Слишком много драбблов по детроиту

Коннор сидел за практически пустым столом в коридоре возле «неотложной» двери. Он чувствовал себя охранником в какой-нибудь больнице – всюду было тихо и чисто, а знакомый отдел, виднеющийся из-за дверного проёма, и вовсе поглотила темнота. В офис не доносились шумы с улицы, никто не разговаривал. Хэнк ушёл на кухню за очередной кружкой кофе, которая должна была помочь перенести ночное дежурство. Деловито и негромко гудел автоматический пылесос, умно объезжающий края шкафов и ножки стульев. Андроид систематизировал все поступившие к ним дела, обсудил с лейтенантом несколько гипотез, которые предстояло проверить утром. К сожалению, тогда ему придётся выехать одному, ведь человеку нужно спать, да и Сумо наверняка уже соскучился один дома. Через их отдел протопали неторопливые шаги – мужчина прошёл между убранными столами с фонариком, а затем появился в аварийной комнате с кофе в руках. Он на ходу отхлебнул немного и сел напротив напарника за стол. - Обычно я дежурю в самое Рождество, - сказал он и принялся размешивать сахар, стуча ложкой по стенкам, - потому что у всех остальных семья. А в этом году пусть Фаулер ставит, кого хочет, - он довольно улыбнулся, - я отсижу своё за декабрь намно-ого раньше сочельника. Коннору было приятно слышать, что ради него мужчина снова станет праздновать. Отчасти он с нетерпением ждал зимних каникул, чтобы впервые пережить волнующую атмосферу зимнего чуда. Только рациональная бережливость удерживала его от бесконечных закупок в магазинах украшений. - Я знаю, будет вечеринка на работе, - не хотелось говорить в полный голос, иначе испортилось бы особое настроение. – Ты не хочешь пойти? - Я редко хожу, - признался Андерсон, делая ещё один глоток из кружки, - устаю от этих рож и в обычные дни. К тому же, - он пожал плечами, - мне особо не с кем поболтать на таких мероприятиях. Я… - лейтенант ненадолго задумался, - порчу все светские беседы пьяным или плохим настроением. - А мне всегда интересно с тобой разговаривать, - с улыбкой сказал Коннор и опёрся на один локоть, глядя на партнёра. - Это что, комплимент? – с сомнением спросил Хэнк, тем не менее, показывая, что ему приятно. - Именно, - кивнул андроид. Ему хотелось взять детектива за руку, отвлечь его от кофеина и заняться чем-нибудь поинтереснее дежурства. Хотя бы поцелуями. Полицейский знал, что лейтенант не возразил бы против подобного нарушения правил, но сам не мог поступить наперекор служебной инструкции. Сейчас они должны были быть готовыми помочь в чрезвычайной ситуации, отвечать на звонки и вызывать социальные службы на ночные места происшествий. Потеря бдительности могла дорого обойтись всему отделу. Но целоваться хотелось всё равно. Хэнк в очередной раз вернул кружку на стол и посетовал на то, что нужно было прикупить энергетика. Он положил свою ладонь рядом с посудой и – как неожиданно удобно – близко к руке андроида. «Ну что за моменты из романтических фильмов для школьников, в самом деле?» - возмущённо подумал он и всё же взял партнёра за красивые пальцы. - Если хочешь, хм… - он помолчал, выбирая выражение, - немного отвлечься, можем вполне уйти на кухню. Там нет камер, да и мы в любом случае ненадолго, – последняя фраза прозвучала немного грустно. Коннору хотелось бы надолго и, желательно, дома. - Мы должны быть наготове, - покачал головой полицейский, но за руку лейтенанта всё же взял. Неужели Андерсон действительно флиртовал с ним и держался за ручки? Поразительно, почти сюрреалистично. Возможно, этому способствовали темнота и пустота в отделении, или то, что им никто не мог помешать прямо сейчас. Или обыденная и комфортная обстановка рабочего места – пригласить партнёра в романтический ресторан казалось ещё более невообразимым, там бы он точно обошёлся без милых жестов. Если бы вообще согласился пойти. Значит, нужно было ловить момент. Андроид повернул руку ладонью вверх и сжал пальцы Хэнка в ответ. У пластикового полицейского никогда не потела кожа, а потому можно было бы держать его так очень долго, и ничего бы не раздражало. Самому Коннору же наоборот нравились все проявления человеческой натуры лейтенанта. У Андерсона был свой запах, который распространялся на его одежду, рабочее место, дом. Он иногда кашлял, чесал своё лицо, храпел ночью, если лежал, неправильно повернув голову. Он пил и курил иногда, матерился, не чистил своё пальто от шерсти Сумо. Всё это выглядело очень… по-людски. Не так, как требовали правила этикета или поведения на работе. И андроиду было интересно