Странник (U.P.)

С того самого случая и далее, он заперся в своей комнате в бесконечной тренировке, делая лишь короткие перерывы для того, чтобы проверить ситуацию в своей ветви клана или выйти во внешний мир. В основную ветвь ему путь был заказан, но это не мешало иногда пересекаться с детьми основной ветви, которые, впрочем, удостаивали его лишь презрительного взгляда. В такие моменты он просто уходил, ничего не говоря. Но неоднократно он приходил на помощь в сражениях с вторженцами или агрессивными представителями других рас своей и даже основной ветвям. Он вступал в бой, помогая детям основной ветви, но, помня прошлую злобу, они не прикрывали Сея. Впрочем, он этого и не просил. Как не просил и благодарности за помощь. И если он не мог спасти всех, то он по крайней мере снижал потери со стороны своего клана, уходя сразу после окончания сражения. Правда, большая часть сражений была быстра скоротечна, поэтому, в некоторых случаях, когда он приходил на помощь, всё уже было кончено. Четвёртая сестра вместе с мужем и детьми поселились на отдалённой горе вне владений клана, надеясь, что вторженцев там не будет из-за низкого содержания энергии, но через некоторое время её муж-дракон вернулся весь израненный, вернув в клан тело четвёртой сестры и их детей. После этого, он пожертвовал собой, чтобы спасти кого-то из главной семьи. Когда Сею было примерно одиннадцать тысяч лет, он получил чёрную дымку возле крыльев, означавшую, что он вскоре получит чёрные крылья. Это было на целую тысячу лет быстрее, чем ему предсказывали давным давно, исходя из его времени рождения. И это при том, что первые пять тысяч лет он почти не занимался. Хотя основная ветвь не простила его целиком, но такое необычно-быстрое получение чёрной дымки было заслужено небывалым упорством и бесконечными тренировками, поэтому они не могли не признать это достижение. Сей не прекращал тренировки, обучаясь владению энергии, ремёслам низшего мира — алхимии и всяческим видам письмён и начертаний и иным техникам. Он неоднократно перемещался в более низшие материальные плоскости, изучая новые знания. И даже если во время этих путешествий он влюблялся в какую-то девушку или женщину, даже если она была свободна и неплохо с ним общалась, то он сразу же уходил обратно в клан или другую материальную плоскость, разрывая с ней любые контакты, отвергая любые попытки быть с ней. Впрочем, он ни разу так и не смог задавить свои чувства, поэтому каждый такой, пусть и быстрый разрыв, оставлял свои неизгладимые шрамы. Ведь он даже не мог удостовериться в том, что объект его симпатии будет счастлив с кем-то другим, потому боялся, что она встретит плохого человека, который будет использовать её, будет всю жизнь страдать, или же просто погибнет от чьих-то рук. Однако, даже не смотря на это, он всё равно сразу же уходил, как только понимал, что хочет быть с определённым человеком, просто потому, что знал, что любые отношения закончатся точно также, как и все до этого — он снова будет страдать в одиночестве. «Пожалуйста... хватит... Я не хочу больше чувствовать это...» По каким-то причинам, он не мог привыкнуть к этому. Каждый раз он чувствовал себя настолько ужасно, будто в первый. Пожалуй, если он возвращался в клан, так ни разу и не влюбившись ни в кого, это было самым лучшим исходом. А происходило это довольно редко. При этом он не переставал участвовать во всех сражениях с вторженцами и представителями других рас, в которых успевал, неоднократно спасая молодое поколение обоих ветвей, лишь недавно прошедших Вознесение и имеющий лишь обычные белые крылья или не имевших их вовсе. Благодаря этому основная ветвь начала смотреть на него иным взглядом. Сей отметил примерно четырнадцать тысяч пятьсот шестидесятый день рождения в одной из других