Слишком много драбблов по детроиту

- Дерьма куски, - прошипел Гэвин, выскакивая из не до конца остановившейся машины, - ничего сами сделать не могут. По иронии судьбы, всё самое плохое происходило ночью. Болезни, преступления, несчастные случаи – как будто любая трагедия имела острую аллергию на солнечный свет. И вот опять очень многих выдернули из домов через два часа после конца рабочего дня. Нашлось место собрания группировки противников андроидов. Только дежурные обнаружили себя, и пришлось вызывать подмогу. Но, к сожалению, рыбка сорвалась, утащив с собой приманку, поплавок, леску и удочку. Возможно, по пути оторвав и часть руки ловившего её человека. Формулировка зависела от того, насколько пессимистично оценивалась ситуация. Рида подвезла Тина на своей новенькой, взятой в кредит машине. Они не особо разговаривали по дороге, чувствуя неловкость из-за поутихшего общения. Чэнь пересмотрела многие свои взгляды и, в конце концов, перестала выслушивать бесконечные бурчания детектива по поводу работы на благо «жестянок». Полицейский не хотел рассориться с, возможно, последней подругой в отделении, но не формулировал эту мысль сознательно. Офицерка не успела закончить торможение, когда Гэвин распахнул переднюю дверь и, чуть споткнувшись, выбежал на холодную зимнюю улицу. В найденном месте сбора в здании заброшенного ресторана задержали четверых. Но приглядывать за ними двум патрульным было сложно, потому и вызвали подкрепление. К тому же, многие прибывшие не задерживались на месте, а тут же пускались в погоню за сбежавшими нарушителями. Риду и Тине приказали помочь в аресте и дожидаться специального транспорта. Судя по звукам из рации, преступники не вели себя смирно, и с каждой минутой борзели всё больше. - Ты куда вообще выскочил?! – выкрикнула ему вслед возмущённая полицейская, только вставшая на асфальт рядом с машиной. – Убьешься же! Эй! Амбиции детектива грозили однажды очень сильно подставить своего владельца. А в связи с общим завалом в отделении, не особо приятными для мужчины политическими переменами и, наверняка, ещё чем-то личным, его настроение превратилось в откровенно отвратное. Даже у самого Гэвина эмоции ассоциировались с противным запахом дёгтя, чего уж говорить об окружении. Он стал всё чаще делать резкие движения, ломать хрупкие предметы, материться. Вот и тогда по горло наелся напряжением в салоне и до тошноты хотел выбраться. К тому же, вообще не имел желания заморачиваться абсолютным следованием всем приказам и правилам. Не мог же Фаулер ожидать милого послушания в ответ на вызов в нерабочее время? Впрочем, портить отношения с начальством Рид тоже не планировал – слишком долго выкладывался ради повышения. Так думал шагающий широкими шагами по снегу детектив. Даже не оглянувшись на подругу, он толкнул рукой открытую калитку. - Мы на кухне, - зашипела рация, - поторопитесь. - Я иду, - сухо ответил полицейский, поднося средство связи к лицу. Перед фасадом ресторана пустовал заполненный мелкими сугробами летник. Ближе к основному входу различались квадратные клумбы, внутри помещения царила недружелюбная темнота. Большое пространство слабо освещалось уличными фонарями, Рид определил следы двух коллег, направлявшиеся к широкой зелёной двери, а затем огибавшие дом слева. Приблизившись к крыльцу, он достал из кармана фонарик и включил, чтобы освещать себе путь внутри. Быстро окинув комнату кружком оранжевого света, он не нашёл ничего подозрительного, и решил, что можно было заходить. Вход для посетителей оказался заперт на ключ, но замок выглядел старым, а потому наверняка открывался банальным ударом. Гэвин сделал шаг назад и с силой навалился на стеклянную вставку плечом. Щеколда не выдержала, и путь, наконец, открылся. К тому моменту сзади подбежала сердитая Тина и, высоко шагая по снегу, принялась отчитывать: - Я старшая по званию, ты не должен идти вперёд без