Багровые узы

Остолбенев, Гермиона какое-то время просто смотрела на неподдающуюся дверь. Все мысли на несколько долгих секунд покинули умную голову гриффиндорской всезнайки. Полный ступор. «Как?» Неуверенно заворочался в голове первый бесформенный вопрос. «Магия? Но Северус не мог…» Сердце пропустило удар. Ужас накрыл сознание так стремительно, что героиня войны, бессильно хватая ртом воздух, чуть не упала. «Северус не мог применить магию! Значит внутри кто-то еще!» «Кто?!» «Зачем?!» «Что с Северусом? Он совершенно беззащитен перед волшебником!» Панически перебирая в голове фамилии всех известных ей ПСов, девушка судорожно пыталась сообразить, кто из них мертв, кто в тюрьме, а кто мог оказаться за этой вот дверью. И что они могли сделать с предателем?.. Ведь Северус для них, как красная тряпка для быка. Идиотизм! Для последователей Воландеморта он самый ненавистный предатель, а власти так называемой Светлой стороны упекли его за это же в Азкабан! «Бред! Бред! Бред!» Наконец, первый шок отпустил. Девушка отмерла, но вторая волна ужаса оказалась похлеще первой. «Они убьют его! Снова будут мучить!» Руки дрожали так, что она едва могла удержать собственную волшебную палочку. — Алохомора! Ничего. — Диссендиум! Ничего. — Систем Аперио! Ничего. — Портоберто! Ничего. — Гребаное чертово дерьмо! Ублюдки! БОМБАРДА!!! Будто издеваясь, дверь распахнулась за секунду до того, как последний звук заклинания сорвался с языка молодой волшебницы. Странно, но разрушительного эффекта не наблюдалось никакого. Дверь просто отворилась, будто насмехаясь над бессмысленно беснующейся перед ней девушкой. Но в тот момент обычно осторожная и уравновешенная Гермиона Грейнджер была не в состоянии трезво мыслить. Она кинулась в открывшийся проход, способная думать только об одном: «Пусть он будет жив!» Дверь за спиной захлопнулась с оглушительным грохотом. Волшебная палочка отлетела в сторону, молниеносно выбитая из рук хозяйки. Ноги слиплись, и девушка стремительно шлепнулась на пол, опоясанная незримыми путами, будто коконом. Все еще не в силах рассмотреть нападавшего, она ощутила, как отрывается от пола и, виртуозно левитируемая кем-то, быстро летит в сторону кухни. Спустя несколько секунд она уже сидела на собственном кухонном стуле, качественно примотанная к нему заклинанием. В неярком свете парящего под потолком магического осветительного шара, девушка увидела прямо перед собой Северуса, так же как и она сама, примотанного ко второму стулу. Голова его безвольно упала на грудь, а длинные пряди волос не давали рассмотреть лицо. — Северус! — выкрикнула она, порывисто дернувшись вперед, но тут же опомнилась и завертела головой в поисках врага. Взгляд быстро выловил в полумраке фигуру в темном длинном плаще. «Точно Пожиратель…» — стремительно пронеслась в голове отчаянная мысль. — Кто вы?! Что вам надо? — выкрикнула хозяйка квартиры. Незваный гость медленным движением сдвинул немного назад капюшон. В тот момент Гермиона прекрасно поняла выражение «сердце ушло в пятки». Да, ее перепуганное сердечко запрыгало тогда абсолютно везде, даже в нижних конечностях. Сквозь полумрак, царивший в комнате, на нее из тени капюшона с точеного женского лица взирали совершенно безумные глаза. «Белла…» — обреченно поняла девушка. — Беллатрикс… — прохрипела она тихо. — Но я же видела… Я видела… Ты умерла! Женщина в ответ искривила губы в пугающей улыбке. — Ты совершенно права, грязнокровка, — резким горделивым движением она откинула с головы плотную ткань. Гермиона в изумлении открыла рот. Гостья взирала на нее, как люди порой смотрят на муху или червяка — брезгливо и презрительно. Красивое лицо, длинные светлые локоны, голубые глаза… — Миссис Малфой… — только и смогла ошарашено выдохнуть девушка. — Миссис Малфой, — ровно, просто подтверждая факт, повторила женщина. — Все верно. Хотя от меня и осталось лишь имя. С каждым новым словом лицо этой некогда красивой и элегантной леди кривилось, приобретая все больше сходства с ее ненормальной сестрицей. Похоже, безумие у семейства Блэков передается вместе с их чистой кровью из поколения в поколение, достаточно вспомнить