Слишком много драбблов по детроиту

Хэнк прогулочным шагом возвращался из туалета. Выдался на удивление спокойный день в офисе – никаких вызовов, никакой беготни за нарушителями, никаких преступлений. Они допросили задержанного недавним утром хулигана и, судя по его наводкам, ухватились, наконец, за ниточку. Одного из старших в преступной группировке планировали захватить на месте встречи с пойманным скакуном по крышам. До рандеву оставалось больше суток, и потому, объединившись с ещё несколькими офицерами, детективы всё утро планировали свои действия. Нельзя было исключать ловушку или банальную ложь со стороны противника андроидов. В двенадцать часов маленькое совещание прервалось, чтобы все его участники могли заняться другими делами. Лейтенант поймал себя на осознании того, насколько хорошим выдался день. С утра он выпил крепкий кофе, позавтракал пончиками под осуждающим взглядом Коннора, опоздал на работу на двадцать минут. Расследование, наконец, пошло в гору, и даже Рида до сих пор никто не встречал. Раньше тоже случались подобные дни. И даже такие, когда он просиживал дома по несколько часов прежде, чем собраться в участок. Но теперь один слишком умный будильник такого не позволял. А ещё не давал часами пялиться в стакан, постепенно съезжая с ума от горя. Всегда находились дела на вечер. Посмотреть фильм, выгулять собаку, поговорить о том, почему в Америке не пользуются метрической системой. Иногда они даже целовались несколько часов подряд, сидя на диване или за кухонным столом. Мысли о том, насколько вечно это счастье при учёте их опасной работы удалось отмахнуть, как назойливых пчёл. День выдался приятным, и этого уже было более, чем достаточно. Андерсон негромко напевал себе под нос песню «Рыцарей Чёрной Смерти» с самым простым мотивом. В музыке и нотах он не разбирался абсолютно и слушал только то, что подходило по настроению. Как следствие, имитировать любые мелодии у него выходило очень скверно. Он несколько раз пытался пристать к Коннору, чтобы тот нашёл услышанную однажды в магазине песню, но из этого ничего не вышло. Даже примерные слова не помогли. Вот и тогда лейтенант отчаянно пропускал ноты и даже близко не попадал в тональности. Хорошо, что такой музыкальный фристайл остался слышным только исполнителю. Рабочий шум общего зала заставил снизить громкость, чтобы никому особо не мешать. Дела, как обычно, мчались галопом у всех. Даже Стронга припрягли заниматься чем-то тяжёлым, и вот он сидел, растрепав шикарную шевелюру, и пыхтел над бумагами. Так старался, что аж снял пиджак и закатал рукава рубашки. Стоявшие возле диспенсера с водой Крис и Тина пялились на красавца одинаково влюблёнными взглядами. Хэнк им искренне сочувствовал. С другого конца зала заразительно пахло пиццей. До обеда оставалась всего пара часов, но кто-то уже не выдержал. Стеклянный кабинет Фаулера снова заполнили посетители. Андроиды, оставшиеся работать в отделении, стояли в ряд и слушали капитана. Он держал в руке бумажный конверт. Неужели им, наконец, выдавали документы? Только одного среди тех работников не хватало. Коннора. Андерсон вышел к их столам и увидел, наконец, чем заняли его напарника. Напротив детектива стоял непривычно высокий и почти абсолютно белый посетитель. И «белый» в данном случае означал буквально цвет свежей бумаги. Оба молчали. Лейтенант обошёл незнакомца и сел на своё место, не сводя глаз с андроидов. Хэнк обратил внимание на то, что пришедший носил лёгкую футболку и джинсы, только обувь соответствовала погоде. До тех пор все знакомые роботы предпочитали одеваться в куртки, даже если знали, что им это ни к чему. Да и внешний вид посетителя наталкивал на мысли о том, что человеком тот хотел притворяться меньше всего. В какой-то момент наблюдать за столь «увлекательным» общением наскучило, и полицейский повернулся к своему монитору, чтобы просмотреть планы зданий, находящихся возле переулка, в котором назначалось рандеву. Он открыл одну из схем, понял, что в нём тридцать этажей, вздохнул, принимая свою горькую судьбу, и начал с первого. Когда лейтенант скептически оглядывал западное крыло, наконец, послышалось шевеление. Незнакомец молча взял из рук Коннора планшет, приложил к нему руку на пару секунд и, видимо, автоматически заполнив форму для подачи заявления, а затем прибор отдал обратно. Всё происходило в прежнем молчании. Детектив принял гаджет и положил его на место. Когда он повернул голову, Андерсон заметил, что диод напарника всё ещё мигал синим. Общение продолжалось. Поняв, что подслушать, скорее всего, не дадут, полицейский вернулся к электронным макетам. Он неловко орудовал мышкой, чтобы менять ракурс обзора комнат. Пиццей пахло всё более заразительно. Чёрт, он был обязан заказать пепперони на обед. Иногда ведь нужно было баловать себя. - Нет, - внезапно подал голос Коннор, - ещё не всё. Повернувшийся в сторону выхода посетитель с нейтральным выражением лица взглянул на детектива. - Это лейтенант Хэнк Андерсон, - всё так же неожиданно показал на напарника