моего разрешения. Это небезопасно. - Забей, - отмахнулся Рид, сделав шаг за порог, - чем раньше мы с этим покончим, тем лучше. – Он посветил фонариком впереди себя и снова зажал кнопку на рации. – Я внутри. - Осторожно, - глухо ответил прибор. – В обеденном зале есть… Дежурному не дали договорить. Откуда-то из глубины тёмного коридора практически вылетела большая тень. Она метилась прямо в полицейского. Быстрыми прыжками на четырёх ногах невысокое создание пересекло разделявшие их футы и, резко оттолкнувшись, набросилось на мужчину. Детектив успел только инстинктивно выставить правую руку вперёд. Сильный бросок выкинул двоих из ресторана, заставляя Гэвина приземлиться спиной на холодный снег. Чудовище с рычанием вцепилось зубами в предплечье и одним нечеловеческим рывком отделило конечность от тела вместе с частью куртки. Всё произошло за несколько секунд, которых, к счастью, как раз хватило офицерке, чтобы достать пистолет и, прицелившись, выпустить пулю. Фонарный свет показал огромную зубастую морду собаки, которая, к сожалению, получила только ранение в тело. Монстр, не выпуская руку из пасти, повернулся к Чэнь и уже сделал первый шаг, чтобы напасть. Но опытная полицейская не промахнулась во второй раз. Мёртвое животное рухнуло на снег, пачкая его кровью. Испуганная Тина тут же подбежала к коллеге и со страхом в глазах взяла его за лицо. - Ты как?! – выкрикнула она, но не дождалась ответа. – Ебать, Гэвин, твою мать! Я тебе говорила! Пиздец-то какой! Офицерка торопливо всмотрелась в глаза мужчине, убедилась, что тот в сознании, и стала в панике добираться до своего ремня, чтобы перетянуть рану. - Нормально всё, - попытался вставить слово и подняться Рид, но его грубо толкнули в грудь. - Ебало завали! – с паникой в голосе приказала она. – Сука, если ты мне тут сдохнешь, я тебе все яйца оторву, понял?! – руки тряслись, пока расстёгивали бляшку под курткой. - Понял, - хохотнул детектив и снова попытался встать, но в этот раз получил острым локтём по рёбрам. На крики и выстрелы уже бежали с другой стороны улицы те, кто только добрался до места. Проезжая часть частично перекрылась криво вставшими машинами, ночной квартал наполнили топот, голоса и красно-синие огоньки. Как только испуганная до седины Тина достала, наконец, импровизированный жгут, к ним подоспел первый из подмоги. Андроид. - В скорую звони, чего встал?! – не глядя, скомандовала Чэнь. - Не думаю, что это нужно, - спокойно ответил оценивший ситуацию Коннор, за что получил практически плавящий гневом взгляд. - Нахуй отсюда иди, - хрипло попросил отдышавшийся после удара Гэвин и приподнялся на левом локте. «Тостер» на удивление послушно кивнул и отошёл на несколько шагов. Коллега посмотрела на раненного ещё раз и, только с опаской сконцентрировавшись на повреждённой руке, заметила. Не было крови. Не просто горячей и фонтанирующей, как из оторванной конечности. Вообще никакой. Исключая пятна вокруг мёртвой собаки, но ту бессознательно уже отпихнула подальше Тина. Детектив ничего не говорил, хотя в его лице читались многие эмоции. Сожаление, остатки злости, признательность – понять больше мешало слабое освещение. - Тебе только что руку к хуям оторвало, - голос полицейской дрогнул, и она приподняла в руках уже почти готовый к перевязке ремень. - Руку мне к хуям оторвало ещё до того, как я в отделение работать пришёл, - ответил Рид и, как мог, ровно сел на земле. – Нормально всё. Во дворик вбежали ещё несколько людей, быстро спросили, всё ли нормально, и, получив грубый ответ, поспешили внутрь. Офицерка со вздохом опустилась на холодный снег. Её всё ещё немного трясло. Никогда раньше она не видела такой, пусть и не вполне правдивой, жути. Как бы они с Гэвином не расходились во взглядах, терять его абсолютно не входило в планы. Из здания слышался шум открывающихся дверей и голоса, по рации несколько раз что-то доложили. Звёзды