изучать, наблюдать и даже немного вмешиваться. Он провёл пальцем по длинным, не вполне ухоженным ногтям партнёра. Даже ничего не сказал, просто задумался и стал играть с руками полицейского. - Ты мне не мамка, - буркнул тот и сжал ладонь в кулак, - завтра подстригу. - Хорошо, - пожал плечами Коннор, показывая, что это его особо не заботит. – Хочешь есть? – спросил он, проводя пальцем по костяшкам мужчины. - Немного, а что? – ответил тот, расслабляя руку и позволяя снова взяться за неё. - Можем заказать доставку, я угощу, - андроиду уже давно хотелось сделать хотя бы маленький подарок. – Привезут, наверное, через час, как раз успеешь проголодаться. - Какой-то ты сегодня слишком... – Хэнк подозрительно прищурился и ненадолго задумался, подбирая слово, - внимательный. Его собеседник помотал головой и улыбнулся от смешавшихся удовольствия и смущения. Идея уединиться на кухне теперь выглядела не такой уж и плохой. В другом случае Андерсону могло скоро наскучить болтать вокруг да около, а оставаться без его внимания хотелось в последнюю очередь. Тем более, за все годы службы он хотя бы раз точно напивался на дежурстве, или нарушал правила другим способом. Значит, за это не полагалось строгого наказания. Но долго размышлять Коннору не дали. Резко распахнулась «тревожная дверь», и на другом конце маленького помещения блеснул свет фонаря с улицы. Но эта вспышка не продлилась долго – посетитель с грохотом упал на пол, и за ним автоматически закрылся вход. Андроид быстро отпустил руку напарника и, резко отодвинув собственный стул, побежал к нуждавшемуся в помощи. По ночам не бывало лёгких дел. Да и из тех, что всё же случались, очень мало попадалось происшествий, где жертва сама дошла бы до участка. Почти всегда вызывали полицейских по телефону или через интернет. Но «срочный» вход всё равно держали открытым, и возле него полагалось дежурить, как в больнице. Особенно важным стало быть на чеку в последние несколько месяцев. Коннор мог хорошо видеть при плохом освещении, и даже в темноте, но в этот раз тепловизор мало что детектировал. Он опустился на пол возле пришедшего и громко крикнул: - Свет! Где-то позади бегущий намного медленнее Хэнк остановился, с ругательством развернулся и поспешил к выключателю. На полу лежала девушка-андроид лицом вниз, а почти в метре от её тела, ближе к двери, осталась механическая нога. Резко и ослепительно включились лампы на потолке, теперь стало видно, что пострадавшая в сознании. От её лица исходило красное свечение. Коннор приподнял беднягу и помог лечь на спину. Спереди виднелись следы от нескольких порезов ножом – задели в основном одежду, но кожу тоже поцарапали. Хорошо, что крови не было. - О господи, - с неприязнью и удивлением сказал Андерсон, когда подошёл поближе, - мы что, в фильме про терминатора? - Нет, - покачал головой его напарник и провёл рукой перед лицом девушки, чтобы проверить, реагирует ли она на движение. – Понимаете меня? – она молчала. – Английский? – пришедшая помотала головой. - Впервые вижу андроида, который не говорит по-английски, - сказал лейтенант, разглядывая посетительницу. – Что будем с ней делать? - Нужно положить её в более удобное место, - сказал Коннор и, сев на корточки, поднял девушку на руки, - какая лёгкая, интересно, из чего корпус? Полицейский пожал плечами, но вопрос не предназначался никому. - А эту… - громко окликнул Хэнк вслед уже уходящему напарнику, - ногу её тоже брать? - Да! – ответил тот, поворачивая к скрытым за ширмой кушеткам. Их было в полицейском отделе всего несколько штук, просто на всякий случай. Чаще всего скорая сразу же приезжала на место вызова, и первой помощи от сотрудников отделения не требовалось. Но, согласно правилам, минимальное количество лежачих мест, как и медикаментов, всегда хранилось в «тревожной» комнате. Под светом ламп выяснилось, что волосы девушки были собраны в пучок, а одежда явно осталась домашней – слишком уж лёгкая для декабрьских морозов. Она не носила стандартную униформу из Киберлайф, а потому ни имени, ни модели не обозначили нигде. И всё же основное отличие оставалось очень заметным: от виска к виску, через лоб, немного ниже линии роста волос, у неё горела красным линия. Согласно данным Коннора, такое устройство заменяло диод и использовалось для отличия андроидов от людей. Он сел на небольшую табуретку возле кушетки и посмотрел в лицо испуганной девушки. Хэнк появился за ширмой как раз, когда его напарник пролопотал что-то непонятное посетительнице. Та мотнула головой. Полицейский сказал