а я Вас ждал.

      Осень. Только начало учебного года (или, говоря более понятным языком, девяти кругов ада), а я уже задолбалась.       Солнце светит в окно сквозь темно-бордовые шторы. Слышно звонкое пение перелетных птиц. Только вот это не помогает сконцентрироваться на уроке, а ведь урок-то вроде бы интересный. Даже присутствие невозможно красивого преподавателя не делает жизнь легче. Боже, он лишь сбивает меня с мыслей о предмете, зачем таких красавцев в принципе в школу пускают? Они же только и делают, что мешают детям учиться, лучше бы российский шоу-бизнес развивали. Ох, опять он что-то там говорит, а я совсем не могу его слушать, я тупо залипаю на его руки. И причем ладно, если бы был один такой, но нет, как говорится, беда не приходит одна. Чувствую, что мне не суждено разбираться в гуманитарных науках. А, собственно, зачем? Я ведь учусь в математической гимназии, здесь упор в основном должен делаться на точные науки. Здесь нужно думать о физике и математике, а я думаю о руках моего историка, не забывая о прекрасных серо-зеленых глазах учителя по литературе. Мм, класс, докатились!. Он пришел к нам только в этом году и уже завоевал мое сердце и сердца всех старшеклассниц (а, может, и старшеклассников, кто знает?). Странно, что они с историком до сих пор не сдружились, потому что кажется, что эти двое были бы лучшими друзьями (или не только друзьями), ведь оба — учителя одной направленности, да в добавок еще и мужчины!..       Так, хватит думать о какой-то фиготени (как говорит наш учитель математики), нужно занять голову чем-то важным. Чем-то полезным. Катя, думай об уроке, о предмете, Катя! Катя-я-я! Так, мозг, просыпайся, не подводи меня в такой важный момент! Какая там тема урока? Какая, черт возьми, тема урока?!       — Смирнова, а Вы что думаете по этому поводу?       Ох, если бы Вы знали, Сергей Валерьевич, что я думаю. Вы бы вызвали скорую помощь. И, возможно, она понадобилась бы именно Вам.       — Смирнова, Вы собираетесь нам что-нибудь сказать, или мне сразу поставить Вам «два»?       Блин, самое неподходящее время Вы выбрали для вопроса. Я, конечно, хочу Вам сказать, что Вы бы прекрасно смотрелись вместе с Алексеем Николаевичем, но не думаю, что такой мой ответ Вас сильно порадует. Так, нужно что-то говорить, а то он реально двойку поставит. Еще бы знать, о чем идет речь…       — Ну, я. Я с Вами на этот счет совершенно согласна.       Ага, а на какой счет-то? Банковский? Черт, что я несу, ну все, прощайте, мои хорошие оценочки! Прощай, мой красный аттестат!       — Все с вами ясно, Екатерина, подойдите ко мне после урока.       Ну нет! Нормально же сидели, что Вы начинаете-то, а? Звонок. Да, конечно, он же не мог прозвенеть на минуту раньше и спасти меня от возникающих проблем. Ладно, все еще можно исправить, подойду к нему, скажу, что мне было плохо, что я не спала ночью (хотя это действительно так, ведь фанфики себя сами не прочитают) и что вообще я не гуманитарий, мне сложно дается предмет и. И попрошу пощады. Отличный план. Да, так и сделаю.       — Сергей Валерьевич.       — А, Смирнова. Ну, расскажите мне, Екатерина, почему Вы сегодня не готовы к уроку? Почему Вы не слушаете?       — Ну. Я. Эээ. Мне было вчера чрезвычайно плохо! — я попыталась сделать максимально измученное и усталое лицо, но, судя по реакции Сергея Валерьевича, мне не особо поверили, — А можно я завтра отвечу? Я точно подготовлюсь, обещаю Вам! — я посмотрела на учителя щенячьим взглядом, перед которым никто никогда не мог устоять. По крайней мере, мне так казалось.       — Эх, что же мне с Вами делать-то. За какие такие грехи вы мне достались!.. — огорченно произнес историк, отворачиваясь от меня и собирая со стола какие-то бумаги.       Мне почему-то стало его очень жаль. Мне кажется, он всегда разочаровывается в жизни еще больше, когда мы что-то недоучиваем, он же искренне хочет передать нам знания, а мы. даже стыдно как-то. Отчего он такой грустный всегда? Я думаю, он не достоин нас и всего этого бренного мира. Господи, он же такой добрый, такой хороший, но, судя по всему, очень одинокий. Печально это всё.       — Ладно, приходите сегодня после седьмого урока, напишете небольшой тестик по Древнему Риму, — прервал мой бурный поток мыслей приятный голос учителя.       — Спасибо Вам большое, Сергей Валерьевич! — так, теперь главное — успеть что-нибудь вспомнить до седьмого урока. Или погуглить. Что-что, а это я делать умею хорошо.