портрет Вальбурги, про Беллу и говорить не стоит, и даже Сириус, земля ему пухом, тоже был, откровенно говоря, с придурью. Не иначе, вся «благородная» и чистая кровь этого древнего рода изначально была с брачком… — У меня все отобрали! Все! — продолжала Нарцисса, приближаясь к своей пленнице и теперь гневно шипя той прямо в лицо. — Муж. Сын. Дом. Уважение. Жизнь… Вся моя жизнь! — Но Драко ведь… — Гермиона судорожно силилась вспомнить, не говорил ли кто о смерти младшего Малфоя. — Драко жив, — кивнула женщина, сверкнув влажными от слез глазами. — Но лучше бы он умер! Как Люциус. — Миссис Малфой, пожалуйста, — Гермионе было страшно, но и невыносимо жаль эту несчастную обезумевшую женщину. — Пожалуйста?! Ты просишь меня? Я тоже просила! Я умоляла его! — она ткнула худым подрагивающим пальцем в Снейпа. — Я в ногах у него валялась, умоляя спасти Драко. Он мог! Я знаю, он мог! Но не сделал! — Его самого практически убили! — в сердцах выкрикнула девушка. — Над ним тоже издевались и пытали! Так же как и вашего мужа его бросили в Азкабан и там продолжали мучить! — Но он жив! — женщина зло схватила Снейпа за темные пряди на затылке и с силой тряхнула. Мужчина был без сознания. Всего на мгновение Гермиона увидела белое лицо мужа, на котором пугающе ярким пятном выделялись искусанные в кровь губы. Он всегда терпел боль молча. — Что вы с ним сделали? — хрипло выдохнула бывшая гриффиндорка. — Северус всегда был несговорчив и норовист, — криво усмехнулась женщина, в очередной раз сверкнув безумными глазами. — Мне пришлось его усмирять. — Вы пытали его… — глухо констатировала Гермиона. В груди огнем запылали стыд и вина. Ведь она обещала этому израненному человеку, что больше никому не позволит причинить ему боль. Обещала и не выполнила. — Магия… Отмените магию! — всхлипнула девушка в отчаянии. — Пожалуйста, Нарцисса! Она убивает его! Прошу вас! Ему больно. — Знаешь, сколько пыток пришлось вынести Драко? Когда он не выполнил приказ Лорда, когда не убил Дамблдора! Я просила, чтобы Снейп спас моего сына — своего крестника, обезопасил, уберег его от гнева Темного лорда. А он подставил его еще больше! — Если бы не Северус, Воландеморт бы убил его еще раньше, — ответила Гермиона, тщетно пытаясь говорить спокойно. — Драко не смог бы убить Дамблдора! — Не смей! — взвизгнула леди Малфой, с размаху отвесив девушке звонкую пощечину. — Не смей называть его имя! Вы… Вы все виноваты! И все вы теперь живете, припеваючи! А мой сын… он сошел с ума от пыток и боли. Он не способен сам даже помочиться! — горькие слезы стекали по впалым бескровным щекам несчастной женщины. — Моего мужа запытали в тюрьме до смерти! Ты не видела, что с ним там сотворили! Гермиона вдруг поняла, что давно рыдает и сама. Может от страха, может от нервов, а может от сочувствия и воспоминаний о том, в каком состоянии она сама забрала Северуса из Азкабана. — А этот вот, — Нарцисса снова ухватила Снейпа за волосы и, запрокинув голову назад, зло полоснула по щеке длинными ногтями, оставляя на белой коже кровавые полосы. Мужчина рефлекторно дернулся, но в сознание не пришел. — Предатель! Пригрелся тут под крылышком грязнокровки, живет с комфортом, и даже довольно упитанный, как для Снейпа-то. Гермиона почти задохнулась от обиды и очередной несправедливости в отношении к ее многострадальному мужу. — Я, конечно, очень сочувствую вам, Нарцисса, но вы не правы! Северус… — Заткнись! — истерично взвизгнула женщина. — Я накажу вас всех! И все вы поплатитесь! Нарцисса вдруг разразилась резким каркающим смехом, и у Гермионы кровь похолодела в жилах от этого сумасшедшего хохота. Один в один Беллатрикс… Девушка смотрела на эту обезумевшую от горя женщину, и все глубже падала в пучину собственного беспросветного страха, потому что сейчас перед ней стояла не гордая рафинированная аристократка, а достойная сестра своей сумасшедшей родственницы. — Я накажу вас всех! ВСЕХ! Но начну вот с него! С Предателя! Кончик волшебной палочки миссис Малфой едва не вонзился вдруг в лоб перепуганной девушке. — Признавай поражение! — требовательно выкрикнула ощетинившаяся леди. — Ч-что? — икнув, переспросила