Слишком много драбблов по детроиту

Маркус вышел из маленькой ванной, одетый в чистый белый халат. Он чувствовал себя, как говорила Норт, «понтовщиком». Но ему нравилась красивая одежда, нравились чистота и порядок, нравилась эстетичная мебель вокруг. В этом не было ничего плохого, разве нельзя лидеру восстания иметь свои предпочтения? Одним из таких выборов было ночевать в доме Карла. По официальным данным остатки «Иерихона» поселились в одном из маленьких отелей неподалёку от ратуши. Это подтвердили для телевидения и газет, и теперь возле дверей здания периодически скапливалась толпа из журналистов. Андроиды по очереди действительно ночевали там, показывались на улицах неподалёку, чтобы сохранять легенду. Но по-настоящему отдыхали у гостеприимного художника. Фридрих был всегда рад гостям, а особенно счастлив сдать Карла на уход Маркусу и выкроить парочку часов для себя. Он специально держал несколько гостевых комнат с лучшими видами чистыми и готовыми принять жителей. Для такого большого особняка приходилось их нумеровать, чтобы было легче ориентироваться. Так вот, в третью комнату любезно установили старенький, но работающий настенный телевизор. В четвёртую перекочевал один из книжных шкафов. В первой – самой большой, после хозяйской, - жили настоящие рыбки. Постели были всегда чисты и заправлены, окна помыты, помещения проветрены. Одним словом, Фридрих старался, как мог, и заслуживал отдых. Как заработал передышку и Маркус. Он снял с одной из полок небольшую ярко-зелёную книжку, посмотрел на неё. На обложке было выведено: «Властелин Морморы* (эксклюзивное издание)». Название не показалось знакомым. Андроид присел на край кровати и открыл какую-то страницу в середине. «Всё, что может быть сочтено добрым знаком, будет им сочтено», - гласила первая прочтённая строчка. Девиант не был суеверным. Но иногда понимал, почему такая позиция казалась привлекательной многим его собратьям. Он не стал читать дальше – понял, что утомился от принятия информации. Вернул томик на место. Сегодня произошла встреча с президентом Уоррен. Это было… утомительно. Она всё ещё не видела в андроидах живых существ, что чувствовалось в каждой фразе. Трудно вести диалог с такой оппоненткой, но, к сожалению, необходимо. Маркус считал себя исключительно терпимым и терпеливым, но даже его эмоциональным ресурсам мог прийти конец. После многочасового заседания, которое не оправдало и половины ожиданий. После тысячи и одной уничижительной формулировки со стороны президента и премьер-министра. После всего этого бесконечно долгого дня. Щеколда двери щёлкнула и в проёме показался Саймон. Он вернулся намного позже – ездил с Норт на вокзал в очередной раз проверять почтовые поезда. Доставке всё ещё нельзя было доверять. Но сил противников всё ещё было недостаточно, чтобы нападать на транспортные узлы в присутствии официальных представителей «Иерихона». К тому же, девушка не выдержала бы политической беседы, и её нужно было занять чем-то другим. - Доброй ночи, - поздоровался андроид и вошёл в комнату. Он хотел запереть за собой, но не успел – оказался в объятиях любимого. Маркус несильно толкнул дверь пальцами, и она захлопнулась. Как же было хорошо. - Я очень соскучился, - негромко сказал девиант и прижался носом к светлой макушке. От Саймона пахло ночным морозом, выхлопными газами и их общим шампунем. Он так же уткнулся лицом в складку халата и что-то невнятно, но нежно ответил. Они постояли так несколько минут, пока блондин не повернул лицо вбок, чтобы его было лучше слышно. - Мне нужно переодеться, - сказал он, и Маркус нехотя опустил руки. - Как всё прошло на вокзале? – спросил лидер «Иерихона», начиная расправлять постель. - Темно и мокро, - пожал плечами Саймон, снимая ветровку и вешая её на спинку кресла. – Зато без происшествий. Думаешь, долго наши проверки будут эффективными? - Не знаю, - девиант сложил верхнее покрывало и убрал его на комод, - не хочу сейчас даже думать об этом. Он поправил подушки и одеяла и подошёл к любимому, который как раз снял футболку. Маркус положил ладони на бока андроида и с улыбкой поцеловал его в лоб. - Ты выглядишь жутко уставшим, - с заботой заметил блондин и одной рукой погладил партнёра по голове. Девиант улыбнулся и взял у него из руки футболку, чтобы не глядя убрать на то же кресло. Саймон обнял его двумя руками за шею. - Ты тоже. - Андроиды не устают, - пожал плечами блондин и с удовольствием подставился