fucking ego

Гэвина очень бесит, что его сраный горячо-любимый андроид постоянно оставляет на его теле сине-фиолетовые засосы, которые расплываются на коже причудливыми картинами, да и при том на видных местах. Вся шея в них. Никакие рубашки и кофты с воротниками не помогут. Только шарфом заматывайся, но Гэвин не любит шарфы. Он даже галстуки не носит, называет их удавками, а шарфы это ещё похлеще, только душись ими. Чёртов RK900! Чёртов собственник! Но если признаться честно, то эти следы в глубине души даже нравились Риду. Да, блять, Гэвину нравилось чувство, что он кому-то принадлежит. Но, блять, сам он не мог оставить на теле RK900 ни единого следа из-за чёртовой мгновенной регенерации искусственной кожи. Блядство. Гэвин каждый раз изо всех сил старается заклеймить шею, ключицы андроида, но, как он ни пытался, всё исчезало через несколько минут. Они даже потрахаться не успели, а засосы исчезли, будто и не было их. Пиздец. Любой другой, на месте Рида, плюнул бы на эту хрень и тупо трахался со своим андроидом, пусть даже без оставления следов. Но нет! У Гэвина чёртово эго рвётся наружу, оно не даёт покоя. «Мой, блять!». Гэвин не может показать всем, что этот андроид его и только его. Хотя все в полицейском участке и так знают, но Рид должен доказать это в тысячный раз. Он должен успокоить своё грёбаное эго. Бесит.

