Свадьбы Конохи 6. Предсвадебный мандраж

      Первые 12 часов ситуация, по мнению Канкуро, складывалась весьма благоприятно: Гаара не бежал отменять свадьбу, и сидя в своем маленьком, но весьма надежном убежище, вел себя тихо, то есть не буянил, не орал и даже не требовал еще саке. Проблема стала очевидной, когда, проснувшись в 8 утра, кукольник обнаружил, что его брат из шкафа вылезать не намерен.       - Гаара, ты там живой? – поинтересовался он, предварительно постучав по деревянной дверце.       Тишина.       - Гаара, ответить мне.       Снова ничего.       - Гаара, свадьба…       - Отменяется, - раздался с той стороны вполне себе бодрый голос главы Суны.       Канкуро сглотнул. Ситуация не прояснилась: его брат, как и прежде, был не настроен жениться и собирался отменить свадьбу. Переступив с ноги на ногу, кукловод пошел в атаку: до торжества оставалось три часа.

***

      - А я тебе говорю, что он где-то за пределами Суны! Смысл Канкуро оставлять его на территории деревни?       - Ты веришь в то, что Кан мог утащить Гаару куда-то? Да он бы и шага не ступил, если бы Гаара этого не захотел или не был с ним согласен. Значит, они где-то в деревне!       - А если Канкуро его обманом куда-то увел?       - Хочешь сказать, что Гаара настолько туп, что поверил бы обиженному Канкуро?       - Он не туп, он чувствует вину за прошлые свадьбы. Думаю, не нужно напоминать почему.       Некоторое время в помещении было тихо.       - И? Где нам искать жениха? До свадьбы час.       Шиноби Конохи, приглашенные на торжество в Суну, Темари и Каруи сидели в гостиничном номере Узумаки и пытались понять, где им искать пропавшего вчера вечером Гаару, точнее похищенного Гаару, ведь секретарша прекрасно видела, что начальник уходил в обнимку со старшим братом. Они уже несколько часов пытались придумать, как им найти Казекаге, при том, что обыскали всю Суну и ближайшие 50 метров вокруг нее, что было совсем не сложно: кругом песок – спрятаться негде.       В это время невеста в приподнятом расположении духа готовилась к самому важному дню в своей жизни. В этом ей помогала кузина - Ино - и сестра ее жениха – Темари, которая к друзьям зашла на пару кратких мгновений. Ей предстояло вернуться, чтобы не вызвать подозрений Хидаки. А еще ей нужно было улыбаться, по той же самой причине, хотя она готова была свернуть шею одному своему очень ранимому и надоедливому родственнику.       - А вдруг с ними что-то случилось? С обоим? – сделала несмелое предположение Хината, нарушая напряженную тишину.       - Ты думаешь, такое возможно? Гаара все-таки Казекаге, да еще и неуязвимый практически. И Канкуро далеко не промах, - отмела идею Темари.       В уголочке усмехнулся Учиха, услышав про кукловода. За свое весьма непочтительное отношение к старшему из мужчин Собакуно он тут же получил ощутимый тычок под ребра от своей обожаемой жены.       - Тогда… - начал Инузука, поднимая вверх большой палец.       Дверь с оглушающим звуком распахнулась, впечатываясь в стену. Ручка треснула, но не сломалась.       В дверном проеме взъерошенный и задыхающийся от быстрого бега, стоял Канкуро.       - Вы должны мне помочь, - произнес он между тяжелыми вдохами и рухнул на четвереньки прямо на пороге, пытаясь восстановить дыхание.       Ребята быстро подбежали к нему, стараясь помочь, но все они были сметены Сакурой.       - Канкуро-кун, ты как? Что случилось? – щебетала она, хватая его за руки.       Кукловод присел с ее помощью на пятую точку, а девушка принялась поправлять его волосы: челка липла ко лбу. Саске пнул кресло, но на него никто не обратил внимания.       - Кан, что случилось? Где Гаара? – тут же встряла в разговор песчаная принцесса.       - Темари, ты что не видишь, что ему плохо? Пусть он сначала придет в себя! – взбунтовалась Сакура .       Учиха выкинул из окна прикроватную тумбочку. На улице заорали кошки, послышался стройный собачий хор. Его снова проигнорировали. Тот факт, что все внимание было приковано к кукловоду, ужасно раздражало мстителя, ведь, несмотря на свою холодность и отстраненность, восхищение со стороны пусть и истеричных дам, ему льстило.       Так что Саске пнул кровать, ножка надломилась от такого кощунственного отношения и развалилась, предмет мебели с оглушительным грохотом рухнул на пол. Учиха прыгал рядом с ним на одной ноге: все-таки не только кровать пострадала. И в этот раз все посмотрели на него. Когда мужчина это понял, то остановился с как всегда безразличным выражением лица взирая на друзей, только вот зажатая в руках правая лодыжка нарушала образ супер-крутого мачо. Саске оскалился. Сакура закатила глаза и вновь повернулась к кукольнику. Ее примеру последовали остальные шиноби.       - За сломанную кровать – штраф, Учиха, - стоя уже спиной к нему сообщила Темари.       Саске обрадовался, что она не заметила отсутствие тумбочки.       – За тумбочку тоже, - нагнала девушка его мысли.       Пока все мысленно пинали Саске, Канкуро успел прийти в себя.       - Надо Гаару вытаскивать, а то никакой вам свадьбы, - прямым текстом сообщил он друзьям и поднялся с пола.       - В смысле? Откуда вытаскивать? – тут же встряла Темари.       Она по-прежнему подозревала одного своего брата в похищении другого.       - Из шкафа, - как ни в чем не бывало, ответил кукловод и развернулся на выход, считая, что он все сказал, но не успел сделать и шага, как наткнулся на Яманака.       - О, Канкуро, - удивленно проговорила она, а в следующую секунду, схватив мужчину за грудки, начала трясти всей своей богатырской силой, - Ах, ты – мерзавец! Куда дел жениха моей сестры! Я тебе такую жизнь устрою!       Ино в срочном порядке принялись оттаскивать от только что пришедшего в себя кукольника.       - Жив ваш жених, истерики только закатывает, - осипшим голосом произнес он, - надо его вытащить!       - Так, Канкуро, давай все по порядку!       Тамаки была самой организованной и незаинтересованной ни в чем в этом дурдоме.       Кукловод тяжело вздохнул, но понимал, что никто и с места не сдвинется, пока он все не расскажет, как следует.       - Я вчера с миссии вернулся. Думаю, дай, с братиком перед его свадьбой поболтаю… И вообще мы с ним давно нормально не общались. Ну и пошли ко мне, - Канкуро сделал небольшую заминочку, - в мастерскую.       - Какую мастерскую? – удивилась Темари.       - Стараниями Гаары уже бывшую, - мимоходом ответил кукольник и продолжил, - так вот. Мы посидели. Выпили. Да, выпили, - предупреждая крики, протараторил кукловод. – Гаара был напряжен, я просто хотел, чтобы он расслабился. А он давай говорить, что свадьбу отменить хочет. Ну я его давай останавливать, а потом он… В шкафу этом чертовом спрятался, а его ведь просто так не откроешь. Я подумал: «ну и ладно, протрезвеет, сам к Хидаке поскачет». Но нет, он отказывается выходить. Я уже все перепробовал. Мне нужна помощь.       - А что за шкаф то, который не откроешь?       - Да мне его самураи на заказ делали…       - Аааа… - протянули шиноби хором.       - И ты думаешь, мы тебе поверим? - Темари была непреклонна.       - Можете пойти со мной и посмотреть, - скривился Канкуро, обижаясь на сестру.

