Полудрём

Туманов вошёл в спальню и с замиранием сердца уставился на Зингера. Тот лежал на кровати и листал газету, мягкий свет ночника падал на его лицо и руки. На Эрике не было ничего, кроме белья, и Игорь мог всласть налюбоваться красивым телом любимого. — Всё в порядке? — мягко спросил Зингер, замечая Туманова. Тот закусил нижнюю губу и кивнул, а после подошёл к кровати и сел на край. Не удержавшись, он наклонился и начал касаться губами щиколоток Эрика. Тот судорожно выдохнул и зашуршал газетой, откладывая её в сторону. Туманов целовал ноги Зингера с благоговением, не скрывая своего восхищения, то поднимаясь выше колен, то спускаясь к ступням. «Немец» был возбуждён и потирал свой член сквозь ткань трусов. Наконец, не выдержав сладкого томления, он приспустил их, и на свет показался большой член с влажной головкой. Туманов потянулся к нему губами и начал покрывать лёгкими поцелуями по всей длине, из-за чего орган слегка покачивался. — Сядь на него, — хрипло попросил Зингер. Игорь провёл языком по вздутой вене и, услышав сладкий стон любимого, поспешно стянул с себя пижамные штаны. Оседлав Эрика, Туманова упёрся одной рукой в его грудь, вторую завёл назад, и, взяв член у основания, начал насаживаться на него. Смазки было так много, что это облегчило проникновение. Ощущая, как растягиваются внутренние стенки, Игорь откинул голову назад и продолжил насаживаться на орган. Сев целиком, он содрогнулся и протяжно застонал. Эрику было слишком узко, горячо и оттого крышесносно. Крепко сжав бёдра Тумана, он начал делать резкие толчки, порыкивая от возбуждения. Игорь упёрся влажными ладонями в грудь любовника и начал двигаться на члене, ускоряясь. Кровать тряслась, спинка билась о стену, Туманов ощущал, что оргазм будет очень сильным и, приоткрыв рот, скакал на члене, что таранил его изнутри. Не выдержав такого темпа, спустя какое-то время Зингер замер, его лицо свело судорогой оргазма, каждый мускул тела напрягся. Пару секунд спустя, тихо рыча сквозь стиснутые зубы, он выстреливал спермой в воспалённую дырку Туманова, сжимая его бёдра так сильно, что там наверняка останутся синяки. Ощутив в себе семя Зингера, Игорь забился в конвульсиях оргазма и точно упал бы, если бы «немец» не удерживал его. Разбрызгивая сперму, он закатил глаза и находился вне времени и пространства. А потом, когда член уже покинул его анус, Туманов лежал на Эрике и дрожал от сладострастного соития, не в силах прийти в себя. Зингер поглаживал его по удлинённым волосам изящными горячими пальцами и касался губами виска.

