Утопия

      У каждого человека есть своя утопия, мир, в котором свои правила, и никакие человеческие нормы не играют тут абсолютно никакой роли. Мир, стоящий на почве, которую каждый вспахивал сам, возносил свои вершины. Выращивал огромные цветущие сады со своими несуществующими плодами и особыми растениями, с особым запахом, тем, что так хотелось сохранить в памяти. Иногда даже не задумываясь о самом аромате, тебя просто манит это, напоминает кого-то, запах его волос, одежды или даже рук. Запах любимых цветов или, быть может, краски? Музыка, звучащая вдоль узких улочек меж домов, что значит каждая из них? Каждая мелодия — воспоминание, звучащее где-то внутри. Возможно, любимая песня, шум моря или то, как дождь бьется об крыши домов по вечерам. Каждое здание построено своими руками, кровью и болью, сколько сил было потрачено на каждое из них, чтобы твоя утопия была идеальной? Но, как и каждого идеала, у этого места есть обратная сторона, та, которую хотелось бы забыть. Выкинуть из головы, сжечь или просто уничтожить.       Хансоль очень умело прятал все эти разрухи вне своей утопии. Много времени ушло, чтобы семена, которыми он окружил свое идеальное общество, дали плоды. Толщи непроходимых лесов возносились на самом краю его мира. Кто знает, какие чудовища обитают там сейчас, этот лес. Страх. Он полон гнева, лжи и предательств, всего, чего Вернон не переносил. Самая главная тайна этого леса была где-то к востоку от его утопии. Он так тщательно прятал все свои мысли в том лесу, пытался забыть все то, что так сильно ранило его когда-то.       С того момента прошло уже так много времени, что он и сам уже плохо помнил, что именно он так сильно хотел забыть.

Но увы, только он смог забыть.

      Хансоль смог спрятать все свои мысли глубоко в себе, но не Мингю. Он помнил все, каждый разговор, ссору, и даже касание. Для Мингю Хансоль был всем. Их последняя встреча… Действительно была последней, с того дня Гю ни на минуту не покидал свой нынешний дом, который… скорее было бы правильнее назвать его тюрьмой. Старое потрепанное здание, всего в два этажа, да, там было достаточно места для идеально жизни вдвоем, но.       Хансоль возвел себе домик на берегу озера. Стены из белого кирпича, мраморные колонны, с большим количеством зелени вокруг, выход к беседке у самого берега. Вернону нравилась цветущая зелень, он даже построил целую оранжерею во дворе, а еще ему нравилось сидеть вечерами в своей беседке, наблюдать за заходящим солнцем, его желтым свечением, переходящим в розовый, фиолетовый и наконец, в синий. Просто нравился этот переход ото дня к ночи, он мог еще долго сидеть там и разглядывать звезды, каждая из них несла для него свой смысл. Но иногда… в его памяти все же всплывали старые воспоминания о Мингю, как они вместе лежали на поляне в парке и смотрели в небо, мечтая о своем будущем. В тот день было очень жарко, и только под вечер они смогли выползти из дома. Это было что-то типа вечернего пикничка в парке. Покрывало, на котором можно будет сидеть, большой теплый плед, если станет холодно, еда и только они вдвоем. В городе было слишком тихо, даже звука машин почти не было слышно, лишь редкие гудки где-то с другой стороны парка. Небо было темнее черного, в парке тускло светили фонари, но даже так звезды были отчетливо видны. Мингю аккуратно обнял Хансоля и, укутав в теплый плед, повалил его на себя, смотря в глаза. — Обещай, что не уйдешь от меня, я не смогу пережить это, — взгляд старшего был слегка грустным, но улыбка с лица не спадала, он аккуратно поправил волосы младшего и притянул того к себе за подбородок, касаясь своими губами чужих. Они просто наслаждались обществом друг друга, любовались красивыми видами и просто любили. Без памяти любили. — Обещаю, — переплетая свои пальцы с пальцами хена и крепко сжимая, сказал Вернон.

***

      Ненадолго задумавшись, Хансоль резко поднялся и пошел в дом. Он не хотел ворошить прошлое, слишком уж долго пытался забыть все это, чтобы сейчас просто взять и начать вспоминать все снова. «Утро вечера мудренее» — подумал он и закрыл глаза, лежа в теплой кровати. Ночи были не такими темными, поэтому в комнате было достаточно светло за счет поступающих лунных лучей через незакрытое окно. Погода была теплая, лишь слабые струи теплого воздуха изредка качали белые шторы. Звуки сверчков и тихий шум озера, именно так можно было бы описать идеальный спокойный вечер.       Домик Хансоля находился в стороне от всего города, хоть люди там были добры и приветливы, но ему больше по душе была тишина и теперь — одиночество. Утро началось с того, что кто-то постучал в окно на первом этаже. Сон у Вернона был чуткий, поэтому он сразу проснулся. Поднявшись с кровати, он спустился вниз и пошел на кухню, где у него был задний выход на улицу к озеру. — Хансоль, ты опять проспал нашу встречу, — Сынгван стоял у входа, вид его был немного обиженный, но он сразу же остыл, когда его лучший друг извинился и предложил ему пройти в дом. — Сынгван-и, вчера же было такое красивое небо, я просто засиделся допоздна на улице, прости меня! — говорил младший, готовя себе и Бу кофе. Он был слегка встревожен и из-за того, что снова проспал встречу, и из-за вчерашних мыслей. Хансоль аккуратно помешивал жидкость в чашке, смотря через окно куда-то вдаль, абсолютно пропуская мимо ушей все то, что говорил ему сейчас старший.

***

      Сегодняшнее утро было холодным, на улице шел дождь и не хотелось даже вылезать из кровати, не то чтобы идти и делать какие-либо дела. Прижимаясь сильнее к теплой спине все еще мирно спящего Мингю, Хансоль перебирал пальцами край старой, растянутой футболки старшего. Его запах, каждая ниточка пахла как он. Уткнувшись носом между лопаток, он почувствовал чужие руки поверх своих. Аккуратными движениями Ким вырисовывал узоры на запястьях своего любимого. Он делал это машинально, ему просто нравилось водить пальцами по мягкой коже, которая все еще, кажется, пахнет клубничным гелем для душа. Развернувшись лицом к Хансолю, он медленно поднял веки. В глазах все еще плыло, но это не помешало разглядеть заспанное лицо Вернона. Они лежали так в обнимку минут сорок, просто вдыхая аромат друг друга и задыхаясь от поцелуев. Когда в животе уже начало бурчать, Мингю встал и лениво поплелся на кухню. Заварив две чашки кофе с корицей и сливками, тот прихватил свежую выпечку, за которой забежал вчера и вернулся обратно в комнату, удобно устроившись рядом с младшим. Тот день они провели под теплым пледом и за просмотром всяких смешных и не очень комедий. Вроде ничего особенного, но почему-то именно этот день оставил яркий след на сердце Вернона.

***

— И тогда я… эй, ты вообще слушаешь? — Сынгван подошел и потряс друга за плечи, отрывая того от своих мыслей, — Ты опять думал о нем.?       Хансоль тогда ничего не ответил, лишь отрицательно мотнул головой и протянул чашку с кофе.