5. Стеклянные эльфы
10 июля 2018 г., 20:55
На витринах красовался целый карнавал разноцветных и разномастных фигурок, выполненных из разнообразных хрупких материалов.
Вот на верхней полке гнут дугой фарфоровые спины коты, а на другой, пониже, тихонько закусывают полудрагоценным сыром-яшмой хрустальные мыши.
В глубине магазинчика, над самой кассой, красуется тройка изумительных лошадей цветного стекла, застывших в вечном галопе, словно по взмаху волшебной палочки.
А там, слева от входа, уличная танцовщица замерла, высоко подняв руку с бубном и выставив вперед согнутую в колене ногу. Кажется, в следующий миг она вновь пустится в пляс, и нашитые на ее костюм монисты переливчато зазвенят.
Поодаль от нее притаился в засаде искусный лучник. Немигающий взгляд фигурки, устремлен куда-то в пространную бесконечность, а пальцы неподвижно застыли, до поры удерживая натянутую тетиву.
А справа от двери в разгаре озорной игры замерли фарфоровые собаки. Золотистый ретривер поднялся на задние лапы и зубами поймал синий мяч; такса присела, пружиня, и точно готовится к прыжку; овчарка раскрыла пасть, чтобы разразиться задорным лаем.
Все в этом магазинчике было точно живым, почти настоящим. Еще чуть-чуть, и придет в движение.
— Ну же, давай! — затаив дыхание прошептал седовласый стекольных дел мастер в узких прямоугольных очках, закончив шептать заклинание и склонившись над композицией из двух стеклянных статуэток.
Эльф и его остроухая подруга, исполненные из тончайшего богемского стекла, были по-прежнему неподвижны. Казалось, будто они лишь на миг приостановили свой древний, как сама жизнь, и прекрасный, как солнечный свет, парный танец, чтобы перевести дух. Жаль только этот миг тянулся уже много лет.
Золотистые волосы девы были стянуты в тугие длинные косы, чуть растрепавшиеся в танце. Длинное белое платье эльфийки развевалось, словно было подхвачено порывом ветра. Серый плащ реял за плечами ее партнера подобно исполинским крыльям.
Все в этих двоих было исполнено сдержанной искусной грации, словно к их созданию приложила руку сама Природа.
Пока мастер смотрел на них, вокруг пары кружили разноцветные кленовые листья и будто бы звучало тихое пенье на древнем наречии.
Старик в бессилии сжал кулаки и отстранился. Кружение стеклянных листьев прекратилось. С чуть слышным звоном они опустились на стол.
— Все бесполезно. Моя магия не та, какой вы ее знавали. Она не способна вдохнуть в вас жизнь, — пробормотал мастер, машинально коснувшись длинными пальцами своего заостренного уха.
— Простите меня, я оплошал.
Горько вздохнув, он еще раз скользнул взглядом по неподвижным эльфам и едва сдержал подступившие слезы.
— Кто бы мог подумать, что старая ведьма окажется столь сильна, — пробормотал он, провалившись в тягостные воспоминания.
Перед подслеповатыми глазами так и стоял образ безумной лесной ведуньи, много лет назад превратившией его родителей-эльфов в стеклянные статуэтки.
Будучи беспомощным маленьким мальчиком, он не смог тогда ничего ей противопоставить. Стоял и в ужасе смотрел, как останавливается их время и стекленеют взгляды. Стоял и видел, как ведьма со смехом растворилась в густом тумане. Стоял и плакал, пока словно целую вечность спустя его не нашли сородичи и не увели оттуда прочь.
С тех пор утекло много воды и сменилась целая стопка настенных календарей. Будущий мастер вырос, женился и в совершенстве освоил искусство изготовления поделок из стекла.
Иногда его собственные творения ненадолго оживали под незримыми древними чарами, и тогда в глазах старика вспыхивала надежда на спасение родителей. Но, как бы он ни старался, какие бы заклинания не шептал, ничего не помогало. Его эльфы по-прежнему оставались прекрасными и безжизненными слитками стекла.
Утерев слезы, мастер потушил свет и с тяжелым сердцем закрыл лавку.
Та книга, что он испробовал сегодня, была последним шансом. Но вот и она оказалось бесполезной.
Все стихло, и магазинчик окутал купол звенящей хрустальной тишины.
Внезапно всеобщее оцепенение спало. Порыв неведомо откуда возникшего ветра качнул мягкий золотистый локон на высоком бледном лбу. Тихо зазвенели в воздухе стеклянные листья, и эльфийка чуть заметно шевельнула рукой. Так, словно очнулась ото сна длинною в долгие-долгие годы.
