Комплекс старшего брата

Коннор был совершенным — Гэвин мог сказать это без малейшего преуменьшения. На оценку, в основном, влияло то, что Гэвин видел и чувствовал, но и этого было достаточно, чтобы сделать выводы. То, как Коннор выглядел, как реагировал, как вздрагивал от каждого прикосновения к своему телу — и то, как дрожали его ресницы и какими мягкими на ощупь были его волосы и кожа. Гэвин сходил с ума от каждого нового открытия и уже не мог вспомнить причин, почему так сильно ненавидел Коннора пару месяцев назад. Но самой любимой частью Гэвина было то, как быстро Коннор учился. Несколько неловких поцелуев и попыток настроить внутреннюю среду рта — и вот Гэвин с трудом мог отличить андроида от человека. Нет, на самом деле лишь лёгкий синтетический привкус и мерцающий янтарным диод выдавали необычную природу Коннора, и Гэвину приходилось напоминать себе: он не настоящий. Не настоящий. Не может быть настоящим. Не должен быть настоящим. Но был. — Ненавижу тебя, — прошептал Гэвин, расфокусировано глядя на Коннора и пытаясь перевести дух после головокружительного поцелуя. — Ты слишком красивый и слишком нечеловечный. — Я изучал эффект «зловещей долины», — в голосе Коннора слышались механические нотки. Хах, так выглядит возбуждение андроидов? — Люди ненавидят тех, кто кажется им ненастоящим. — Заткнись, просто заткнись, — Гэвин уткнулся лицом в плечо Коннора. Следующие слова прозвучали приглушённо, и Коннору пришлось частично воспользоваться системой распознавания речи. — Не хочу ничего слышать о науке, когда пытаюсь потрахаться с андроидом. — Я могу говорить тебе комплименты. Звать по имени. Гэвин, — Коннор улыбнулся и произнёс ещё раз: — Гэвин. — О боже, — по коже пробежались мурашки, и Гэвин поднял глаза, рассматривая лицо Коннора. — Я сейчас кончу просто от одного твоего голоса. — Гэвин. — Блядь! — Гэвин снова втянул Коннора в поцелуй, потому что шутки шутками, а онанировать под записи голоса андроида потом не хотелось. Коннор улыбнулся ему в губы и скользнул руками под домашнюю футболку. Пальцы на этот раз были приемлемой температуры, но Гэвин всё равно вздрогнул, когда к нему прикоснулись. Вцепившись в плечо Коннора, он произнёс: — Надеюсь, мы окажемся в спальне до того, как ты залезешь ко мне в штаны. — Тебе нравятся традиционные способы секса? — на всякий случай уточнил Коннор. — Мне нравится, когда посуда остаётся целой, — Гэвин указал на неаккуратно стоящую кружку, которую они едва не задели во время урока поцелуев. — Давай горячий секс на столе организуем как-нибудь в другой раз. Коннор ничего не стал говорить насчёт «следующего раза» — после такого напоминания Гэвин вполне мог отказаться и от первого. Но в памяти это обещание зафиксировал. — Мне донести тебя на руках? — Что? Нет! Я и сам прекрасно могу дойти, если ты перестанешь меня лапать, — Гэвин коротко охнул и крепче сжал плечо Коннора, когда синтетические пальцы выпустили короткий разряд. Коннор моргнул пару раз, будто его закоротило, а потом выдал шедевральное: — Не знал, что я так умею. — Охуеть, — Гэвину было смешно от реакции Коннора на свои «суперспособности», но больше его беспокоила реакция собственного тела. — Теперь ты каждый раз будешь биться током, когда тебе хорошо? После этой небольшой заминки Гэвину всё-таки удалось выпутаться из объятий Коннора и поправить футболку, однако поправить стояк прямо сейчас он был не в силах. — Я постараюсь лучше контролировать себя, — с некоторым запозданием ответил Коннор. Похоже, новые впечатления вместе с перегрузкой нехило так ударили по андроидским мозгам. Коннор отметил ускоренный пульс Гэвина и учащённое дыхание, однако решил отложить обсуждение этого на другой раз. Он видел статьи про использование электростимулирования в сексе, а также информацию о том, что не всем людям такое нравится. Коннор был уверен, что Гэвину, наоборот, подобное пришлось по душе. — Чего застыл? — поинтересовался Гэвин, который за время раздумий Коннора уже успел подойти к выходу из кухни. — Или тебе дать остыть? — Перегрев систем в