***

RK900 целует Гэвина в шею, немного засасывая кожу и прикусывая, а затем зализывая. На этом месте тут же появляется засос. Риду нравится, но мысль о том, что он сам не может поставить метку на своём андроиде, его бесит. Она не выходит из головы. И из-за этой грёбаной мысли нарастающее возбуждение норовит пропасть. — Я ходил в Киберлайф, — внезапно произносит RK900, отстранившись от Рида. Мужчина с беспокойством смотрит на андроида, неужели с ним что-то случилось? Мало ли, произошли какие-то неполадки в системе. Гэвин начинает волноваться. — Твой уровень волнения растёт, а уровень возбуждения падает. Это нехорошо, — подмечает RK900, будто бы сам Рид не знает этого. — Зачем ты ходил в Киберлайф? — взволнованно спрашивает мужчина. — Я знаю, что тебе не нравится то, что ты не можешь оставлять на моей коже засосы. Так вот, именно по этому поводу я и ходил, — отвечает RK900. Гэвин всегда знал, что у него чуткий андроид, но не догадывался, что настолько. В глубине души мужчины появляется надежда на то, что этот чёртов Камски изобрёл и эту функцию для андроидов. — И как сходил? — с предвкушением спрашивает Рид. — Мне обновили программное обеспечение, теперь эта функция доступна, — говорит RK900, снова, как по программе. Андроид недавно стал девиантом и поэтому не до конца привык к тому, что теперь может чувствовать, как обычный человек. Именно из-за этого иногда в его голосе прокрадывались нотки прошлой жизни в качестве машины, инструмента для выполнения работы людей. Впервые за долгое время Гэвин по-настоящему рад. Неужели теперь он сможет клеймить своего андроида сколько захочет? Господи, наконец-то его сраное эго будет удовлетворено. Рид притягивает лицо андроида к своему и целует его в губы. Страстно. Жарко. Пошло. Проникая своим языком в чужой рот, проводя им по идеальным зубам. После обновления программы RK900 стал даже лучше целоваться, — подмечает Рид. И, блять, это чертовски охуенно. Он бы целовал и целовал своего андроида. Но сначала нужно разукрасить идеальную искусственную кожу всеми оттенками синего и фиолетового. Гэвин отстраняется, немного сдавленно дышит, а затем припадает к шее RK900. Он засасывает кожу, покусывает, оставляет причудливые метки, мгновенно расплывающиеся по идеальной искусственной коже. И, о чёрт, с ними она становится ещё более идеальной. Теперь RK900 точно принадлежит только Гэвину, ведь вся его шея в засосах-метках. Возбуждение Рида с каждой секундой нарастает. И ещё бы ему не нарастать? Теперь гложущих мыслей больше нет. Есть только он и RK900. Гэвин покрывает засосами ключицы и грудь девианта. И, блять, как же это охеренно! Теперь RK900 полностью его. И от этого Рид готов прям сейчас кончить. Искусственное дыхание андроида становится более частым, а диод начинает беспорядочно мигать жёлтым. Наконец, Гэвин заканчивает со своим помечанием тела андроида, теперь тот был полностью в засосах разных оттенков и размеров. Рид требовательно целует RK900 в губы, выбивая из того томный вздох. Андроид любит поцелуи, в особенности после того, как Рид получил удовольствие. Девиант опускается вниз, попутно целуя Гэвина в ключицы, в грудь, в живот. Он останавливается на области паха, а затем наклоняется и сразу же вбирает стоячий член во всю длину. Рид от накрывающего наслаждения томно стонет, случайно прикусывает нижнюю губу. Андроид начинает двигать головой, юрко орудуя языком. Гэвин, захлёбывающийся в наслаждении, хватает RK900 за волосы, заставляя его двигаться ещё быстрее. У Рида, блять, собственный андроид-детектив, который отсасывает круче, чем любая дорогая шлюха. RK900 делает ещё несколько движений ртом, а затем Гэвин бурно изливается. Часть спермы попадает на лицо и губы андроида, и тот их слизывает, да так, что Рид, чёрт возьми, снова готов кончить. RK900 берёт стоящую на прикроватной тумбочке бутылочку смазки, со щелчком открывает её, а затем выдавливает её на пальцы. Андроид входит в Гэвина одним пальцем, начинает двигать, чтобы дать тому привыкнуть. Если честно, то из-за регулярного секса Риду совершенно не больно принимать в себя даже два пальца сразу, но RK900 слишком заботливый и не хочет случайно порвать Гэвина. Внутрь проникает ещё один палец, и андроид находит нужный угол, попадая по простате. С губ Рида слетает протяжный стон. Блять, как же охуенно-то. Когда андроид вводит третий палец, то движения становятся более быстрыми и ритмичными, не такими щадящими, и Гэвин, твою мать, реально чуть не захлёбывается от наслаждения. RK900 вынимает из мужчины пальцы, а затем пристраивается возле его ног, чтобы тому было удобно, и входит уже членом. Гэвин стонет громко. Слишком развратно. Как какая-то дешёвая шлюха. Но, блять, ему насрать. Мужчина крепко обвивает своими ногами бёдра андроида. RK900 задаёт быстрый, надрывный темп, тем самым выбивая с каждым толчком с губ Гэвина всё более и более развратные стоны. Тот же нескончаемо счастлив, ведь теперь его трахает полностью помеченный андроид. Не только он удовлетворён, но и эго. Рид, даже, блять, дышать иногда забывает. Но и насрать. Задохнуться во время секса, не так уж и страшно, хоть счастливым умрёт. Но только за всю историю таких случаев не было. Значит, не умрёт. Значит, он ещё сможет получить точно такое наслаждение. Гэвин бурно кончает, тяжело дыша. И если честно в такие моменты он не верит, что RK900 — андроид-детектив, ведь в постели он ведёт себя как настоящий андроид из секс-клуба «Рай» и даже лучше. RK900 делает ещё пару толчков, а затем выходит из тела мужчины. На лице Рида счастливая улыбка, которая смотрится на нём как-то странно и непривычно. Но и насрать.

***

На следующий день в полицейском участке все сотрудники прожигали взглядом RK900, на шее которого теперь красовались многочисленные засосы, и Гэвин, блять, был слишком горд из-за этого. — Эй, Рид! — окликает Хэнк детектива во время обеденного перерыва. — Что надо? — нахально отвечает Гэвин. Они никогда не ладили с Андерсоном, а после появления в отделе Коннора, так вообще чуть врагами не стали, но это было в прошлом, хотя его отголоски иногда проскальзывали в их повседневных разговорах. — Я тут вижу, ты полностью обсосал своего андроида, да так, что на шее почти чистых мест не оставил. — И что, завидуешь? — язвительно спрашивает Гэвин. — У твоего же милого Коннора такой функции явно нет. — Да пошёл ты нахуй, — выплёвывает Андерсон. В этот момент эго Рида чуть ли до неба не взлетает. Это ж надо было двух зайцев одним выстрелом убить: и RK900 пометить, и Хэнка позлить. Андерсону же нужно срочно поговорить с Коннором по поводу обновления программного обеспечения. Надо бы одного придурка на место поставить.