Их истории

      Влюбиться в главную мразь страны, вот это мне повезло. На проекте об этом было легко не думать, хотя он и был рядом каждую минуту. Всегда сводить все на шутки и всем говорить, что просто дружим. А сейчас, когда проект закончен, и я дома…       Слишком много проблем свалилось, но я все же смогла признать, что влюблена в Макса. Но были ещё незаконченные отношения с Серёжей. Да и у родителей было много вопросов по поводу реалити. Единственными глотками счастья в эти дни были звонки с Владивостока, прямые эфиры и приглашения в этот прекрасный город со стороны одного кота.       Еще конечно были мои друзья, по которым я жутко скучала. Мне нравилось, что общение с ними никак не изменилось. А мне бы просто остаться дома и спрятаться от всех, но ведь это именно то к чему я так долго шла, и отступать было не в моих правилах. Так что перед встречей с друзьями, я решила разобраться с Серёжей, чтобы хоть одной проблемой стало меньше. Следующий день:       Разговор с Серёжей закончился отвратительно, я вроде была готова к этому, но на самом деле оказалось не так. Он столько всего мне наговорил, а самое обидное в том, что он был прав. Но мои переживания прервал звонок, на экране высветились такие уже родные буквы «Свобода». --Алло, малая мне очень нужно тебе кое — что сказать. Ты только выслушай — запинаясь, проговорил Макс. — Анисимов, ты что пьян? Говорил ведь, что завязал. — Ты чего ругаешься, ну выпил немного? У тебя все хорошо, я могу помочь? — Мы расстались с Серёжей, я не могу с ним молчать и обманывать тоже больше не могу. Он столько всего мне наговорил, и он прав, я ужасный человек. — Кошелева, ты чего. Ты самый прекрасный человек, ты добрая, самая лучшая. А твой Серёжа просто козёл, не твой это человек. Тебе 19, сейчас твоё время, ты должна жить, а не строить семью и не тонуть в отношениях — Почему только ты понимаешь меня? Даже мама не может меня поддержать, говорит, что делаю ошибку — Просто мы с тобой связаны, Крис. От этого и понимаю. Ведь именно это и делают друзья. — Да друзья, Макс ты меня прости мне пора бежать. Встретимся в Москве — Хорошо, ты главное приезжай — Блин, ты же хотел мне что-то сказать — — Понял, что это вообще никапельки не важно. Ты важнее, а с этим я сам разберусь, пока мартышка. И гудки…       А Крис так хотела, чтобы этого разговора не было. Опять это такое удушающее слово друзья. Как приговор. И она уже возвела курок, теперь только нужно дождаться, когда прозвучит выстрел, и узнать, кто же станет жертвой.       С такими грустными мыслями она пошла на встречу к друзьям. Ей нужно было хотя бы на вечер забыть об этой дружбе, от которой сводило живот. Ведь через пару дней они встретятся в Москве, где она должна сказать правду, иначе она просто не может. Он правильно заметил ей всего девятнадцать, и она не умеет скрывать свои чувства, да и причин для этого не видит. Рейс Екатеринбург — Москва.       Все время в полете я провела, не спокойна, я боялась признаться Максу в своих чувствах. Я так боялась разрушить то, что уже было между нами, боялась, что все изменится. Но надеялась, что мои чувства взаимны. И вот объявляют посадку, самолет немного потряхивает. Я знала, что там меня уже ждет он и что нужно успеть поговорить с ним прямо сейчас, иначе позже я просто не решусь.       И вот я уже в его объятьях, и меня окутывает его аромат только еще слаще. Мне так хотелось, чтобы этот момент не заканчивался, но он сказал, что нам пора, и мы пошли на выход, где нас ждал PLC. Уже около машины, я дергаю его за рукав куртки и прошу остановиться. — Прости, ты только с самолета, а я тащу тебя со всех ног — Нет, дело не в этом, Макс мне нужно с тобой поговорить — совсем тихо сказала Крис — Мартышка, что-то случилось? — с беспокойством спросил Макс. — Случилось, тогда еще на проекте случилось, но я не могла признаться в этом даже себе. Думала, что это все глупости, но теперь понимаю, что нет. И я хочу, чтобы ты знал — Нет, нет Кристина только не произноси эти слова, это все изменит. Я не тот человек, который тебе нужен. Ты только рассталась с Сережей. Скажешь это и назад дороги нет.       И Крис замолчала, в ее глазах стояли слезы. Нет, она не хотела плакать, не хотела манипулировать слезами, знала, как не любит слезы Свобода. А он не мог смотреть на нее. Да, он что-то чувствовал к Кошелевой, но знал, что он только сломает, знал, что не может так поступить с ней. Но сейчас видеть ее такой поникшей тоже не мог. И вот он опять чувствует себя мразью, которая ломает маленькую девочку, его девочку с каре, которую полюбил. И именно поэтому, он сделал то, что должен был. — Крис, это наверное я виноват. Я просто нашел в тебе родственную душу, но я не умею любить и я знаю, что я урод и конченный придурок, но правда прости ты дорога мне, мне нравится проводить с тобой время — Прекрати, прекрати нести чушь Анисимов. Просто скажи, что не чувствуешь ко мне ничего. Не нужно всех этих слов, и не смей жалеть меня, мы слишком через много прошли. Просто скажи мне это в глаза скажи, что ничерта не чувствуешь, и что ты не тонешь во мне как в океане.       Она была так зла, зла на него. Пусть она и была младше его на 7 лет, но ведь она чувствовала, что он к ней тянется, и что это не просто дружеская поддержка симпатия. Но если она придумала себе все это, так пусть скажет ей.       И Анисимов смотрит на нее, и утопает, и точно знает, что больше никогда не даст никому ее обидеть, ведь видеть свою мартышку такой просто невыносимо. Ты будешь в порядке, ребята не оставят тебя, помогут выплыть, думает Анисимов, но говорит совершенно другое. — Я не люблю тебя, мне правда очень жаль, я бы хотел, но я просто не умею       Он видел, как что-то сломалось в ней. Она просто смотрела на него, но через секунду отвела взгляд и молча пошла к машине, в которой нас заждался PLC. А я так и остался стоять на месте, мне было тошно от самого себя, но я понимал, что так будет лучше. Pov Кристина       Теперь я понимала, что чувствовал Сережа. Но я больше не хотела находиться рядом с ним, не хотела вздыхать его запах, мне было больно. Но больше всего на свете я просто хотела убежать, но знала, что не могу. Зря я вообще затеяла этот разговор. С этими мыслями я подошла к машине, где из нее уже вышел PLC, он раскинул руки для объятий, и я воспользовалась ими, как спасательный круг, подумала я. — ТЫ справишься, малышка, больно только в начале, потом становится легче — прошептал Сережа.       Я отстранилась от него и просто села в машину. Нам предстоял сложный путь. Через несколько минут в машину сели Сережа с Максом. Никто ничего не говорил, Макс, правда, пытался закурить, но Сережа забирал у него сигарету, и мотал головой в мою сторону. А мне было плевать, я просто смотрела в одну точку и думала, что мне понадобится много сил для встречи с Фадеевым и другими участниками. Сил, которых у меня не было.       PLC, чтобы хоть как-то разрядить обстановку, включает радио, и, кажется, сама судьба смеется над нами. По радио играет «девочка с каре», я издала смешок и сказала: — Пророческая песня вышла, да, девочку с каре не полюбили, сделай погромче Сережа. И дальше я просто падаю в темноту…