пределах… — Коннор осёкся и снова моргнул. — Прости, Гэвин. Я уже иду. Гэвин хотел, чтобы Коннор перестал думать как машина, но тот не мог переделать свой стиль мышления за один-единственный день. Нет, Коннор никогда не перестанет думать как машина, однако научиться быть человеком ему по силам. Коннор взглянул на свои руки — синтетическая кожа вела себя нестабильно, и, вероятно, в какой-то момент её придётся отключить. — Тебя не смущает… такой я? — Коннор запнулся, пытаясь подобрать подходящее определение, и показал руку. Кожа послушно отступила, обнажая белый пластик, а затем так же быстро вернулась обратно. Гэвин нахмурился, глядя на Коннора. — Ты меня бесишь во всех видах. Думаешь, из-за какой-то херни я буду по-разному любить тебя-похожего-на-человека и тебя-тостера? Тупая шутка, попробуй ещё. Да уж, Гэвин в свой первый раз не ожидал столкнуться с андроидом, которого одолевают сомнения по поводу того, в каком виде лезть в постель. Частично успокоенный этими словами Коннор двинулся вслед за человеком, на ходу стягивая галстук и форменный пиджак. Гэвин присвистнул, заметив этот импровизированный стриптиз, и махнул рукой куда-то в сторону вешалки. — Я не против, если ты бросишь свою одежду куда-нибудь на пол, но не факт, что моя стиралка справится с твоим модным костюмчиком. Коннор мог бы сказать, что его одежда сделана из специальных материалов, плохо пачкается и легко очищается, но необходимости в лишних пояснениях сейчас не было. Коннор мог поступить по-человечески и пошутить, мол, Гэвин неплохо бы смотрелся в одном галстуке. В его, Коннора, галстуке, конечно же. Коннор промолчал. Пиджак упал на пол кухни, галстук остался лежать где-то в коридоре между кухней и спальней, практически на пороге упала рубашка. Всё это время Гэвин шёл спиной, расширенными глазами наблюдая за процессом раздевания. Коннор зафиксировал в памяти все его реакции на свои действия, включая судорожное движение кадыка, когда рубашка скользнула вниз. Гэвин казался полностью поглощённым увиденным. Коннор сомневался, стоит ли снимать штаны, потому что под ними не было, во-первых, белья, а во-вторых, одной важной части человеческого тела. — Оставь, — хрипло выдохнул Гэвин, присаживаясь на кровать. — Полюбоваться на твоё ничего я смогу в любое другое время. А сейчас мне нужна твоя помощь. Коннор бросил взгляд на проступающий сквозь домашние штаны эрегированный член Гэвина и неловко дёрнул губами в попытке улыбнуться. Его конструкция изначально не предполагала выполнение минета, а потому удаление посторонних жидкостей точно вызовет определённые проблемы в будущем. Возможно, стоит обратиться в Киберлайф ради модификации корпуса и половых органов? Коннор наклонился над сидящим Гэвином и снова его поцеловал. Коннору нравилось целоваться — стоило отключить системы анализирования, как на первый план вместо состава слюны и температуры языка выходило необычное ощущение, как будто щекотка оголённых нервов. Коннор подозревал, что прямое прикосновение к биокомпонентам и, в частности, к тириумному насосу вызовет в системе резкий скачок напряжения. Нечто похожее ощущали люди при достижении оргазма, однако Коннор не мог найти достоверные данные сравнения. — Давай, на колени, — поторопил его Гэвин, и Коннор послушно опустился вниз. Их позы всё ещё не слишком подходили для орального секса, но вскоре Коннор понял причину такой просьбы. Коннор непроизвольно подался назад, когда Гэвин протолкнул два пальца в его рот. Ощущения отличались от тех, когда Коннор брал пробу для моментального анализа. Пальцы человека были тёплыми, солоноватыми на вкус. Гэвин с лёгким нажимом провёл по языку, и Коннор вздрогнул — по нервной системе пробежались электрические импульсы, лишённые какой-либо логики в своём появлении. — Я так и думал, — на губах Гэвина застыла чуть-чуть пьяная, но довольная улыбка. — Чем ближе к твоей электронной начинке, тем ярче ощущения, не так ли? Но поскольку ковыряться во внутренностях робота я пока не готов, обойдёмся подручными средствами. Гэвин вынул пальцы, а затем облизал