материальных плоскостей, после чего вернулся в клан. К счастью, в этот раз ему посчастливилось не пересекаться ни с какими существами противоположного пола, так что его сердце было спокойно и готово к новым тренировкам, не отвлекаясь на прочие дела или долгие страдания по любимой. Когда он уже хотел закрыться в своей комнате для тренировок, его позвали отец с матерью, сообщив странные вести. Сея вызывают в особняк основной ветви. Конечно, подробностей не было, поэтому он подумал, что его снова в чём-то обвинят. И когда он пришёл туда, рассчитывая на огромные горы ненависти и презрения, то просто впал в ступор. В небольшой гостиной комнате, куда его привели, за столом сидели несколько человек, тут же вставших при его появлении. В первую очередь его глаз зацепился за нахмурившегося старика Оэ, вернувшегося в клан. К тому времени Сей уже был довольно опытным, так что без труда разобрал его сомнения, ну и, конечно же, нехорошие чувства при встрече того, из-за кого погиб один из членов их ветви. Рядом стояло ещё трое — Вала, съедаемые сомнениями, скрестившая руки; Тая, вобравшая в грудь воздух при его появлении и теперь иногда поглядывая на него; Аро, испытывающий неприкрытое раздражение от присутствия Сея здесь. И в нескольких шагах от него стояла неизвестная ему особа, которую он видел впервые. Аро сделал шаг вперёд, намереваясь что-то сказать, но его мать остановила его движением руки, намекая, что сама с этим разберётся. Она встала справа от неизвестной девушки, указав на неё рукой. «Вайта, моя дочь. Сейчас ей тысяча четыреста шестьдесят шесть лет». Заметив изменения в эмоциях Сея, Вала поняла, что нет нужды в длительном рассказе. Сей слышал о ней. Вайта родилась на девяносто седьмом году, что было близким к верхнему пределу, и её способности были просто отвратительными. Пожалуй, она самая «поздняя» за последние, по крайней мере, двести тысяч лет. Эти новости разлетелись по обоим ветвям клана, предрекая девушке непростое будущее. Не смотря на прочную душу, её тело по каким-то причинам с рождения было чересчур восприимчиво к болезням и травмам — это удалось исправить лишь после её возвращения обратно в клан. Она была той, которая не смогла самостоятельно добраться до Вознесения даже беспрерывными тренировками, и умерла бы от старости без помощи родителей, продлевавших её жизнь из раза в раз, возвращая тело к молодому состоянию. Было примечательно, что Вала, давшая жизнь гению этого поколения — Тайе и Аро, стоявшему не далеко от неё, также подарила жизнь Вайте, самому «позднему» ребёнку за огромное количество времени. Будто само мироздание «наградило» семью ребёнком с ужасными способностями в противовес уже рождённому гению. И если Сей достиг Вознесения сам в сто четыре года, Вайта получила крылья лишь ближе к своему трёхсотлетию — двести девяносто один год, что было почти в три раза дольше. Разумеется, с такими способностями не шло даже речи о том, чтобы она уходила слишком далеко от особняка главной ветви, поэтому она была комнатным цветком, тщательно взращиваемым своими родителями, который легко сломается под малейшим дуновением ветра. В те немногие разы, когда она выходила во внешний мир, её сопровождали другие дети клана. Сей видел перед собой робкую закомплескованную из-за своих способностей девушку, вряд ли разговаривавшую хотя бы раз с кем-то кроме детей основной ветви, сейчас теребящую ткань длинной юбки почти до самого пола, уставив взгляд в пол. У неё были длинные, чуть вьющиеся белые волосы, нежно-фиолетовые глаза на фоне которых ясно виднелся характерный для клана крестообразный чёрный зрачок. На губах была едва заметная краска под цвет глаз, слабо блестящая из-за освещения. Небольшие, но красивые белые крылышки, чуть подрагивающие от волнения. Вала решила перейти к делу, быстро