Область применения

      Очнувшись, Питер потянулся и, не нащупав рядом теплого тела, облегченно вздохнул. А потом вспомнил, что накануне произошло и резко подскочил. Паника отступила сразу же, как только он заметил лохматую макушку Тони, пристроившегося на диванчике.       Усмехнувшись, Питер потянулся и откинулся обратно. Судя по темноте за окном, сейчас была ночь. Внутренний будильник подсказывал, что можно поваляться еще пару часов, но школа Штейна заставила неохотно обратиться к телефону.       Переведя его в беззвучный, Питер включил сеть обратно и тут же словил три сообщения.       “Ну, конечно”, — закатив глаза, подумал он.       Разгребая все приходящие и приходящие оповещения, Питер наткнулся на то, что заставило его сердце рухнуть в пятки.       “Как освободишься — приезжай. Есть разговор”.       Сообщение было от Штейна, пришло ближе к девяти вчерашнего вечера. Да, судя по часам, именно вчерашнего. Питер не рискнул писать и уж точно звонить Обадае сейчас, хотя подобные сообщения всегда сопровождались сиюминутными звонками и разговорами, когда бы они ни приходили. Штейн всегда был рад слышать Питера. Даже посреди глубокой ночи, и не важно, спит ли из них кто-нибудь. Такая одержимость порой пугала, но Питер, как хороший агент прикрытия, понимал, что Обадая нашел в нем. Еще бы, Питер старательно именно это ему и подсовывал. Люди с манией величия более всего ненавидят одиночество и непонимание. И, как бы грустно это не звучало, больны им были они все. И Штейн, и Питер, и Тони.       Поняв, что с этим лучше не тянуть, Питер вызвал такси, написал Тони короткую записку и, чмокнув на прощание в лоб, ушел в ночь.              Тони проснулся и заскулил. Диван был не самым лучшим местом отдыха после бурного секса, особенно в его возрасте. Даже такой мягкий и удобный. Оглядевшись, он не увидел на кровати Питера, зато нашел глазами записку, любезно оставленную на прикроватной тумбе.       Вздохнув, Тони старался не думать о том, куда тот ушел, и встав с злосчастного дивана, потянулся. В доме, несмотря на явно прохладное весеннее утро, было на удивление тепло, так что Тони, сверкая голым задом, прошел в ванную. Душ и утренние процедуры приятно расслабили тело, а отсутствие сменной одежды компенсировало огромное махровое полотенце, которое Тони накинул на плечи.       Делать было решительно нечего. Вернувшись в комнату, он все-таки кинул беглый взгляд на записку:       “Ты в доме один. Старайся не буянить, я тебя вроде как убивал.       Проголодаешься — вызывай доставку. На счет Паркеров.       Буду вечером”.       И неуверенная пометка: “Наверное”.       И еще более неуверенная: “Люблю. Питер”.       Тони тепло улыбнулся, обернув листок, надеясь, что там есть еще хотя бы пара слов, но там ничего не нашлось. Лист вернулся обратно на тумбу, а предложение о доставке побудило желудок жалобно заурчать. Тони навскидку не помнил, когда ел в последний раз.       Пожав плечами, он вышел из комнаты и, шлепая босыми пятками по деревянному полу, спустился к кухне. Пахнуло едой. И это было бы замечательно, если бы не заставило его замереть на спуске с лестницы.       Впрочем, замер он чуть раньше, чем услышал запах еды. Дело в том, что с первого этажа на него уставилась удивленная пара карих глаз. Это была пара знакомых ему глаз, хотя и принадлежали они незнакомому человеку.       — Здравствуйте, — тихо кивнула женщина. Темный локон упал с ее плеча.       Тони запахнулся в полотенце, прочистил горло и кивнул в ответ:       — Здравствуйте.       — А вы кто? — удивленно уточнила она.       — Я, — тот замешкался, — Тони, друг Питера.       Оценивающе пробежавшись по телу, женщина вновь кивнула.       — Синяков уже не видно, — подтвердила она, — дыхание спокойное, хромоты нет. Вывод — бил не сильно. Значит, — вздохнула она, делая одной ей понятное заключение, — все-таки влюбился.       