кто-то считал, что это просто сокращение от «парачеловек». Другие утверждали, что все дело в символизме: пик — вершина человеческой эволюции.       По проторенной США дорожке в России не пошли. Вместо создания отдельной организации, пиков интегрировали в вооруженные силы. Позаимствовали разве что классификацию параугроз, которая, впрочем, не пользовалась большой популярностью в народе. Широко известны были разве что технари, да кукловоды. Охота на людей со сверхспособностями прекратилась, им были предложены отличные условия работы. Жизнь в России снова стала налаживаться. Казалось бы, у страны светлое будущее с адекватным политиком во главе, но в этом мире все хорошее кончается очень быстро.       При загадочных обстоятельствах был застрелен Президент Никитин в его собственной кровати. Убийца не оставил никаких следов. Подозревали пика с телепортацией, но Президент был тем еще параноиком — комната была защищена от телепортации. Как бы то ни было, его смерть спровоцировала политический кризис со взаимными обвинениями и наемными убийствами. До гражданской войны и раскола страны не дошло, но закулисная борьба за власть шла жестокая и беспощадная. Нашлись и те, кому все это осточертело. Договорились по-тихому, назвали себя Красной Перчаткой и свалили в Эритрею воевать за деньги. Так удачно повоевали, что по возвращении фактически подмяли под себя власть в России и большей части бывшего СССР. В отличие от Никитина талантливыми управленцами они не были, да и борьба между группировками никуда не делась.       Впереди показались едва узнаваемые очертания Рижского вокзала. Чем дальше я продвигался в сторону центра, тем сильнее были разрушения. Эта Москва напоминала мне фотографии послевоенного Сталинграда, Дрездена и Хиросимы. Крайне депрессивное зрелище. Еще хуже становилось от осознания того, что люди и без супер-монстров умудрялись города до основания разрушать.       До Кремля я не добрался. Его просто не было: чуть дальше Бульварного кольца начинался безжизненный лунный пейзаж. Я видел фотографии и видео, но мне не верилось, что такие разрушения возможны. Долго хотел пойти и взглянуть своими глазами. Решился, но лучше б я этого не видел. Дозиметр предупреждающе верещал, показывая сто восемьдесят миллизиверт в час. Дальше было идти опасно и бессмысленно. Постояв минуту, глядя в сторону Кремля, я вздохнул и направился назад. Не то чтобы я боялся смерти или рака. Мои способности позволяли вообще наплевательски относиться к жизни, но умирать было неприятно. К тому же я еще не совсем освоил силовые поля.       Да, мне повезло получить способности после того, как я попал в этот мир. Сперва я думал, что после смерти всего лишь перемещался в тело случайного человека, что уже неплохо. Потом обнаружились тонкости. Перемещаться в новое тело я мог и по желанию при непосредственном контакте. Старое тело при этом погибало. Целью мог быть только пик. Чем дольше я оставался в теле пика, тем лучше я овладевал его или ее способностями. А самое главное — при перемещении приобретенные способности сохранялись.       Звучит круче, чем есть на самом деле. После перемещения было очень тяжело прийти в себя, а само перемещение было связано с похищением чужого тела. Другими словами — убийством, что здорово давило на совесть. Чтобы полностью овладеть чужой силой требовалось чуть больше пары месяцев. Учитывая, что подавляющее большинство способностей достаточно безобидны, а подобраться к сильным мира сего достаточно сложно, за девять месяцев я собрал откровенно слабый арсенал.       Мягкие силовые поля, которые напоминали прочную прозрачную ткань. В качестве защиты они были бестолковы. Любой острый предмет или пуля их с легкостью прошивали, но имелись креативные применения, вроде парения. Телепортацию я, к сожалению, освоить не успел — получил пулю в голову. Предыдущий владелец тела был правительственным пиком, и я завалил первую же проверку. Он мог перемещаться на очень большие расстояния к заранее оставленным прикосновением меткам. Я же мог поставить только одну метку и телепортироваться только в том случае, если метка была не дальше десятка метров. Полезный бонус к способности — всеведение в пределах действия метки. Третья и последняя способность: касаясь предмета я мог определять, кто и при каких обстоятельствах касался его до меня. В пределах пары-тройки суток. Была еще способность, как-то связанная с ускоренной регенерацией, но в том теле я пробыл так мало, что никаких эффектов не чувствовалось вообще.       