описав ситуацию. Её дочь захотела найти себе пару, но, так уж получилось, что несколько её попыток найти любимого среди низших рас закончились весьма печально. Из-за её особенностей развития, ей нежелательно выходить во внешний мир. А Сей некоторое время назад так удачно спас Вайту и её сопровождение, направлявшееся к низшим расам для очередной попытки поиска пары, от нападения отряда другой расы, после чего сразу же испарился, не обращая на них внимания. Сей не обратил внимания на неё, но она обратила на него. А когда его попытались найти по просьбе самой Вайты, он уже ушёл в другую материальную плоскость. По этой причине Вала лично попросила, впрочем, без подробностей, его родителей отправить Сея в особняк основной ветви. И вот, он здесь. Сей пробежался своим взглядом по стоящей перед ним девушкой. «Она просто заинтересована во мне. Может, я ей симпатичен. Учитывая её навыки, она не сможет детально узнать меня. Максимум будет видеть размытое облако, но ничего конкретного. Это схоже с моими первыми потугами в нахождении пары после того, как я прошёл Вознесение. Рассчитывает побольше пообщаться, получше узнать меня и, может, стать парой, как и я тогда с той человеческой девушкой? Может ли быть, что она уже рассматривала как вариант наше совместное будущее? Всё же, в последний раз я уходил на несколько сотен лет и Вайта, похоже, всё это время ждала моего возвращения. Наверное, она много о чём успела подумать». Некоторое время Сей лишь думал о чём-то своём, пока остальные молчали. Вала рассчитывала, что её дочь всё же сможет отвечать от своего лица, но в итоге она оказалась слишком робкой и стеснительной, чтобы сказать это прямо в лицо Сею. Со вздохом Вала сказала это прямо. «В прошлом у нас были некоторые неприятности, и отношения между двумя ветвями ухудшились в результате этого. Но это не может продолжаться вечно. Пускай, погибших не вернуть, но сейчас и моя дочь, Вайта, и ты, оба хотите найти себе пару. Если я правильно помню, у тебя не особо ладилось с парой и ты много переживал по этом поводу... Хотя она испытала меньше, чем ты, но... ваши истории похожи. И... насколько я вижу, ты не имеешь ничего против неё. В обычных обстоятельствах ваши отношения были бы хорошими. Почему бы вам... не провести немного времени вместе, и не поговорить, узнав друг друга получше?» Сей ещё некоторое время размышлял, пока не пришёл к определённому решению. И как только он принял его, все в комнате, кроме Вайты, нахмурились. «Это первое проклятье?» Этот вопрос задал Сей, смотря прямо в лицо девушки перед ним. Из-за проклятья правды Вайта не могла соврать при ответе на этот вопрос, поэтому Сей и спросил прямо. Она сжалась от такого пристального взгляда, в качестве ответа слабо помахав головой в разные стороны. После секунды затишья Сей ответил. «Раз это не первое проклятье мгновенного союза, я не готов ответить сейчас. Я пойду тренироваться». На этом он развернулся и потопал к выходу, оставив остальных в тишине. Видимо, его эмоции слишком сильно изменились до точки, что даже такой неопытный ребёнок клана, как Вайта, заметила это, восприняв как-то по-своему. Она сжала ткань юбки, с кривым ртом роняя слёзы под аккомпанемент заполняющейся горечью груди. Впрочем, к этому моменту Сей уже разорвал пространство перед собой и переместился на огромное расстояние от особняка. «Это из-за того, что я — бездарная дочь клана, которая даже Вознесение не может самостоятельно пройти? Я... просто недостойна?» «Нет, это...» Вала тут же бросилась утешать расплакавшуюся дочь. Старик Оэ пожал плечами. Тая и Аро же оскалились. Чувство раздражение Аро к Сею ещё больше усилились. В это же время Тайя почувствовала возвращающиеся отвращение и ненависть. «Ублюдок, не мог дать ей даже шанс. Ненавижу его!» В это же время Сей находился