Враг

       Попытка соврать ребятам, а в частности Олегу, не увенчалась большим успехом. Я, конечно же, что-то мямлил про то, что подрался с незнакомыми ребятами и всё в этом роде, но сухого и недоверчивого взгляда Олега хватило. Он не поверил ни единому моему слову. Правда, настаивать на правде не стал, за что ему огромное спасибо.        После игры мы по-быстрому слетали ко мне домой за чистой рубашкой, где я смог воочию полюбоваться на нежно-розовый в ромашку пластырь на моём ухе, и поспешили на дискотеку. Естественно, эту детскую радость со своего уха я снял, а ранку просто обработал спиртом. Мочка опухла и болела, но кровь уже не сочилась. Маневрируя, отворачивая голову, проскочил мимо Веры на кухне. Плохо, что с такой стрижкой не спрячешь разорванную мочку за волосами, не сегодня так завтра, но она точно увидит.       В общем, на место мы добрались в самый разгар мероприятия. Ещё там, на качелях, я решил, что всё-таки пойду. Не собираюсь прятаться и шарахаться от всей этой Волковой компании только из-за отрезанных волос и сегодняшнего случая. Ах да, ещё разбитый и так и не найденный телефон. Ну и фиг с ним. Кому мне тут звонить? Вера меня видит десять раз на дню, а ребята знают, где искать. — Что пить будем? — Дюха оглядывает жиденькую витрину мини-бара в небольшом клубе. — Всё так же на «паспорт»? — поддеваю его. — Всё так же «как своим», — смеётся Дюха и зовёт высокого парня лет двадцати пяти. — Дим, знакомься, Веретенов-старший, в простонародье просто Глеб, мой брат. — Ух ты, — протягиваю руку через невысокую стойку. — Дима. — А ты, Дима, случайно не Веры Золотарёвой племянник? — Глеб достаёт откуда-то из-под стола запечатанную бутылку коньяка и ставит перед Дюхой. — Похож очень. — На кого? — встревает Ира. — Тёть Вера же тёмная по жизни! — На мамку свою похож. Я маленький был, но такую девушку, как она, не забудешь. Очень красивая была. — Глеб тепло мне улыбается. — Прости, что я о таком… — Ничего, — киваю ему головой и обвожу взглядом зал. — Только с умом, — Глеб смотрит, как Дюха забирает бутылку, и делает строгое лицо. — Конечно. Первый раз, что ли? — Дюха в шутку отдаёт ему честь и роет глазами толпу собравшихся, выискивая нам место. — Вон там, кажется, свободно.       И мы гуськом пробираемся сквозь шумную и вяло шевелящуюся под медляк толпу. Первые — девчонки, их пропускают охотней, а там и мы прошмыгиваем. У самой стены вырисовывается небольшой, частично скрытый от посторонних глаз кованой перегородкой столик. — Опоздали, а лучшие места заняли! — довольно орёт Олег и целует Соню в шею. В зале темно, но я и без этого знаю, что она сейчас смутилась и слегка покраснела. — А ты волновался! — кричит в ответ Дюха и выставляет на стол бутылку. — Закусывать будем или водички? — Нам шоколадку! — вносит предложение Ритка. — А мы можем и так! — машу рукой, показывая, что пофиг с чем пить, а можно и без ничего.       Нас тут шесть человек, что нам какая-то бутылка. Хотя, если честно, я вру сам себе, потому что кроме пива и бабушкиной вишнёвой настойки (по 50 грамм по праздникам), я ничего ещё в жизни и не пробовал. — Так, значит так, — Дюха отправляется обратно за заказанной шоколадкой, а мы рассаживаемся вокруг стола. — Так что с ухом? — пока все разглядывают танцующих, спрашивает Олег. — Нормально всё, — стараюсь не поворачиваться к нему «нужной стороной». — Ты прячь — не прячь, а я вижу, что там. И знаю от чего, — придвигается ещё ближе. — Кто? — Не важно. — Это Васька? Шестёрка волковская? Мотаю отрицательно головой. — Стасик? — Кто это? — вскидываю на него глаза. — Ясно… — на минуту отворачивается и потом опять ко мне. — Это Лекс, ведь так? Пожимаю плечами, в надежде, что он сменит тему. — Точно он… Вот выродок больной! — Олег, да забудь ты! Я уже забыл, — машу рукой потерявшемуся в толпе Дюхе. — В следующий раз он глаз тебе вытащит, и ты тоже забудешь? Может ещё и спасибо скажешь потом? — кажется, что Олег начинает злиться. — Перестань! Мы сюда отдохнуть пришли, а не Лексу кости мыть. — Ну-ну… — Олег отворачивается и улыбается Соне, весело хлопает по плечу подошедшего Андрея, хотя вижу по его лицу, что разговор ещё не окончен. Что же их всех так на разговоры со мной пробивает в последнее время? — Смотри, кто явился! — Ритка толкает меня в плечо и кивает на вход.       