ещё какую-то абракадабру с чёткой вопросительной интонацией. Собеседница кивнула. Андерсон догадывался, что за этим последовала какая-то просьба, которую, впрочем, отклонили. И тут он заметил что-то удивительное в знакомом, казалось бы, партнёре. - Погоди, у тебя что, разная озвучка на разных языках? – удивлённо спросил он. - Я прототип, - не глядя, ответил Коннор, - у законченных моделей такого не бывает. И ногу уже можно положить, - сообщил он, указывая на деталь в руках у мужчины. – Не отвлекай, пожалуйста. И вызови службу помощи. - Как скажешь, - лейтенант положил часть на соседнюю кушетку и сел рядом с ней, чтобы достать из кармана телефон. Андроид что-то ещё раз спросил у девушки, она опять отрицательно помотала головой. Если и понимала, о чём речь, то говорить не хотела. Но, кажется, установить с ней контакт всё же было можно. Пришедшая протянула руку вперёд и деактивировала на ладони кожу. Детектив кивнул и дотронулся до неё. Произошло соединение. Андерсон уже наблюдал подобное не раз в клубе «Рай», когда им приходилось выслеживать девиантку по памяти работников. Но с тех пор слишком многое изменилось. Пропала его импульсивная ненависть, они стали намного – очень сильно – ближе. И вот только что точно так же держались за руки. Понятно, что подобной связи у них никогда не могло бы быть. А ведь андроиды, кажется, любили такую интимность. Пару раз подобное показывали по телевизору как что-то вроде секса. Но сейчас Коннор использовал это в рабочих целях. Интересно, многие ли понимали, насколько фрустрирует подобная двойственность? - Алло? – громко спросил Хэнк в трубку, когда с той стороны послышался ответ. – Это лейтенант Андерсон, полиция Детроита. У нас раненный андроид. Отсутствие ноги, возможно повреждение корпуса, без крови. Нет, модель неизвестна. - «ПП431», - сообщил его напарник, не разрывая связи. - А, вот, - исправился мужчина, - «PP431». – Он недолго помолчал. – Ясно, везите, что есть. Да, центральное отделение. Третье авеню, 1301. Задняя дверь. – Телефон мигнул красным, показывая, что звонок окончен. - Спасибо, - сказал Коннор и отпустил руку девушки, выпрямляя спину. Он ненадолго задумался, а потом повернулся к напарнику. - Вы не могли бы одолжить ей свой мобильный? - Да, без проблем, - никакого компромата лейтенант на гаджетах не хранил, потому что до сих пор не разбирался в большинстве из них. А потому спокойно относился к просьбам позвонить или написать сообщения. Если такие вопросы не исходили от полных мудаков, разумеется. Он передал телефон андроиду, а тот открыл какую-то страницу в интернете и положил в руки девушки. Пострадавшая начала набирать что-то на всплывшей клавиатуре, но делала всё молча. Испуг и напряжение так и не сошли с её лица, но огромный диод понемногу перешёл на более оранжевый оттенок. - Её зовут Яна, - сообщил Коннор, поворачиваясь к полицейскому, - она прилетела сопроводить группу журналистов для конференции с Иерихоном. Но в самолёте на неё напали, - он на секунду задумался, - произошла девиация. Сбежала из аэропорта, по дороге наткнулась на кого-то из мелких противников. Отделалась, как видите. Три раза приставляла ногу на место, как могла, пока шла до нас. - Звучит жутко, - покачал головой Хэнк. – Бедняжка. - Не жа-лейте меня, - с акцентом попросил высокий голос. Яна смотрела на полицейских настороженно, но теперь менее испуганно. Диод стал ярко-жёлтым. Теперь Андерсон заметил, что она пользовалась переводчиком. Наверняка пыталась начать говорить на незнакомом языке, но такой прогресс за несколько секунд уже выглядел поразительным. - Не смог подключиться к её программному обеспечению, - разочарованно сказал Коннор, - доступна только память. Иначе научил бы её английскому прямо сейчас. - А сколько всего языков ты сам знаешь? – с сомнением спросил лейтенант. - Зависит от того, что считать этим самым языком, - ответил андроид и встал с табуретки, - если быть консервативным, то немногим более трёх тысяч, а если рассматривать диалекты отдельно, то примерно пять с половиной. - Пиздишь, - усмехнулся мужчина и скрестил руки на груди. В ответ его напарник быстро произнёс какую-то абракадабру не своим голосом и вышел из-за ширмы. - Ну и что это должно значить? – возмущённо крикнул ему вслед лейтенант. Яна потрогала его по плечу и показала экран телефона, на котором переводчик сообщал: «Вы читали описание моей модели, должны это знать». Исходный язык был определён как корейский. Пока они ждали машину обслуживания, Коннор успел сходить заполнить необходимые бумаги, вернуться