на приличном расстоянии от особняка и уже не мог знать, что происходит внутри. Конечно, он не имел ничего против Вайты. Скорее, она даже показалась ему немного симпатичной. Часть его хотела утешить её, подать руку помощи. И, кто знает, может в будущем они и правда могли бы быть счастливы друг с другом. Отсутствие первого проклятья у него и у неё не было приговором. Просто в этом случае потребовалось бы чуть больше времени на сближение и образование пары. Так что они действительно могли быть счастливы. Однако, он быстро вспомнил, чем всё это всегда заканчивается. Чем заканчивается каждая попытка найти пару. Болью и отчаянием на грани желания закончить всё смертью. Как ни странно, но он никак не мог привыкнуть к этой раздирающей грудь боли, и каждый раз чувствовал это, как в первый раз. Он более не верил в такую вещь, как отношения и семья. И это мгновенно сместило чашу весов в другую сторону. «Я больше не хочу чувствовать всё это. Я устал от этого. Нахождение пары не стоит таких переживаний». Посему, убедившись в отсутствии активации первого проклятья с её стороны, он быстро покинул главную ветвь клана, ляпнув что-то про тренировки, хотя на деле его «я не могу ответить сейчас» означало отказ. Ведь, обычно, в таких ситуациях, Оураниа принимают мгновенные решения. С их вычислительной мощностью и скоростью размышлений, «подумать» занимало максимум пару секунд. Он просто постарался отказать в более мягкой форме. Когда Сей уже был довольно далеко от особняка основной ветви, его лицо искривилось. Рукой он сжал одежду над тем местом, где было его сердце, пытаясь подавить желание вернуться назад и согласиться. «Нет... Я не хочу больше... не хочу... я сказал, не хочу!» Трудно сказать, повлиял ли отказ Сея на отношения между ветвями, но они явно не стали лучше. И Сей, вернувшись в особняк побочной ветви, не отвечая на вопросы кого-либо, уединился в комнате для тренировок за закрытыми дверьми. Время шло. Клан готовился к войне. Вернее, к «Бедствию». Всё же, дети клана путешествовали по всему миру в поисках знаний или просто от скуки и видели, что происходит. Так что Бедствие не стало для клана новостью, и они потихоньку готовились к сражению. Различные письмена на всяких вещичках были востребованы. Например, те же стрелы с запечатанной внутри энергией, при подрыве которой образовывалась огромная ударная волна, сметающая всех. Всё же, во время крупного сражения из-за стремления детей клана как можно быстрее уничтожить атакующее войско и применения сильнейших умений, запас энергии в округе быстро упадёт до нуля, после чего им останется сражаться энергией, запасённой в крыльях, либо такими вот вещичками. Последней мерой был отход в другую зону, где содержание энергии было больше. Отход не сильно приветствовался из-за возможности засады в тех зонах. Всё же, клан мог вытянуть энергию с огромного радиуса, так что оставалась она лишь вдали от этой области, там, где они не могли заранее обследовать местность, не прибыв туда лично. Всякие стрелы и другие вещички быстро запасались, а старшие обеих ветвей присматривались к различным материальным плоскостям в поиске тех, куда можно было без опасений отправить молодняк клана, очевидно, абсолютно бесполезный в этой войне. Однако, для всех стали неожиданностью пространственные колебания и последующее за этим появление невообразимого войска, собранного из бойцов различных низших и высших рас. Либо артефакты, позволившие перенести войско прямо сюда, оставшиеся с древних времён, либо кто-то помог армии добраться сюда. Но ни у кого не было ни малейшего желания разбираться. У детей Оураниа было лишь несколько секунд после появления войска и перед началом бойни. К несчастью, несколько детей с белыми крыльями оказалось прямо в центре этой армады, потому они