Забытая дружба

      В зал Дима вернулся потерянным и расстроенным. У него перед глазами до сих пор стоял поцелуй Жени и этой девушки Ольги. Настроение упало ниже некуда и появилось желание быть сейчас подальше от шумной компании. Дима заставил себя сесть за стол рядом с друзьями, всё ещё пытаясь выровнять нервное дыхание и сжимая зубы от бессилия. — Дим? — позвала Полина, наблюдая за тем, как ее парень судорожно пытался наполнить рюмку трясущейся рукой, но у него это плохо выходило. — Грёбаный дозатор! — психанул Дима и отодвинул водку в сторону, заменив ее бутылкой виски. — Что-то случилось? Дим, ты меня пугаешь! — прошептала девушка, смотря, как Морозов наполняет стакан янтарной жидкостью и делает несколько больших глотков подряд.       Виски растекалось огнём по венам, но почти не туманило голову, слишком натянуты были нервы Морозова. Разум продолжал функционировать и каждый раз выдавал всё новые картинки того, чем могли бы заняться Женя с Олей. Конечно, они не будут делать ничего такого прямо на террасе ресторана, но если Диме не изменяла память, сегодня Женин отец укатил в командировку на несколько дней и квартира Завацких полностью свободна. — Может, уйдём отсюда? — спросил парень, проигнорировав вопрос девушки. — Сейчас? — удивленно уточнила Полина. — Да. Я устал. — Он поднялся из-за стола, и тут же схватился пальцами за край столешницы, пережидая головокружение. Диме захотелось выбраться отсюда, подальше от всех этих людей, подальше от него… — Ты идёшь?       Полина, ничего не понимая, беспомощно хлопала глазами, и затруднялась ответить что-то вразумительное. Не дожидаясь, пока девушка сделает выбор между «остаться» или «уйти», Морозов наклонился к ней, холодно поцеловал в щёку, едва прикасаясь губами, и поспешно вышел из шумного зала.        Дима решительно схватил куртку в гардеробной, не обращая внимание на удивлённые глаза парней, которые о чём-то разговаривали, и направился к выходу. Входная дверь была открыта с ноги и Дима выскочил на морозный воздух, на ходу надевая куртку.       Он так и знал, что стоило ему увидеть Женю, как весь вечер пойдёт коту под хвост, но не думал, что это подействует на него именно так. При виде Завацкого его выдержка и спокойствие треснули по швам и в груди словно образовалась зияющая дыра, которую нельзя было заполнить ни Полиной, ни весёлой компанией, ни алкоголем.       До дома было далеко, да и Дима в принципе не задумывался, куда идёт, просто вдыхал обжигающий лёгкие воздух и оставлял в свежем снегу глубокие следы. Он шёл размеренным шагом, даже не задумываясь о том, куда его приведёт дорога в конечном итоге.       Легче не становилось, и Дима не мог до конца определить своё состояние. Он злился и одновременно внутри растекалась обида. Хотелось смеяться, как сумасшедшему, но уголки глаз кололи непрошеные слёзы. Он и сам не мог понять, что так сильно терзало его? То, что он застал Олю с Женей целующимися, или то, что хотел оказаться на её месте? А может быть, его беспокоило то, что может произойти у них после поцелуя. На последней мысли Морозов даже остановился на минуту. Он совершенно не мог себе представить, как Женя обнимает и ласкает обнажённое девичье тело, как тонкие руки Оли проходятся по бледноватой коже парня, как они… О Господи! Рядом с Женей он видел только себя, и никого более. Когда у него успела развиться настолько сильная зависимость от этого человека? Когда он успел мысленно присвоить его и начать считать своим?       Нет! Он всегда был зависим, как наркоман, с самого детства, с их самой первой встречи. Ему было мало общества Жени, ему было мало его голоса, его смеха. И когда, в то лето, он решил покончить с их дружбой навсегда, это стало для него своего рода ломкой. Привязанность нужно было на что-то заменить и Дима заменил её на ненависть. Только вышло так, что такое самолечение оказалось безрезультатным. Потому что Дима по-прежнему хотел быть рядом. По-прежнему хотел…        Некоторое время парень бесцельно бродил по ночным улицам города, один раз даже забежал в какую-то невзрачную кафешку выпить крепкого кофе и согреться. В конечном итоге, ближе к двум ночи, ноги сами привели Морозова к до боли знакомому порогу. Минут пять он стоял под дверью квартиры, вслушиваясь в звуки и ощущая себя параноиком. Долго не решался нажать на звонок. «Наверняка они сейчас там вдвоём», — промелькнула вполне логичная мысль в его голове. Но парень не считал это помехой, наоборот, был готов завязать драку, если Женя, обозлённый тем, что ему помешали, начнёт выпроваживать незваного гостя. Так у Димы хотя бы был шанс выплеснуть наружу то, что давно искало выхода. Решительно поднял руку и все-таки нажал на дверной звонок замёрзшими пальцами. Вначале он даже подумал, что дома никого нет, так было тихо, потом в коридоре послышались шаги и ему наконец-то открыли. На пороге стоял слегка помятый со сна Женя в одних пижамных штанах, сонно тёр глаза и щурился от яркого света с лестничной площадки. Судя по изменившемуся и удивлённому лицу Жени, Морозов был самым последним человеком, которого тот ожидал увидеть. — Что ты здесь делаешь? — спросил Женя. — Что-то случилось?        Дима открыл рот, но не смог ответить даже на такой простой вопрос, потому что действительно не понимал цель своего визита. Ему просто хотелось увидеть Завацкого, пусть даже тот был бы не один. Интересно, а Оля тоже тут в квартире, вместе с ним? Морозов без приглашения шагнул за порог и прикрыл за собой дверь, оставшись с Женей практически в темноте. — Что ты… — Женя отступил назад, но не успел отойти далеко, потому что Дима уже схватил его за локоть и тянул на себя.        Молча уткнулся лицом в растрёпанную макушку и жадно вдохнул запах его волос. Прижал за шею, чтобы притянуть ещё ближе. — Ты пьян, — негромко пробубнил Женя ему в куртку и попытался вырваться. — Наверное. — Дима развернулся и одним рывком придавил сопротивляющееся тело к стене. — Можешь так постоять и не шевелиться?       Женя притих и задышал чаще, чувствуя у виска тёплое дыхание, холодная куртка Димы, наоборот, вызывала на коже мурашки. — Отпусти. — Евгений попробовал скинуть с себя чужие руки, но у него ничего не получилось. — Ты один? — Уже нет, как видишь. Зачем ты пришёл? — Я очень замёрз. — Дима немного отодвинулся и пытался разглядеть Женины глаза в темноте. — Если ты замёрз, могу угостить тебя чаем. Согреешься. — А ты сможешь сам меня согреть?