"My Heart Will Go On"

Ровно в девять часов утра Анна вошла в офис. - Полина, подготовь, пожалуйста, все документы по Романову. - Будет исполнено, Анна Петровна, - слащаво протянула Полина. - Елизавета Петровна у себя? - Пока нет. Она звонила, сказала, что стоит в пробке. Анна вздохнула. Знает она, в какой такой пробке застряла её старшая сестра, к слову, большая любительница поспать в утренние часы. - Когда она появится, передай ей, пожалуйста, что я её искала. - Хорошо, Анна Петровна. Как только за Анной захлопнулась дверь, Полина, изобразила на лице гримасу, передразнивая начальницу: - Подготовь документы, передай, что искала… Стерва! Корф ещё не уехал, а она уже раскомандовалась. Тоже мне, высокое начальство! Взъерошенная Лиза влетела в офис через сорок минут. - Ой, Елизавета Петровна! – воскликнула Полина. – А Анна Петровна просила, чтобы Вы к ней заглянули. - Спасибо, Полина. Лиза заглянула в кабинет сестры. - Госпожа директор, к Вам можно? Обе рассмеялись. - Ну, хоть ты прекрати! Сил моих уже нет слушать про это директорство! - Аня, посуди сама, - улыбнулась Лиза, - кто, если не ты? Ты же уже столько лет правая рука Ивана Ивановича, он в последнее время ни одного серьёзного документа не подписывал, не посоветовавшись с тобой. - Не преувеличивай! Если честно, - совсем тихо произнесла Анна, - я до смерти боюсь. Лиза всплеснула руками. - Чего? Чего может бояться Снежная Королева! И кто же ещё должен править, если не Снежная Королева? Анна поморщилась. - И ты туда же! Кому только в голову пришло это прозвище! Лиза усмехнулась. - Можно подумать, ты ничего не сделала для этого! Ты только представь: здание суда, к нему подъезжает белоснежная «Ауди», из которой выходит блондинка в белоснежном костюме и, ни на кого не глядя, идёт внутрь! - Я просто люблю белый цвет, что в этом такого! - Ничего. Но и в твоём прозвище ничего обидного нет. Смирись с тем, что тебя так называют и радуйся, что ты Снежная Королева, а не Снежная Баба! Сёстры рассмеялись. - Ты мне лучше вот что скажи, - произнесла, наконец, Анна. – Где пропадает наследник всего этого королевства, которое свалилось на мою голову? Лицо Лизы вмиг стало серьёзным. - Насколько я знаю, он сейчас в Москве. Говорят, он там отстроил королевство не хуже этого. Дела идут более чем неплохо, настолько неплохо, что самый высокооплачиваемый адвокат столицы позволяет себе кукситься, морщиться и выбирать только те дела, которые ему интересны. В общем, компания процветает, её хозяин там тоже цветёт и пахнет, пока ты тут муками совести терзаешься, что якобы в чужое кресло села. - Прости меня, Лиза. Мне не стоило говорить о нём. Анна опустила глаза. - Аня, неужели ты думаешь, что я его всё ещё люблю! Когда он ухал, даже не попрощавшись, я думала, что моя жизнь закончилась. Потом я поняла, что не нужна ему и никогда не была нужна. Тем более, это была детская любовь, которая в детстве же и осталась. Он был неотразим, это правда. Что-то мне подсказывает, что сейчас он просто дьявольски неотразим. Но мне это уже не нужно. Мой принц должен быть добрым, чутким, внимательным, таким, чтобы я могла ему доверять… Анна молчала. Она знала, как тяжело было её лучшей подруге десять лет назад, ведь Лиза со дня на день ожидала, что герой её девичьих грёз сделает ей предложение. Однако он исчез. Ни звонка, ни смс-сообщения, ни даже записки на кухонном столе. Первое время Лиза ждала, верила, что Владимир вернётся, но этого не происходило, и девушка не одну ночь проплакала в подушку. Но она могла позволить себе переживать открыто, не таясь: рыдать, негодовать, обижаться. Анна же была лишена и этого. Хотя их отношения с Корфом-младшим даже с натяжкой нельзя было назвать доброжелательными. Тот самый острый язычок, которым давеча так восхищался её опекун, был отточен в словесных поединках с его сыном, равно как и хвалёное умение скрывать истинные чувства и менять маски. И в то же время, внезапный отъезд Владимира, вместо ожидаемого облегчения, вызвал приступ адской боли, а после – зияющей пустоты в душе Анны. Чего она только не делала, чтобы заполнить эту пустоту. Девушка училась, не поднимая головы, закончила юрфак за два года, сдав экзамены экстерном. Талантливую и трудолюбивую студентку пригласили в аспирантуру, и через год Анна уже защитила кандидатскую диссертацию. Однако на этом она решила остановить свою научную деятельность и погрузилась в практику. В течение года она стажировалась в Нью-Йорке, вернулась в родную фирму и за пять лет сделала головокружительную карьеру. Это потом её стали называть Снежной Королевой, а поначалу никто не воспринимал всерьёз хрупкую юную хорошенькую девушку в белом платье. Тогда Анна поняла, что должна браться за самые безнадёжные случаи. Тогда она либо провалится окончательно, либо заставит себя уважать. Она не спала ночами, готовясь к процессам, она сама опрашивала каждого свидетеля, сама читала каждый документ и рано или поздно находила лазейки там, где иному маститому адвокату с громким именем и в голову не приходило смотреть. Прошло совсем немного времени, и эффектная внешность из злейшего врага превратилась в лучшего друга: увидев эдакую принцессу с распахнутыми серыми глазами, длинными волнистыми волосами и нежной улыбкой, противники расслаблялись и полностью терялись перед её поставленным голосом, выразительной речью и железной логикой. Такими были первые победы Анны. Со временем адвокатское сообщество было вынуждено признать её. Благодаря громким процессам, Анна стала известной личностью в Петербурге. Её приглашали на вечеринки и банкеты в дома самых влиятельных и богатых людей города. Фамилия только способствовала признанию в обществе. Но Анна была редкой гостьей на таких приёмах, посещая лишь те, на которые нужно пойти. На юбилее бизнесмена Потоцкого, который некогда был клиентом Анны, адвокат Оболенский познакомил Анну со своим племянником. Михаил оказался очень интересным собеседником. В тот вечер они болтали и смеялись без умолку. Анне было так хорошо и весело с молодым бизнесменом, объездившим весь мир, как бывало только с Лизой. А на следующий день вся гостиная в квартире Анны была заставлена букетами роз… Анна с Михаилом проводили вместе почти всё свободное время. Иван Иванович как-то раз увидел фотографию своей воспитанницы под руку с Репниным в одном журнале и сказал Варваре: - Посмотри-ка, Варя, какая красивая пара. Только бы у них всё было хорошо. - А как же! Конечно, будет! Вон, какие молодые, здоровые, красивые. Свободные оба. Кто же им помешает? Варвара постучала по столешнице, чтобы не сглазить.