погибли мгновенно. Узнав о потере, Сей и несколько других сильнейших детей клана без каких-либо мук совести активировали в той области свои мощнейшие атаки — Линейный Разрыв и Чёрное Солнце, скрывая наиболее слабых представителей клана внутри складов, запечатанных в их душах. Линейный Разрыв активировался через полторы секунды. Чёрное Солнце — через пять. Ударные волны прокатились по армии, расстилавшейся до самого горизонта. Миллиарды существ превратились вничто. Вдали были замечены драконоподобные ублюдки из семьи Тифичи. В ту сторону сразу же устремилось множество атак, призванных мгновенно уничтожить приоритетные цели. Несколько драконов возникло прямо возле небольшого отряда Оураниа, но не успели они что-либо сделать, как тут же были превращены в энергию и поглощены детьми клана напрямую. Оураниа перешли в атаку, просто летая над войском и поглощая всех живых существ для собственной подпитки. Тех, что они не могли поглотить, они просто уничтожали за счёт восполненной энергии. Ландшафт менялся на глазах. Горы и поля превращались в огромные кратеры в десятки и сотни километров в диаметре. Особняк давно был снесён ударными волнами, пока крылатые жнецы летали по небу, давя всех, словно муравьёв. Пару раз драконы из семьи Тифичи появлялись возле своих врагов, умирая вновь и вновь, и лишь после нескольких десятков попыток они смогли убить кого-то с относительно хрупкой душой. Глаза этого ребёнка клана просто потухли и он камнем рухнул в низ. Не было значения, сколько он тренировался и сколько сил вкладывал в атаки. За мгновенье его душа просто перестала существовать, так как была слаба из-за того, что он был ранним ребёнком. Сей рвал и метал, абсолютно не щадя себя, получая повреждения и тут же регенерируя своё тело. Его особо не заботила своя жизнь. Он лишь хотел убить стольких, скольких сможет, снижая нагрузку на своих родственников. «Континентальный Купол. Абсолютная область». В ту же секунду красная сфера, в центре которой был Сей, расширилась на огромное расстояние. Всё, чего она касалась — исчезало. Легендарные артефакты, редчайшая броня, любые живые существа, даже земля и воздух. Всё это превращалось в его энергию для его подпитки. А всех, кого у него не хватало сил поглотить... «Копья Света» Из его крыльев выстрелило порядка десятки тысяч сгустков энергии в виде копий, каждым из которых Сей управлял вручную, и каждый из которых прошёл сквозь тела врагов, оставив от них лишь щепотку пепла. В этот момент где-то вдали расцвело новое Чёрное Солнце, означавшее гибель множества врагов, чему Сей не мог не радоваться. «Столб Весеннего Света» Столб света ударил в гущу особо сильных по меркам армии врагов, которых не получилось превратить в энергию с помощью Купола, оставив в том месте круглую пятидесятикилометровую дыру в земле с оплавленными краями, уходящую вглубь планеты на неизвестную глубину. «Линейный Разрыв» Все существа, находившиеся ближе шестидесяти километров к центру активации были разделены на две половины разошедшейся из центра окружностью, а их души были уничтожены от подавляющими концентрацией и давлением энергии. Это умение напоминало «детскую» версию Лезвия Горизонта Тайи. «Солнечная Линза» Со вспышкой света всё по линии от Сейи до конечной точки в пятиста километрах от него, и в диаметре трёх километров от центра этой линии превратилось в пар. Взмах руки Сея, и новое Чёрное Солнце расцвело в дали, превращая неисчислимое количество врагов в воспоминания. Он улыбался. Отчего-то, с некоторых пор, он чувствовал себя хорошо только тогда, когда он сражался и убивал других. Видя, как неисчислимые враги исчезают, не в силах оказать сопротивления, он радовался. Это позволяло ему чувствовать себя лучше и поднимало самооценку - хоть в чём-то он превзошёл других; хоть какие-то его