со стаканом тириума и предложить его пострадавшей. Он направил ближайших дежурных за напавшими на неё и пообещал, что преступников должны быстро вычислить. В конце концов, их лица можно было узнать по записи. Яна уже которую минуту молчала, набирая что-то в телефоне. Она не хотела разговаривать, но к этому относились с пониманием. Все нужные показания девушка уже дала, а лишний раз беспокоить жертву насилия считалось некорректным и неполезным для следствия. Андерсон раздвинул ширмы и притащил два стула поудобнее, чтобы не оставлять посетительницу в одиночестве. Они не могли ничем помочь, но, к счастью, срочных хлопот не требовалось. Немного скучающий без гаджета в руках мужчина негромко буркнул: - Ну и вообще откуда мне знать, на скольких языках ты балакаешь? Я похож на зануду, который читает длиннющее описание андроида? – он взял себя за подбородок, уперев локти в колени. – Максимум: посмотрел, что у тебя нет причиндалов, и закрыл всё. Андроид удивлённо приподнял брови и повернулся к партнёру. - Ой ну вот давай не будем делать таких лиц, будто мы оба не знали, что это первое, что меня волнует, - поморщился Хэнк. Замечание звучало справедливо. Такое любопытство действительно обосновывалось достаточно логически и соответствовало характеру полицейского. Возможно, Коннор не продумал этот вариант по личным причинам. - Причиндалов? – отвлеклась от интернета Яна. - Он имел ввиду… - начал было объяснять за партнёра детектив, но не успел. - Хер, - кивнул лейтенант, всерьёз считавший шутку остроумной. - А, ясно, - поняла девушка и тут же вернулась к своему познавательному процессу. Она уже давно ничего не печатала, а только читала. Может быть, нашла какой-то быстрый курс для андроидов-иностранцев? И в каких таких учебниках сейчас начинали с объяснения различных вариаций матерных слов? . Когда приехала бригада, занимающаяся срочной починкой и первой помощью, полицейские отошли в сторонку. Яна уже могла изъясняться самостоятельно – что всё ещё выглядело чёрной магией в глазах Хэнка – и не нуждалась в их присмотре. Единственный человек в команде делал замеры её коленного сустава, остальные старались вернуть кожу на животе к прежнему состоянию. Андерсон очевидно загрустил, как только остался наедине с партнёром. Он спрятал руки в карманы брюк, что делал достаточно редко, и недовольно разглядывал пол в комнате, задумавшись о чём-то невесёлом. Когда из машины принесли несколько протезов – даже не полноценных ног – он заговорил. - Как думаешь, - глухо спросил мужчина, - мы никогда не сможем дать друг другу то, что нам нужно? - Что? – обеспокоенно переспросил Коннор. - Сам посуди, - криво улыбнулся Хэнк, - ты - андроид, а я - человек. Тебе нужен кто-то, кто сможет снять с себя кожу и соединиться, как две флэшки, или что там у вас, - он с досадой вынул правую руку из кармана, как будто не зная, куда её деть. – А мне, видимо, нужен кто-то с более… биологическими потребностями. Напарник невесело взглянул в лицо Андерсона и тоже задумчиво сказал: - Мои желания сейчас не особо направлены в сторону романтического обмена информацией. Это больше как работа, - полицейский пожал плечами. – Я бы сильнее хотел быть рядом с дорогим и интересным мне человеком, - он медленно коснулся пальцами руки лейтенанта и, поймав ответное движение, сжал его ладонь. - Человеком? - Именно, - кивнул Коннор, поглаживая Хэнка большим пальцем по грубоватой коже. – К тому же, - он сделал нарочную паузу, - никто не говорил, что ваши биологические потребности останутся… неудовлетворёнными. - Это что, только что было согласие? – удивился мужчина. - Да, это было согласие, - стало особенно жалко, что впереди ждал остаток дежурства, а прямо сейчас даже объятия негласно запрещались серьёзной обстановкой. Бригада наконец поставила на место протез и выдала Яне новую одежду. Никто не разглядел, удалось ли им исправить царапины на корпусе, но это особо не волновало. Девушка заполнила какие-то бумаги и наотрез отказалась от перевоза в кризисный центр. Полицейским ничего не оставалось, кроме как позволить ей хотя бы переночевать в отделении. В будущем предстояло ещё подумать над защитой иностранки и об её жилье. Но на ту ночь крупных событий, как выяснилось, уже хватило. Спустя пару часов андроид и человек снова сидели за столом и почти незаметно в приглушённом свете держались за руки. Они успели выкроить несколько минут для визита в кухню, и теперь никто не хотел укладывать обратно перепутанные волосы или поправлять одежду. Самое интересное, впрочем, ждало впереди.