Тони ошалело уставился на нее. Моргнул пару раз, не в силах понять, что вообще происходит.       — Что вы там стоите. Спускайтесь. Вы, наверное, голодны.       — Прошу прощения, — вновь прочистил горло Тони, — у меня нет сменной одежды.       — Это не принципиально. В отличие от Мэри, у меня была довольно бурная молодость.       — А вы...       — Где же мои манеры, — хлопнула она себя по макушке. — Мей Паркер. Тетя Питера.       — Приятно познакомиться.       — Взаимно, — обворожительно улыбнулась она в ответ. — Прошу прощения, что нарушила ваши планы. Просто в это время года я с подругами всегда выбираюсь за город устроить марафон каких-нибудь свежих сериалов. Я не знала, что Питер уже занял для вас это место.       — Мы, вроде как, шифруемся.       — От Штейна что ли? Ну, допустим.       — А ваши подруги? — неуверенно уточнил Тони, подойдя к кухонному столу, заваленному едой различной степени готовности.       — Решили кинуть меня на этот раз. Так что, в качестве компенсации нам обоим могу предложить вам присоединиться к моему марафону.       — С радостью приму ваше приглашение.       Тони обвязал полотенце на манер тоги, помог Мей с едой и дотащил большую часть до огромной плазмы в гостиной. Все это время они весело болтали ни о чем. Тони улыбался, понимая теперь, в кого Питер вырос таким открытым.       — Вы сказали, что он сильно не бил, — упустив из виду вторую часть фразы, переспросил вдруг Тони.       Вместо ответа Мей нахмурилась.       — Просто, чтобы вы понимали, я уползал оттуда.       Она перевела взгляд на Тони и прищурилась, явно что-то для себя решая.       — Тони, я не знаю, насколько вы близки с моим племянником, но... мне казалось, что... он должен был вам рассказать о своей... паучьей теме.       Глотнувший вина мужчина подавился и расплескал часть на себя, пачкая белое полотенце.       — Видимо все-таки рассказал, — улыбнулась Мей.       — Этот паршивец сказал мне, что никто не знает! — зло рявкнул Тони.       — О, так он и не в курсе, что я знаю.       Тот удивился.       — На самом деле, это довольно забавная ситуация. — Она промочила горло и пересела, скрестив ноги. Тони подобрался вслед за ней, настраиваясь на интересную историю.       — Впервые я поняла, что что-то не так, когда увидела ручку двери в его комнату. Я думала это такой новый дизайн, но все оказалось куда проще. Через пару дней, психанув на нервной почве, он окончательно доломал ее и не мог попасть в свою комнату, так что спал в гостевой. Потом он пару раз помогал мне готовить. Стоит ли говорить, что нож пришлось выкинуть, а для каменной столешницы вызвать полировщика? Потом я стала замечать другие странности: он слышал меня даже если я сама себя не слышала, видел человека в толпе в сумерках, поднимался на двенадцатый этаж быстрее лифта.       Она перевела дыхание, сделав еще несколько глотков:       — Пару месяцев я отводила от этого глаза Ричарда и Мэри, а потом затеяла ремонт. Я проследила за тем, чтобы каждая ручка в нашем доме была сделана из титана! Заменила все поверхности, которые он по неосторожности мог бы сломать. У него теперь самая прочная мебель во всей башне! Но на этом Питер не остановился. Будто почуяв свою силу, он вышел в патрулирование. Стоит ли говорить, что перед этим следы его экспериментов с паутиной забивали всю ванную? И на начальных этапах она не разлагалась за пару часов.       Тони слушал ее с раскрытым ртом. Он не знал, в каких отношениях племянник находился со своей тетей, но, если бы в жизни Тони была такая родственница, он бы ее как минимум боготворил.       Ее рассказ подошел к концу, и она закончила его словами:       — Надеюсь, мне не нужно упоминать, что это должно остаться между нами?       Тони вскинул брови.       — Если Питер захочет признаться, он должен сделать это сам. Он уже взрослый молодой человек и имеет право на свои секреты.       