оторопевшая Гермиона. Женщина как будто на секунду растерялась, но в следующий момент снова надрывно захохотала. — Грязнокровка! Ты ничего так и не поняла, — остервенело выплюнула она. — Белла была права. Вам не место среди нас! Пусть даже тебе перепали крохи нашего великого дара, все равно это не делает тебя истинной волшебницей. Ты росла среди маглов. Ты — магла, и не способна понять силу и хитросплетения магии. В наших древних родах эти знания переходят из поколения в поколение. В наших жилах течет чистая кровь, сама Магия! А ты, пусть даже тебя величают трижды умнейшей волшебницей, все равно остаешься грязнокровной маглой, по нелепому недоразумению урвавшей толику нашей силы! И он тоже! Грязный полукровка! Вы все стремитесь извести истинных волшебников, перепачкать нашу чистую кровь своими тухлыми помоями, текущими в ваших венах! Но вам не удастся! — фанатичное выражение на лице женщины вдруг сменилось глубочайшей скорбью, и она снова заплакала. — Бедная моя сестричка… Если бы я сразу поддержала тебя. Если бы вместе с тобой боролась против этой грязнокровной скверны, мои сын и муж сейчас были бы рядом со мной… Но уже в следующий миг ее глаза снова блеснули безумием, и палочка вновь устремилась в лицо Гермионы. — Я покажу вам обоим, что такое истинная магия в руках потомственной ведьмы! Я буду Настоящей Хозяйкой, и в «Багровых узах» со мной этот грязнокровный раб, наконец, узнает, что такое боль и повиновение! Признавай! Свое! Поражение! — Нет! — перепугано замотала головой бывшая гриффиндорка. Время будто на миг застыло вместе с замершим от ужаса сердцем в груди любящей девушки. «Только не это!» «Она хочет, чтобы я признала поражение. Чтобы она сама стала его Хозяйкой!» «Но для него это будет хуже, чем смерть. Я не могу так с ним поступить». «Помнишь, любимый, я обещала, что больше никому не позволю причинить тебе боль? Прости, я не смогла спасти тебя, Северус. Мы умрем вместе. Но ей я тебя не отдам!» — Нет! — зло прошипела она снова. — А если так? — леди Малфой ткнула палочкой в висок все еще бессознательному мужчине. Время вновь помчалось вперед. Трепещущее от боли сердце девушки с удвоенной силой погнало горячую кровь по венам. — Нет! — твердо отрезала она, глядя прямо в безумные глаза Нарциссы. — Ты ведь так и не поняла ничего, глупая девчонка? Умнейшая ученица Хогвартса за последние сто лет… — снова издевательский смешок. — Пожалела несчастного, влюбилась в своего учителя? Да. Я знаю. Я ведь следила за тобой. Долго следила. И здесь я уже бывала, когда он спал. И в доме моих родителей, я побывала раньше тебя. Я все знаю… — Это вы?! — неожиданная догадка вонзилась в мозг девушки, будто кривая игла. — Это вы вырвали страницы из книги! — Я, — просто кивнула та. — Вы слишком приблизились к решению проблемы. Дальше ждать было нельзя. — «Узы…» можно расторгнуть, — едва ворочая языком от шока, прошептала девушка. — Конечно, — усмехнулась женщина. — Мои ЧИСТОКРОВНЫЕ предки знали об этом. И о том, как их можно перехватить… Глаза Гермионы в панике расширились. — Умная девочка, — кивнула Нарцисса. — Для обряда вы оба показали себя слабаками. И теперь более сильный маг, — она театрально поклонилась, — может забрать себе любого из вас. Но вы — двое грязнокровок — конечно этого знать не могли. Я заберу Снейпа. И поверь, девочка, его смерть будет долгой и мучительной. Я хочу, чтобы ты помнила, он будет подыхать уверенный, что спасая свою шкуру, ты подарила раба мне. Последней его мыслью будет, что ты его, так же как и все, предала! Гермиона онемела. А обезумевшая леди почти царственным движением, коснулась плеча зельевара и, сунув руку в карман мантии, с негромким хлопком исчезла, прихватив с собой любимого мужа раздавленной отчаянием Гермионы Грейнджер. Опустевший стул, на котором секунду назад сидел Северус, покачнулся и упал. Путы, стягивающие тело девушки развеялись, но она не могла пошевелиться, оцепеневшая… В голове раз за разом, будто заевшая пластинка, повторялось: «Он будет умирать, уверенный, что ты его предала… " «Он будет умирать, уверенный, что ты его предала… " «Он будет умирать, уверенный, что ты его предала… "