Blue Holidays

POV Чан       В последнее время я чувствую себя неловко по отношению к Чонину. В смысле, конечно, мы встречаемся, и это нормально иногда смущаться из-за своих или его действий, а учитывая, что нас не двое, как в нормальных отношениях, а трое, этих чувств ещё больше.       Мы с Уджином одногодки, тем более самые старшие в группе, поэтому мы кажемся более смелыми, а Чонина усердно втаскиваем в наши объятия и дарим ему всю нашу любовь. В общем, да, мои мысли сейчас полностью сбиты с толку и я не могу нормально думать, потому что всё происходит в очередной раз.       Это вечер до ужина, так как наконец-то не наша очередь, поэтому мы с Уджином решили немного поразвлечься на наших сдвинутых кроватях.       Я снова и снова провожу полоску из поцелуев от его шеи к уху, не забывая шептать ему о том, насколько он мягкий и податливый сейчас подо мной, пока я медленно, но полностью вхожу и выхожу из него. Уджин сдавленно постанывает, сжимая между зубами подушку, чтобы не наделать лишнего шума. Мои руки осторожно ласкают его соски, что достаточно трудно делать тогда, когда он почти прижат мной к поверхности постели, которая уже просто намокла от наших стараний. - Уджини~, я не очень люблю, когда ты сдерживаешься, - напоминаю я, проводя кончиком языка по кромке уха и втягивая мочку в рот. - Я тоже, - выдыхает он в ответ, наконец-то отрываясь от подушки.       Эти два коротких слова заставляют меня сильнее толкнуться в него, потому что он прав. Толчок, толчок... Я немного приподнимаю его, перехватывая за талию и раздвигая его ноги пошире. Теперь он упирается лбом в свои руки, дышать стало немного легче и сложнее одновременно, потому что, как он и просил, я ускоряюсь, стараюсь попадать по комочку нервов, мне это удаётся, и я слышу в благодарность стоны, громкость которых усиливается вместе с моими движениями. Уджин же двигается мне навстречу, глубже насаживаясь и прогибаясь в спине, по которой я не забываю пройтись губами и зубами, оставляя красные метки за собой. Я знаю, что мы оба уже близки, потому что длится это всё уже отнюдь не десять минут, и уже ощущаю, как Уджина подо мной потряхивает, когда я немного меняю направление и обхватываю рукой его член, надрачивая в такт нашим движениям.       За этим всем мы не смогли услышать приближающиеся шаги к нашей комнате, поэтому, когда дверь открывается, и весёлый голос младшего распространяется громким "Чан-хён, Уджин-хён!", Ким резко изливается мне в руку, а я просто на мгновение представляю как мы выглядим со стороны, и мне как бы становится неловко, но и это же меня заставляет бурно кончить в Уджина. - Чёрт, Чонин, прости! - выпаливаю я и стараюсь укрыть наши голые с хёном тела хотя бы по пояс.       Честно говоря, ощущение не из приятных. Голова ещё немного кружится от только что прошедшего оргазма, а я смущённо перевожу взгляд с одного парня на другого. Такое чувство, будто ребёнок застукал своих родителей в их комнате за чем-то непристойным. Нет, на самом деле так и есть, но ведь и он наш парень тоже, вот только с ним у нас ещё ничего не было, ни поодиночке, ни тем более втроём. - Кхе, я наверное не вовремя... - бубнит Ян, но всё равно проходит к нам, закрывая за собой дверь. - Я вообще-то поговорить пришёл. - О чём, малыш? - заботливо спрашивает Уджин, притягивая того к себе и скрывая в своих медвежьих объятиях. - Ну, судя по всему, как раз об этом. - Что ты имеешь в виду? - недоумеваю я.       