Тони хмыкнул, но кивнул в ответ.       — И еще один момент, — Мей очень недружелюбно улыбнулась, — если еще раз посмеете так вот взять и кинуть моего племянника без каких-либо объяснений, при следующей нашей встрече я разобью об вашу голову ближайший тяжелый предмет. Мы поняли друг друга?       Тони сглотнул и снова кивнул.       — Сериалы? — переключила тему она.       — Да, пожалуй, — поспешил согласиться тот.              Питер вздохнул, напустил на себя привычный деловой вид и смело постучал в дверь кабинета.       — Войдите.       Он распахнул дверь и, широко улыбнувшись Штейну, прошел внутрь.       — Ты меня звал?       Обадая степенно поднялся из своего кресла и, распахнув руки подошел к нему:       — Питер, мальчик мой, рад видеть тебя, — обняв его всем телом, он вдохнул запах чужих волос и тепло улыбнулся.       Тот, внутренне содрогаясь, слегка приобнял мужчину за талию. Держать эмоции в себе стало невероятно тяжело. Если раньше у него был стимул, сейчас, после все еще свежих воспоминаний о прошедшей ночи, отдавать себя Штейну уже просто не хотелось.       — Я хотел обсудить с тобой один очень важный момент. Присядь, пожалуйста.       Его булочки поджались, однако внешне он старался выглядеть расслабленным.       — Что-то случилось, Оби? — устроившись в кресле, поинтересовался Питер.       Тот тяжело вздохнул:       — Хотел бы я сказать, что все в порядке, но... — он замолчал, пытаясь подобрать нужные слова. Питер терпеливо ждал, весь внутренне дергаясь, как на иголках.       — Этот случай, со Старком.       Питера передернуло. Лицо побледнело, пальцы до скрипа сжали подлокотники. Обадая заметил это, но лишь удовлетворенно хмыкнул.       — Хочу сказать сразу, я благодарен тебе, что ты решил лично разобраться с ним. Мне... мне было бы тяжело смотреть ему в глаза после того, что произошло.       Глаза Питера округлились. Он решительно не понимал, что только что услышал.       — Этот случай. Я, на самом деле, хотел бы поблагодарить Старка. Он открыл мне глаза. На тот факт, что я не бессмертен.       Питер сглотнул, ожидая продолжения.       — И, так как я был слишком осторожен в своих связях все это время, это аукнулось мне... одиночеством. Мое имя стало громким, но... оно только мое, Питер. После моей смерти у него не долгое будущее.       Питер все еще не понимал, к чему клонит Обадая.       — Я задумался о том, что могу оставить после себя. И, так как у меня нет наследника, мне некому отдать мою компанию.       — Оби, если проблема в этом, есть большое количество фондов, которые разбираются с подобными делами. Если ты хочешь, я бы мог... — он был прерван жестом Штейна.       Тот вздохнул глубоко и продолжил:       — На старости лет ко мне в штат пришел мелкий настырный пацан, который явно был подослан от своего отца, следить за компетентностью в выполнении нашего договора,— хмыкнул Штейн.       Питер сглотнул.       — Но, это был лишь первый взгляд. Копнув глубже, я увидел кое-что интересное.       Питер вжался в кресло, уже не скрывая своей паники: “Неужели раскрыл?! Но как?! Нужно было вести себя осторожнее!”       — Я увидел подающего надежды юношу, который был похож на меня самого в молодости. Я увидел в нем себя и подумал, а почему бы не попробовать довериться кому-то? Возможно, именно этот парень поймет, как я думаю, чем я живу, куда смотрю и куда двигаюсь. И я не прогадал, Питер. Ты... ты стал мне самым близким человеком, что когда-либо был в моей жизни...       Он замолчал. Питер шумно сглотнул:       — Оби, я... это очень теплые слова, — в смятении выдавил из себя он. Сейчас Питер чувствовал себя последней швалью, предателем, что так играючи ворвался в чужую жизнь, чтобы ее уничтожить. И, если так подумать, чем он в действительности отличается от Штейна?       — Но это не самое главное, Питер. Самое главное то, что... будь у меня сын, я бы хотел, чтобы он был похож на тебя, — из его глаз брызнули слезы. Из глаз Питера тоже. Но, в отличие от честности Штейна, Питер ощутил себя ничтожеством. Как он посмел? Как у него руки только поднялись?       — И именно поэтому, Питер, я решил оставить завещание.       Прозвучавшее кувалдой ударило по юной голове. Питер сразу понял, о чем речь. Его просто оглушило этой новостью, он едва смог расслышать завершение монолога:       — И наследником я решил сделать тебя.       Столько времени подготовки, столько информации, зацепок, компромата, — столько всего было сделано ради одного единственного момента: уничтожить Штейна вместе со всем его бизнесом. Он уже закончил сбор данных и теперь подошел к моменту плавного сливания информации блоггерам и мелким журналистам. Но этот шаг Обадаи! Он делал Питера сообщником! А это отразится на компании Паркеров и тогда... он даже думать об этом не хотел.       — Оби, одумайся! Я еще слишком молод. Ты плохо знаешь меня, чтобы делать такой ответственный шаг! Да и эта ситуация. Ты просто попал под эффект подвесного моста. Нужно время, чтобы все обдумать!       — Эти слова, — с улыбкой ответил Штейн, — доказательство того, что я сделал правильный выбор. Пойми, Питер, мне немного осталось. А даже если и много, я успею передумать, может быть даже завести детей и переписать завещание. Но сейчас я вижу в тебе моего наследника. Я понимаю, что может быть тебе будет тяжело вести две компании, но я уже составил несколько планов по дальнейшему сотрудничеству. Возможно, в будущем им удастся объединиться под твоим началом. Как ты на это смотришь?       Питер схватился за волосы. Он не скрывал свою панику, потому что уже просто не мог. Впрочем, его поведение пока что было в рамках его образа, так что он не особо сдерживал себя.       — Ты сошел с ума, Оби! Я не потяну! Я ведь еще ребенок!       “Ты идиот, Штейн! Как ты умудрился так подставить все мои планы одним единственным необдуманным документом?!”       — Никто и не заставляет тебя начинать прямо сейчас, — тепло улыбнулся Обадая, — все просто Питер. Мы продолжим наше общение как обычно, ты будешь учиться, расти рядом со мной. Я ведь буду здесь столько, сколько понадобится. — Он улыбнулся Питеру.       “Блядь, только не это! Плевать на ревность Старка, я сам себя придушу, если придется еще хоть одну ночь провести с тобой!”       — Это... этого слишком много, Оби, — честно ответил Питер. — Я еще не успел отойти от... Старка, — ловко ввернул он выходку с поимкой Тони, — а тут такое. Мне же еще нужно будет отца предупредить! Я без понятия, как он к этому отнесется! Боже...       — Я понимаю, Питер. Поэтому не тороплю. Ты можешь взять несколько отгулов, чтобы привести мысли в порядок. Доделать дела со Старком, если еще не успел. Оставь бизнес младшим ассистентам. Да и мне пора возвращаться, а то совсем что-то скис тут.       Питер кивнул, не глядя на него.       — И, если тебе понадобится мое общество или совет... — намекнул Штейн.       — При всем моем уважении, Оби, я... мне нужно побыть одному, — сразу отвертелся Питер.       — Хорошо, — не стал настаивать тот. — Если что-то изменится, дай знать. Я всегда найду свободный вечер для тебя.       Питер встал, готовый уйти. Обадая снова полез с объятьями. Впервые, наверное, Питер обнял его без отвращения. Это было без чувств в принципе, будто обнял огромный мешок. И, надо сказать, ему немного полегчало. Как морально, так и физически.       Покинув кабинет Штейна, Питер отправился обратно в загородный дом.              Зайдя в дом, он с грохотом закрыл входную дверь и... оторвал нафиг ручку. Давно с ним такого не происходило.       — Так, стоп, я же запирал дверь! — кинувшись в гостиную, крикнул он.       Но, в гостиной его ждал немного другой сюрприз, нежели успел придумать его воспаленный мозг.       