Живые корабли изумрудного космоса

      Очередное чужое воспоминание и снова оно оказалось связано с ней. Мэнес видела свое лицо, перекошенное от негодования и злости, даже просто наблюдая со стороны за происходящим, она физически ощущала клокочущие чувства той, кого когда-то звали Клио. Что же могло произойти? Казалось, что они уже давно ругались, но так, ни к чему и не пришли. Тягостное ощущение на душе не Иликана передавалось и Мэнес.       — Ты не можешь так поступить! Не можешь сбежать и все оставить на меня! Это просто не справедливо!!! — глаза девушки наполнились слезами обиды и злости.       — Клио, я все решил и не отступлю от своего.       — Но…       — Девочка моя, послушай, — тяжело вздохнув, мужчина резко приблизился и обнял Клио. Он словно пытался утешить ее, поделиться с ней своими чувствами. — Поверь, меньше всего я хочу оставлять тебя одну со всеми проблемами. Я знаю, как тебе страшно, но ты со всем справишься. Ты умная, сильная, решительная, способна принимать решения и отстаивать свое мнение. У меня не было учеников лучше, и я горжусь тобой, Клио. Но пойми и ты, — мужчина сильнее прижал к себе девушку, словно пресекая любую попытку вырваться. — Если что-то пойдет не так, мои знания лучше сохранить, чтобы ты или другие ученые могли ими воспользоваться. Это логичное решение.       — Но тебе больше не будет!!!       — Останется слепок моей души, так что я не оставлю тебя.       — Это ни одно и то же! — всхлипнула Клио. — Я не смогу говорить с тобой, советоваться, ты не будешь знать, что происходит. Слепок — это осколок прошлого, но у него нет, ни настоящего, не будущего.       — Но это необходимо и я не могу откладывать это дальше. Капитан Трой доставит нестабильное вещество к звезде Эолы через три дня. Ты помогала мне с расчетами, так что как ничто другой знаешь, что шансы на уничтожение эфира без последствий не так велики, как хотелось бы. Мы не в силах предсказать, что произойдет дальше, а потому я должен сохранить свои знания. Это нужно для тебя. Клио, я верю, что ты справишься с последствиями, какими бы они ни были.       — А если нет…       — Ты знаешь, где находится капсула…       — Но…       — Клио. Мы это обсуждали много раз, — голос Иликана приобрел холодное и даже раздраженное звучание. — Ты должна собраться и сделать все, что необходимо. Остальные участники проекта уже одобрили снятие слепка моей души, и твое мнение ничего не изменит. Это общее решение.       — Но, почему именно ты?!       — Не только я, — напомнил мужчина. Ему было больно прощаться с Клио таким образом, ведь он воспитал ее, как собственную дочь. — Прими это и сделай все, что потребуется, чтобы исправить последствия моих ошибок.       — Ты не виноват. Если бы мы следовали плану, ничего этого бы не произошло.       — И все же, это именно мой проект, — Иликан отстранился от девушки. Они обсуждали это уже множество раз, но Клио так и не смогла принять жестокую реальность. Отчего-то эта девушка продолжала верить в успех их безнадежного дела, хотя сама делала расчеты. Они хватались за соломинку, не более. — Мне пора.       — Я не приду…       — Вот и правильно. Не хочу, чтобы ты это видела.       Оставить слепок своей души почетно, да и не боялись на их планете боли, принимали ее с достоинством. Но иногда тяжело проститься с тем, кого любишь, осознавать, что ты лишаешься стольких возможностей. И все же сделать это необходимо. Иликан в полной мере осознавал, что уничтожение нестабильного вещества при помощи одинокой погибающей звезды может привести к катастрофе. Вопрос лишь в том, будет ли она меньше той, что ждет вселенную, если эфир начнет неконтролируемое расширение. И тысячи лет не хватит на то, чтобы просчитать все вероятности. Именно поэтому Иликан и его коллеги стремились сохранить свои воспоминания для потомков. Он верил, что они помогут в восстановлении миров, предотвратят ошибки в будущем и предостерегут потомков. Он делала это вовсе не из тщеславных помыслов. Лишь так он мог помочь Клио. Мэнес не хотела и дальше видеть то, что произойдет, делить с учителем его боль и тревоги. Ее душа просто не выдержит подобного напряжения! Она больше не желала ничего знать, но избавиться от приобретенных воспоминаний уже невозможно. Они будут проявляться в ее сознании и дальше, правда уже не так ярко и болезненно, постепенно они заполнят пустоту в ее голове. Она ничего не помнит о себе, у нее нет прошлого, а потому все мысли, чувства и знания Иликана с легкостью компенсируют это. Мэнес понимала, что не узнает себя настоящую, будет знать, какой ее видел кто-то близкий, кто-то, кого она не хотела терять.       Пульсирующая темнота вокруг подавляла и затягивала ее. Получилось! Ее разум оказался достаточно силен для того, чтобы вырваться из плена чужой жизни и вернуться в реальность. Она снова в забытом всеми храме душ, где хранились миллионы слепков. Конечно, многие из них не уцелели, но здесь все еще была настоящая обитель знаний. Сокровище ее планеты! До чего же тоскливо на душе! Хотелось завыть от отчаяния и страха, от осознания того, что ей необходимо сделать.       — Мэнес? — голос Охаба звучал обеспокоено и растеряно.       — Все хорошо, — хотелось вытереть слезы, но шлем мешал этому. Что ж, придется потерпеть, пока они вернутся на борт Эниля.       — Твои показатели говорят об обратном.       — Это скоро пройдет, — заверила Мэнес. Вот только лишь сказав так, она осознала, что не сможет сама сдвинуться с места. Ее ослабшее тело с трудом выдержало все происходящее. Не удивительно, ведь обычно со слепками работали иначе. — Нужно вернуться, — девушка так и осталась лежать на полу. Наверное, стоило попросить о помощи, но даже говорить было тяжело.       — Как скажешь, — приблизившись к девушке, капитан поднял ее на руки. Да уж, с ней не просто, но, кажется, он уже начал понимать Мэнес. Ей нужно немного времени, чтобы прийти в себя. — Антрара, идем. И не трогай здесь ничего.       — Даже не думала, — заверила женщина, с ужасом смотря на слепки. То, что происходило с Мэнес, ужасало. Она не готова была пройти через это даже ради столь желанных знаний.