усилия принесли плоды. Для него сражение насмерть стало тем единственным результатом, который он мог предъявить себе самому в доказательство того, что его усилия окупились. Чувствуя себя выше окружающих его мошек, он злорадствовал, пытаясь заполнить этим превосходством над другими ту дыру, которая образовалась каждый раз, когда кто-то из низшей расы занимал, как он думал, его место возле той, что он любил. Его кроваво-красные глаза сверкали в небе, а белые в чёрной дымке крылья обозначали скорую смерть всех, кто его увидит. Все умения, которые он использовал также были кроваво-красного цвета. Никто не мог его даже догнать на его предельной скорости в сто восемь километров в секунду, а он легко мог сражаться на подобной скорости. В следующий момент он обнаружил вдалеке пространственные колебания небывалой мощности. «Вторжение? В такой момент?» Он на доли секунды отвлёкся, но быстро вернулся в реальность, продолжив уничтожать врагов. Казалось, они никогда не кончатся. Тем временем, запасы энергии в округе подходили к концу. Даже в такой зоне, во втором месте в мире по содержанию энергии, когда Оураниа, десятки тысяч лет научившиеся практиковаться с ней, начинали сражаться всерьёз, она довольно быстро тратилась. Буквально за тот десяток минут как продолжалось сражение, Оураниа уже убили бесчисленное количество врагов. В следующий момент всё озарилось белым светом. Особо слабые враги просто испарялись, когда он попал на них. Но даже Сей не смог нормально видеть сквозь этот свет. В нём содержалось настолько невообразимое количество энергии, что даже его глаза попросту не могли различить что-либо. Несколько секунд спустя он потух. Сея обернулся к его источнику. «П... подожди... М...мама?» А следом его просто сдуло ударной волной, будто пушинку в шторм. Он на огромной скорости врезался в ту небольшую не тронутую часть поверхности планеты, которая ещё осталось, образовав своим телом глубокий кратер. К счастью, он не погиб, и быстро вернул своё тело из состояния перемолотого фарша и кровяной лужи в обычный вид, и взлетел повыше, чтобы понять, что случилось. Но он больше не чувствовал присутствия своей матери. «П...почему?» Его веки задёргались. Вокруг больше не было живых врагов, поэтому он мог позволить себе поддаться эмоциям. Но когда он уже собирался полететь вперёд, буквально позади него открылся проход. Сей еле успел увернуться от молниеносного удара, мгновенно отправив в ответ Солнечную Линзу, которая могла доставить проблем даже ему самому, не говоря уже о ком-то слабее. Но вместо ожидаемого результата, луч света просто искривился, уйдя куда-то в небо. «Что?» Мыслительный процесс Сея тут же остановился из-за неожиданного результата, и это дало время врагу атаковать. «Я отомщу за братьев и сестёр» - крикнула вылезшая из разрыва тень. Он увидел лишь приближающийся топор, удерживаемый оскалившимся яростью молодым парнем. Сей получил удар и улетел в неизвестном направлении, будто шарик для пинг-понга. Хотя он в последний момент защитил себя щитом из энергии, который мог бы сдержать даже Столб Весеннего Света, но он оказался безнадёжно уничтожен. Из-за шока ещё в полёте он попытался мгновенно убить сильного противника сильнейшей атакой — Чёрным Солнцем, но... «Я знаю этот приём». Сей получил новый удар топором, на этот раз, прямой, без какой-либо защиты. Его тело было превращено в кровавый туман, и даже его душа получила некоторые повреждения. Создав себе новое тело, он рассудил трезво и решил убежать в поисках помощи от кого-то с чёрными или выше крыльями, поскольку после парочки обменов ударами понял, что не сможет убить врага самостоятельно. Рванув на полной скорости, он решил напоследок использовать Столб Весеннего Света, но он был что слону дробина — враг просто прошёл сквозь всесжигающий