Чонин заливается красной краской, осматривая наши наполовину оголённые тела, но взгляда не отводит - всё-таки не первый день встречаемся, и хотя бы наполовину голых он нас уже видел точно. - Мы ведь уже не первый раз попадаем в такую ситуацию... Точнее "вы", а не "мы", - ровным голосом говорит макнэ, но я слышу хорошо скрываемые нотки обиды. - Почему каждый раз я застукиваю вас за этим вдвоём? Разве мы не вместе встречаемся? Я чувствую себя третьим-лишним, хотя вы всегда говорите, что любите меня. - Погоди, малыш, - прерываю я его, пока у этого ребёнка не начался приступ слёз, которого мы с хёном так боимся. - Мы ведь правда тебя любим, так, Уджин? - Ага, - он подтверждающе целует Яна в макушку. - И я никогда не скажу, что ты у нас "третий-лишний". А то, что... Ну... - я пытаюсь подобрать более подходящие слова. - То, что ты не участвуешь в сексе, этому есть оправдание. - И какое же? - Возраст, - отвечает Уджин. - Ты всё же ещё маловат для этого. - Маловат? - Чонин резко отпрянул от хёна и смерил нас обоих холодным взглядом. - У нас разница всего... - В четыре года, - говорю я. - Это довольно много. - Я уже взрослый, - отчеканил он. - То, что вы самые старшие, не даёт вам права решать за меня и мои желания. - Эни, - успокаивающе зовёт Ким, нежно поглаживая того по спине. - Никто за тебя не решал, мы просто переживаем за нашего лисёнка. - Но вы даже не спросили меня. - Тогда, если ещё не поздно, - я легко улыбаюсь и двигаюсь к своим парням. - Ты хочешь нас?       Чонин насуплено кивает, а мы с Уджином озабоченно переглядываемся, безмолвно принимая решение. - Хорошо, мы можем попробовать, - серьёзно говорю я, обнимая обоих. - Но если хоть что-нибудь будет не так, ты должен будешь нас остановить, понял? - Да, хён. - Только давайте не сейчас, - просит Уджин и ёрзает, напоминая о недавно завершённом половом акте, а я хихикаю и прижимаюсь губами к щёчке младшего.       Ужин проходит в привычной уютной тишине, потому что все наконец-то разбиты по милым парочкам и редко отводят друг от друга взгляд. Я очень рад видеть Феликса, находящегося в бережных объятиях Чанбина. Раньше я так цеплялся за него и был готов накостылять Со за любое его неверное движение в сторону австралийца, но после того, как мы с этим веснушчатым пареньком официально расстались, у меня на душе заметно полегчало и теперь моя совесть чиста перед всеми. А с Чанбином мы стали ещё дружнее, даже чем во времена стажёрства.       Возвращаясь в комнату, я ожидал, что Чонин как обычно последует за нами, но он сказал, что зайдёт позже ночью. Нам даже не нужно объяснять, зачем он придёт, поэтому мы киваем, оставляем любящие поцелуи на его матовых щеках, и уходим к себе.       Я сижу на своей половине кровати и пытаюсь собрать мысли в кучку, продумать хоть что-то, что может облегчить учесть нашего ребёнка, ведь его нетерпеливость заставляет действовать нас втроём, что будет явно сложнее. Мне даже представить это трудно, но, если Ян не откажется, то мы с Уджином точно сообразим, что и как лучше сделать. - Чан, ты уверен, что мы поступаем правильно? - неуверенно спрашивает Ким, устраиваясь поудобнее у меня на ногах. - Разве ему не слишком рано? - Рано, Уджини, но разве мы можем ему отказать? Лично я не смогу выдержать порцию его слёз, поэтому скорее поимею его, чем вот это вот... - Может попробовать ему всё-таки сказать, чтобы хотя бы годик потерпел? - Годик? - я усмехаюсь. - Боюсь, что тут уже мы с тобой не выдержим, глядя на это очаровательное, чистое и невинное тело. - Тут ты, конечно, прав. Но ему будет больно. Я по себе знаю. - Не сомневаюсь. Если хочешь, то с ним можешь быть в роли актива. Думаю, ты будешь намного аккуратнее и нежнее меня. - У меня не так много опыта, но я попробую. Это странно, да? - Точно, - киваю я. - Я, конечно, люблю экспериментировать, но это будет для меня слишком необычно. - Феликс любил игрушки? - Ему приходилось их любить. - А нам ещё предстоит только, да? - Только в том случае, если вы сами этого захотите, - строго говорю я, а Уджин понятливо кивает.       Мы убиваем время за бессмысленными разговорами обо всём, кроме работы и возвращения домой. Мне слишком не хочется возвращаться во всю эту суету, к бессонным ночам по причине работы.       