Что касается самого мира — некоторое время я вообще не мог понять, что за жесть творилась вокруг, куда меня занесло, и почему столица во Владимире. Потом пришло понимание и даже узнавание. Я читал об этом мире, и был бы рад похвастаться знанием будущего, да вот только терпения у меня не хватило дочитать «Червя». Вся эта вакханалия с Бойней 9 и чувство неотвратимо приближающейся полярной лисицы мне наскучили, и я пошел читать творчество фанатов. Так что знания мои были в лучшем случае отрывочны, в худшем — ошибочны.       Я знал, что в 2011-м на Броктон-Бей нападет Левиафан. В 2013-м после беседы с Джеком Сын устроит пришествие полярной лисы, а бедняга Тейлор каким-то чудом его победит. Имел общее представление о том, как работают сверхспособности и откуда они появились. Так же мне было известно, что Котел продавал силы в пробирках. Вот и все мои знания. Все остальное либо незначительно, либо бардак, в котором я не мог отличить канон от фантазий фанатов.       Сейчас — 2004-й, я вообще на другом конце мира, и никакого желания вмешиваться в естественный ход истории у меня не было, хоть и понимал, что одним своим появлением уже мог что-нибудь испоганить. Становиться отшельником тоже не выход. Во-первых, я начинал жутко нервничать от безделья, что для прежнего меня было нехарактерно. Пару недель я еще мог усидеть, но потом терял контроль и начинал творить всякую жесть вроде этого похода к центру Москвы. Меня раздражала моя хаотичность, но ничего с этим поделать не мог. Во-вторых, я не знал, куда придется удар во время Золотого Утра, поэтому наилучшим способом обезопасить себя считал развитие своих сил. Количественно и качественно. А осваивались они исключительно во время использования.       Сложнее всего было решить, что делать. Хотелось остаться в России, но здесь очень нервно реагировали на появление независимых пиков, особенно после смерти Никитина. Откажусь поступить на военную службу или присоединиться к Красной Перчатке — пуля в лоб гарантирована, а идти ни туда, ни туда не хотелось. Никаких гарантий, что мне там какой-нибудь кукловод мозги не промоет. Скрываться? Только и буду, что бестолково бегать по стране от тех и других, не развивая способности.       А если бежать, то куда? Восток — не выход. Это и незнание языка, и зверствующий Яньбань с длиннющими руками. Бывшие республики СССР и страны Варшавского договора — не вариант. Все они под влиянием Красной Перчатки. C Западной Европой все тоже непросто. В Швейцарии и Англии совсем недавно пошалила Симург, так что соваться туда я пока спешить не буду. Ни итальянского, ни греческого, ни испанского я не знал.       Немецким я хорошо владел, но Германия только-только объединилась, и вовсе не мирно. Один западногерманский супергерой с промытыми Симург мозгами убил генсека ГДР и спровоцировал войну. США и союзникам к тому моменту уже давно было не до НАТО, так что Западная Германия капитулировала спустя месяц после начала боевых действий. ГДР в свою очередь с развала Союза находилась под контролем «Gesellschaft zur Überlegenheit der weißen Rasse» или просто Гезельшафт, так что здешняя объединенная Германия лишь немногим лучше Третьего Рейха.       Во Франции Бегемот спровоцировал радиационную аварию на АЭС пострашнее Чернобыля. Взорвались два энергоблока под Лионом, героям удалось более-менее локализовать зону радиационного загрязнения, но спустя три года Губитель добил три оставшихся реактора. В итоге вся юго-восточная Франция, богатейшие за вычетом Парижа регионы Франции оказались загрязнены радиацией. Да и остальным регионам досталось. Да что там регионам, добрую половину Средиземноморья радиацией засрали. Вкупе с отказом от атомной энергетики — Губитель к этому подталкивал — страна погрузилась в глубокий экономический кризис. А тут еще и Три Скверны начали по Европе колесить. В общем, к черту Европу, мне нужна хоть какая-то стабильность.       