***

      На месте бывшей мастерской Канкуро ничего не изменилось с тех пор, как он ушел за помощью. Шиноби максимально незаметно, что в условиях их численности было практически невозможно, пробрались к этому загадочному и пустующему месту короткими перебежками, стреляя взглядами в прохожих, якобы не вызывая подозрений и лишнего внимания. То, что при этом, жители Суны смотрели на них как на толпу не совсем адекватных людей, не вызвало подозрений ни в ком из них. Разве, что Шикамару и Неджи чувствовали себя неловко, вместе с суновцами наблюдая за странными передвижениями друзей: они то в шпийонов не играли.       Темари и Ино остались с невестой, продолжая делать вид, что все просто прекрасно, хотя песчаной принцессе это удавалось с трудом: мысленно она уже себе пообещала, что непременно покалечит хотя бы одного из своих братьев, чтобы впредь неповадно было устраивать ей такие стрессы. И хоть свадьба Канкуро виделась ей не скорым, если уж совсем невозможным событием, ибо кому нужна такая бестолочь, как этот непутевый кукловод, она уже начала придумывать план…       Шкаф лежал на том же самом месте, дожидаясь мини армии шиноби, готовой крушить и кромсать, но жениха к алтарю вовремя доставить. Кукольник был уверен, что они не остановятся ни перед чем и в случае необходимости сравняют с землей или закопают в песке всю Суну.       - Гаара! – заорал Наруто, подбегая к шкафу.       Только вот незадачливый герой упал прямо на середине пути, запнувшись за камень, который при ближайшем рассмотрении оказался частью рухнувшей при помощи песка Казекаге стены.       На ор Узумаки из шкафа никто не откликнулся, но кукловод был уверен, что Гааре стало страшно.       Наруто не теряя времени, быстро поднялся, игнорируя оцарапанные ладони, принялся со всей своей геройской силой долбиться в дверцы, периодически останавливаясь и прислушиваясь к тому, что происходит внутри. Остальные обреченно наблюдали за этой картиной, считая, что он к должности Хокаге еще не готов.       - Хината, сними его, - попросил Канкуро, прикрывая зевок.       Сакура согласно закивала.       - Да, иначе этим займусь я.       Жена Наруто нервно сглотнула и поспешила к мужу, переступая через препятствия в виде остатков стены, чтобы не повторить его печальный опыт.       - Наруто-кун, - позвала она своим тихим и спокойным голосом.       Шиноби лишь проигнорировал ее, продолжая попытки сломать шкаф. Он даже решил применить рассенган.       - Наруто, пошел вон! – раздался, наконец, ответ Гаары: вибрация, которая прошлась по его телу после техники будущего Хокаге, ему совсем не понравилась.       - Вылазь оттуда! – прокричал Узумаки.       - Не вылезу, - обиженно отозвался Казекаге.       В ответ на столь хамское отношение к его просьбе Наруто продолжил издевательства над мебелью.       - Хината, да останови ты уже его! – крикнула подруге Тен Тен.       - Я иду, Хината! - прорычала Сакура.       Девушка испугалась не на шутку и тут же вцепилась в руку мужа, останавливая поток ударов. Наруто перевел на нее удивленный взгляд.       - Ты чего?       - Остановись! Сакура идет тебя бить, - шепнула она супругу и попыталась стащить его со шкафа.       Узумаки побледнел и, ругнувшись сквозь плотно сжатые губы, скатился с предмета мебели как раз к тому моменту, как Учиха подошла к нему. Он миролюбиво улыбнулся. Сакура ответила тем же. Наруто успел лишь слегка удивиться, когда сильный удар сотряс его тело.       - Сакура! - повысила голос Хината, закрывая собой мужа, увы, слишком поздно.       - Следи за ним лучше! – погрозила куноичи пальцем подруге и поступила ничуть не умнее него: считая, что у нее сил побольше, и никакой рассенган с ней не сравнится, она вложила в свою правую ногу столько чакры, что одним пинком могла бы разнести в щепки целое здание, но не самурайский шкаф…       Предмет мебели устроил полет на такой скорости, что шиноби едва за ним поспевали, при этом стараясь не потерять его из виду. Остановить его смогла только надежная песчаная стена, возведенная вокруг Сунагакуре еще на заре селения, и то с кошмарным ущербом: дырой длинной в 10 метров.       - Тоже мне гений, - пробурчал Канкуро, когда шкаф они все-таки догнали.       - Я тоже в шоке, - также тихо ответил ему Хьюга.       - Так! – рявкнула на всех Каруи, перекрывая дорогу к Гааре, - это самурайский шкаф! Силой его не открыть. Гаара сам должен оттуда выйти!       - Хоть у кого-то в этом дурдоме есть мозги, - снова тихо проговорил кукольник, чувствуя, как проникается уважением к этой резкой и грозной куноичи из Облака.       - Есть какие-нибудь предложения? – поинтересовался Хьюга.       Неджи тоже нравился Канкуро все больше. Видимо, семейная жизнь пошла шиноби на пользу: стал умнее, спокойнее и терпеливее. Это если вспомнить, что побоище перед своей же свадьбой устроил именно он.       - Надо надавить на жалость, - предложила Хината.       - Пробовал, - сразу же отозвался Канкуро. - Я вообще-то позвал вас, потому что у меня закончились идеи…       Тишина, воцаряющаяся каждый раз, когда Канкуро стоит открыть рот, стала слишком частой: либо кукольнику не верят, либо он настолько их шокировал своими заявлениями. Но, как правило, секунды покоя были краткими и напряженными. Сразу за ними следовал такой гвалт и разноголосица, что сложно было находиться рядом с толпой шиноби даже в радиусе 20 метров. Этот раз не стал исключением: присутствовавшие заговорили все разом, предлагая «новые», по их мнению, варианты. Канкуро отошел в сторонку, чтобы не мешать, разворачивающемуся перед ним шоу. А посмотреть было на что: сойдясь на какой-то своей схеме, коноховцы и Каруи по очереди принялись пытаться вытащить из убежища Гаару. К счастью кукольника, физическую силу они уже не применяли. Зато в ход пошло давление на психику жениха: упреки, обиды, предъявы и далее по списку. Киба даже попытался взять упрямого Казекаге на слабо, но глава Суны и ухом не повел, хотя сквозь деревянные дверцы этого было не видно, но кукловод был в этом уверен. Некоторые самоуверенные куноичи даже взялись за соблазнение…       Канкуро не оставалось ничего кроме как неприлично хрюкнуть от смеха и сложиться из-за него же пополам за, вполне приличного вида, валуном, глядя на «развратную» Сакуру, которая любовно обнималась со шкафом.       Как только кукловод поднял голову из-за своего укрытия, наткнулся взглядом на Саске. Последний мститель недобро смотрел на него, прикидывая, стоит ли нападать на шиноби Суны, пока все слишком заняты Казекаге. Канкуро испугался… Немного совсем, но вместо того, чтобы как-то загладить ситуацию, с вызовом уставился на Учиху в ответ. Тому это совсем не понравилось и, сделав глубокий вдох, так что ноздри раздулись, как паруса на лодке, обратился к своим друзьям просто-таки громовым голосом:       - А есть ли у нашего упрямого Казекаге совесть?       Толпа раззадоренных уже к тому времени шиноби, повернулась к Саске, пытаясь понять, что он имеет в виду. Наруто в женском обличии, трясший ненастоящими грудями перед дверцами шкафа, не обратил на происходящее внимание, продолжая лопотать всякие пошлые гадости. Пытался он при этом соблазнить Гаару или вызвать у него рвоту, никто не знал. Казекаге скорее всего предложения Учихи не услышал, и в данной ситуации это был плюс.       - Милый, что ты хочешь сказать? – проворковала Сакура, соблазнительно хлопая накрашенными ресницами – еще не вышла из недавнего образа роковой женщины.       Решив, что и так слишком много сказал, Учиха просто указал пальцем на Канкуро. Кукольник побледнел, быстрее остальных понимая, к чему клонит мужчина. И это было уже слишком. На такие жертвы он не пойдет даже ради свадьбы младшего брата.       - Саске, это… слишком, - осознал предложение друга Неджи, и даже как-то стеснительно отвел взгляд от кукольника.       Тут и до остальных дошла суть сказанного и показанного Учихой. Шиноби неуверенно начали мяться на месте, что-то бурча себе под нос. Саске был недоволен таким эффектом.       - Гаара же сам говорил, что больше не хочет, чтобы его ненаглядный братик пострадал.       - Да, но… - попыталась возразить Хината, которая краем глаза наблюдала за мужем: Наруто уже начал раздеваться.       - Что «но»? – взорвался Учиха. – Мы здесь уже час почти торчим, до свадьбы 20 минут, а Гаара даже не думает выходить. У нас заканчиваются идеи, а это вполне сработает. И к тому же! Я не говорю, что мы прям будем его бить, так… пощекочем, - злобно улыбнулся шиноби, кажется, уже представляя эту сцену.       - Идея правильная, - отозвался Нара.       То, что это сказал именно он, было аргументом более весомым, нежели все, что сказал Саске и даже все, что он еще мог бы сказать.       - Только щекотать его будет не Учиха.       - Почему? – неожиданно грустно спросила Сакура, поправляя волосы, - я вполне аккуратно.       Шок – только этим словом можно было описать ощущения, собравшихся шиноби. Даже Канкуро, который уже медленно двигался по направлению к деревне, пока его не начали мучать, замер, пытаясь осознать услышанное.       - Чего!? – спустя несколько секунд взревел Саске, да так, что Наруто, отвлекся от своего занятия и, наконец, посмотрел в сторону друзей.       - Ой е! Что тут случилось? – запоздало осведомился он.       - Что там? – запертый Казекаге тоже хотел знать, что настолько потрясающего произошло снаружи, что и Учиха орет как раненный в ягодицу медведь, и Наруто заткнулся, прекращая попытки вызвать в нем отвращение к соитию до того, как оно у него вообще случилось.       - Где этот любитель кукол? – заорал Учиха еще громче, чем раньше, шаря взглядом по местности.       Кукловод спешно делал ноги, надеясь, что догнать его не успеют, во всяком случае пока он не доберется до дома, а там, может и спасение подоспеет… Может быть, очень может быть…       Заметив пропажу, взбешенный Саске, немедленно активировал Сусаноо и двинулся в сторону деревни, довольно быстро замечая, как цель улепетывает в том самом направлении. Среди оставшихся поднялась паника. Каруи несколько раз треснула по голове несдержанную Сакуру и понеслась вслед за ее мужем, надеясь остановить кровопролитие. Хьюга с женой последовали ее примеру. Остальные немного подвисли, но тоже бросились на выручку кукольнику.       - Наруто, с ним только ты сможешь справиться, - подбежала к мужчине Хината. Узумаки соображал туго, зато, когда до него доходило, действовал быстро. Так что, долго подумав, он сорвался с места с такой скоростью, что даже третий Райкаге бы позавидовал. Хината уже собиралась пойти за ним, когда голос из шкафа остановил ее.       - Что там происходит?       Понимая, что времени мало, Хината произнесла лишь короткую фразу:       - Саске собирается бить Канкуро.       Про жениха, прятавшегося в шкафу, все благополучно забыли.

***

      Канкуро бежал так быстро, как только мог. Но взбешенный муж вздорной Сакуры настигал его слишком быстро. Именно сейчас кукольник ощутил настоящий страх: такого с ним не было даже во время войны. Он усиленно подгонял себя, напоминая, что ему выжить просто необходимо, иначе как же они без него, поэтому двигался на пределе своих возможностей. До деревни оставалось совсем немного, до его дома чуть больше, хотя в глубине души он понимал, что дом – это лишь призрачная защита.       Сквозь свистящий в ушах из-за быстрого движения, ветер, Канкуро различил какие-то крики. Времени оборачиваться не было, поэтому он изо всех постарался прислушиваться.       - Саске остановись!       - Это не выход!       - Ты не можешь бить Канкуро – он представитель другой деревни!       - Он брат Казекаге, черт возьми!       Кажется, шиноби Конохи все-таки имеют совесть, раз стараются отговорить своего смертоносного мстителя от фатальной ошибки. А фатальной она будет хотя бы потому, что если Канкуро выживет, он ни за что не оставит это просто так…       Судя по тому, что Сусаноо не сбавляло скорости, слова друзей не очень волновали его обладателя.       Канкуро, наконец, увидел впереди людей Суны и, преодолев последний рубеж между старой деревней и ее живой частью, ворвался в толпу. Он лавировал между жителями родной деревни на максимальной скорости, при этом стараясь никого не покалечить. И очень надеялся, что Учихе хватит мозгов и совести не трогать тех, кто попадается ему на пути.       Момент, когда Саске ворвался в толпу со своим скелетоподобным щитом, был четким и примечательным: народ заорал не хуже, чем орал сам мститель, когда только собирался в погоню. Люди бросились врассыпную, издавая душераздирающие вопли. Канкуро было стыдно. До дома оставалось еще немного.       - Учиха Саске, немедленно прекратите преследовать Собакуно Канкуро.       Голос был настолько холодным и даже в какой-то степени яростным, что кукольник на секунду испугался еще больше. И в этот самый момент, сбившись с шага, он поскользнулся на куске мыла, который бросила какая-то домохозяйка во время побега. Ее крик еще раздавался в голове кукловода, когда земля встретила его жестоким ударом прямо по лицу. Было больно и обидно. Пятой точкой, поднятой к верху, кукольник почувствовал, как огромная рука из чакры поднимает над ним гигантский острозаточенный меч, и уже попрощался со всеми, кого любит и даже не любит. Расквашенная физиономия при этом волновала его в последнюю очередь. Единственное, о чем он мог думать, так это о том, как будет мстить своей семейке и всей Конохе с того света. Он даже успел ухмыльнуться. Удар…       Его не последовало. Прошло несколько секунд, и Канкуро перестал жмуриться, бессовестно лишь ожидая собственной смерти, даже не борясь с ней. Кукловод неуверенно открыл глаза, а потом также медленно повернул голову: над ним навис песчаный щит. Острие меча лишь на несколько сантиметров торчало над его краем. Слышно ничего не было, хоть он и пытался прислушаться. Смолкли и крики жителей: появление Казекаге наводило ужас.       - Канкуро!       К кукловоду подбежала взволнованная Темари. Она уже была облачена в платье подружки невесты, в руках у нее был зажат свадебный букет. За ее спиной маячила скромная хрупкая фигурка возлюбленной его брата и ее кузины.       - Темари! – взвыл кукольник, бросаясь в объятия сестры, - как же мне было страшно! А ведь я вообще ничего не сделал, - жаловался он.       - Что случилось?       Хидака была встревожена не на шутку.       - Сакура ляпнула глупость и тем самым спровоцировала Саске на убийство Канкуро.       Шикамару появился бесшумно.       - А Гаара? – как-то беспомощно спросила Темари.       - А Гаара взбесился из-за этого, - он смотрел возлюбленной прямо в глаза, надеясь, что она поймет его правильно, - Он сейчас со всем разберется, так что вам лучше вернуться в церемониальный зал и как следует подготовиться. Мы скоро все подойдем, - мужчина постарался успокаивающе улыбнуться невесте.       - Да, Канкуро мы заберем с собой.       Она была на удивление спокойна.       - Вот ведь, Кан, ты и сам ни на одной свадьбе не можешь без травм, - беззлобно пошутила она, рассматривая расцарапанное лицо. – Идем? – позвала она Темари и направилась прямо к залу, где будет проходить ее свадьба.       Шикамару украдкой кивнул куноичи, подтверждая, что она может быть спокойна и, что все пройдет хорошо. Темари ему верила, намного больше, чем кому бы то ни было, поэтому пошла за невестой своего брата. Канкуро был расстроен, но обещал всем отомстить, конечно, не вслух.