Чонин заявляется уже после полуночи, когда, по его словам, уже все спят, в чём я очень сомневаюсь, зная наш притон. Честно говоря, мы уже было подумали, что он всё же струсил и решил отказаться от своей идеи, но вероятно мы ошиблись. Это подтвердилось и тогда, когда я обратил внимание на то, что он зашёл к нам в одних трусах.       Я нервно смотрю на Уджина, который пытается спрятать своё желание за доброй улыбкой, но нервное сглатывание его выдаёт, однако я его не осуждаю, потому что сам сейчас приблизительно в той же ситуации.       Мраморное загорелое тело нашего Эни просто не может не притягивать к себе взгляд. У него прекрасно сложенная фигура, которая перестаёт быть подростковой. И неплохо заметно то, что в последнее время он начал заниматься физическими упражнениями помимо танцев. Его волосы мило растрёпаны, что означает лишь одно - он очень нервничал перед тем, как прийти сюда. Но даже эта "милость" не в силах оторвать меня от созерцания идеального тела парня. - Эни, - выдыхает Уджин и тянет к нему руки.       Тот, смущённо улыбаясь, проходит к нам и усаживается на край кровати рядом с нами. Я уже ощущаю тяжесть где-то внизу и напряжение в паху, перевожу взгляд на Уджина и натыкаюсь на бугорок в его шортах, под которыми уже по привычке нет белья. От этого я завожусь ещё сильнее. - Я готов, - тяжело выдыхает Чонин и поочерёдно смотрит на нас. - Уверен? - Да. Я хочу вас обоих.       Я едва не взвыл от этого заявления, припадая губами к шее младшего. Он дёргается от такой внезапности, но не отстраняется, хотя ему и некуда, ведь с другой стороны его держит Ким, который нежно целует губы младшего. Я не отрываюсь от своего занятия и продолжаю наблюдать за их поцелуем, потому что он нереально завораживает и хочется целовать их двоих одновременно, но сегодня нам с Уджином следует уделить больше внимания Яну, который прикрыл глазки и своими большими руками прижимает нас к себе. - Если что будет не так, сразу говори, и мы прекратим, - ещё раз напоминаю я, и Чонин коротко кивает, не отрываясь от губ старшего.       Мы с Уджином не привыкли к долгим предварительным ласкам, поэтому я немного мешкаюсь и не знаю, что лучше делать, тогда просто пускаю свои руки хаотично блуждать по его телу. Иногда я сталкиваюсь с руками Кима, переплетаю наши пальцы, снова отпускаю и продолжаю свой путь изучения тела младшего. Потом, когда я снова натыкаюсь на руку Уджина где-то в области груди нашего парня, я беру его пальцы и тяну их к бусинке напрягшегося соска. Мы принимаемся гладить и щекотать, переходя с одного соска на другой, ощущаем, как Чонин прогибается в спине, то желая ещё, то желая спрятаться. В какой-то момент, когда мы начали уже немного заигрываться, Ким кладёт руку мне на плечо и заставляет спуститься с кровати на пол. Можно даже не спрашивать его зачем, ибо тут и так всё понятно. Поэтому я нехотя отрываюсь от покрывания Яна поцелуями и присаживаюсь на ковёр перед ногами парня, осторожно беру его за колени и легко развожу их немного в стороны. Малой немного встрепенулся, и я понял, что вышло всё-таки резковато, поэтому в качестве извинения, я провожу ладонью по его бедру и опускаю руку на аккуратный член, через трусы немного поглаживаю его и чувствую как он напрягается под моей рукой.       Дыхание младшего заметно сбилось, а это верный знак для того, что можно действовать дальше. Я пытаюсь послать Уджину взгляд, но он просто продолжает целовать Чонина с закрытыми глазами. - Уджини, - зову я.       Он отстраняется, смотрит на меня, кивает и приподнимает младшего над кроватью, позволяя мне стянуть с того боксеры. А Ким в это время немного перемещается и усаживается за его спиной и накрывает глаза ладонью. - Не бойся, - шепчет он, целуя плечи и спину, а свободной рукой продолжил поглаживать живот и грудь, немного дразня, цепляя коготками соски.       