В США раздолье для таких, как я. Можно без особых проблем набраться сил, подготовиться к пришествию песца. Однако, чем ближе к Броктон-Бей, тем больше у меня шансов повлиять на развитие событий в будущем, а этого я боялся больше всего. Что если мое вмешательство сделает победу невозможной? Да и не было у меня желания перебираться в США. В Германию бы запросто, во Францию тоже. А США к черту. Может, все же, к Красной Перчатке присоединиться? Или в Австралию смотаться? Там по слухам вся страна как Броктон-Бей.       В России при всех ее проблемах было неплохо для обычных людей. Уж точно не хуже, чем в США. После гибели Москвы столицу временно перенесли в Свердловск, а затем Никитин и вовсе перенес ее в относительно маленький Владимир. Люди из больших городов постепенно расселялись по стране при полной поддержке правительства. Чем больше город, тем серьезнее последствия в случае нападения Губителя. О процветании и безопасности речи уже, конечно же, не шло, но это общая проблема для всех стран этого мира.       Назад я решил идти через Сокольники, но заметив, что растительность в парке выжжена, продолжил идти по городу пока не добрался до МКАД. Разрушения здесь были уже не настолько пугающими, но места с повышенной радиацией все еще встречались. Именно здесь на окраине, где здания пострадали незначительно, находиться было очень странно из-за отсутствия людей. Словно попал в мир, где человечество вымерло или случился зомби-апокалипсис. Хотя сложно сказать, что хуже: мир «Червя» или мир каких-нибудь «Ходячих Мертвецов».       К счастью, человечество здесь пока не собиралось вымирать. Несмотря на действия Губителей и пиков, население этой Земли мало отличалось от моей. Россия и вовсе была более густонаселенным государством, чем ее эквивалент на моей Земле. Сто пятьдесят шесть миллионов человек. И это с учетом четырех миллионов жертв в Москве. Городов-миллионников осталось всего четыре: Ленинград, Новосибирск, Горький и Свердловск. Последним двум тоже недолго осталось в этом списке находиться.       Что же делать? Не первую неделю над этим вопросом бился. Постоянно откладывал решение на потом, оправдывая тем, что недостаточно узнал о мире. Проще всего, конечно, будет остаться в России, но я понимал, что для развития своих сил это не лучший вариант. Лучшие пики на службе у правительства или в Красной Перчатке. Проверки были регулярные и пройти их было практически нереально. Начну менять тела внутри организации — рано или поздно на мой след выйдут и ликвидируют. Неуязвимым ведь я не был. Достаточно не трогать и не давать умереть.       Попробовать охотиться на пиков, объявленных преступниками? Да если б это было так просто, Красная Перчатка с правительством бы их сами уже всех перебили. В отличие от того же американского СКП здесь очень эффективно боролись со «злодеями», так что глупые пики Днища — ненавистный термин среди пиков преступного мира — не долго оставались в живых, а умных хрен найдешь.       До границы местной зоны отчуждения я добрался к вечеру. Вокруг города были сооружены высокие стены. Здесь — недалеко от русла Шаловки. Посещения были запрещены, туристов, как в Припять, не пускали — радиационный фон слишком высокий, но проникнуть внутрь все равно было не так уж и сложно. Технарский силовой купол над городом защищал прежде всего от распространения радиоактивной пыли. Используя силовые поля в качестве веревки, я взобрался на стену, преодолел сопротивление купола и двинулся прочь от Москвы.       По дороге к машине, которую я припарковал в каком-то небольшом городке, взглянул на показания дозиметра. Радиационный фон в норме, а за более чем восемь часов в Москве получил дозу в триста пятьдесят миллизиверт. Будь у меня другая суперсила я бы может даже обеспокоился. Уже метрах в тридцати от машины я почувствовал что-то неладное. Слишком тихо, вокруг никого, ни одной машины. Я успел вытащить из кармана помеченный камень, чтобы воспользоваться им для побега. Кинуть его мне уже не дали. Что-то с силой ударило меня в спину, и мое сознание померкло.