их. У слюны Коннора был вкус синтетической смазки, а ещё она была немного вязкой и быстро высыхала на открытом воздухе. Коннор приоткрыл рот, завороженно следя за действиями Гэвина, и протянул руку к его лицу. — Можно? Гэвин ухмыльнулся и облизал теперь уже пальцы Коннора. У них тоже был неярко выраженный вкус — Гэвин как будто пытался облизать чистую кружку или ложку, но было забавно попробовать. А вишенка на торте — то, как Коннор отреагировал на этот простой жест. Бегло облизнул губы, хотя андроиды вряд ли в подобном нуждались; рвано выдохнул — механические нотки мало напоминали стон, но доведённому почти до предела Гэвину хватало и этого; потянулся вперёд, приподнимаясь на коленях, чтобы снова вобрать в себя ощущения поцелуя. — Можно, — запоздало ответил Гэвин, отпуская руку Коннора. — Но нужно кое-что другое. Коннор не глядя провёл пальцами по бедру Гэвина, ловя губами его тихие вздохи и едва слышимые ругательства — Коннор находил забавным то, что Гэвин ругался даже тогда, когда ему было хорошо. — Сам разберёшься или, чёрт, — Гэвин закусил губу и запрокинул голову, когда Коннор уверенно сжал его член сквозь штаны. — Чёрт-чёрт-чёрт, что ж ты делаешь, сука механическая. «Мастурбирую вам», — выдала закономерный ответ программа. «Узнаю тебя», — мысленно произнёс Коннор. Следующий поцелуй вышел куда агрессивнее, чем раньше. Коннор продолжал мерные движения, и Гэвин шипел сквозь зубы, когда ткань задевала то, что не следует. — Блядь, просто сними их уже, — зло выдохнул Гэвин, сжимая в кулаке волосы Коннора. Лёгкое тянущее ощущение было тут же классифицировано Коннором как «приятное». Штаны поддались легко, вслед за ними в сторону полетела футболка, и Коннор окинул быстрым взглядом тело Гэвина. Красивый — как по меркам людей, так и по собственным извращённым меркам Коннора. — Ты красивый, — тут же выдал Коннор, проводя рукой по груди Гэвина, а затем спускаясь вниз, к животу и паху. «Есть некоторые недостатки в мышечном рельефе из-за плохого и несбалансированного питания», — это замечание Коннор оставил при себе. На вкус Гэвин был, ну, достаточно обычным. Конечно, у Коннора было не так много образцов для сравнения, однако он понимал, что сейчас не время для определения самого вкусного человека. Коннор решил положиться на те терабайты порно в Сети по запросу «геи» и действовать по ситуации. То есть облизать и взять в рот на всю глубину, реагируя на малейшие реакции человека и воспользовавшись читерской помощью программы самообучения. Внутренности коротило из-за большого количества новых и разнообразных ощущений, и Коннор теперь примерно представлял смысл фразы «кончить, не прикасаясь к себе». В принципе, Коннор мог бы слегка вытащить регулятор тириумного насоса и запустить пальцы внутрь, щедро обжигая внутренности статическим электричеством, однако шанс отключиться от перегрева был слишком высок. А если Гэвин не сможет вовремя среагировать и подключить насос на место, то над Коннором в Киберлайф будут ещё очень долго смеяться. Смерть от перетраха звучала соблазнительно, но очень глупо. Гэвин от изощрённых ругательств перешёл на самые простые, и Коннор подметил резкое повышение температуры его тела, а также чрезвычайно учащённый сердечный ритм — и пришёл к выводу, что частое занятие сексом вкупе со злоупотреблением фастфудом и недосыпом вполне может привести к серьёзным нарушениям. Примерно лет через десять-пятнадцать. Коннор вздрогнул всем телом, когда в его горло попала теплая вязкая сперма, а затем потекла вниз по пищеводу. Внутренние каналы были заблокированы, препятствуя попаданию посторонней жидкости в системы снабжения тириумом и охлаждения. Однако само наличие спермы внутри заставило большую часть систем забиться в электронной агонии — и Коннор с каким-то мазохистическим удовольствием интерпретировал это как собственный оргазм. Речевой аппарат выдал серию неразборчивых механических шумов, и Гэвин шумно втянул воздух, глядя на страдающего то ли от боли, то ли от наслаждения андроида. — Пиздец. Это был самый настоящий пиздец.