мерцали на чистом зимнем небе. Впервые в жизни Чэнь хотелось курить. - Боюсь, она неисправна, - с сожалением сообщил Коннор, словно появившийся из ниоткуда. В руках он держал протез, на котором болталась разорванная часть куртки. Друзья одновременно, но молча спросили себя, где андроид пропадал так долго. И так же синхронно догадались, что наверняка тратился на сочувствие к мёртвой собаке. - Выкинь нахуй, - коротко попросил Рид, даже не глядя на коллегу. Тот с пониманием отошёл, положил руку на сугроб неподалёку и направился по следам коллег. Детектив столкнулся с сожалением о том, что раньше не рассказал подруге правду. У него, разумеется, находились причины хранить тайну и просить о том же понимающего Фаулера. Но Тине-то, возможно, стоило сообщить раньше. - Поэтому ты выиграл прошлогодний чемпионат, - внезапно сказала она. - Ага, - кивнул мужчина и, по старой привычке опираясь на левую руку, встал на ноги. – Пойду помогу этим лошарам. - Стоять, - строго приказала полицейская, до сих пор глядя в пространство. – С тебя на сегодня хватит. Гэвину внезапно пришёл в голову единственный, по его мнению, правильный способ выразить своё отношение. К ситуации, к Чэнь, к своему поведению – одним словом, ко многому. Честно говоря, неожиданная идея показалась ему чуть ли не лучшей за последний месяц. Он протянул подруге ладонь, предлагая помочь. Та с сомнением подняла на него взгляд. - Не ломайся, - на всякий случай добавил он и не без облегчения потянул полицейскую вверх. . - Пошутишь про дрочку, и я тебе этим же самым железным кулаком ебало раскрашу, - сердито пригрозил детектив, сидя на маленьком барном стуле. Перед ним стоял отвратительный по виду бокал вина. Даже притрагиваться к нему не хотелось. Хотя последние полчаса, проведённые «в кругу семьи» очень наталкивали на желание напиться. Камски разложил на столе рядом какой-то огромный футляр и почти выпотрошил вокруг два ящика с инструментами. Он загораживал спиной всё самое интересное, не давая даже разглядеть новый протез. Периодически на ту из нескольких кухонь особняка, где сидели мужчины, заглядывали «мультиварки», но никогда не задерживались. Рид всё никак не мог понять, сколько всего их жило в доме. От этого числа зависела примерная степень ебанутости его гениального брата. В ответ на острую реплику последовало молчание. Это заставляло «клиента» скучать и, откровенно говоря, немного нервничать. Скептически оглядев бокал, он всё же взял посуду и отхлебнул немного. А затем скривился от неожиданности. - Что за дрянь ты мне налил? - Это блаш, - не отвлекаясь от инструментов, ответил Элайджа, – розовое вино. - На вкус отвратительно, - прокомментировал полицейский и отодвинул от себя сосуд. – Знаешь, ты всегда был, как баба. У твоих микроволновок случайно нет светящихся синих страпонов? Или ты любишь пальчиком, а? – детектив всеми силами пытался вовлечь брата в разговор. - Заметь, - холодно сказал учёный, - про дрочку шутишь именно ты. Он отложил очередной инструмент в сторону и поднял, наконец, двумя руками пластиковую конструкцию. Она напоминала запчасти от андроидов, что не вызывало приятных ассоциаций. Но Гэвин не сказал по этому поводу ничего, и только наблюдал, как конечность надёжно прикрепляют к телу. - Вот здесь зафиксируешь, - инструктировал изобретатель, нажимая на едва заметную кнопку на плече, - и никакая тварь её от тебя не оторвёт. А вот здесь, - он показал на серый круг с задней стороны, - активируешь кожу, - и надавил на ту зону тоже. Протез постепенно оброс очень естественным на вид покрытием, которое реалистично изображало даже волосы и ногти. - Тебе нужно было сразу ко мне идти, - справедливо отметил Камски, вернулся к столу и поднял с него какую-то странную корзину. – Это лучшее, что могут сейчас купить деньги. – Он водрузил сетчатую чашку с пластиковыми вставками на голову молчавшего брата. После учёный поднял