***

      Свадебный зал был прекрасен, хотя прекраснее невесты вряд ли что-то могло быть. Хидака, облаченная в белоснежное платье и длинную полупрозрачную фату была похожа на ангела больше, чем когда-либо, и кукольник был единственным, кто не собирался покупаться на эту красоту. Он несдержанно фыркал и сверлил невесту взглядом с другого конца зала, ожидая пока его истеричный брат прекратит жевать манжету собственного пиджака.       Гаара вылез из шкафа только для того, чтобы спасти брата. Ему было страшно жениться, но потерять и без того в последний год ослабевшее доверие старшего было страшнее, поэтому он ринулся вперед… Вообще он просто поступил инстинктивно, практически не думая. Он как животное: знал, что Канкуро не должен пострадать, знал, что он должен его спасти. Казекаге был как всегда властным и сильным, жестоким и справедливым. Он был таким, пока толпа шиноби вместе с ним останавливала закипевшего, как кастрюлька на плите, Учиху, который, к слову, не скоро простит главе Суны рот полный песка. Как только все закончилось, и Саске покоился в объятиях жены, приходя в себя после ее же удара, Гаару вновь охватила паника. Он уже собирался дать деру обратно к своему облюбованному шкафчику, когда его, буквально за руку на горяченьком, поймала Хината. Ей он отказать не смог, и не потому что жена лучшего друга вызвала в нем какие-то сильные чувства, а просто потому что благодаря ее близости он попал в теневую технику Нара.       Гаара кричал. Много и матерно. Таким его жители деревни еще не видели, а теперь не скоро забудут.       В здании, где ему предстояло вступить в брак со своей возлюбленной, он ругаться перестал, после того, как ему сказали, что здесь хорошая акустика и скорее всего Хидака услышит его нелицеприятную речь, пусть большая ее часть и была адресована рогатому представителю клана Нара. Шикамару очень надеялся, что «рогатому» не относится к его отношениям с Темари, но решил, что потом все-таки прояснит для себя этот момент. Гений Конохи отпустил Казекаге только, когда тот увидел Канкуро и дал ему честное кагевское слово, что не посмеет сбегать из-за девчачьей истерики. Дать то дал, но ему же никто не запрещал исходить стонами страха и ужаса перед семейной жизнью. К глубочайшему сожалению кукольника шафером был именно он, и торчать рядом с братом недочесть выпала именно ему. Гаара едва ли не катался по полу возле алтаря, постоянно хватая кукольника за рукав, как будто это было его последнее спасение. Шиноби его усиленно игнорировал, показывая тем самым, что вообще-то до глубины души оскорблен.       Хидака шла медленно. Никто не видел, какое выражение застыло на ее лице, тем более, что нервничающего Гаару невозможно было не увидеть: он уже готов был глотать обручальные кольца.       Девушка приблизилась и встала рядом с Казекаге на подиуме перед священником, который должен был навсегда связать их нерушимыми узами. Она резко схватила жениха за руку и притянула к себе. Никто не знает, что она ему сказала, но Гаара перестал трястись как засохший лист на яростном ветру и уставился прямо перед собой.       - Не думал, что Гаара будет подкаблучником, - шепнул Сай Саске, видя эту картину.       - Так ему и надо! – злобно произнес Учиха, торжествующе улыбаясь.       Сам он всю церемонию не отрывал взгляда от старшего брата жениха, который даже с поцарапанным о пыльную землю лицом, выглядел хорошо, либо же шиноби Конохи слишком зациклился на этой мысли.       Гаара произнес свое «согласен» также уверенно и властно, как вдохновляющие речи. После этого все смогли выдохнуть и начать, наконец, веселиться, не боясь, что жених убежит прямо из-под алтаря.

***

      Все веселились. Танцевали, пели, ели и пили.. сок. Церемония прошла успешно. Гаара и Хидака стали мужем и женой, а сразу после официальной части Казекаге как будто растаял и перестал быть похож на испуганного хорька, загнанного в угол.       Канкуро в очередной раз жалкой сиротинушкой сидел в отдалении ото всех и веселиться не спешил. Скрывать своей досады он не собирался даже от Хидаки, и, в общем-то, девушка его понимала, но доброй быть не собиралась.       - Кан, ничего не хочешь мне рассказать? – поинтересовалась она, подсаживаясь к теперь уже родственнику.       - Нет, - кратко бросил кукловод и уткнулся в тарелку с салатом, выковыривая из него оливки.       - Точно? - заискивающий тон.       - Более чем, - вздохнул кукольник и запустил оливку в пасть довольному Акамару.       - А если я расскажу, что я сказала Гааре?       - О, как! – притворно изумился мужчина. - Отвяжись, - тут же насупился он.       - Не будь таким вредным, Кан, - начала канючить девушка.       Вот что Канкуро терпеть не мог больше всего: Хидака не знала, что с ним делать. И прежде, чем она успела произнести еще хоть слово, засунул ей в рот оливку. Глаза девушки округлились, а мужчина, наклонившись к ней настолько близко, что с некоторых ракурсов это могло выглядеть, как поцелуй произнес:       - Только благодаря мне, ты сейчас его жена.       - Бей гада! – заорал на всю улицу Саске.       Канкуро обернулся. На него смотрели все. Гаара разминал кулаки…