свет, будто он был светом фонаря на масле. Неожиданно, враг не отставал от Сея, и даже догонял. Так что следующий удар не заставил себя ждать — Сей снова был распылён на атомы, но продолжил удирать, поджав хвост. «Вероятно, это кто-то из культиваторов, сосредоточившийся вместо контроля над энергией в целом, на личной силе и законах мироздания. Сосредотачивая всё внимание на чём-то одном, а не постигая такую сложную вещь, как контроль над энергией, на начальном этапе они превосходят таких, как мы, хотя их потолок в конечном итоге многим ниже нашего. Вероятно, особи позади меня несколько десятков тысяч лет. Вкупе с моим талантом, думаю, я не смогу даже выиграть время, раз он не даёт мне применить сильнейшие умения, на активацию которых требуется время». Сей уже использовал пространство и время для ускорения, но враг никак не хотел его отпускать, оперируя похожими вещами. Сей пытался ещё несколько раз применить Чёрное Солнце и Линейный Разрыв, но любое промедление каралось превращением в кровавый туман. «Кажется, я не смогу никого спасти...» В ту же секунду Сей влетел в кого-то на полной скорости. Он успел испугаться и приготовиться к смерти, но, узнав знакомые черты лица и пролетающие мимо кусочки его врага, расслабился. «Отец» «Идём к особняку. Мы отступаем.» «А? Мама, она...?» «Она была хорошей женой и матерью» Услышав подтверждение своих догадок, Сей пустил слёзы. «Не время, Сей. Держись». Отец Сея, держа его, быстро перемещался к особняку. «Отец... А помощь от главной семьи?» Отец молчал. «Но... Неужели они могут отправить хотя бы кого-то сильного для помощи? Даже... Даже Тайя... с её крыльями, она превосходит деда и бабку вместе взятых! И старик Оэ... Он бы легко разобрался здесь с его крыльями! Его мощь превосходит даже суммарную мощь всей нашей ветви!» Но его отец молчал, пока они не прибыли в то место, где раньше был их особняк. Там стояло пятеро крылатых, разбрасывающих свои сильнейшие умения в армаду врагов будто конфетти в толпу. Поблизости было ещё несколько трупов людей, но они не принадлежали клану. Вокруг лежало различное оружие с разнообразными узорами, очевидно, принадлежащее вторженцам. Впрочем, оно и тела их хозяев постепенно исчезали, будучи переработанными в энергию. Отец приземлился неподалёку от группы из пятерых крылатых, высадив Сея. Он тут же узнал в собравшихся деда, бабку, брата с женой и первую сестру. «А... остальные...?» Но ему никто не ответил. Никто даже не отвлёкся на его вопрос, будучи сосредоточенными на сражении с врагами. Лишь спустя несколько секунд они заметили их появление. Далее, они переглянулись, что-то для себя решая. Вокруг всех растянулся мощный щит, созданный бабулей. Потом со взмахом рук нескольких присутствующих, рядом появилось оставшееся в живых молодое поколение клана. «Пожалуйста! Я отомщу за отца!» «И я!» «А мы — за родителей!» «Пустите нас!» Там стояли дочери первой старшей сестры, стоявшей недалеко — Аса и Маэ, а так же Роб и Кара — дети второй сестры, которой здесь не было. Малышка Кара была самой младшей из них — ей было всего пятьдесят лет, и она прошла Вознесение буквально за несколько недель до этого. Не успели дети что-либо сделать, как в их грудных клетках оказались кинжалы, которые женщина из семьи Тифичи, являющаяся женой кого-то из главной семьи, научила делать клан Оураниа. Она же провела абсолютно для каждого члена клана курсы по использованию этих кинжалов. Они могли запечатывать в себе души существ, поражённых этим самым кинжалом. Так что каждый присутствующий здесь понимал, для чего они нужны. Глаза молодого поколения быстро потухли, а тела свалились на пол, впрочем, они тут же были поглощены в качестве энергии. Отец Сея собрал все эти кинжалы и протянул своему сыну. «Дед, как сильнейший из нас, отправит тебя