***

Через несколько дней Эрик и Игорь поженились. Они отметили это важное событие скромно, в кафе, только вдвоём, поскольку решили, что на этом празднике не должно быть посторонних. Кольцо, блестевшее на пальце, стало для Туманова самым дорогим предметом из всех, что он имел. Мужчины решили, что отметят медовый месяц летом, пока что ехать было особо некуда, всё же, на дворе была осень. Осенью лучше всего укутаться в плед и отсыпаться, в перерывах между сном попивая чай или какао. Возвращаясь домой из магазина, Туманов вдруг увидел крупного тёмного пса. Из-за тумана, царящего в Ленинграде, он не сразу рассмотрел, что это немецкая овчарка. Пёс блестел ярко-голубыми глазами и внимательно смотрел на Игоря, и было в нём что-то такое, что настораживало и даже отталкивало, а ведь Туманов любил животных. Решив не тратить время на глупую мнительность, Игорь продолжил свой путь. Подходя к подъезду, он обернулся и увидел, что пёс следует за ним. Он остановился вместе с Тумановым и склонил голову набок. — Ты есть хочешь? Ну ладно, держи, — сказал блондин и достал из пакета сардельку. Бросив её псу, мужчина стал наблюдать, как тот жуёт. Зверь не походил на голодного и, казалось, ел больше из вежливости. — Спасибо, — произнёс пёс, облизываясь. — Пожалуйста, — кивнул Туманов и отвернулся, чтобы уйти, как вдруг осознал, что с ним говорит животное! Ошеломлённо обернувшись, он во все глаза уставился на пса. — Тебе что-то не нравится? — поинтересовался тот. — Ты… говорящая собака? — тупо спросил Туман. — Я не собака, а пёс, — с обидой в голосе ответило животное. — И, вообще, у меня есть имя. Клык. — А я… Игорь. Приятно познакомиться, — сморгнув, с трудом произнёс Туманов. — Меня почти никто не видит. А ты не такой, как они. — Хочешь сказать, что ты тоже призрак? — А то нет, — ухмыльнулся Клык. — И откуда вы все только берётесь, — пробормотал Туманов. — Ладно, ещё увидимся. Мне пора, — приподняв лапу в знак прощания, пёс развернулся и убежал, скрываясь в пелене тумана. Вернувшись домой, Игорь сварил кофе, а после сидел у окна и поглощал его вместе с зефиром. За окнами темнело, становилось ещё более мрачно и неуютно. Туман был таким густым, что напоминал сметану — белый, плотный, непроглядный. Вскоре мужчина поймал себя на мысли, что не видит дома напротив, деревья, двор. На его памяти такого тумана ещё никогда не было. И вдруг тишину нарушил звонок в дверь. Игорь встрепенулся и, чуть не выронив чашку, пошёл открывать. Пришедшим оказался Тимофей. — Я хочу показать тебе кое-что, — сказал он вместо приветствия. — Не знаю, что это такое, но это чертовски жутко! — Л-ладно, идём, — взяв джинсовую куртку с белым воротником и такой же подкладкой, Игорь торопливо натянул её и пошёл следом за призраком. Они миновали несколько дворов и оказались напротив старого дома, который был в таком запущенном состоянии, что мог показаться заброшенным, но нет — в нём ещё жили. Рассматривая убогие грязные стены и обветшалую крышу, Туманов пытался понять, зачем Тимофей притащил его сюда. Ну старый дом. И что? Сколько их таких в Ленинграде… — Этим домом завладели тёмные силы. Неужели ты не чувствуешь? — Если честно, нет. — Коснись стены. Туманов сдержал вздох и, подойдя к зданию, положил ладони на шершавую стену. Но нет, никаких видений, никакого ощущения присутствия потусторонних сил. Игорь выразительно посмотрел на призрака: — Тебе всё показалось.  — Да нет же. Я точно знаю, что тут есть зло, я сам чувствовал его. Но пока ходил за тобой, всё исчезло. Странно, — Тимофей казался не на шутку озадаченным. — Пошли отсюда. Они уже пересекали двор, как Туманов ощутил приближение тёмной энергии. Она была настолько сильной, что Игорь остановился и зажмурился. — Ты чувствуешь это? Тоже? Ну я же говорил! — чуть ли не ликующе воскликнул призрак. — Но ведь это… — пробормотал Туманов и открыл глаза, осматриваясь. — Это не из дома. Энергия передвигается, не стоит на месте… Игорь бросился в пелену тумана, преследуя пока что невидимый источник потусторонней энергии. Шаг, ещё один, туман стал только гуще, воздух удушливее… И вот мужчина схватил за плечо какого-то человека, но тут же одёрнул руку, ибо его чуть не парализовало. Старуха медленно повернула голову и посмотрела на блондина странным взглядом, полным отстранённой тоски. — Бабушка, вы что делаете? — выпалил Игорь, тяжело дыша. — Мусор выносила, — ухмыльнулась та и внимательно осмотрела Туманова. У неё были большие тёмные глаза, похожие на чернослив. — А ты с какой целью интересуешься? — На вас какое-то… проклятие. Кто мог вас проклясть? — с трудом ответил Игорь, переводя дух. Он и не заметил, что рядом уже какое-то время стоял Тимофей. — Стара я для проклятий, внучок. Шёл бы ты домой, не мешал старушке, — равнодушно ответила та и хотела продолжить путь, но Туманов преградил ей путь. — Подождите. Как вас зовут? — Анна Яковлевна. Мне милицию позвать? — насупилась старуха. — Я чувствую, что на вас проклятие, — да, Туманов был уверен, что имеет дело именно с проклятием. — Если вы не избавитесь от него, то пострадаете не только вы, но и другие невинные люди. — Шёл бы ты отсюдова, не морочил бабушке голову! — раздражённо воскликнула Анна Яковлевна и, грубо отпихнув Туманова, направилась в сторону дома. Её почти сразу же поглотил кисель сероватого сумрака. — Ну и чёрт с ней, — отмахнулся Игорь и посмотрел на Тимофея. — А ты меньше шатайся по городу, а то и не такое обнаружишь! — Я хотел как лучше, — несколько сконфуженно ответил призрак. — Все мы хотим как лучше, а потом… До мужчин донёсся отчаянный и жуткий вой. Игорь нахмурился и попытался понять, откуда идёт звук. Резко оборвавшись, вой сменился диким лаем. Казалось, лаяла сразу целая стая собак. Туманов побежал на звук, который, как ему казалось, доносится откуда-то слева. Вскоре пелена сумрака рассеялась, и мужчина увидел шестерых чёрных псов. Они окружили немецкую овчарку и по очереди наносили ему удары. Туманов узнал в загнанном своего нового знакомого Клыка. Тот отбивался, как мог, но силы были явно неравны. Засвистев, Игорь схватил с земли палку. Чёрные псы повернули головы, словно по команде. С их клыков стекали слюни, в глазах читалось бешенство. — А ну пошли вон! — крикнул Туманов, надеясь, что эти дикие животные не набросятся на него. Те заметно стушевались и, рыча, побежали врассыпную. Игорь опустил палку и внимательно посмотрел на Клыка. На нём были видны раны. — Спасибо, — устало произнёс пёс. Казалось, он стоит из последних сил. — Ты ранен. Разве призраки могут… — Могут, если их ранили другие призраки, — кивнул стоящий рядом Тимофей. — И что делать? Как лечить? — спросил Туманов, бросив палку. — Никак. Само пройдёт. Просто нужен покой. Пошатнувшись, пёс упал на бок и тяжело задышал. Игорь подошёл к животному и, присев на корточки, осторожно поднял его на руки. Клык был достаточно тяжёлым.