Тем временем я склоняюсь к паху Чонина, провожу языком по стволу и слежу за реакцией младшего, который судорожно вздыхает, но молчит. Что ж, теперь я просто обязан услышать его стоны, уверен, это такой же рай для ушей, как и стоны Уджина, а вместе они будут звучать лучше любого дуэта. Я снова провожу языком вдоль всего члена, а потом накрываю головку губами, немного посасываю и вот тогда я слышу тихий всхлип, сосу немного усерднее, подключаю язык и... - Аааах... - Да, - выдыхает следом Уджин, который, видимо, разделяет моё впечатление от этого идеального звука.       Итак, пора подарить этому мальчику настоящий рай, или же это для него будет немного мучением, я не знаю, но он должен познакомиться с моими навыками. Исходя из этих мыслей, я полностью вбираю в себя его член и просто немного вожу губами у основания. Ответ на мои действия не заставляет себя ждать, и я снова слышу этот дивный стон, а вместе с ним довольный выдох Кима. Я принимаюсь медленно двигать головой, плотно удерживая во рту плоть, водя по ней язычком. Не спешу ускоряться, поэтому отстраняюсь, жадно слизываю смазку, обильно сочащуюся по члену вместе с моей слюной. Он такой приятный на вкус. Снова припадаю к возбуждению и ускоряюсь, поднимаю свой взгляд наверх, чтобы увидеть то, отчего у меня начинает кружиться голова.       Чонин сидит обвитый руками Уджина с широко открытым ртом, пытаясь поймать в себя побольше воздуха. Его язык проходится по немного подсушенным губам, и от этого я немного сдавливаю его плоть в своём рту, а Ян снова стонет, запрокидывая голову назад на плечо Уджина. Я жадно смотрю на старшего, а тот на меня, и я вижу в его глазах пламя желания, которое заставляет меня работать немного усерднее. Ким восторженно следит за моими действиями и едва сам не стонет. Могу поспорить, он бы сейчас многое отдал, чтобы почувствовать мои губы на своём крепко стоящем члене. Но я могу сделать для него одолжение.       Моя рука проскальзывает между телами парней и наконец находит нужный бугорок. Я чувствую мокрое пятно на том месте и улыбаюсь уголками губ. Уджин смотрит на меня с ужасом и восторгом, а когда я пробираюсь под резинку его шорт и крепко сжимаю его член, он громко стонет прямо над ухом Чонина. Тот пугливо дёргается, но я вновь прохожусь язычком по его головке и он отклоняется обратно. Теперь я могу слышать сплетение стонов, и едва сам не скулю, потому что ощущаю напряжённую боль возбуждения, однако ещё несколько минут этих идеальных звуков, и я кончу даже не касаясь себя. Так и случается, потому что я активно двигаю головой, член Чонина начинает подёргиваться, а я крепче обхватываю его, и когда он кончает, я полностью всё проглатываю и чувствую, как намокают шорты от моей же спермы.       Глаза Уджина продолжают гореть желанием, и я его прекрасно понимаю, поэтому киваю ему, мысленно говоря переместить Чонина, что он и делает. Ян теперь лежит поперёк кровати, согнув ноги в коленях и тяжело дыша. - Эни, малыш, всё в порядке? - почти одновременно спрашиваем мы с Уджином, наблюдая как по его лицу стекают капельки пота. - Да, прошу, продолжайте, и всё ещё хочу вас, - слабо произносит он, а я убеждаюсь в его словах, когда замечаю, что его член снова принимает вертикальное положение. - Может быть немного больно, - предупреждает Уджин, крутя в руках небольшую бутылочку с остатками сладко пахнущей смазки и присаживаясь на колени между его ногами. - Хорошо.       