Живые корабли изумрудного космоса

      Мэнес нервничала, ведь осознавала, что ее действия нелогичны, но иного пути девушка не видела. В сложившихся обстоятельствах не существует верного решения, а потому она обязана использовать малейший шанс, пусть даже призрачный. Необходимо сохранить изумрудный космос и его обитателей, ведь прошлое неизменно. Верные мысли, но отчего-то неспокойно от них становилось на душе. Она будто предавала свой народ и тех, с кем связывала ее утраченная память. Мэнес не понимала, на чьей стороне должна быть, и существовал лишь один способ не думать об этом — действовать.       — Сколько осталось до места назначения? — ей бы не помешал ее прежний характер, уверенность. Но чего нет, того нет, так что придется попытаться собраться и хотя бы притвориться сильной.       — При сохранении текущей скорости около тринадцати часов.       — Отлично, успеем, — в кончиках пальцах ощущалось неприятное покалывание. Конечности словно немели. Слишком много стресса и переживаний, осознания собственной беспомощности. — Нас не беспокоить без крайней необходимости. В случае вопросов, любых вопросов, обращайтесь к Дейву.       — Вас поняли, — экипаж тревожно переглядывался, но никто не перечил и не пытался высказаться. Наверное, все дело в то, что они успели распрощаться с привычным миром и собственными жизнями. Уже ничего не изменить, а потому оставалось лишь уповать на удачу.       — Я настаиваю на своем присутствии, — Куори Ваймей-Лага не мог стоять в стороне. После всего, через что ему пришлось пройти, медик приобрел решимость и твердость характера, готов был настоять на том, в чем был уверен. — Учитывая, что вы задумали, необходим медицинский контроль. Уверяю, я не стану вмешиваться без необходимости.       — Хорошо, — согласилась Мэнес. К разумным доводам всегда стоит прислушиваться, да и ей спокойней будет. — Идемте. Думаю, моя каюта подойдет, хотя и будет тесновато.       — Давайте уже приступать, — Охаб мрачно смотрел на свою руку, и казалось, что он уже начал ощущать Баала, слышал отголоски его мыслей и желаний. Он еще более безумен, чем казалось раньше, и с этим придется что-то делать. ***       В каюте Мэнес оказалось теснее, чем девушка представляла изначально. Втроем здесь не развернуться, и даже дышать было затруднительно, и все же, другого подходящего места не было. Придется приспосабливаться.       — Ложись, — Мэнес чуть подтолкнула Охаба к своей кровати. — Это, конечно, не капитанское кресло, но лучше, чем сидеть.       — Как скажешь, — капитан растянулся на узкой жесткой кровати. Он с трудом на ней помещался, но это стало уже привычным состоянием. Охаб не представлял, чего ожидать, ведь ему предстояло подключиться к сознанию корабля без физического контакта. Все его знания кричали о том, что это невозможно. Но, за последнее время произошло много, о чем можно было сказать подобное. — Что мне делать?       — Расслабиться и довериться мне. Все остальное я сделаю сама.       — Ты сможешь это контролировать? — запоздало спросил капитан.       — Да. Как в нашу первую встречу точно не будет. Теперь я осознаю свои возможности, лучше понимаю эфир, а еще ты меня больше не пугаешь.       — А что было в вашу первую встречу? — чуть напрягся Куори Ваймей-Лага.       — Помнишь шторм эфира в космопорту?       — Да.       — Ее работа.       — Я случайно, — чуть покраснела девушка, лишь сейчас задумываясь о том, что по ее вине могли пострадать все, кто находился на планете. И наверняка, это произошло!       — Приступай, — Охаб прикрыл глаза. — Чем быстрее начнем, тем быстрее закончим.       — Хорошо. Коури…       — Не волнуйся, я присмотрю за вами обоими, — заверил медик. Это уже не просто его долг и желание, ведь он мог наблюдать за тем, что не видели другие. Это нечто светлое и яркое в гибнущем мире, и Коури отчаянно хватался за это.       — Хорошо.       Менес осторожно открыла защитный экран на руке Охаба. Это, действительно, часть корабля! Не только выглядело, но и ощущалась точно так же. Если бы она сказала, что знает, что делает — это было бы ложью. Никакой уверенности, никакого плана, чистая импровизация, но тяжелые времена требовали от нее непростых решений и риска. Девушка коснулась пульсирующей мягкой плоти корабля, моментально ощущая, как ее тело начало вырабатывать эфир. В этот раз она полностью себя контролировала! Нужно подавить инстинкты, направлять не только движение эфира, но и его количество. Больно! Сердце будто билось через раз, делало это с тяжестью, словно нехотя. На лбу проступила испарина, а перед глазами появилась зеленоватая поволока. Эфир окутывал Мэнес и Охаба, создавая вокруг них прозрачный кокон. Тело капитана изогнулось дугой от острой боли, и в этот миг его сознание отключилось. Это точно не одно и то же, что обычное подключение. Не было уютного кокона, ощущения защищенности и того, что кто-то надежный и сильный находится рядом в тот миг, когда ты уязвим. Не ощущалось успокаивающее касание чужого сознания, не слышно звучание мыслей корабля. Охабу казалось, что с него живьем сдирали кожу, а каждая клеточка его организма взрывалась на миллионы частиц. Это происходило снова и снова, и к старой боли прибавлялась новая, становясь все сильнее и ярче. Еще никогда капитану не доводилось ощущать ничего подобного, он рассыпался, растворяясь в эфире, а в его восприятии не осталось ничего, кроме боли! Неужели, это все в момент подключения ощущает корабль? Неужели защищает от этого?!       — Все хорошо, я рядом       Голос Мэнес не звучал, он просто существовал. Охаб ухватился за него, остатка и сознания, потянулся к нему, ощущая облегчение. Боль уходила. Ее место занимали новые ощущения. Он оказался посреди потока эфира, был его частью, и казалось, мог коснуться любого корабля, увидеть весь изумрудный космос разом. Разве мозг может подобное выдержать.       — Позови его, — Мэнес изо всех сил удерживала Охаба, не позволяя ему затеряться в бесконечном потоке. — Позови Баала. Ты должен поговорить с ним.       — Баал…        Баал! Это то, ради чего он согласился на это безумие. Не ради информации, не ради возможности спасти оставшиеся планеты, не ради восстановления репутации и карьеры, ради своего корабля.