с обычного стула лёгкий ноутбук, поставил его на барную стойку с противоположной стороны и, машинально пододвинув к себе бокал, быстро набрал что-то на клавиатуре. - Сейчас синхронизирую, - объяснил он, отхлебнул вина и, тоже поморщившись, отставил его в сторону. - И эта херня в будущем захватит мой мозг? – поинтересовался Гэвин, но в ответ ему только жестом велели молчать. Шлем с минуту помигал крохотной лампочкой, а потом постепенно прекратил. Протез один раз дёрнулся, застав нового хозяина врасплох, но тут же успокоился. Под руководством Элайджи полицейский сделал несколько простых упражнений. Все части руки отлично слушались, в том числе и без шлема. - Хорошо, - удовлетворённо кивнул учёный и, убрав «корзинку» с компьютером на место, подошёл к тумбам возле противоположной стены кухни. После нескольких попыток и трёх открытых дверей, изобретатель нашёл нужную баночку. Она притаилась в углу на одной из нижних полок, за пачками макарон. Внутри находились какие-то маленькие коричневые камушки, не вызывавшие доверия Рида. - У этой модели лучшая мелкая моторика, - сообщил Камски, снимая резиновую крышку, и вытряхнул немного содержимого себе на ладонь, - если хотел начать вышивать бисером, вот твой единственный шанс. Но сначала, - он осторожно пересыпал горсть на деревянную поверхность, - нужно к ней привыкнуть. - Это что ещё за херня? – с сомнением спросил детектив. - Это гречка, - коротко ответил брат. - Гре-… что? - Гре-чка, - повторил учёный. – Очень неплохая вещь, кстати. Попробуй как-нибудь. А пока что её нужно перебрать, - он закрыл банку и отставил её в сторону. – Отделить маленькие чёрные камушки от всего остального. - Тебе что, андроидов мало? – поинтересовался Гэвин. – Не буду я… - Так надо, чтобы привыкнуть, - настоял Элайджа. Он проигнорировал сердитый взгляд, вернулся к столу и опять начал чем-то там звенеть. Посидев в молчании и так и не дождавшись реакции, полицейский понял, что оставалось только смириться со своей судьбой, и начал неторопливо передвигать крупинки по барной стойке. Это действительно требовало концентрации и опыта, особенно на маленьких расстояниях, когда нужно было не отправить очередной камешек в полёт до пола. - И ещё, - как будто вспомнил Камски примерно одну шестую общей кучки спустя, - на ночь лучше её снимать, иначе спина устанет. - Ясно, - без особого энтузиазма откликнулся Рид, концентрируясь на движениях пальцев. Когда у него уже начало получаться, дверь кухни открылась, и девушка с повязкой на лбу заглянула внутрь. Она носила такую же одежду, как и остальные андроиды дома, хоть и абсолютно отличалась по внешности. - Здравствуйте, - сказала незнакомка и привычным шагом прошла к холодильнику. - Здравствуй, Яна, - своим «важным» тоном откликнулся изобретатель, тут же преувеличивая выражение задумчивости и серьёзности на лице, как он часто делал, работая при чужих. Девушка открыла белую дверцу и достала что-то с полок. Быстро просканировала этикетку, а затем вернула предмет внутрь, чтобы взять следующий. - Эй, миссис Тостер, - окликнул её детектив, - принеси мне чего-нибудь нормального выпить. Иностранка в молчании определилась с выбором нужной ей вещи, не особо при этом поторапливаясь, а после, повернувшись к гостю, спокойно ответила: - Сам себе принеси. Затем она вежливо попрощалась с хозяином дома и, как ни в чём не бывало, вышла в коридор с продуктом в руках. Проводив её спину недовольным взглядом, Гэвин обратился к брату: - И кто это? - Это Яна, - повторил учёный, со звоном перекладывая какие-то инструменты, - она выдаёт мне международные тайны и на днях научила Хлою варить гречку. - Ясно, - не особо радостно ответил Рид, возвращаясь к коричневым камушкам. – А ты всё воюешь политическими сплетнями? - Я помогаю предотвратить войну, - серьёзно ответил Камски, - нашей семье хватило прелестей открытого боя. И детектив не мог с ним поспорить.