так далеко, как только сможет. Выживи и сделай так, чтобы они были счастливы» «П... подождите? Бежать? Мне? Я... Я хочу остаться здесь и отомстить за всех тех, кто умер! Даже если я умру сам, я заберу стольких, скольких смогу!» Отец же продолжил свою речь. «Давай быстрее. Время не ждёт!» «П... почему? Нет, я останусь! Вы хотите меня опозорить? Да, я совершил много ошибок, простите! Но отсылать меня, лишая возможности умереть вместе с вами?!» Отец нахмурился, но всё же решил объяснить. «Я уже потерял любимую, и останусь здесь до конца». Затем, в разговор вступил брат Сея, рядом с которым была его жена, с остервенением закидывая врагов дальнобойными атаками. «Мы потеряли обоих детей. Пожалуй, мы тоже останемся. Они были слишком дороги нам». Завершающие слова вставила первая сестра Сея. «Мой муж навсегда остался здесь. Я не уйду.» Продолжил отец Сея. «Дети клана, запечатанные сейчас внутри кинжалов... Ты знаешь, твоей первой старшей сестры, которая останется на поле боя, и дети второй сестры. Она и её муж уже мертвы. Их всех здесь присутствующих, только ты не потерял любимую или детей. Смерти остальных... я уверен, ты сможешь принять. Пожалуйста, позаботься о будущем клана». «Нет, отец, я хочу остаться здесь! Пускай этим займётся жена брата! Она добрая и отзывчивая, умеет ладить со всеми... Позволь мне хотя бы...» Сразу после слов отца, к Сею подошёл его дед. Будучи во много крат сильнее, он легко закинул четыре кинжала, содержащие будущее клана, а так же некоторые полезные предметы на склад внука, даже против воли последнего, хотя это казалось шло против всех законов мироздания, ведь эта комната могла подчиняться только Сею. Следом за этим позади Сея появились колебания пространства и времени, и чья-то рука мощно толкнула его в грудь. Сила деда, как и сила Пространственно-Временного Разрыва была настолько подавляющая, что Сей просто не смог сопротивляться, и не смог выбраться из него обратно к семье. Конечно, это было далеко от сил старика Оэ, но всё же Сей не имел даже шанса вырваться. Открытие, как и закрытие, такого мощного Разрыва требовало времени, так что его дед с бабкой, будучи сильнейшими в побочной ветви, остались с той стороны сторожить вход, а не пошли вместе с ним. Хотя всё произошло за несколько секунд, но для Сея эти мгновения казались вечностью. Разрыв, закрывающийся со скоростью улитки. Внезапно появившаяся перед разрывом группа врагов, создающее невообразимое давление и вселяющая животный ужас даже в Сея, очевидно, находившиеся на совершенно ином уровне. Разорванная на куски голова первой сестры и последующее уничтожение её души. Превращающееся в кровавый дым тело жены его брата. Вставшие на защиту Разрыва своими телами дед и бабка. Сражающиеся с вторженцами брат и отец. Отошедший к праотцам брат Сея. Дальше Сей ничего не видел, так как разрыв закрылся, полностью отрезая его от родной материальной плоскости, от Дома. Но, смоделировав ситуацию, он понял, что его отец, дед и бабка уже мертвы, выиграв секунды для закрытия прохода к нему. Начался длинный век, во время которого тело Сея рвали бесконечные пространственно-временные вихри из-за нестабильности слишком уж длинного тоннеля, отправляющего его напрямую в другую, слишком отдалённую, материальную плоскость без шанса вырваться в процессе этого. Вскоре, его тело оказалось уничтоженным этими вихрями, и лишь его прочная от рождения душа стойко переносила все неприятности, как и склад, для которого она была защитой. Через сто девять лет, три месяца, один день, пять часов, три минуты и девятнадцать секунд после закрытия прохода, Сей ощутил что-то кроме пустоты. Энергии на тело совсем не осталось, поэтому его закинуло в, пожалуй, самую экономную форму, в которой он мог существовать. Ещё через девять месяцев он увидел свет.