андроид, - без него мне бы ни за что не удалось привести подкрепление из башни Киберлайф. - Приятно познакомиться, - низким голосом сказал пришедший и кивнул. - Взаимно, - ответил полицейский и вопросительно взглянул на детектива. - Хэнк, это Мерген Картер, - представили незнакомца, - лёгкий форвард* из «Детроитских Машин». - Мерген Картер? – удивился лейтенант и даже привстал с места. – Вы правда Мерген Картер? - Да, это я, - ответ прозвучал лаконично. - Охренеть… - не мог поверить своим глазам мужчина. – И вы все время были андроидом? - Да. Это весьма неприятная тайна. - С ума сойти… - покачал головой Хэнк. – Я очень рад встрече, всегда болел за вашу команду, - он протянул ладонь, и в рукопожатии, к счастью, не отказали. - Я больше не играю, - без эмоций сообщил посетитель. – Но мне приятно ваше восхищение. – Новости не обрадовали поклонника, но он решил об этом не говорить. - Мерген, раз уж вы здесь, - мягко вмешался Коннор, - дадите лейтенанту автограф? В качестве маленького прощального жеста такой долгой карьере. - Что же… - задумался баскетболист и посмотрел на висевшую на углу доски лейтенанта кепку, - пусть это будет в последний раз. – Он протянул руку. Андерсон немного торопливо передал бывшему спортсмену головной убор. Его напарник с улыбкой подал чёрный маркер. Бывший спортсмен много раз пересёк широким почерком голубые линии на ткани и оставил в конце свою подпись. Он протянул вещи полицейскому и кивнул: - До свидания. - Удачного перелёта, - попрощался андроид. Мужчина так и остался смотреть на уходящего посетителя с маркером и бейсболкой в руке. Он несколько раз перечитал написанную печатными буквами фразу: «Лейтенанту Андерсону от Мергена Картера. Спасибо за помощь андроидам». Когда он собрался с мыслями и вернул письменную принадлежность партнёру, тот уже ждал благодарности с довольной улыбкой. - Вообще никогда бы не подумал, что моя любимая команда будет так жульничать, - признался Хэнк. – Полагаю, ты давно знал? - Нет, - мотнул головой Коннор, - никогда не интересовался. - А, - полицейский поднял палец вверх и вернул головной убор на место, - спасибо большое. Только скажи, когда вы вот так пугающе друг на друга таращились, это был типа… блютуз? - Нет, это удобная форма невербальной коммуникации, которой чаще всего пользуются военные, - ответ звучал не вполне понятно, - типа телепатия, - поспешил добавить детектив. – И, да, - он указал пальцем на кепку, - мне очень приятно тебя радовать. - Расскажешь, что за прикол с его… хм… внешностью? - Картер теперь стал одним из тех, кто принимает свою механическую сущность в, скажем так, полной мере, - начал андроид. – Они отказываются от синтетической кожи, часто удаляют части зрительных модулей, которые имитируют слёзы, и прочими способами избавляются от ненужных функций. Некоторые даже не симулируют дыхание. Суть движения в том, - он ненадолго задумался, - чтобы показать отличия от людей и, при этом, способность с ними работать. Достаточно естественная реакция на длительное угнетение. Вроде: «вам не нравится то, что мы отличаемся, ну так мы выведем эти отличия в абсолют и будем с гордостью их носить». Всё это приводит к рискам нападения на самих участников движения. Но они в своём праве, - пожал плечами полицейский, - их мотивы логичны. Особенно у тех, кто, как Картер, скрывал свою сущность по чужой воле. – последовала пауза. – Некоторые, правда, всё же желают сепаратизма, - он не слишком одобрительно покачал головой. – Я считаю, сейчас для этого слишком рано. Нужно предупредить Маркуса, пусть будет начеку. - Звучит довольно радикально, - с сомнением добавил Андерсон. - Так и есть, - согласился андроид, - многие из них уже покидают Детроит, чтобы начать устанавливать уединённые поселения в местах, где не могут жить люди. Это может пошатнуть и без того неясное отношение политиков. - Поэтому ты сказал «удачного полёта»? – спросил лейтенант. - Да, - кивнул Коннор. – Он пришёл как раз дать несколько показаний по поводу нападений и… официально присоединиться к петиции о судебном разбирательстве против нелегальной эксплуатации в прошлом, - он поджал губы. – На скамью посадят и начальство Киберлайф. - Они в жопе? – уточнил Хэнк. - Да, - с сожалением признал детектив, - если дело не решится в американском суде, его выведут на международный. И, каким двойственным не было бы отношение к свободе в мире, ситуация поднимет шумиху. События слишком торопятся. И мы всё меньше и меньше их контролируем, - информация звучала неутешительно. - Что будете делать? - Возможно, постараемся для начала вывести всех оставшихся андроидов со всех заводов, чтобы они не попали под раздачу, - предположил полицейский, - но это ещё предстоит обсудить. – Он повернулся к компьютеру и, переключив что-то без помощи рук, добавил, - знать бы ещё, что планируют предпринять люди. - Ну, - с улыбкой ответил Андерсон, - лично я планирую заказать большую пепперони на обед, и съесть её всю в одиночестве. Коннор беззвучно рассмеялся в ответ на шутку и продолжил работу.