под поцелуи в щёку и шею. - Хочешь это проверить? – игриво спросил Маркус и, поймав немного удивлённый взгляд, радостно усмехнулся. - Хочу, - всё же согласился партнёр и восхищённо ахнул, когда его подхватили на руки. Они целовались, не отрываясь друг от друга, пока добирались до кровати. И, если бы прервались хоть ненадолго, могли бы быстрее лечь в удобной позе. Но так пришлось на ощупь отодвигать от себя одеяла и подушки, чтобы они не мешались. - Ну уж нет, - Саймон ненадолго отстранил от себя любимого, - ложись на спину ты. - Уверен? – с улыбкой спросил Маркус, всё же устраиваясь рядом. Блондин тут же оказался сидящим между его ног. Он обнял андроида за спину и поцеловал в подбородок. - Абсолютно. - Ну, хорошо, - рядом с любимым всё всегда было хорошо. Можно стало, наконец, забыть обо всём, что раздражало и беспокоило, заставляло волноваться о завтрашнем дне. Всё потом. Не сейчас, не этой ночью. Сейчас только Саймон, его руки и губы, его голос. Маркус деактивировал кожу постепенно, там, где его касался любовник. Он обнимал его в ответ и водил руками по спине, чувствуя, как можно установить соединение. Холодный ветер вокзала смешался с утомительным светом ламп в зале ратуши, прочтённая строчка из книги соединялась с коротким разговором с Фридрихом на входе. И день порознь наконец сливался в ночь вместе – самый добрый знак, самое лучшее завершение. Здесь их ничто не могло тронуть. Мороз за окном, чужие слова, беспокойства – всё осталось где-то вовне, снаружи их объятий. Здесь и сейчас всё было хорошо. Девиант обвил ногами торс любимого, пока тот спускался всё ниже. Кажется, он вздыхал. Кто научил андроидов быть такими чувствительными и чувственными? Люди и их чужая, по сути, культура? Может, это было заложено в программном коде с самого начала? Искать ответы на эти вопросы казалось слишком утомительным. А поцелуи Саймона поглощали всё внимание. - Люблю тебя, - прошептал блондин, поднимаясь вновь к лицу Маркуса и целуя его в губы. Серебристый цвет распространился и по их лицам, оставляя как будто нагими. Халат всё ещё был на месте, хоть и распахнут. На втором андроиде остались уличные брюки. Но существовала в таком положении какая-то интимность. Интересно, могут ли люди подобное понять? - И я тебя люблю, - ответил девиант, проводя рукой по щеке милого. Они обнимались ещё несколько долгих минут, пока не уснули в объятиях друг друга. Всё было очень хорошо. . «Забери меня отсюда. Маркус и Саймон трахаются на весь дом», - отчаянно набирала на телефоне сидящая на кровати Норт. Она нарочно надела свою новую пижаму с пингвинами, собрала волосы в косичку и уже планировала отдохнуть за просмотром детских передач, когда из соседней комнаты начали слышаться охи и ахи. «Потерпи, они ведь наверняка быстро закончат», - ответила Венера. Она, скорее всего, сидела сейчас у себя в окружении сотни и одного далматинца и горя не знала. Хотелось хотя бы раз привести её сюда и показать, насколько всё запущено. «Это так странно, им не противно?» - возмущалась девушка. «У них нет твоего опыта, в этом плане трудно друг друга понять». «Мне не нужно, чтобы меня понимали, мне нужна тишина», - сердито ответила революционерка. «А я думаю, ты очень ищешь понимания», - неужели собеседница флиртовала? Через мессенджер? «Но я не настаиваю на том, что именно я должна тебя понимать», - Венера отправила более обеспокоенное сообщение, когда не получила ответа в течение пары минут. – «Прости, если нагрубила». «Всё в порядке», - коротко напечатала Норт. – «Не волнуйся». «Хорошо», - за этим последовал смайлик в виде цветочка, - «Они там ещё не затихли?» «Вроде бы успокоились». «Тогда доброй ночи тебе», - и снова смайлик, теперь звёздочки. «И тебе», - девушка подумала, что нужно бы найти правильную грань между неприятной сопливостью и грубостью. Возможно, эта грань называлась «вежливость». Норт почти открыла заново эпизод, на котором остановилась, когда получила ещё одно сообщение: «Как думаешь, они знают, что детей у них всё равно не выйдет?» «Я не удивлюсь, если однажды выяснится, что кто-то всё же залетел. С их энтузиазмом это должно быть вероятно», - с усмешкой набрала девушка. В ответ она получила три смеющиеся жёлтые рожицы и добавила: «Они обязаны назвать первенца в мою честь, после всего, чего я натерпелась». «Это точно». Они ещё раз пожелали друг другу спокойной ночи, теперь уже наверняка. И такие мелочи тоже можно было считать добрым знаком.