Ну конечно, как же без него… Впереди, как всегда, вертится Васька. Сегодня он чистенький, в модных рваных джинсах и синей футболке-поло. Следом входит другой парень, которого я уже видел в ту дождливую ночь, но имени которого так и не узнал. Последним не спеша вплывает Лекс. Именно вплывает, обнимая за талию грудастую брюнетку. Осматривается в зале, как у себя дома, чиркает взглядом наш стол, но не задерживается. Проходит мимо и заваливается за небольшой угловой столик вместе со своей компанией. — Это Синицына, что ли? — Ритка щурит глаза, пытаясь разглядеть девушку рядом с Лексом. — Вот шалава! — Придётся Димону найти другую подружку! — ржёт Дюха и расставляет принесённые вместе с шоколадкой стаканы, и как только в руках всё поместилось. — Не больно-то и хотелось, — хмыкаю в сторону предполагаемой Синицыной, которая вообще показалась мне страшной, и грудь у неё здоровенная, брррр! — Правильно, — Ритка жмётся мне под бок.       Случайно бросаю взгляд на столик Лекса и вижу, что он смотрит прямо на нас. Хотя, скорее всего, именно на меня, но в мигающем свете не разглядеть точно. Ну и смотри! Беру протянутый Дюхой стакан, наполовину заполненный янтарной жидкостью. — А что, стопок не было? — Ира подозрительно смотрит на свою порцию. — А ты всё сразу не пей, а понемногу. Будет как со стопки, — Олег салютует своим и тут же отпивает. — Всегда знала, что ты у нас интеллектуал, — Ирка делает смешную рожицу и с зажмуренными глазами отпивает свой коньяк, а после тянется за шоколадом. — А то! — Олег удовлетворённо облизывает губы. — Танцевать будем сегодня? — Я что, зря юбку надевала и каблуки?! — Ритка соблазнительно надувает губки. — Ты на своих каблуках выше Димона, — не унимается Олег, видимо, выплёскивая своё ранее испорченное настроение на всех. — Мы на одном уровне, — успокаиваю Риту, которая стала слишком серьёзной. — Пошли тогда! — Ритка тянет меня за руку, только заслышав медленную мелодию.        Пахнет от неё очень приятно: сладко и пряно. И танцует она так, что засмотреться можно, не то что я — корова на льду. Короткая белая юбка ей очень идёт, выставляя напоказ стройные ноги, а обтягивающая красная рубашка выгодно подчёркивает небольшую грудь. Волосы сегодня собраны в какое-то подобие кудрявого пучка, а шея соблазнительно открыта.       Любой другой на моём месте уже бы слюнями изошёл. Вот только я не любой… Меня больше волнует высокая фигура в чёрной рубашке и таких же чёрных джинсах, сидящая за небольшим столиком в самом углу. Танцуя, стараюсь незаметно глянуть туда, хотя бы на пару секунд.       Лекс, похоже, всецело занят своей спутницей. Или, скорее, она им. Всё шепчет ему что-то на ухо, наигранно смеётся и пьёт слишком много, как для девушки. А тот практически не отводит глаз от нас с Ритой. Прожигает насквозь таким взглядом, что даже затянувшееся ухо начинает ныть тупой болью.       Я танцую ещё несколько раз за вечер, поочерёдно то с Ритой, то с Ирой, на быстрых ритмах вообще сижу за нашим столиком на пару с Дюхой. Он, как оказалось, тоже не танцор.       Ближе к двенадцати понимаю, что меня одолевает непреодолимое желание отлить. Метнувшись в единственный общий туалет в этом здании, я понял, что так и помру в очереди, не дождавшись облегчения, поэтому вариант уличных удобств пришёл на ум как раз вовремя. Я же не девочка, мне и дерево сойдёт.       На обратном пути решил покурить. Я вообще-то очень редко притрагиваюсь к сигаретам, больше для какого-то личного интереса, чем от желания никотиновой дозы, но сегодня именно тот случай, когда захотелось по-настоящему. Стреляю одну у проходящей мимо девушки. Надо же, крепкий Парламент…       Чужие шаги за спиной, как и хрипловатый голос, уже не были для меня неожиданностью, я ещё в зале понял, что он выйдет следом. — Куришь? — Курю, — односложно и не оборачиваясь к нему. — Не слишком ли ты мелкий для сигареты? — Я сегодня ещё и пил, — наверное, инстинкты самосохранения окосели напрочь от выпитого коньяка, потому что я хамлю почти в открытую. — Дай затянуться, — вроде бы как и спрашивает, но ответа явно не ждёт, потому что сам забирает сигарету из моих пальцев. Глубоко затягивается и медленно выпускает дым в ночной воздух.       