Я завороженно наблюдаю за действиями старшего, который выплёскивает на ладонь немного больше субстанции, чем нужно, растирает и подносит руку к заднице младшего. Сидя на полу, мне открывается прекрасный вид, поэтому, когда Уджин проталкивает один палец внутрь Яна, я просто захлёбываюсь собственными слюнями и остатками спермы. Он немного шевелит рукой, вытаскивает палец и пропихивает его снова. Я не удерживаюсь и тоже тянусь рукой к дырочке Чонина. Ким одобрительно хмыкает, предварительно проводит по моей руке, делясь смазкой, а потом сдвигает палец в сторону, пропуская мой. Ян немного пищит, но подаётся, немного насаживаясь. Мы синхронно двигаем руками, раздвигая стенки ануса и растягивая податливый проход, а потом одновременно добавляем ещё по пальцу, и с губ Чонина срывается хрип, но мы достигаем простаты, давим на неё в четыре пальца, малой громко-громко стонет, сразу же стараясь сильнее податься на нас. - Ещё, ещё, хочу ещё...       Мы с Уджином похотливо переглядываемся и ускоряем движение рук, углубляя и ещё сильнее растягивая. Меня удивляет тот факт, что в Чонине уже четыре пальца, но я не сомневаюсь, что может поместиться ещё, если постараться, но не в этот раз. Убираем пальцы, и Ким пристраивается, подставляя и пропихивая головку сразу внутрь, чтобы младший не успел запаниковать. Я наклоняюсь к Яну и сладко целую его в губы. - Ты так прекрасен, малыш, - шепчу я, водя ладонью по его корпусу, а тот прогибается, и я понимаю, что Уджин полностью вошёл в него.       Голос нашего лисёнка заполняет комнату, да и наверное другие ребята тоже это могут слышать, но как-то всё равно. Я опускаюсь на колени рядом с Уджином и прижимаюсь к его губам, а он тут же принимается истязать мои, кусая и обсасывая. Одна моя рука обнимает старшего за талию, а второй я приспускаю шорты и начинаю движение по своему члену, который второй раз за эту ночь болезненно напряжён благодаря двум парням. Уджин двигается в Чонине, а я подхватываю ритм и двигаю рукой вместе с ними. - Хён... Хён... - стонет Эни, но мы даже не пытаемся понять, кого именно он зовёт, так как слишком увлечены происходящим.       В один момент просто сливаются три стонущих голоса, и кажется, что кровати под нами сейчас не просто разъедутся в разные стороны, но и просто повалятся от такого напора. Судя по звуку биения спинки кровати о стену, про нашу ночь точно знает весь первый этаж, поэтому я перестаю удерживать Уджина своими губами и позволяю ему стонать в голос. Я оставляю несколько засосов на нежной коже своего медвежонка, открываю глаза и смотрю, стараюсь запомнить, как Ким берёт нашего младшего, чем подливаю масло в огонь. - Уджини~, - тяну я ему на ухо. - Я хочу как-нибудь почувствовать тебя в себе.       Тут он задыхается, потому что не на одного меня это всё так действует. Он спешно выходит из кончающего Чонина, чей стон смешивается с Уджином, который изливается вместе со мной на бёдра и живот младшего. Я торопливо хватаю с ближайшей тумбочки полотенце и вытираю лисёнка, который лежит с закрытыми глазами и пытается выровнять дыхание.       Пока мы с хёном мотались вокруг да около, наш малыш умудряется уснуть. Я с довольной улыбкой смотрю на Уджина, который выглядит уставшим, но счастливым. Мы стараемся поправить постель насколько это вообще возможно, а потом выключаем свет и ложимся по обе стороны от Яна, притягиваем его к себе, устраивая тройные обнимашки. Я прижимаюсь губами к щеке Уджина, а он целует меня в ответ. - Что ты думаешь об этом? - тихо спрашиваю я, чтобы не разбудить Яна. - Я думал, что схожу с ума, но это было приятное сумасшествие. - Так и было. - Всегда хотел увидеть со стороны как ты сосёшь. - И как впечатления? - Спрашиваешь ещё... Ты выглядишь так сексуально и пошло в этот момент, что хочется просто... - У тебя будет такая возможность, - смеюсь я, укладывая голову на его плече. - Надеюсь, потому что больше я не выдержу такого зрелища. - Тебе придётся и ещё не раз. - Я знаю, - смиренно выдыхает он. - Как же я вас обоих люблю. - И я тоже. - Не жалеешь? - Нет. И никогда не пожалею. Это всё того стоит.