Живые корабли изумрудного космоса

      Дейв пребывал в шоке, насколько это определение вообще можно отнести к человеку его профессии и судьбы, ведь повидал он немало: и странного, и жуткого, и просто необъяснимого. Но то, что случилось сегодня было за гранью всего, что можно вообразить. Мужчина вообще не понимал, что происходит, у него в голове не было ни одного приемлемого объяснения преобразованию Эниля. Не было его и у самого корабля, не способного описать последние изменения. Старый капитан не знал, как поступить: избавиться от Мэнес, снова потерявшей сознание и находящейся в медицинском отсеке, сдать её гигантам изумрудного космоса на опыты и так заслужить индульгенцию и подзаработать, забыть обо всем или все-таки попытаться разобраться в этой запутанной истории. Вариантов много, но выбрать нужно только один, от которого уже не отступиться. И дело не в возможностях, а в том, что у него осталось, не так уж много времени в запасе, чтобы метаться. Он не корабль, так что эфир его не омолодит и не изменит, он все еще старик и таковым останется. Эниль получил второй шанс, сможет прожить новую насыщенную жизнь, полную опасностей, открытий и свершений, он стал уникальным. Что же касается его капитана, то он все еще движется в сторону своего неминуемого заката, и на этом пути невозможно повернуть назад.       — Что скажешь, друг? Что нам делать с этой девочкой, что смогла спасти нас и даже провести через шторм, губительный даже для гигантов? — Дейв провел дрожащей рукой по креслу капитана. Он все еще не решался занять свое законное место. Мужчине отчего-то казалось, что в нем больше нет необходимости, а отношения с помолодевшим кораблем станут другими. Это был самый настоящий страх вновь лишиться всего, самого смысла жизни. Если он не нужен кораблю, то зачем жить? Волочить жалкое существовании на какой-нибудь захолустной планетке он точно не сможет.       Конечно же, ответа не последовало, для того, чтобы услышать голос живого корабля нужно подсоединиться к нему, стать единым целым, открыть свое сознание. Дейв все это понимал, так что ему оставалось лишь решиться на этот шаг, дать шанс старому другу доказать, что между ними ничего не изменилось или услышать, что в нем больше не нуждаются. Запасов эфира кораблю хватит на пару месяцев, за это время можно найти того, кто захочет управлять таким красавцем. Страшно. Такое мужчина ощущал лишь раз, в тот самый день, когда впервые подключился к кораблю, ощутил, как чужое сознание проникает в него, а собственный эфир стремительно покидает его тело.       — Я глупый старик.       Дейв осматривал приборы своей манты, они были устроены так, что не было необходимости подключаться непосредственно к кораблю, достаточно ввести координаты, активировать все рычаги и тумблеры. Пока у корабля есть эфир, он сможет двигаться самостоятельно, ему не нужны навыки капитана. Мужчина ощущал себя отвратительным, жалким трусом, готов был сам себе безжалостно выдать черную метку. Нельзя убегать и прятаться вечно, рано или поздно ему снова придется сесть в кресло капитана, хотя бы для того, чтобы проститься. В глазах неприятно защипало от этих мыслей, а в носу засвербело — он уже и не думал, что способен на такие проявления чувств.       «Страх, хотя и является спасением, не должен нами руководить, он отравляет душу, делая тело слабее, разум глупее, он не позволяет видеть очевидных вещей» — эту фразу сказала ему мать, в тот день, когда они виделись последний раз. Он запомнил её, частенько повторял, хотя и не понимал смысла сказанного. Сегодня для Дейва все прояснилось, на заре собственной жизни до него дошло, что же пыталась сказать ему самое родное и близкое существо. Эта мысль была проста настолько, что оставалось только поражаться, почему до этого самого мгновения, его ни разу не озарило.       Отринув все сомнения, не обращая внимания на трепещущее сердце и трясущиеся конечности, мужчина забрался на свое законное место. Им с Энилем есть о чем поговорить! Здесь и сейчас необходимо прояснить ситуацию — это оптимальное решение избавить обоих и капитана, и его корабль от напряжения. Дейв немного поерзал, отмечая, что капсула стала намного удобней, Неудивительно, она тоже претерпела изменения, стала более эргономичной. Провода-жилы тут же потянулись к капитану, они касались его осторожно, боязливо, словно впервые. Похоже, боялся не только Дейв… ***       — Ну, здравствуй, старый друг, — капитан чувствовал себя виноватым и точно знал, что Эниль понимает это. Их чувства и мысли снова едины, словно ничего и не произошло. — Прости, что так долго не решался поговорить. Для меня это нелегко, особенно после того, что произошло с нами… С тобой. Все это не укладывается в голове, я просто не знаю, что сказать, что думать. Такое даже в бредовом сне не приснится. Все то, что я знал, во что верил, внезапно пошатнулась, а картина мира оказалась не такой уж стабильной.       — Все это могу сказать и я.       — Ты ничего не знаешь о ней?       — Нет, ничего. Я даже не понимаю, откуда взялся эфир, к тому же такой чистоты. Это словно момент гибели звезды — это ощущение ни с чем нельзя перепутать. Каждый корабль помнит его.       — Она сможет это повторить?       — Не знаю. Нужно повторно подключиться, чтобы понять.       — Но ты не хочешь, — понимающе произнес Дейв. Как же ему не хватало, этого единения. В такие моменты ему казалось, что он говорит сам с собой, но это не безумие, в нечто большее.       — Не знаю. Все слишком странно, — корабль некоторое время молчал, не решаясь продолжать, а капитан все это время ощущал движение его мыслей, трепещущие, словно крылья звездной бабочки, чувства. — Я не удержусь, захочу попробовать еще. Чистейший эфир, невероятные возможности, ощущение триумфа и всесилия. Я мог сразиться с китом и выйти победителем, такое ни одной манте и не снилось.       — Ты всегда был бойцом, как и я.       — Но это не свойственно моему виду, — Эниль был в растерянности. — Мэнес сняла ограничения, наложенные природой, позволила моей душе отобразиться во внешнем виде. Я хочу попробовать еще, узнать, что еще эта девочка может дать мне.       — Я понимаю, друг мой, — и снова на душе стало тоскливо. Весь этот разговор был одним большим прощанием. Так казалось Дейву, с каждым словом убеждающимся в том, что он лишний. Это были его чувства, мысли и тревоги, они передавались манте, сливались с чувствами помолодевшего корабля.       — Нет. Не понимаешь, — возразил Эниль. — Мой капитан ты, и это не изменилось, мы и дальше продолжим путь вместе. Мэнес не способна командовать и направлять. Она просит, не знает, что делать. Эта девушка источник.       — А если она что-то вспомнит? Что, если это изменится? — страх не отступал.       — Ее сознание чисто. Даже я ничего не видел в недрах ее памяти. Словно и не было ничего до того момента, когда ты её нашел.       Это было еще одно свойство кораблей — «стариков», отлетавших свое, даже использовали в медицинских центрах, исследующих память. Они могли увидеть прошлое своего капитана, пережить все то же самое, что переживал тот, с кем слит корабль. Можно не помнить, но корабль все равно увидит.       — Разве так бывает?       — А разве кто-то может генерировать эфир? Я уже ни в чем не уверен, друг мой, а потому прошу, не покидай меня. Я стал моложе и сильней, но только твой дух идеально подходит мне, Дейв. Ты не станешь убегать, предпочел бы сражение. Мэнес не такая, в её душе страх и непонимание. Ей не быть капитаном никогда.       — Ты успокоил меня.       — Я знаю. Так куда направимся?       — С тех пор, как я задал координаты, ничего не изменилось. Мы направляемся на Рух, — решительно заявил капитан, к которому вернулось спокойствие и уверенность. Он снова хозяин положения и корабля, в нем нуждаются, ему доверяют и уважают. — Я не знаю, что с Мэнес, не понимаю кто или что она такое, но это не значит, что не найдется того, кто не сможет ответить на эти вопросы.       — Хочешь выяснить, какова её цена?       — Было бы неплохо, но это не значит, что я продам девчонку. Считай, что я дожил до стадии сентиментальности.       — Ты еще скажи, что удочеришь её.       — Нет… Из меня выйдет никудышный отец, многочисленные дети, которых я никогда не знал, подтвердят это, — тихо рассмеялся Дейв, не ощущая по этому поводу ни капли сожаления. Одни созданы для семьи, другие нет, нужно просто признаться себе к какой категории относишься ты сам. Мужчина давно определился в этом вопросе.       — Значит, Рух?       — Да, именно так. Каково исходное время прибытия?       — Восемьдесят семь часов.       — Так быстро?       — Я стал уникальным. Ты же не забыл?       — Такое, не забудешь. ***       Десять часов полета пролетели незаметно, Дейв занимался исследованием нового оборудования и возможностей Эниля. У него не было ни одной свободной минутку, в какой-то миг мужчине даже показалось, что он помолодел. Это было сродни первому знакомству, ведь капитан ничего не знал о своем преобразившемся корабле. Все было в новинку, все непонятно, с некоторыми приборами капитан даже не знал, что делать и лишь верный друг и напарник помогал разобраться. Кораблю не нужны инструкции или обучение, чего не скажешь о капитане и экипаже.       Мэнес так и не пришла в себя. Девушка находилась в медицинском отсеке, где тщательно фиксировались все её физические показания. Дейв и Эниль отказались от переливания эфира, ведь это не помогало, и было пустой тратой ценного ресурса. ***       Прошло уже двадцать четыре часа, целые земные сутки они в полете, но странная пассажирка все еще безмятежно спала. Её невозможно было разбудить никакими средствами, а её состояние не диагностировалось. Даже новые сверхточные приборы корабля оказались не в состоянии выявить причину, по которой Мэнес погрузилась в сон. Никаких патологий и отклонений от нормы не выявлено. Но, если все так, как тело девушки могло вырабатывать Эфир? Почему сейчас его нет в ней? Одни вопросы и никаких ответов.       Дейв все чаще просто наблюдал за пассажиркой, сидел напротив нее и рассматривал. В этом не было никакой необходимости, никаких причин, да и других забот у единственного члена экипажа было предостаточно, но капитан все равно занимался бесполезным делом. Он так и не решил, как поступить с девчонкой и эта дилемма не давала ему покоя. Возможно, впервые в жизни Дейв осознанно хотел поступить правильно, но понятие не имел, как это сделать. ***       Мэнес открыла глаза, уставилась уставшим взглядом в белый потолок, мыслей в голове не было, единственно, что она ощущала — зверский голод. Это произошло на семьдесят третьем часу их путешествия, до прибытия к месту назначения осталось всего ничего.       — Я хочу есть, — девушка не знала, есть ли кто-то рядом, но все равно озвучила просьбу. Собственный голос казался чужим, совсем, как тогда, когда она проснулась впервые.       — Неудивительно, ты долго спала, — послышался в ответ голос Дейва. — Питаться через трубки, конечно можно, это поддерживает организм, но голод никуда не денется, — капитан подошел к медицинской капсуле, и ободряюще улыбнулся своей пассажирке. — С возвращением в реальность, Мэнес. Сейчас будем обедать, а заодно обсудим ближайшие планы.