Наблюдаю за ним и не могу поверить в то, что в нём уживается два таких разных человека. Волк, который умеет и любит делать больно, и Лекс, такой родной и знакомый с детства. — Дай руку. — Зачем? — предусмотрительно засовываю обе руки в карманы. — Боишься? — смотрит на меня с улыбкой и превосходством. — Нет, — достаю одну руку из кармана и протягиваю ему, знаю, что не нужно, но алкоголь делает своё. — Какой послушный, — хватает меня за запястье прежде, чем я успеваю отдёрнуть руку. — Хочешь погадаю? — Что? — не верю своим ушам, это просто идиотизм какой-то. Раскрывает мою ладонь и, зажав сигарету в губах, начинает водить по ней пальцами. — Вот тут линия судьбы, видишь, какая длинная? — жмурится от попавшего в глаза дыма. — А тут линия жизни… — Разве это не одно и тоже? — смотрю на свою ладонь, не понимая где и что он там видит. — Конечно нет, Принцесса. Судьба у тебя длинная, а жизнь может оказаться короче. Гораздо короче. — Глупости, — пытаюсь освободить свою руку, но он сжимает сильнее. — Почему глупости? — раскрывает мой кулак и гладит внутреннюю поверхность. — Глянь, вот это жизнь, и она у тебя сейчас длинная, —затягивается опять и выдыхает прямо в мою раскрытую руку. — А сейчас…        Не успеваю даже ничего сообразить, как ярко-жёлтый край сигареты с шипением втискивается в мою ладонь.  — А сейчас я её немного укоротил. Вот и весь фокус, — зажимает мою руку в кулак вместе с помятой сигаретой внутри. — Как твоё ухо? Болит?        Чувствую, как жжёт в закрытой руке, и стараюсь не позволить глазам заблестеть. Что он там спросил? — Так что? Болит? — Где? — вопрос вполне логичный, учитывая, что теперь болит не только мочка и даже не рука, а что-то глубоко внутри. — Тут, — сжимает мою руку в своей с такой силой, что хрустят кости, и я уже даже не чувствую ожога. — И тут, — протягивает вторую руку и больно сжимает разорванное ухо. — И здесь, — отпускает меня и тут же хватает за короткие волосы на затылке. — Перестань, — шиплю ему в лицо, облегчённо разжимая ладонь и стряхивая прилипшую сигарету. — Тут я решаю, когда мне прекратить. Или ты ещё этого не понял? — притягивает меня ближе, так, что я чувствую его тёплое дыхание у себя на лице. — Лекс… — задыхаюсь, когда он хватает меня за затылок и упирается своим лбом в мой. — Ты — глупая трусливая Принцесса, — вжимается в мою голову сильнее. — Помнишь, я обещал тебе ад на земле? Помнишь? — Помню! — соглашаюсь, только бы он отстал, только бы не говорил таким страшным голосом. — Так вот, моя нежная Принцесса, это только дорожка в ад, само пекло ещё впереди. Понял?! — чуть ли не орёт мне в лицо. — Понял! — кричу в ответ, я на всё сейчас готов согласиться, только бы подальше от него. — Люблю, когда ты со мной соглашаешься… Как в детстве…       На секунду отстраняется, заглядывая мне в лицо, и потом прижимается к моим губам своими. Просто касание губ, без наглого проникновения в рот, без засасывания и цоканья зубов. Нежно, осторожно, тепло… — Беги, Принцесса…       Открываю глаза и встречаюсь взглядом с его серыми. Там затаились злость и какая-то тоска, непонятная и незнакомая мне.       Наконец-то начинаю думать и второго такого «царского» предложения не жду. Срываюсь и, не оглядываясь, влетаю в людный зал, где всё так и осталось на своих местах: танцующие люди, полупустые стаканы, блики разноцветных лампочек. — Что так долго? — Олег настороженно переводит взгляд с пустующего Волчьего столика на меня. — Воздухом дышал, — хватаю прохладный стакан в саднящую ладонь. — И как подышал? — Олег не верит и начинает внимательно осматривать меня всего: лицо, шею, вещи. — Отлично, — улыбаюсь и надеюсь, что моя улыбка сойдёт за настоящую.       Кивает и опять переключается на свою Соню, а я смотрю на красивую танцующую Риту и до сих пор чувствую на своих губах касание его губ.