Живые корабли изумрудного космоса

      В изумрудном космосе разрастался небывалый по своим масштабам и разрушительности шторм. Казалось, что вселенная на краю гибели, и никто не сможет спастись в этом безумии, но вместе с тем, в душах тех, кто видел все это, зарождалась надежда. Странная, необъяснимая надежда, заставляющая любоваться завихрениями сверкающего эфира, яркими золотыми вспышками, озаряющими и подсвечивающими изумрудно-зеленый эфир. Шторм пронзал вселенную, нарушая все мысленные законы мироздания. И центром всего этого была Мэнес, чье тело у душа рвались на части. Она больше не сдерживалась, не думала, не чувствовала, просто позволила эфиру взять верх над собой. Шторм вырвался на свободу и теперь набирал силы, он несся в самые дальние уголки изумрудного космоса, наполняя его самой жизнью. Впервые с тех пор, как она пришла в себя в новом для себя мире, девушка ощутила безграничную свободу. Она была всюду и нигде, казалось, что перед ней вся вселенная, она видела и слышала абсолютно все. Разве разум способен вынести подобное? Мэнес перестала быть собой, но мысль о том, кем она стала уже не заботил девушку. Она создавала эфир, чувствуя, как ее душа сливается со вселенной, касается мыслей каждого живого существа. Шторм бушевал неся за собой разрушение и смерть, но он же дарил надежду очищая изумрудный космос. Жизнь не остановится, она возродится, зацветет еще сильней, чем раньше! Мэнес не боялась, напротив внутри разливалось теплое тягучее чувство, заставляющее трепетать! Она была едина со своими кораблями, дарила им новую жизнь и возможности, даже корабли некросов: измученные, одичавшие, потерявшие и разум, и надежду, получили шанс все начать сначала. Они переродились, как это случилось однажды с Энилем, и стали свободны! Эфира становилось все больше, он проникал в каждый уголок изумрудного космоса, заполнял собой все. Он искрился и переливался, набирая все более глубокий цвет, завораживал игрой мерцающих оттенков. Мэнес видела все это глазами кораблей, чувствовала их восторг и понимала, что она часть этого мира, созданного на руинах прежнего. Трагедия, случившаяся однажды, породило нечто невообразимое, словно сама жизнь исправила все ошибки амбициозных людей. И вот сейчас оставалось лишь завершить начатое, освободить тех, кто не мог обрести покой на протяжении бессчётного количества лет. Мэнес никого не пыталась оправдать, но она понимала некросов, не представляла, что бы стало с ней, проживи она такую же жизнь. Они слишком многое видели, знали и чувствовали, а потому собственное существование стало тяжким бременем. Они стремились к смерти, как к единственному спасению, а потому готовы были убивать, забрать с собой всех, кто не мог понять их, тех, кто не страдал так же, как они. Мэнес понимала, осознавала, что и сама могла стать такой же. Сегодня некросы должны исчезнуть, а вскоре и память о них растворится в небытие, превратившись в легенду о монстре, чуть не уничтожившим все миры.       Шторм не прекратился, даже когда девушка затихла, окончательно потеряв связь с реальностью. Эфир сам пытался прийти в стабильное состояние, а потому его потоки становились все стремительней и яростней, они оказались настолько мощными, что сдвигали звезды и планеты, перекраивая карту изумрудного космоса. И лишь живые корабли радовались буйству стихии и своей свободе, они готовы были мчаться вперед, изучать новый мир и самих себя. Изумрудный космос принадлежал им целиком и полностью. ***       Мир изменился, хотя сама суть и осталась прежней и не было сомнений в том, что жителей изумрудного космоса ожидает эпоха открытий и свершений. ***       Она умерла? Эта мысль показалась Мэнес весьма забавной. Учитывая то, что произошло, это было бы закономерным развитием событий, но если все так, то смерть не приносит облегчения, а потому все зря. А может, она слилась с кораблем? Дейв как-то рассказывал, что капитан не может умереть, не оставив следа, его частичка навсегда станет частью живого корабля. Но, если так, как ей теперь существовать? Этот вопрос хотя и возник, но не сильно волновал. Мэнес понятия не имела, сколько времени прошло с тех пор, как она выплеснула весь эфир, который смогла создать, но ощущала, что шторм утих. Она плыла по безмятежному океану сверкающего эфира, ощущая его пряный аромат. Аромат, который способны ощущать лишь корабли. Так спокойно и уютно. Эфир, словно пуховое легчайшее одеяло, окутывал ее, щекотал. Приятно. Она словно обрела саму себя. Но, кем она стала на этот раз? Кем была раньше? Если верить воспоминаниям Иликана, которые все еще сохранились у нее, это похоже на легкое опьянение, приносящее только радость и странные мысли. Хорошо быть свободным кораблем, плыть куда вздумается, чтобы увидеть то, что никогда не видел.       — Ты не корабль.       — Эниль? — было приятно услышать старого друга. Значит, она не одинока, но что намного важнее, ее корабли выжили. Одна мысль об этом делала Мэнес безгранично счастливой. Казалось, что рядом с ней не только манта, но и Дейв, готовый и дальше помогать ей и оберегать.       — Да, — неторопливо отозвался корабль. Теперь, когда его капитан пришла в себя, все изменится, и не только для него, но и для других кораблей, нашедших спасение в шторме эфира.       Столько вопросов возникло, стоило лишь услышать голос друга, но ничего сформулировать не получалось. Одна мысль вытесняла другую, они словно дети толпились и толкались, не позволяя никому быть первой. Хотелось смеяться, но в нынешнем состоянии это физически невозможно было сделать. Эниль все понял, прочувствовал, ведь мысли капитана были и его мыслями. Он готовился к этому моменту, по крупицам собирая информацию, узнавая все, что может быть интересно Мэнес. В нем и самом пробудилось любопытство, ведь все, что он знал, все во что верил изменилось.       Это будет долгий разговор, но ведь они никуда и не торопятся…