На диване сидели двое. Оба они, не сдерживая эмоций, кричали, тыкая пальцами в экран. Один из них был завернутым на манер тоги в полотенце Тони Старком. А вот второй...       — Мей? — удивился Питер.       — О, Питер? Привет, дорогой. Ты уже вернулся?       — Штейн дал мне несколько отгулов, — сразу ответил тот. — А вы...       — Пит, у тебя просто нереальная тетушка! Она, должно быть, ваше семейное достояние, — не скупился на комплименты Старк.       — Что вы тут делаете?       Мей коротко пересказала ему историю их с Тони знакомства, после чего предложила присоединиться к просмотру сериала.       — Я не могу, — взяв с подноса какую-то закуску, пробубнил тот. — Штейн порушил все мои планы, и теперь мне нужно думать, как сделать все снова хорошо.       — А что, собственно, случилось? — ненавязчиво поинтересовалась она, подвигая поднос ближе.       Племянник, попавшись на приманку, устроился в соседнем кресле, схватил закуску и расстроено вздохнул. Он глянул на Тони, взгляд того был мрачным и сосредоточенным.       — Он... черт, Тони, не смотри на меня так, пожалуйста. Я и так чувствую себя куском дерьма.       Но от этой реплики плечи последнего напряглись лишь сильнее.       — Он, в общем... он решил сделать меня наследником своей компании, — спрятавшись в руках, ответил Питер.       Мей присвистнула. Тони хмуро отвернулся в сторону.       — Так, ладно, я уже поняла, что это немного не мое дело, так что, — она собралась встать с дивана и по-тихому уйти, но ее руку перехватил Старк, почти насильно заставив остаться. Та удивленно уставилась на него.       — Чтобы не пришлось потом получать по голове, — пояснил он. — Ты и так в курсе нашей ситуации больше, чем мы сами, так что будешь парламентером.       Питер с интересом глянул на этих двоих и хмыкнул.       — Л-ладно, — несмело ответила та.       — С чего начнем? — уточнил Питер, ожидая то ли разрешения, то ли запрета на рассказ о его прошлом.       — У меня со Штейном сложные отношения, — вместо ответа произнес Тони для Мей. — Если говорить просто, он убил мою семью и пасет меня, ликвидируя всех, кто мог бы моей семьей стать.       Мей нахмурилась, кивнула. Затем кивнула еще раз. Потом ее брови взлетели вверх. Она посмотрела на Тони, потом на Питера, потом снова зло зыркнула на Тони:       — Надо было бить сильнее, — зло прошипела она, вызвав смешок Питера. — Ладно, хорошо. В чем был твой план, я примерно представляю. Ты хотел утопить его компанию?       — Да, — просто ответил Питер. Тони доверился им, не особо разбираясь в корпоративных дрязгах.       — А теперь он подставил тебя и всех Паркеров, прикрыв тылы.       — Да.       — Хм, — задумчиво потерла подбородок Мей. — Ну, я вижу несколько вариантов, но... — она оглядела их, — учитывая ваши отношения, полагаю, вы не будете терпеть девять месяцев прежде, чем случайная девушка выносит ему ребенка.       — Нет, — хором ответили они.       — Честно говоря, я бы не хотел терпеть вообще. Я не уверен в своих актерских способностях теперь, когда Тони вернулся.       — Я просто сделаю вид, что не слышала этого, — отмахнулась Мей, хотя беспокойство явно проскочило на ее лице. Тони тоже старался не думать о том, в какие именно игры Питер играет со Штейном, но его ревность скрипела его же зубами.       — Тогда у нас остается только один вариант.       — Какой? — подобрался Питер.       — Если убивать его нельзя, нужно сделать его неспособным управлять компанией.       — Довести его до подобных телесных повреждений и при этом не убить будет довольно сложно, — нахмурился Тони.       — И я снова сделаю вид, что не слышала этого, — округлила глаза она. — Я предлагала просто свести его с ума. Ну или доказать комиссии, что он не способен управлять компанией ввиду психических проблем.       — Как? — уточнил заинтересованный Питер.       — Для этого нам нужен один труп.       Глаза Питера поползли на лоб, в то время как Тони нахмурился, но затем одобрительно ухмыльнулся.