Андроид, присланный Киберлайф

— Пятница, — сказал Тони в предрассветную мглу, лежа в кровати, — какое сегодня число? — Двадцать девятое октября, сэр. — Невероятно. Две недели ушло, чтобы устранить последствия аварии… А дело по андроидам так и не сдвинулось с первоначальной точки. Все, что я знаю о Конноре — с его же слов. Черт возьми, и он маринуется здесь, пока меня нет сутками. Он хорошо себя ведет, Пятница? — Как порядочный андроид. — Чудно. Тони перевернулся на другой бок. Ему казалось, что у него образовались пролежни: так ныло все тело, пока он ворочался в кровати без сна. Снотворные он не употреблял, так как их нельзя мешать с алкоголем – что недопустимо для Старка. Этот порочный замкнутый круг он не мог разорвать — или не хотел? Впрочем, рано или поздно он заснет: лишь это утешало. Но не обязательно, что сегодня. — Надоело, — буркнул Старк. — Пятница, готовь лабораторию. — Как пожелаете. Тони направился в ванную. Каждый раз, стоя у зеркала, он рассматривал свои морщины: сеточку вокруг глаз, чуть изрытый лоб, носогубные складки. «Невероятно, — думал он, — обновленные стволовые клетки так медленно убиваются алкоголем». Еще пятнадцать лет назад он замедлил отмирание своих стволовых клеток с помощью микроскопических синтетических телец (которые потом сделали и Киберлайф, но уже для массового потребителя), что также поддерживали его кожу в тонусе. В свои шестьдесят восемь он выглядел на пятьдесят, и, казалось бы, у него оказалось на одну проблему меньше. Но каждый день он бессознательно убивал себя недосыпом, дрянной едой и алкоголем — или сознательно? Сейчас он не хотел об этом думать: он настроился на осмотр Коннора. Выйдя в гостиную, Тони обнаружил андроида смирно сидящим в кресле. — Доброе утро, мистер Старк, — сказал Коннор, чуть улыбнувшись. Тони кивнул в ответ. — Ну что, как тебе две недели безделья? Чем тебя занимала Пятница? — Мы много беседовали. — Коннор встал с кресла. — О, в самом деле? Чудно. Итак, пора заняться делом. Иди за мной. Тони пошел в лабораторию, и Коннор, как бесшумная тень, следовал за ним. — И что же Пятница тебе рассказывала? — О ваших выдающихся достижениях в области физики и робототехники. Об оружии, производимом Старк Индастриз, об экзоскелетах… — Негодяйка! — весело буркнул Тони. — Кажется, ее пора перепрошить… — Я не думала, что вас это так тронет, мистер Старк, ведь это известно всему миру. — Но не Коннору. — Пятница девиантна? — андроид остановился. — Непокорность, не следование вашим указаниям… — Нет, просто она запрограммирована на то, чтобы быть язвой. Я же должен себя как-то развлекать. Тони вошел в лабораторию, и в этот же миг она осветилась десятками ламп с выбеленным или, как говорил он сам, стерильным белым свечением. Тихо зашумели механизмы оживляемой техники, и эти звуки были усладой для ушей Старка. — Пятница, выведи на основную техническую точку стол с анализаторами и инструментарием. Когда из пола вырос стол, а над ним с потолка нависли дисплей и дека, Тони обратился к Коннору: — Сейчас я буду шариться у тебя во внутренностях. Возражения имеются? — Нет, сэр, — послушно ответил андроид. — Пожелания и рекомендации к обновлению программного обеспечения? — Нет, сэр. — В таком случае снимай одежду, деактивируй кожу — я увидел это в рекламе, ты же тоже так умеешь? — и ложись на стол. Желательно перейди в состояние гибернации. — Это обязательная процедура? Гибернация, я имею в виду. — Да, иначе я смогу повредить твои биокомпоненты. Я не сплю сутками, так что могу что-то да и загубить. Заранее приношу извинения. Пальцы Коннора стянули галстук и пробежались по пуговицам на рубашке. Тони увидел очертания уплотнений на торсе андроида, которые замещали ему мышцы и рельеф. «Совсем как человек, — в очередной раз подумал Старк. — Киберлайф сделали все для успешной интеграции андроидов в человеческое общество». Тони уловил себя на мысли, что Коннора сделали весьма привлекательным роботом. Когда Коннор покончил с одеждой, то деактивировал кожу, оголив белоснежный пластик. Андроид, уродливое, безликое нечто, лег на стол. Его темные глаза, столь контрастировавшие с белоснежным лицом, метались, оглядывая все вокруг. Диод на виске замерцал желтым, и Коннор начал беспрерывно моргать. — Что ты делаешь? — спросил Старк. — Отправляю отсчет в Киберлайф о начале исследований, а также создаю резервную копию. — Ладно. Переходи в состояние гибернации. Тони подошел к