***

— И где он лежит? — спросил Зингер. — Здесь, на подстилке, — указав на коврик, лежащий в коридоре, ответил Туианов. — Пусть он останется у нас, а? — Пусть останется, — подумав, ответил Эрик. — Но я бы хотел на него посмотреть. — Хорошо. Когда он придёт в себя, я попрошу его показаться тебе. И спасибо. — Ты и дня не можешь прожить без приключений, — улыбнулся Эрик. В его голосе было столько нежности, что на душе Игоря сделалось легко и радостно. Он с теплотой посмотрел на своё обручальное кольцо и потёр его указательным пальцем. На следующий день, проснувшись около десяти, Туманов ощутил отвратную головную боль. Небо низко висело над Ленинградом. Серое, мрачное, подавляющее. Туман рассеялся и теперь унылые дворы, голые ветви деревьев и одинокие жёлтые листы на асфальте предстали во всей своей угрюмости. Наступающий ноябрь медленно овладевал городом. Выйдя в коридор, Игорь первым делом подошёл к Клыку. Тот поднял голову и посмотрел на человека довольно осмысленным взглядом. Его раны частично затянулись за ночь. — Ну ты как? — тихо спросил Туманов. — Мне лучше. Спасибо тебе, — в голосе пса звучала искренняя признательность. — Ты можешь остаться у нас. Я договорился с мужем, — на последних словах Игорь с трудом сдержал довольную улыбку. — Правда? О… — прижав уши к голове, Клык посмотрел куда-то в сторону. — Ты не хочешь? Или у тебя есть дом? — Н-нет, не в этом дело. Просто я забыл, что это такое — иметь дом, — на морде Клыка мелькнула грустная улыбка. Игорь медленно протянул руку и погладил животное по голове. Тот настороженно принял ласку, подняв уши. Туманов гладил пса ещё какое-то время, а потом пошёл в ванную. Закончив с водными процедурами, мужчина наспех позавтракал, поскольку помнил, что сегодня у него дежурное посещение психиатра. Махнув псу на прощание, вскоре Игорь покинул квартиру. Перед ним к Василевскому было два человека, поэтому пришлось ждать. Туманов сидел, закинув щиколотку одной ноги на колено второй и жевал жвачку, глядя в окно на стене напротив. Ветер гнул голые деревья, свистел в оконных рамах, срывал рекламные афиши. В смутном перестроечном Ленинграде было холодно и пасмурно, что прекрасно соответствовало тревожной атмосфере, царящей во всей стране. Спустя полчаса Туманов вошёл к кабинет и замер, слыша, как захлопывается дверь за его спиной. Вместо пожилого психиатра Василевского, за столом сидел Роберт Челищев. Игорь подумал, что это галлюцинация и потряс головой, но нет. Черноволосый мужчина сцепил пальцы в замок и смотрел на Туманова непроницаемым взглядом. — Ну садитесь, садитесь, — сказал он ровным голосом. Игорь подошёл к столу и сел на стул для пациента. Положив на столешницу карточку, он исподлобья посмотрел на свою бывшую любовь. — Где Василевский? — Он ушёл на пенсию. Теперь вашим лечащим врачом буду я, — открывая карточку, ответил Челищев. «Надо же, как держится! Делает вид, что не узнаёт меня!» — возмущённо подумал Туманов. От услышанного ему стало так плохо, что захотелось рвать на голове волосы. Теперь. Этот. Будет. Его. Лечить?! Да лучше в петлю! — Сейчас что-нибудь беспокоит? — делая запись в карточке, спросил Роберт. — Нет, — грубо ответил Игорь. — Голоса? — Нет, я же сказал.  — Продолжаете принимать антипсихотик? — Да. В день по одной таблетке, как назначали. — Славно, — Роберт продолжил что-то писать, а Туманов хотел выбежать из кабинета и оказаться как можно дальше от этого места. — В среду будет комиссия. Вы должны пройти тесты, которые я вам выдам, и прийти с заполненными бланками к десяти утра. Челищев закрыл карточку Туманова и достал из верхнего ящика несколько листов. Положив их на стол, он посмотрел в глаза Игоря, который тут же отвёл взгляд. — Если не явитесь, это будет расценено, как нарушение правил. Вас смогут положить на принудительное лечение. Поэтому не проспите и не опаздывайте. Туманов схватил бумажки и выскочил из кабинета, громко хлопая дверью.