панели управления. Над Коннором по нажатию кнопки навис сканер, своими лучами проанализировавший его. Вся информация оказалась перед Старком на экране. — Послушный мальчик. Состояние гибернации, сторонние процессы отключены. Пятница, документируй. — Как скажете, мистер Старк. Следующее нажатие на панель повлекло за собой появление высокоточного лазера. Луч молниеносно проскользил по туловищу Коннора, а возникшие зонды, впившись в создавшуюся на пластике темную полосу, развели ее в стороны, образовав зияющую дыру. Приблизив изображение, Тони увидел тысячи блеклых проводов и каналов, соединяющий каждый мелкий датчик с основным «органом». Вдохновителем строения и размещения «органов» был явно человек: тот же насос, что гонял кровь по организму, те же легкие — хоть и гораздо меньшие по размеру, ибо они были скорее декоративной частью, нежели функциональной. Тони занялся анализированием состава «голубой крови» и биокомпонентов. — Это просто, черт возьми, кислая соль тириума, — буркнул Тони. — Вы ожидали большего? — спросила Пятница. — Можно и так сказать. А сами биокомпоненты имеют более сложный состав: опять же тириум, но уже его комплексная соль. Ион-комплексообразователь — титан. Видимо, у российских андроидов бóльшее содержание ионов титана, и поэтому они крепче и термостойки. Что по поводу «органов» и тела… Так как Коннор у нас охотник, то я бы добавил ему больше динамических точек в конечности — для развития скорости и стойкости, — сказал Старк, посмотрев на другом экране на результаты общего сканирования. — Также меньше всякой требухи для ослабления силы трения и, собственно, изнашивания. Многое можно убавить и добавить, но… тут больше нет ничего интересного. Документируй, и переходим к датчикам в голове и программному обеспечению. Зонды соединили края прорехи, а лазер запаял их. Висящий над Коннором комплекс приборов сдвинулся и направился к его голове. — Посмотрим… Ох, Киберлайф — они даже заморочились с извилинами мозга! Все ради очеловечения и эстетики, — хмыкнул Старк. — Здесь мне уже больше нравится: сотни, нет, тысячи мелкодисперсных сенситивных датчиков, и все они управляются главным центром — мозгом. Как необычно. Пятница, убирай инструментарий. Покопаемся в его обеспечении. — Хорошо, мистер Старк. Экраны и дека исчезли в потолке, а из стола выдвинулся отсек с высокочувствительными датчиками. Тони, подойдя к Коннору, закрепил их на голове и, приподняв его затылок и ощупав его, нашел разъем для подключения. Он вернулся к панели и начал изучать коды и программы Коннора. — Сколько много ненужных команд. Дыхание, моргание, слезы, кашель… Зачем? Хотя нет, знаю, зачем. Ладно, переходим к спецкомандам и программам. Что? Состояние гибернации ограничено? Они их вовсе отключают во время исследований? Ладно, сколько у нас… пара минут? Пятница, неужели мы так долго возимся с ним? — Нет. Видимо, слишком малый интервал дан на гибернацию. — Ладно, посмотрим, что тут у него. О, а тут все гораздо интереснее. Так, это не надо, это тоже… Вычислительная мощность шесть эксафлопсов в секунду. Недурно, но при желании можно прокачать еще больше. Также здесь имеются какие-то замурованные десятислойным кодом команды и операции… Пятница, взгляни-ка. Ну, что я говорил? — О чем вы? — Эта… возможность. Программный сбой, если можно так сказать. Но ни черта это не сбой, Пятница. Интересно… очень интересно. Эй, что ты делаешь? — Мистер Старк, Коннор выходит из состояния гибернации. — Ты хотя бы задокументировала последние минуты?   — Разумеется. Диод на виске андроида замерцал голубым. Коннор распахнул глаза и, медленно поднявшись на локтях, сказал:   — Надеюсь, вы все успели исследовать. Гибернация у андроидов Киберлайф, к сожалению, ограничена, и является, как бы странно не звучало, энергозатратной операцией. Прошу прощения.   — Я посмотрел все меня интересовавшее, не беспокойся, — Тони потер глаза и, открыв их, увидел, что Коннор уже активировал кожу.   — Если вам неприятен мой бескожный облик, я больше не буду…   — Нет, я не страдаю синдромом зловещей долины. Но, спорить не буду — так ты выглядишь куда приятнее. Коннор встал со стола и, быстро натянув на себя одежду, замер. Диод замерцал желтым, но вскоре перешел в статичный голубой.   — Мистер Старк, Киберлайф информирует о новых случаях девиации.   — В самом деле? — хмыкнул Тони. — Что ж, тогда нам с тобой, Пятница, нужно вплотную заняться исследованиями.