Вне закона - не значит преступники

      — Сегодня днем в Мусутафу* произошел опасный инцидент. Злодей с причудой мутационного типа захватил тело школьника и устроил на одной из улиц города массовый хаос и разрушения. Преступнику успешно противодействовала группа героев, в которую входили недавно дебютировавшие новички Леди Гора и Древесный Камуи. Когда ситуация начала стабилизироваться, в дело неожиданно вмешалась неизвестная личность, создавшая дымовую завесу и сорвавшая все планы героев по освобождению заложника. Подобные вероломные действия позволили установить, что ЭнерГир (а именно так, со слов очевидцев, назвал себя неизвестный) — сообщник злодея, пришедший ему на помощь. Но в конечном итоге планы злоумышленников были сорваны, что привело к аресту одного преступника и побегу второго… — сухо сообщила ведущая главного телеканала.       — Вы только послушайте… «Преступнику успешно противодействовала группа героев» — это так теперь называется стояние столбом в сторонке, пока этот грязевой ублюдок громил все вокруг? «ЭнерГир — сообщник злодея, пришедший ему на помощь» — для справки, этот «сообщник» рискнул всем, чтобы спасти парня, который всю жизнь его гнобил… Да, новости в последнее время все больше напоминают стендапы. Слабые и тупые, — саркастично ухмыляясь, произнес Кастет — лидер ренегатов Восточной Нарухаты, также известный, как старик и Шеф.       Высокий, широкоплечий и мускулистый, он на первый взгляд казался обычным мужчиной за сорок, который много занимается в спортзале. А коротко стриженные черные волосы, глаза такого же цвета, недельная щетина на подбородке и простая одежда из светлых брюк и черной футболки только дополняли образ. Единственной примечательной деталью внешности старика был уродливый шрам, пересекающий левую сторону лица.       — Можешь смеяться, сколько душе угодно, брутал хренов! Но правда в том, что у нас теперь из-за Мидории большие проблемы! — раздраженно произнесла, высунувшись из-за занавески на другом конце комнаты, Казухо Ханеяма — единственная девушка в команде и ренегат по прозвищу Поп-Степ.       Внешне она выглядела, как миниатюрная и тонкая девушка с растрепанными розовыми волосами, такого же цвета глазами, скрытыми за толстыми линзами очков, школьной униформой с длинной юбкой в качестве одежды.       — Проблемы у нас были и раньше, Степ. Сейчас их просто стало на одну больше. Ничего из ряда вон выходящего, — спокойно ответил Кастет, одним махом прикончив стоявшую рядом банку пива и отправившись к холодильнику за новым.       — Ничего из ряда вон выходящего? А то, что теперь из-за ЭнерГира на нас спустят всех собак и будут преследовать, тебя не волнует? — злобно прошипела Казухо, полностью выйдя из-за занавески и уперев руки в бока. — А то, что Мидория мог там погибнуть из-за собственной безрассудности? Что бы ты делал, если бы парня арестовали?       — Но он жив и не пойман. Нет смысла говорить о том, что могло бы быть. Думать нужно о будущем и том, сколько задниц злодеев мы еще набьем, — глубокомысленно изрек старик, вскрывая новую банку пива и делая из нее порядочный глоток. — Ах… Холодненькое хорошо пошло!       — Аааах… И как этот тупоголовый алкаш и громила, обожающий набивать морды всем подряд и игнорирующий факт собственной беспричудности, стал нашим лидером? Блин… — подумала Поп-Степ в состоянии полного отчаяния, хватаясь руками за голову.       — Коичи, но ты-то хоть со мной согласись! — обратилась девушка к последнему оставшемуся члену команды (не считая Мидории).       — А? — произнес, отрываясь от конспектов, худощавый юноша среднего роста с коричневыми волосами и глазами, в котором узнавался Коичи Хаймавари — ученик Кастета и ренегат по кличке Ползущий.       — Прости, я был занят эссе и потому прослушал весь ваш диалог. Так о чем вы говорили? — быстро сказал он, неуклюже вставая из-за столика.       — О Господи… Мы говорили о поступке Мидории и том, что теперь у нас крупные неприятности. Кастету на это, похоже, наплевать, а потому я хочу знать, что ты думаешь по этому вопросу, Коичи… — закончила девушка, мило улыбаясь.       — Ээээм… Ну… — неловко начал Хаймавари, чувствуя, что за милой улыбкой девушки скрывается крайняя степень раздражения. Но отступать было некуда и парень, глубоко вздохнув, продолжил, тщательно подбирая слова:       — Я могу понять причины твоего недовольства, но… Ты сгущаешь краски! Да, реакция про-героев и полиции последует, но вряд ли она будет столь масштабной! Ведь согласись — так волноваться из-за какого-то беспричудного (без обид, Гир)… Это крайне мелочно с их стороны и вызовет неодобрение людей. Плюс как они могут узнать о нашей команде, если мы редко вылезаем из Нарухаты, не лезем на рожон и нас прикрывают? Ну и наконец… — остановился Коичи, чтобы перевести дух. И когда Казухо собралась что-то сказать, он продолжил, буквально сияя энтузиазмом:       — Подобное все равно было неизбежно! Ведь наша цель — стать настоящими героями! И кто бы что не говорил, однажды это станет явью! Ведь наше будущее мы творим сами! — закончил парень на высокой ноте, вскидывая кулак в воздух на манер Всемогущего.       — Ох… — только и могла сказать Ханеяма, закатывая глаза. — И зачем я связалась с этими чокнутыми?       — Если тебя что-то не устраивает — можешь уйти. Никто тебя здесь не держит, — раздался в ответ старческий спокойный голос Дока — медика, занимавшегося лечением Изуку.       Это был слегка полноватый старик одного с Мидорией роста. Короткие седые волосы, заметно перекошенное лицо и черные глаза-угольки, один из которых (правый) казался стеклянным и неподвижным, создавали странное ощущение. А одежда, состоящая из заляпанной жирными пятнами майки-безрукавки, потертых темно-синих джинсов, пыльной кожаной обуви и давно посеревшего лабораторного халата, только усиливала его.       — Кто ты такой, чтобы решать за меня, где мне быть и куда уйти, Док? — недовольно спросила Казухо, скривив рот.       — Медик, который вас только лечит в обмен на ментоловые сигареты. Кроме парня — его бесплатно, — сухо ответил старик, слегка кивая в сторону Изуку. — Но правда в том, что меня раздражает твое нытье, девочка. Ты знала, что, присоединяясь к ренегатам, ты автоматически включаешься в неравную борьбу, где слабовольным и сомневающимся места нет. Если так дрожишь за свою жизнь — уходи! Или… Тебя здесь кто-то держит?       — Н-н… Не твое дело! — выкрикнула Поп-Степ, краем глаза взглянув на Коичи и быстро отвернувшись.       — Понятно… — многозначительно протянул Док, дернув левым уголком рта и оглядев комнату.       Стоит сказать несколько слов о жилище, в котором расположилась колоритная компания. Это был старый жилой блок, построенный на крыше старого заброшенного здания (предположительно, незаконно). Прихожая, паркетный пол, одна комната, бывшая одновременно и гостиной, и спальней, небольшая кухня, ванная и туалет — скромно и тесновато, зато уютно и приятно. Из удобств здесь были небольшой холодильник, кровать, комод, тумбочка с телевизором и старый потрепанный диван, который ЭнерГир и Кастет как-то раз на свалке откопали и притащили сюда, попутно предотвратив ограбление магазина (в обивке дивана до сих пор чей-то клык застрял). И на этом же диване производилось врачевание.       — Так ты закончил? — поинтересовался Кастет, прикончив банку пива и смяв ее движением руки, после чего в упор посмотрел на медика.       — Да. Дело сделано, — кивнул Док, для убедительности показав пустой инъектор и спрятав его в карман халата. — Но до конца месяца ему стоит избегать новых травм. В противном случае начнется интоксикация, — на этих словах Ползущий и Поп-Степ невольно сморщились, а старик слегка дернул бровью.       — Я понял. Позабочусь об этом. И вновь спасибо за помощь, — поблагодарил медика лидер ренегатов.       — Не стоит. Я выполняю свой долг, — спокойно сказал Док. — Но кое-что меня беспокоит…       — М? — все трое ренегатов разом взглянули на Дока.       — Почему он такой довольный?       — Что? — уже готовая ко всему троица просто выпала в осадок. И почти мгновенно оказалась перед диваном, когда старик услужливо отошёл в сторону.       Изуку Мидория лежал на диване. Коричневая джинсовая куртка висела на спинке мебели. Левая нога была закинута на колено правой и слегка покачивалась в такт стукам пальцев рук, сложенных на животе. Глаза парня были закрыты, а на губах расцветала улыбка. Одним словом, Мидория с головой был погружен в мечтания. И связаны они были с Очако Ураракой.       — Блин… И как такие милые существа могут существовать в этом мире? Просто слов нет! — думал Изуку, вновь и вновь представляя себе лицо и образ Урараки в лучах заходящего солнца. И с каждым разом она казалась ему все прекрасней.       — Да что с тобой не так, романтик хренов? — раздался в голове парня настойчивый и твердый голос, именуемый рациональность. — Это же… Просто… Девчонка! Ты ее встретил первый раз в жизни! И она такая же девушка, как и многие другие, кого ты встречал в школе и на улице! Так что хватит мечтать о ней, дурень!       — Она единственная девчонка, с которой я нормально разговаривал… А еще она просто умопомрачительно милая!       — Единственная, с кем ты нормально разговаривал? А Казухо и Мэй что, уже не в счет? — ехидно поинтересовалась рациональность.       — Это другое! Казухо — цундере и змеюка, которая любит подкалывать по поводу и без! А Мэй… Это вообще отдельная тема, которую я предпочту не вспоминать! И еще — так ты не отрицаешь, что Очако милая?       — Нууууу, есть в ней что-то такое… Но сейчас не об этом речь!       Неизвестно, сколько бы еще Мидория вел беседу с самим собой, если бы не одно «но» — остальные ренегаты на пару с Доком.       — И вправду — что-то он больно довольный, несмотря на то, что его едва не убили и целый день был адом… Есть предположения? — спросил Кастет, ни к кому конкретно не обращаясь и слегка почесывая подбородок.       —Вряд ли это сотрясение мозга, — заключил медик.       — Не уверен… Но он уже был таким, когда я его подвозил. Постоянно глазел по сторонам, довольно улыбался. Пару раз даже чуть не упал с моей спины. А на все вопросы отвечал «Вечер нынче хороший», — задумчиво произнес Коичи.       — Хм… Может, он что-то приятное пережил, пока ты ехал к нему? — приложила палец к губам Казухо, хитро сверкая глазами.       — Или начал превращаться в мазохиста… — протянул Док.       — Какой, нафиг, мазохист?! — яростно вскричал Мидория, рывком принимая вертикальное положение и тут же хватаясь за бок.       — Обычный, получающий наслаждение от боли, — сухо отметил медик. — И тебе лучше не делать резких движений.       — И без тебя знаю про движения и мазохистов! Причем в последнем случае мне это детально показал один садо-мазо клуб! — все еще полыхая гневом, проворчал Изуку, бросая выразительный взгляд в сторону Ханеямы, на лице которой мгновенно проступило неловкое выражение.       — Кхем… — прокашлялся Хаймавари. — Давайте не будем об этом вспоминать.       — Лады, — немедленно согласился Изуку, после чего добавил:       — И я не мазохист, это точно!       — Значит, ты встретил что-то приятное, — хитро улыбнулась Казухо, отойдя от неловкости и медленно подходя к резко насторожившемуся подростку. — И мне кажется, что это «что-то»… — после чего приблизилась к уху Мидории и прошептала:       — Де-вуш-ка…       — К… К… К… Какакакакаакакааянафигдевушка? — нечленораздельно протараторил парень, отскакивая от Ханеямы, как ошпаренный, и стремительно краснея. — Ты понимаешь что не-несешь брееееед? Это нев-возможно и-и вообще глупость!!!       — Мгм… — легонько кивнула головой Казухо, продолжая улыбаться. — А она хоть красивая?       — Эм… Ну… — тут же затих Изуку, отводя взгляд в сторону и неловко почесывая затылок. Все же Урарака и впрямь была красивой.       — Это точно девушка.       — Я ведь ничего не сказал!       — У тебя все на лице написано, — хихикнула Поп-Степ, заставляя Мидорию еще сильнее смутиться и покраснеть.       — Изуку… — раздался безжизненный голос Коичи, весь вид которого говорил — он расстроен. — Как ты мог не сказать мне первому, что нашел себе подружку? Мы же с тобой друзья по духу, фанатению по Всемогущему и полной провальности на любовном фронте… Хотя я все равно за тебя рад… — добавил он не вполне убедительно.       — Хе-хе, тебе об этом вообще не стоит волноваться, Мистер Ползунки! Ведь на тебя даже девушка-манекен не поведётся! — хохотнула Ханеяма, старательно отворачиваясь к стене и пряча свой румянец.       — Жестоко… — простонал Хаймавари, возвращаясь к столику с незаконченным эссе.       — Всё не так, ребята! Мы с Очако просто случайно встретились без намека на что-то большее! Так что не надо из меня тут Казанову лепить! — торопливо выкрикнул Мидория, тряся перед собой руками.       — О… Так ее зовут Очако? Милое имя, — сказала Казухо с таким довольным видом, словно ей преподнесли невероятно вкусное лакомство.       — Твою ж…! — воскликнул Мидория, треснув себя по лбу.       — Подростковая влюбленность… — задумчиво произнес Док, прикурив бледно-зеленую сигарету и выпустив изо рта струю сизого дыма с едким запахом ментола. — Ты обречен.       — Да нет же… В каком это месте?       — Ромео и Джульетта.       — Нашел, с чем сравнить! Во-первых, мы в Японии, во-вторых, на дворе XXI век, в-третьих, мы с Очако не из двух враждующих семей, что хотят друг друга поубивать не пойми за что, и в-четвертых я не знаю ее адреса и номера телефона, а значит новая встреча крайне затруднительна! — выдал на одном дыхании Изуку. И как только он осознал последний пункт, боевой настрой парня как ветром сдуло, а в голове мелькнула мысль:       — Твою мать! Я реально забыл спросить номер Урараки! Как мне теперь с ней встретиться? И какого черта я вообще об этом переживаю? Мы же даже не друзья! Идиот! Идиот! Идиот!       Из потока самобичеваний парня вырвал плюхнувшийся на диван Кастет. Отпив порядочный глоток из новой банки пива и по-отечески положив руку на плечо Мидории, мужчина начал говорить максимально серьезным тоном:       — У тебя появилась первая подружка… Растёшь, мой верный заместитель! Выпьем за это! — и протянул Изуку непочатую банку алкоголя.       — И вы туда же, шеф… — устало выдохнул подросток. — Я несовершеннолетний. Так что нет, спасибо.       — Ну и ладно… Кстати, если тебе нужны советы по части романтики — обращайся! В молодости я был истинным мачо и мог встречаться с двумя девушками разом! И никто не был недоволен! Пока не встретил ту единственную, конечно же!       — Обойдусь, — быстро покачал головой Изуку. Такие советы и истории на тему точно его до добра не доведут!       — Как пожелаешь… — сказал лидер ренегатов, прикончив одну банку пива и взявшись за ту, что он принес Мидории. — Познакомишь нас с этой Очако?       — Навряд ли это случится, Кастет! Он же сам сказал, что не знает ее адрес и номер телефона! — неожиданно подала голос Ханеяма, до этого мирно стоявшая в сторонке.       — Ох, Поп-Степ… Не стоило тебе этого говорить… — раздраженно подумал Изуку, а вслух поинтересовался с плутоватой улыбкой:       — Откуда ты знаешь, что я не соврал?       — Потому что ты крайне плох во лжи, — незамедлительно ответила девушка, гордо вздернув носик.       — Уверена? А если я скажу, что знаю твой секрет — ты поверишь?       — К-ка… Какой секрет?! Н-не понимаю, о чем ты! — мгновенно состроила дурочку Ханеяма. Но бегающие по сторонам глаза и пальцы, нервно теребящие край юбки, говорили сами за себя…       — О, ты прекрасно знаешь, о чем я… — со всей той же коварной улыбкой молвил Мидория, как бы невзначай махнув рукой в сторону подавленного Коичи, засевшего за работу для университета.       — Т-ты блефуешь, Мидория! Блефуешь! Откуда тебе-то знать? — упорствовала Казухо, внутренне продолжая нервничать.       — Хм-хм-хм-хм-хм… — неожиданно начал смеяться парень с постепенно возрастающей зловещестью**.       — Блефуешь ведь!       — Ха-ха-ха-ха-ха-хаа…!       — Да откуда ты…?       — ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА-ХА…!!!       — Ладно-ладно, не буду я тебя больше подкалывать! — неожиданно сдалась девушка с отчетливой паникой на лице. — Только не…       — Купилась.       — Чего?       — Неизвестен мне твой секрет. Но я умело разыграл карты и обманул тебя. Так что врать для меня — не проблема, — спокойно объяснил подросток, добавив уже про себя:       — На самом деле я и Кастет в курсе, что ты сохнешь по Коичи. Но из уважения к нему все останется на твоей совести. Все же я штатным амуром не работаю… Хотя на этом можно было бы неплохо заработать!       — Ты… — раздался, словно раскат грома, голос Ханеямы, которая стояла, наклонив голову с сжав кулаки до хруста. — Мидория, ты труп!!! — проревела девушка, накидываясь на Изуку, подобно разъяренной тигрице, и начиная безжалостно молотить по телу парня.       — Ай! Ау, блин! Уймись, Степ! Это же… Мой глаз!!! Угомонись, женщина!!! Уй!!! Прямо в живот!!! Коичи… Ууууу… Помоги отцепить эту… Только не по яйцам!       — Попроси Кастета… — безжизненно спросил Коичи.       — Негоже старшему вмешиваться в дела младших, — изрек лидер ренегатов с таким мудрым видом, будто был самим Буддой.       — Слышал?! Чёрт, да перестань царапаться!!! А если ты мне поможешь… Ааааай, ты еще и кусаешься?! Коичи!!! Я тебе, уй!!! Да не мешай ты!!! Если поможешь — получишь автограф Всемогущего!       — Автограф… Всемогущего? — произнес Коичи, мгновенно встав.       — Да, ау! Настоящий, эксклюзивно для тебя! Он сейчас в моей сум-ааааааааааааааай, сука! Ты что, вампирша, раз в шею кусаешь?!!! Коичи, ты получишь автограф, как только… Ауч! Поможешь мне… Угх!!! Слово истинного фаната Всемогущего!!!       — Я иду, Изуку!!! Держись!!! — прокричал воодушевленный Хаймавари, расплескивая реки слез радости и кидаясь в гущу жаркой схватки.       — Дети… Они совсем не думают о том, что их ждет завтра, и валяют дурака. А ведь скоро им, возможно, будет уже не до этого… — мрачно проговорил медик, наблюдая за комичной потасовкой троицы и докуривая сигарету.       — Наверное, ты прав, Док. Но лично я думаю, это даже хорошо. Что они ведут себя, как дети, — сказал Кастет, наблюдая за ребятами и тепло улыбаясь. — Ведь жизнь ренегата постепенно забирает желание радоваться жизни и находить в ней свет и доброту. Что неудивительно, ведь частое лицезрение неприглядного дерьма и жестокости этого мира… Так что пусть веселятся и подольше остаются детьми. Им это нужно.       — Заговорил, как Роб, да? — на мгновение улыбнулся краями губ старик, став более живым.       — Вспомнил беседы с ним. Прекрасный был человек… — невольно погрустнел лидер ренегатов, пока троица драчунов постепенно затихала.       — Да… — согласился Док, возвращая лицу прежнее выражение. — Как бы там ни было, ему важно до конца недели избегать травм. Напоминаю. А еще поговори с ним на тему произошедшего. Ведь хотя парень действовал из благих побуждений, но последствия его поступка, как и сказала девочка, могут выйти вам боком. И если подобное продолжит повторяться… — заложив руки за спину, медик направился к выходу из дома.       — Я знаю и сделаю, что должен. А тебе бы проявлять больше эмоций по отношению к Изуку и называть его по имени.       — Я лечу его только потому, что Робин «Роб» Оак попросил. Так я возвращаю долг. Вот и все, — жестко отрезал старик и ушел, закрыв дверь.       Посмотрев еще какое-то время вслед медику, Кастет переключил свое внимание на ребят, которые выдохлись и теперь переводили дух. Причем Казухо Ханеяма — какая неожиданность! — лежала сверху на Коичи. Однако прежде, чем лидер ренегатов успел что-то сказать, на экране телевизора внезапно высветилось следующее:       — Мы прерываем показ программы для экстренного выпуска новостей! — в экстренном порядке вещала репортерша, привлекая внимание ренегатов и заставляя их внимательно смотреть и слушать. — Только сейчас стало известно о зверском нападении группы неизвестных на лабораторию по исследованию микроволновых соединений, расположенную в Токио! По предварительным данным, весь персонал здания — сто двадцать человек, включая охрану и обслугу — были перебит с беспрецедентной жестокостью, а данные и результаты исследований уничтожены без возможности восстановления! Среди жертв, по неподтвержденным сведениям — про-герой Гифеон, основатель лаборатории и руководитель проекта, основой которого стала его причуда…       Пока ведущая говорила, на экране замелькали эксклюзивные кадры с места преступления — само 10-этажное здание лаборатории с тонированными стеклами, внутренние помещения, которые были разнесены на куски, не оставив ничего целого… И трупы. Много трупов, которые показали лишь мельком, но и этого хватило, чтобы у команды мурашки по спине. Особенно кадр с двумя телами, сожженными в обнимку, и лежащей рядом оторванной головой с широко раскрытыми глазами и ртом.       — Сто двадцать человек… И всех так жестоко… — прошептала Казухо, приложив ладонь ко рту и пытаясь подавить слезы.       — И даже про-герой… Ублюдки! — прорычал Изуку, сжимая кулаки так, что ногти впивались в ладони до крови.       — Мгм… — промычал Кастет с каменным лицом и глазами, метавшими молнии.       Коичи же ничего не сказал. Лишь громко сглотнул и покрепче сжал ладонь Казухи, которая не сопротивлялась.       — Кстати, малыш, а кто такой этот Гифеон? Я о нем раньше не слышал, — внезапно спросил лидер ренегатов, обращаясь к Мидории. Хаймавари и Ханеяма, как один, уставились на подростка с немым вопросом в глазах. Все же когда дело доходило до героев, то Изуку был подлинным специалистом.       — Ну… Гифеон не очень известен широкой публике, поскольку не стремится к популярности, — начал говорить парень, глядя на экран телевизора, где сейчас шло интервью с главой полиции — мужчиной с головой собаки. — Он родился в семье ученых, занимавшихся исследованием особо опасных и нестабильных причуд, которые лишали их пользователей нормальной жизни, и находивших способы их контроля. Согласно интервью в одном из журналов, Гифеон с детства мечтал пойти по стопам родителей. И героем он стал только для того, чтобы получать дополнительное финансирование от властей и стать ученым. Выпустился из Академии UA в прошлом году. Занимался в основном природными явлениями и их последствиями. Работал нечасто, но усердно. Со временем основал лабораторию в качестве собственного геройского агенства и занимался там исследованиями своей причуды. До этого дня…       — Славный был парень, если так послушать… — вынес вердикт Кастет, сложив руки на груди.       — А что у него была за способность? — задал очевидный вопрос Коичи, глядя на Изуку.       — … — промолчал тот, усиленно вглядываясь в экран, где вновь показывали кадры из лаборатории.       — Изуку?       — Эй! — встряхнула подростка за плечо Казухо.       — Что? — очнулся Мидория, отвлекаясь от телевизора. — Простите, засмотрелся. Так о чем мы?       — Я спросил, какая причуда была у Гифеона, — сказал Хаймавари.       — Да-да-да… О ней он сам редко говорил, но на одном из интернет-ресурсов говорилось, что способность этого про-героя — «Проникающая Волна».       — «Проникающая Волна»? И что она делает? — поинтересовался Кастет.       — Если кратко — разрушает объекты на молекулярном уровне, — незамедлительно объяснил Мидория. Но столкнувшись с непониманием остальных, принялся рассказывать более подробно:       — Не знаю, помните ли вы, но в этом мире все состоит из крохотных частиц — молекул. И, как было доказано многочисленными исследованиями, между молекулами есть определенное расстояние. Очень маленькое, но есть. И причуда Гифеона, основанная на генерации микроволнового излучения, проникает в это расстояние и расширяет его, что приводит к раздутию и разрушению объекта, на котором была применена способность.       — Нехилая способность… — присвистнул явно впечатленный Коичи.       — Не то слово! Самый же интересный эффект «Проникающей Волны» — цепная реакция: если излучение воздействует только на часть объекта, то раздутие продолжит свое распространение, пока весь предмет не будет уничтожен. Остановить подобное можно только отделением пораженной излучением части объекта.       — Словно инфекция, поразившая определенную часть тела и которую можно остановить только ампутацией… — задумчиво произнес Кастет.       — Точное сравнение, шеф! — щелкнул пальцами Изуку. — Кроме того, в Академии Гифеона научили использовать «Проникающую Волну» и для защиты, создавая непробиваемые микроволновые барьеры!       — Прям сплошные плюсы… А есть ли недостатки? — задала очевидный вопрос Казухо.       — Куда уж без них… — невесело ухмыльнулся подросток. — Помимо уже упомянутой цепной реакции — которая служила палкой о двух концах — «Проникающая Волна» действовала только в районе ладоней и не поддавалась отключению. Но самое страшное свойство причуды — ее эффект распространяется не только на неживые объекты.       — То есть… — проговорил Коичи, чье выражение медленно сменилось с непонимания на ужас. — Он… И людей…       — Ага, — хмуро кивнул Изуку.       — Двое ученых, исследовавших опасные сверхспособности, получили сына с такой же силой… Ирония судьбы, — серьёзно сказала Ханеяма, уставившись в пол.       — Злая ирония, — согласился Мидория. — Из-за этого Гифеон носил специальные перчатки, блокировавшие его способности. И это же, как ни странно, мотивировало его исследовать собственную причуду. В том же интервью из журнала герой признавался, что при должном исследовании его сила сможет нести не только разрушения, но и благо. В частности, он надеялся на использование микроволнового излучения в медицине. И не так давно… — тут парень достал телефон и начал быстро в нем рыться. — Где-то здесь… Так-так… Вот оно! Лаборатория сделала заявление несколько дней, что им удалось воспроизвести силу Гифеона и это первый успех в их работе!       — Они смогли воспроизвести «Проникающую Волну»? В том же эффекте? — переспросила Казухо, заглядывая в телефон Изуку.       — Скорее всего. И это привлекло нежелательных людей… — мрачно заметил Кастет.       — А ведь никто не мог подумать, что на агенство про-героя открыто нападут… — вторил лидеру ренегатов Мидория.       — Так, хватит уже мрачняка нагонять!!! — неожиданно выкрикнул Коичи, вскакивая с дивана и мигом разрывая сгустившуюся атмосферу. — Я понимаю, что тут вырисовываются не самые лучшие перспективы… Но они не стоят того, чтобы гробить мирный вечер!!! Плюс у нас есть куча закусок, которые притащил Изуку!!! Давайте пока поедим и подумаем о хорошем!!! — и не теряя времени, схватил за руку Ханеяму (засмущав ее донельзя) и потянул девушку на кухню.       — Пожалуй, действительно стоит перекусить и отвлечься, — сказал Кастет с ухмылкой. — Ты идешь?       — Да, сейчас. Только проверю кое-что, — ответил Мидория.       — Не задерживайся. Иначе все съедим.       С этими словами лидер ренегатов отправился на кухню, а Изуку остался сидеть на диване. Подождав какое-то время, парень взял пульт и с помощью функции записи отмотал репортаж о нападении на лабораторию Гифеона и принялся тщательно осматривать каждый кадр с места преступления. Помещения, оборудование, трупы… И везде он замечал слабые электрические разряды зелёного цвета. Их было сложно заметить при первом просмотре, но при более тщательном… Чем больше парень всматривался в каждое изображение, тем более в его животе скручивалось чувство тревоги. Ведь он уже видел подобное…       Разборка между героями и злодеями ранним утром. Незнакомец в черном, возвышающийся над подростком, словно башня, критикует героев. Между его пальцами сверкнули зеленые электрические разряды… Тогда Мидория спросил себя — не глюк ли это был? И сейчас, смотря на экран с кадрами ужасного преступления, он очень хотел, чтобы это было глюком…

***

      Морской порт Мусутафу заметно отличался от токийских. Он был небольшим, с малым количеством доков и складов, а также невысоким грузооборотом. Тем не менее, этого вполне хватало для нормального функционирования. Даже несмотря на наличие заброшенных складов, один из которых внутри представлял собой причудливую смесь из барака, производственного цеха и склада техники.       В одном его углу располагалась чисто жилая зона — несколько десятков раскладушек по одной на человека (и почти все были заняты), потрепанная барная стойка, выглядевшая неоднократно расстрелянной и разломанной, длинный обеденный стол, несколько диванов и кресел вокруг повешенного на стену плазменного телевизора и пара полок с книгами.       В противоположном углу расположился большой стол-верстак с несколькими компьютерами, бумагами, пустыми банками из-под напитков и различными мелкими запчастями (часть из которых валялась на полу), вокруг которого были развешаны чертежи устройств, а сбоку стояла белая доска, исписанная фломастером сверху донизу.       Оставшаяся же часть не слишком большого помещения была отведена под цех с кучей станков, инструментов и подвешенным сверху на цепях тяжелым оборудованием, и склад с готовой и неупакованной продукцией, среди которой самыми примечательными были накрытые брезентом транспортные средства, похожие на мотоциклы.       За всем этим великолепием со второго этажа наблюдал, оперевшись на перила, хозяин склада— крупный полный мужчина с бородой, одетый в серую спецодежду рабочего, каску и сварочные очки. Самой примечательной деталью внешности этого человека была левая рука, замененная до локтя сегментированным механическим протезом черного цвета с мигающими желтыми огоньками.       — Его долго нет, Хаяо, — подал голос еще один мужчина — более высокий и худой, с короткими черными волосами, сединой на висках и серыми глазами.       — Не беспокойся, Исао. Он придет, ведь в вопросах договоренностей честность и дотошность — его главные принципы, — ответил босс грубым и слегка рычащим голосом, напоминающим чем-то рык льва.       — Знаю, но все равно предпочту быть настороже. С ним только так и можно, — поморщился Исао.       — Не доверяешь ему? — проницательно заметил хозяин склада.       — Скорее не одобряю. Ты ведь видел, скольких он убил сегодня. И кровь вся эта на твоих руках, ведь он — лишь исполнитель заказа, данного тобой.       — Ну… Такова цена будущего. Кстати, а Кацухиро скоро байки свои закончит? А то он все возится с ними…       Внезапно громкий писк прервал диалог двух мужчин и частично разбудил обитателей склада, которые толком ничего не понимали.       Всполошившийся Исао пулей влетел в кабинет босса (расположенный в припаянном жилом блоке на том же втором этаже) и взглянул на систему наблюдения в виде нескольких экранов.       — Хаяо, одна из птиц перестала работать!       — Вот и он, — в этот же момент на складе полностью погас свет и только проснувшиеся люди мгновенно переполошились, будя остальных и доставая из-под раскладушек оружие и фонари.       — Отставить панику, парни! — рявкнул не сдвинувшийся с места босс, отчего толпа внизу почти сразу успокоилась и обратила на него свои взгляды и свет фонарей. — Вы ведь Инфорсеры, а не сборище тупых бабенок! Соответствуйте своему имени!       — Есть, босс! — проревели люди, вскинув оружие вверх.        Едва успело затихнуть эхо от возгласов, как откуда-то со стороны входа в помещение раздались шаги. Тихие и неспешные, словно их обладателя не волновала целая толпа крепких парней с кучей оружия, которое те уже навели на источник звука вместе с фонарями. Вскоре белые лучи света выцепили из непроглядного мрака неясный высокий силуэт, который спокойно остановился и сделал движение правой рукой. Мгновение — и в здании склада засверкали мощные электрические разряды зеленого цвета, разогнавшие темноту.       И тогда Инфорсеры увидели его: вытянутого человека в полностью черном костюме, с пустой сумкой через плечо и небольшим шариком, обильно испускающим потоки зеленой энергии. Самым же выделяющимся элементом образа гостя была маска-шлем черной окраски, сложенная словно из нескольких толстых металлических пластин, с кучей мелких трубок на затылке и двумя накладными пластинами с узкими щелями на месте глаз, в которых пульсировали зеленые огоньки.       Увидев вторженца полностью, толпа парней заметно встрепенулась и опустила оружие, делая шаг назад и не спуская с гостя настороженно-злого взгляда. Слишком хорошо они знали, насколько опасно наводить оружие на этого маньяка…       — Выебываешься, как обычно, Нейромант? — насмешливо спросил Хаяо, показательно хлопая со скучающим выражением лица.       Свет в помещении вновь зажегся, полностью разгоняя мрак.       — Одно из правил бизнеса — умей продемонстрировать свои возможности клиенту, — сказал Нейромант и металлические пластины задвигались в такт словам, подобно лицевым мышцам. И в сочетании с внешностью и голосом — жестким и холодным, наполненным треском электричества и эмбиентовыми искажениями — это заставляло кровь стыть в жилах.       — Я знаю, но обязательно делать это каждый раз? — все в той же насмешливой манере заметил хозяин склада, спускаясь по лестнице и не сводя взгляда с гостя.       — Да. Чтобы вы не забывали о моей силе, как ваш коллега на дне залива.       Пока резко помрачневший Хаяо заканчивал спуск, остальные Инфорсеры вспыхнули ненавистью. Молодой парень в темных очках даже начал готовить оружие к бою, но появившийся за спиной босс положил ему руку на плечо и отрицательно покачал головой. Боец понял намек и отказался от атаки. Хозяин склада похлопал подчиненного по плечу и ободряюще улыбнулся, после чего повернулся к гостю и, пройдя через образовавшийся в толпе проход, встал прямо перед ним, заложив руки за спину.       — Ты принес это? — начал Хаяо, отбросив церемонии.       В ответ вторженец достал из кармана пиджака маленькую черную флэшку и протянул ее боссу Инфорсеров.       — Хм… — неопределенно хмыкнул мужчина, забирая носитель информации и придирчиво осматривая его. — А где… — резкое движение левой руки Нейроманта, до этого бывшей за спиной — и перед Хаяо на полу оказались обломки механической птицы, кое-как замаскированной под живую и искрящейся зелеными разрядами энергии. — Вопрос снимается. Кто-нибудь, уберитесь! Макото, приготовься к проверке данных! Остальным — отбой!        — Есть! — прокричали парни и приступили к выполнению распоряжений.       Двое мужчин подошли к уничтоженной птице и принялись собирать обломки (причем один из них выглядел крайне подавленным). Тот же парень в темных очках, что хотел напасть на Нейроманта, отправился к столу с компьютерами. Остальные же отправились в жилую зону, попутно кидая на вторженца красноречивые взгляды. Которые тот полностью проигнорировал.       — Пошли, — обратился босс Инфорсеров к гостю и двинулся к компьютерам. Тот молча последовал за ним.       — Как тебе новый шест? — поинтересовался Хаяо после нескольких секунд молчания. — В некотором роде он наша гордость, ведь на него мы пустили особый сплав, сделанный под твои возможности.       В ответ Нейромант поднял правую руку. Сверкнули зеленые разряды — и ничем ни примечательный шарик взорвался огромным облаком черного песка, которое тут же превратилось в 8-футовый*** черный шест, который вторженец начал задумчиво крутить в своих тонких пальцах.       — Сплав, который вы использовали, действительно уникален. Сам по себе он очень твердый и прочный, но стоит направить в него электричество — как металл становится облаком металлического песка, которым я могу управлять. Форма, длина — все в моей власти. Я могу заставить частицы песка колебаться так, что шест, будучи тупым оружием, сможет резать все — от древесного листа до укрепляющих причуд, делающих из кожи человека броню. Оружие легко скрытно носить и очень сложно сломать в твердой форме, но даже если удастся, то я смогу его восстановить, просто превратив обломок в песок и вернув его на место. Прекрасный шест, у которого нет аналогов. Возможно, лучше этого мне ничего не встретиться, — вынес он беспристрастный вердикт.       — Хо-хо! Услышать положительную оценку от человека с нулевыми эмоциями… Бесценно!       — Я честен. Лесть и подхалимство — удел крыс, копошащихся в тени сильных.       — Не поспоришь…       За таким своеобразным диалогом собеседники подошли к компьютерам, где Макото уже приготовил технику к работе. Хаяо протянул парню флэшку и, убедившись в начале проверки данных, вернулся к разговору:       — Кстати, а ты… Действительно перебил всех в лаборатории? — спросил босс с ощутимой заминкой, заставив Нейроманта повернуть голову в его сторону. — Я не сомневаюсь в тебе и репортаже о произошедшем. Но завалить про-героя — дело нелегкое.       — Верно, — кивнул гость. — Прямое столкновение с Гифеоном было неприемлемым вариантом развития событий. Поэтому я выбрал другой вариант.       — То есть?       — Пока вы были заняты моим новым шестом, я тоже не терял времени даром, — начал Нейромант в своей обычной манере. — Используя возможности Интернета, деньги и красноречие, я проник в лабораторию в качестве уборщика. Это дало мне возможность свободно перемещаться по зданию и не привлекать внимания.       — Ну не знаю. С твоей личностью влиться в коллектив и не вызвать подозрений… Сложно.       — Мне подобное было без надобности. За время работы я собрал всю нужную информацию и сделал все приготовления.       — И никто ничего не заподозрил? Совсем?       — Я был осторожен, — спокойно ответил Нейромант, наблюдая за работой Макото. — А сотрудники лаборатории полностью полагались на Гифеона, непоколебимую веру в про-героев и мысль, что на геройское агенство никто в здравом уме не захочет напасть.       — Ммм… — тяжело вздохнул босс.       — За выходные я разобрался с теми сотрудниками, кто по тем или иным причинам не могли присутствовать в лаборатории. А сегодня пришла очередь главной цели.       — …       — Первым был устранен Гифеон. Хотя его причуда была мощной, но из-за спецперчаток он не мог ее свободно применять. Кроме того, он искренне доверял сотрудникам своей лаборатории и не ждал удара в спину. Я пробил его тело шестом насквозь, а после пропустил через него смертельный разряд тока. Он умер в агонии.       — …       — Затем, использовав систему безопасности и превратив здание в мышеловку без связи с внешним миром, я приступил к зачистке и сбору данных. Одни люди ничего не понимали, другие молили о пощаде, третьи пытались сбежать, четвертые прятались… Но все погибли. Были и те, кто сопротивлялся. В одной из лабораторий я нашел секретаршу Гифеона с 4-летней девочкой — ее дочерью, которую она взяла с собой на работу из-за закрытия детского сада. На их защиту встал неравнодушный к секретарше лаборант. В итоге его оторванная голова стала свидетелем того, как женщина и ребенок умерли в объятиях друг друга.       — Даже ребенка… И тебя нисколько не волнуют их жизни? — тихо спросил Хаяо, слегка дрожа и сжав механический кулак. Он никогда не мог воспринимать убийство нормально. И вдвойне он ненавидел слушать, как о подобном говорили с полным равнодушием. Словно речь шла не о живых людях, а о сухих данных статистики.       — Проявление милосердия в преступном мире равносильно пистолету у виска. Те, кто пытаются остаться человеком в этой среде, в конечном счете становятся пищей для других. Особенно тех, кого они пощадили или не добили, — безжалостно отметил Нейромант, наблюдая за реакцией собеседника. — И если ты не забыл, я лишь исполнитель твоего заказа. И все жертвы на твоей совести.       — Знаю… — тихо, но отчетливо произнес босс. — Я нанял тебя с полным осознанием последствий и готовностью принять ответственность за них. Но даже так я лишь человек — слабый и полный сострадания…       — Готово, — неожиданно сказал Макото. — Все данные здесь. Разработкой сможем заняться в ближайшее время, хотя придется добыть некоторые дополнительные компоненты.       — Хорошо, — отозвался Хаяо, возвращаясь в норму. — Иди отдохни. Я тут сам закончу.       Тот лишь молча кивнул и удалился, оставив босса и Нейроманта наедине. Дождавшись ухода коллеги, первый сел за компьютер и вынул из ящика стола пачку денег.       — Твоя плата, — сказал он, протягивая наличку вторженцу. Тот молча взял и положил ее в карман. — Даже не пересчитаешь?       — Я честно выполняю свою работу, а вы честно мне платите. Поскольку прекрасно знаете, что бывает с обманувшими меня людьми, — холодно заметил Нейромант.       — Ну да, ну да… — усмехнулся босс, хотя получилось как-то вымученно. — И да, разработки Гифеона просто нечто! — воодушевленно высказался он, указывая на экран. — Только представь — воспроизвести разрушительную силу, против которой мало кто может устоять! Если подобную технологию преобразовать в оружие… На черном рынке нам руки будут отрывать за хотя бы один экземпляр! Эх… Наконец-то завяжем с криминалом…       — Никогда нельзя думать об успехе до его непосредственного достижения, — отрезвил Нейромант собеседника.       — Хех… Верно говоришь. Вот только помечтать все равно хочется, — засмеялся босс, а после горько вздохнул:       — Знаешь, это на самом деле забавно… Мы тут собрали и спроектировали кучу невероятных устройств: протезы, гаджеты, транспорт, оружие… И все с такими свойствами, что просто голова идет кругом! Но правда в том, что ничего из этого мы не изобрели сами. Все необходимое для устройств — чертежи, материалы, технологии — мы украли у других… Продавали наши товары преступникам и на эти грязные деньги обеспечивали семьи… Мы зовем себя Инфорсеры, но правда в том, что мы жалкие крысы, копошащиеся в тени сильных. Как ты и сказал, хотя вряд ли имел ввиду нас. Как я от этого устал…        Нейромант ничего не ответил. Лишь продолжал стоять и внимательно слушать босса Инфорсеров, который, сгорбившись, сидел в компьютерном кресле и массировал виски с глазами.       — Самое же смешное — когда-то я даже подумать не мог, что докачусь до такого… Я рассказывал тебе свою историю?       — Никогда.       — Значит, сегодня ты впервые ее услышишь, — взгляд Хаяо стал отстранённым, а лицо ничего не выражало. Он словно смотрел куда-то вдаль. В прошлое…       — Я родился и вырос в самой обычной семье. Мать — заботливая домохозяйка, отец — мужик с большой буквы и работяга. Ходил в самую обычную школу, где меня притесняли за то, что я не обладал причудой… Но мне было наплевать. Тем более, что и без сверхспособностей я мог морды набивать… В итоге окончил все учебные заведения со средними оценками, открыл небольшой строительный бизнес и набрал свою бригаду, которая почти вся сейчас здесь. В какой-то момент встретил в баре девушку, которая в моей школе была серой мышкой из другого класса. Познакомились, влюбились… Она сбежала из дома ради меня, а ее папаша — редкий псих — с ружьем пытался меня убить… И ведь он почти это сделал! Но у него патроны кончились. А моя любимая преподала ему урок. И из-за этого, кстати, мы просто закрепили брак в документе, забыв о свадьбе. Ха-ха-ха, неделя была незабываемой! — искренне рассмеялся Хаяо, в этот момент выглядя заметно моложе.       — …        — Так и вот и шла моя жизнь — неторопливо и стабильно. Бизнес приносил доход, коллеги меня уважали, как и я их, а моя семья состояла из понимающей красавицы-жена и ненаглядной дочуркой, которая при рождении была столь прекрасна, что я поклялся себе любой ценой оберегать ее. Но счастье никогда не длиться вечно, — грустно усмехнулся босс. — В какой-то момент из бизнеса меня начали вытеснять обладатели причуд. Вот так просто. Ведь все в моей бригаде были обычными людьми. В результате заказов у нас почти не было, а деньги быстро кончались. Но я не сдавался. Работал по 24 часа в сутки… Мало ел и почти не спал… Тщетно искал новые способы заработка и унижался ради жалких грошей… А потом беспробудно пил…       — …       — Но каждый раз, приходя домой к любящим жене и дочери, я никогда не показывал, насколько мне было хреново. Ни разу не поднял на них руки. Ни разу не закатил скандала и капли алкоголя при них в рот не брал. А порой проступавшие усталость и депрессию списывал на работу и придирчивых клиентов… Мне только премии за лучшую мужскую роль не хватало для полного счастья! Но любимую я обмануть не смог. Она была умна и догадывалась обо всем, но вслух не говорила… Только молча поддерживала. А дочка постоянно рисовала картины со мной и называла героем… В эти прекрасные моменты я понимал, что обязан бороться до конца. И однажды решил, что раз благо ко мне не идет, я должен взять его своими руками! — сжал механический кулак Хаяо с отчетливым скрежетом.       — И решился на преступление… — медленно произнес Нейромант.       — Ага! Ограбить одного богатенького толстосума, который сорил деньгами налево и направо! Изначально планировал сделать все сам, но бригада пронюхала и тут же включилась в дело. Я их отговаривал, но…       — Босс нас никогда не бросал, так почему мы должны бросить босса?! — внезапно раздался хор голосов Инфорсеров, которые внимательно слушали диалог между Хаяо и Нейромантом.       — Ну вот, так они и сказали! В итоге мы придумали план и стали ждать шанса. И он подвернулся — когда какой-то нереально опасный злодей устроил драку со Всемогущим и разнес половину Токио. Это было 4 года назад. И пока город отходил от произошедшего, мы в масках совершили налет на богатея. Но столкнулись с про-героем… Этим Яойорозу… — на лице босса Инфорсеров проступило злобное, почти звериное выражение, а небольшая банка колы, стоявшая рядом, оказалась раздавлена протезом. — Там бы нас, скорее всего, и сцапали, но самодельное оружие Макото, которое тот спаял из хлама и инструментов, позволило нам сбежать. И в тот же день, вернувшись домой в подавленном состоянии, я узнал, что моя дочь…       В этот момент Хаяо затрясся, всхлипывая и пытаясь подавить слезы, а Нейромант стоял и безучастно смотрел.       — Она пострадала от рук одного из преступников, что был сообщником того мощного злодея. Видно, не смирился с поражением босса… В результате моя дочка оказалась смертельно больна, а ее лечение, которое только могло поддерживать жизнь, требовало колоссальных средств. В отчаянии я напился в баре вместе со своей бригадой и там же у меня созрела идея — если то самодельное оружие Макото спасло нас от героя, то почему бы не сделать еще? И не продавать его тем, кто не в ладах с героями?       — И так вы начали свой бизнес…       — В точку. На первых порах было тяжко — опыта ноль, а многие преступники превосходили нас по силе. Не обошлось без потерь… — с этими словами Хаяо потер свой протез и взглянул на одну из стен склада, где висело несколько фото под одной большой надписью «Стена Памяти». — Но мы не отступили, ибо некуда. Нашли пути, встретили тебя… И в итоге достигли того, что имеем сейчас — с деньгами проблем нет, моя дочь дожила до этого дня и недавний прорыв в медицине дает надежду, что скоро она снова будет полноценно жить!       — И этот прорыв стал причиной моего найма? — спросил Нейромант с ноткой любопытства.       — Да. И с помощью нового оружия я смогу оплатить лечение и уйти на покой. Жаль лишь, что ценой невинных жизней…       — Почему ты мне это рассказал? — вдруг спросил Нейромант.       — Увидел кое-что интересное в новостях и вспомнил былое, — на лице босса проступила улыбка и он снял каску, растрепав седые, с редкими темными прядями, волосы. — Не знаю, слышал ли ты, но сегодня некий беспричудный по прозвищу ЭнерГир устроил настоящее шоу. Про-герои и СМИ так расписали произошедшее, что это напоминало абсурд. А в сети нашлись довольно интересные слухи… Ты ничего об этом не знаешь?       — Я был там.       — Охо-хо-хо… И что же — этот парень действительно выполнил работу за про-героев, пока те стояли столбом, и потом успешно сбежал? — спросил он и все Инфорсеры, как один, взглянули на Нейроманта.       — В общих чертах, да.        — Аллилуя!!! — завопил один из парней и его возглас подхватили все остальные, рванув к барной стойке и доставая оттуда алкоголь. Кто-то швырнул бутылку в сторону босса и тот ее схватил с помощью протеза — сегменты руки разъединились, обнажая гибкие провода, а сама конечность резко удлинилась, перехватывая сосуд с жидкостью.       — Спасибо, Мамору! Это я тому из вас двоих, кто кинул бутылку! — довольно сказал Хаяо, вскрывая сосуд. — За твое здоровье, Нейромант! — отхлебнул напиток прямо из горла.       — Довольно бурная реакция… — спокойно заметил гость.       — А чего ты ждал? Мы все здесь беспричудные — люди второго сорта, по мнению большинства. Конечно, в открытую такого не скажут, но их взгляды и поведение… И вот сегодня такой же безпричудный, как и мы, показал этим снобам и героям с их «суперсилой», что даже без сверхспособностей можно совершать невозможное! Что настоящие герои необязательно должны иметь причуду! Но что важнее — ЭнерГир наверняка знал о последствиях своего поступка… И все равно рискнул оставить про-героев в дураках! Как таким не восхищаться?! — сказал босс, будучи в прекрасном расположении духа.       — Вы его переоцениваете, — беспристрастно заметил вторженец. — Да, план этого ЭнерГира по спасению школьника был неплох. Но сам по себе он посредственность. Наивный максималистичный мальчишка, заигравшийся в собственные мечты о становлении героем при том, что у него нет и крохи надежды на это. Пускай ему сегодня повезло уйти, но в один из дней его ждет расклад, из которого он не выберется, сколько бы не старался. Он обречен сдохнуть, гонясь за иллюзиями, а потому восхищение им не стоит ничего.       — Хм… Может в твоих словах и есть доля правоты, но все равно поступок ЭнерГира значим для нас и других обычных людей. Если встречу его — обязательно пожму руку и подкину пару гаджетов! — довольно произнес босс.       — … — промолчал Нейромант, повернув голову в сторону, после чего собрался уходить. — Меня ждет работа. До встречи.       — Пока ты не ушел, могу я кое-что спросить? — вдруг поинтересовался босс.       В ответ свет на складе вновь погас, вызвав возмущение у Инфорсеров, а когда погас, то Нейроманта уже не было.       — Не любитель он личных вопросов… Ну и ладно, — пронеслась в голове Хаяо мысль, пока он преспокойно потягивал алкоголь из горла бутылки.

***

      — Изуку, просыпайся… Завтрак уже на столе, — раздался приятный и нежный голос Инко Мидории — невысокой полноватой женщины с собранными в пучок волосами и одетой в домашнюю одежду — которая зашла в комнату сына, чтобы разбудить его.       — Мам, ещё пять минут… — сонно ответил Мидория, сильнее кутаясь в одеяло.       — Сынок… — неуверенно, но твердо сказала Инко, погладив сына по голове. — Я понимаю, что ты устал. Но твой учитель вчера мне снова позвонил и предупредил, что еще одно опоздание — и меня вызовут в школу разбираться. А потому вставай.       — Хорошо-хорошо… Встаю… — кое-как поднялся Изуку, протирая глаза и зевая. Хотя на сей раз он пришел домой не очень поздно, но все же интенсивные события понедельника давали о себе знать. И если бы не мама, он бы мог спать еще долго.       — Жду тебя на кухне. Завтрак стынет, — произнесла Инко с доброй улыбкой и ушла.       Наконец продрав глаза, Мидория оглядел свою комнату. Все по-старому: кровать, полка с книгами, часть из которых не относилась к Японии, предметы для занятий спортом в уголке, компьютерный стол с неаккуратной стопкой бумаг, книг и тетрадей… И Всемогущий. Много Всемогущего в самых разных формах — от постельного белья и плакатов до коллекционных фигурок (за некоторые Изуку дрался с другими фанатами) и выпусков манги о Всемогущем. И везде Символ Мира сиял своей широкой белой улыбкой, которая придавала подростку сил и энергии. Хотя он и признавал, что вживую она была куда более ослепительной…       Налюбовавшись на свою коллекцию, парень встал с кровати и занялся обычными утренними делами.       Сначала Изуку застелил постель и выполнил набор стандартных физических упражнений: отжимания на одной руке в вертикальном положении со сменой рук при хлопке, упражнения с гантелями, приемы рукопашного боя с утяжелителями на руках и ногах… На все про все ушло 10-15 минут.        Затем шли водные процедуры в ванной. Помывка и чистка зубов — все стандартно. Попутно Мидория придирчиво осмотрел себя в зеркале. Со вчерашнего дня ничего не изменилось — густая шевелюра темно-зеленых волос, которую стоит постричь, большие зеленые глаза, под которыми образовались небольшие синяки, мягкие черты лица, похожие на мамины, веснушки на щеках, расположенные в идеальной симметрии, и развитая мускулатура. А также несколько мелких шрамов, свидетельствующих о нелегких ренегатских буднях…        Наконец Мидория оделся в выстиранную и уже успевшую высохнуть одежду (за что подросток был искренне благодарен маме) и спустился на завтрак, не забыв захватить свои два рюкзака.       — Изуку, ты вновь оделся в это… Я понимаю, что школьная форма тебе не нравится после знакомства с Робом, но все же ты не находишь, что твой вид слишком сильно выделяется? Особенно пояс, — в очередной раз напомнила сыну Инко, хотя это было больше для вида.       — В Америке со школьной формой никаких проблем — она есть только в специализированных учебных заведениях, а в обычных школах дети одеваются, как хотят. К тому же… Эта форма мне никогда не нравилась — чувствую себя зажатым каждый раз, когда ее надеваю, — с улыбкой объяснил Изуку, теребя концы пояса. А про себя подумал:       — А еще она благополучно сгорела, когда я ремонтировал реактивные боты у себя в комнате. Черт, как меня угораздило прямо в день покупки школьной формы ее спалить?! Блинский блин…       — Ясно… И обязательно носить с собой два рюкзака? Это ведь неудобно, — заметила мама, глядя на один из рюкзаков со смесью беспокойства и неодобрения. И в этом рюкзаке как раз находилось снаряжение ЭнерГира…       — Ээээ… Кхм… — неловко кашлянул подросток. И не дожидаясь новых неудобных вопросов, быстро сел за стол и принялся есть. Инко же только грустно покачала головой и отвернулась к плите.       — Прости, мам… Прости, что вынужден врать! Но так будет лучше, ведь ты не пострадаешь от секрета ЭнерГира! — раскаивался Мидория, уплетая за обе щеки омлет с беконом. — Эх… Похоже, тянуть больше нельзя! Нужно завершать часы и побыстрее! Вот только где взять детали?       Закончив с завтраком, Изуку поблагодарил мать за еду и принялся пить апельсиновый сок, попутно поглядывая на экран телефона. К его удивлению, времени на путь до школы было предостаточно.       — К слову, сынок. Я попозже сегодня в банк схожу, — рассеяно сказала Инко, помешивая что-то в кастрюле.       — Зачем? — спросил подросток.       — Твой отец позвонил мне. Сказал, нужно кое-что проверить, — объяснила мама.       — Папа звонил? Как он там?       — Сказал, что все хорошо. И больше ничего… — невольно погрустнела женщина, отчего и самому парню стало неуютно.       — Ну ладно, мам, я побежал! Время — деньги! — энергично воскликнул Изуку, отгоняя печаль, после чего вскочил из-за стола и выбежал в прихожую с рюкзаком.       — Постой, Изуку! — крикнула Инко, когда подросток уже надел свои любимые красные ботинки и собрался выходить.       Услышав оклик матери, Мидория остановился и посмотрел на нее с долей замешательства. Она неспеша подошла к нему, посмотрев на паренька с какой-то болью в глазах, а после крепко обняла.       — Прошу тебя, сынок… Береги себя и не влезай в неприятности! Пожалуйста… Ты мой единственный ребенок… И если с тобой что-то случится… — прошептала Инко, громко всхлипывая и пытаясь подавить слезы.       На мгновение Изуку опешил от подобной вспышки эмоций. Но быстро взял себя в руки, улыбнулся и, отстранившись, сказал:       — Мам, все со мной будет в порядке! Я ведь не хрустальный, не разобьюсь! И даже если кажется, что мне плевать на твои слова… Я очень тебя люблю, — и уже сам заключил Инко в крепкие объятия. — Все будет хорошо. И у меня, и у тебя. Главное — не переживай понапрасну. Ладно?       — Ладно… А теперь иди, — произнесла мама, улыбаясь и вытирая выступившие на глаза слезы.       — Я ушел! Пока! — попрощался Изуку и закрыл дверь.       В доме стало тихо. Инко Мидория молча стояла и смотрела на дверь, за которой только что исчез Изуку. И ее сердце разрывалось от боли и переживаний.       — Я знаю… Что ты можешь постоять за себя, сынок… — подумала Инко Мидория, сцепив руки в молитвенном жесте и подавляя вновь подступившие слезы. — И знаю, что господин Огуро тебя не бросит… Но все же будь очень осторожен. Не дай своей мечте погубить тебя…

***

      В тёмном подвале заброшенного дома, с одной тусклой лампочкой в качестве источника света, находились несколько человек.       Большая часть из них находилась за светом лампы: тощий субъект с длинными конечности и швами на лице, напоминающий огромную марионетку, неестественно перекрученное и покрытое язвами нечто, похожее на человека лишь общими очертаниями, парень с огромными ладонями, постоянно сочащимися вязкой белой жидкостью, гибрид человека и ящера-молоха, все тело которого покрывали острые шипы и наросты, и крепкий солдафон с красным визором на левом глазу и огромной пушкой на месте правой руки, от которой к ранцу на спине человека тянулось несколько кабелей, соединенных вместе.        В центре же комнаты, под светом лампы, находились два человека. Один из них был громадной горой каменных мышц, напоминающей ожившего голема из древних легенд. Второй же был привязанным к стулу, обнаженным мужчиной. У него было жилистое телосложение, полностью белая кожа, как у альбиноса, длинные черные волосы, алые глаза, похожие на рубины, и обилием крови по всему телу и вокруг стула. Чтобы выглядело особенно странно, ведь на мужчине не было не единой травмы.       — Шесть часов пыток… Надо признать, никогда мы столько не пытали одного человека, — гулко произнес голем, нависая над привязанной к стулу жертве и от души сворачивая ей шею. — И хотя это доставляет удовольствие, но у всего есть свой предел. Я снова спрашиваю — где эта вещь?       В ответ раздался хруст и сломанная под углом шея пленника вернулась на место.       — Ауч… — простонал несчастный, глядя на мучителя исподлобья. — Знаешь, это неприятно — когда тебе шею ломают 236 раз подряд.       — Но ведь ты бессмертен, — заметил громила, поднимая с пола окровавленную арматуру. — Так что подобное для тебя ерунда, — и вогнал кусок железа в тело пленного, от души прокручивая его и заставляя жертву вопить от боли.       — ААААААА!!! Да чтоб тебя!!! Может, я и регенерирую с невероятной скоростью, из-за чего меня нельзя убить, но это не значит, что я не чувствую боли, сука!!!       — Тогда почему бы тебе не сказать, где украденная вещь? — спросил мучитель, прекращая издевательства и усаживаясь на стоявший рядом табурет.       — А смысл? Я в любом случае не умру от ваших примитивных пыток и сбежать смогу. Наверное… И кроме того, мне есть, что вам предложить, — усмехнулся он, тяжело дыша и истекая кровью изо рта и раны от невытащенной арматуры.       — Неинтересно. BFG****, — произнес голем, вставая и доставая арматуру из тела пленного. После этого тип с гигантской пушкой вскинул свое оружие в выстрелил в несчастного бело-зеленым зарядом плазмы, разрывая и сжигая живот, а заодно откидывая мужчину к дальней стене комнаты и разбивая на куски стул.       На какое-то время в помещении стало тихо. А затем присутствующие увидели, как огромная дымящая дыра в животе пленника начала быстро регенерировать, восстанавливая органы, мышцы и кожу. Когда процесс завершился, несчастный вскрикнул и вновь задышал.       — Хах… Хах… Не… Интересно… Вы, блядь, издеваетесь?!!! — крикнул мужчина.       — Наше задание — вернуть украденное и пытать тебя, пока не надоест. Вот и все. Так что на сделку не рассчитывай, — жестко отрезал голем.       — А… Так он вам ничего не сказал? — произнес пленник, расплываясь в хитрой улыбке.       — Нам и не надо знать. Мы просто наемники. А он — наш работодатель. И пойти против него — самая большая глупость для любого человека.       — Естественно… Эту гниду я хорошо знаю… Но жалеть мне не о чем, ведь то, что я украл, намного ценнее всего, что вы видели в своей жизни! И если вы меня выслушаете… Жалеть не будете, — заявила жертва, вставая на ноги и нагло ухмыляясь.       — Я же сказал — на сделку не рассчитывай, — повторил мучитель, направляясь к пленному.       — На вашем месте я бы послушал, — раздался холодный и искаженный голос из темноты, заставивший голема остановиться и обернуться к его источнику — небольшому дрону с корпусом в форме железной маски-шлема, парящему на четырех анти-гравах и пульсирующему разрядами зеленой энергии.       — С чего бы, Нейромант? — раздражённо поинтересовался голем. Хотя он и нанял этого типа для поиска пленника, но все же симпатии к нему не питал. Скорее наоборот.       — С того, что ваш работодатель явно утаил некоторые детали по поводу предмета поисков. И раз он это сделал — значит, для него этот предмет ценен. И эта информация может вам пригодиться, — объяснил голос.       — Спасибо, — поблагодарил дрона пленник, после чего обратился к наемникам:       — Для начала, господа, скажите, сколько он вам заплатил?       В ответ послышалась тишина.       — Можете не отвечать — я уже догадался, что немного. Не удивлен, ведь по факту вы мелкие сошки. Но я могу предложить больше… Настоящий куш!       — Куш? — спросил голем с отчетливой долей интереса в голосе.       — То, что я украл у него — ключ к богатству этого человека! Малой доле, конечно… Но этих денег вам хватит, чтобы прожить всю жизнь, не зная лишений! Сможете даже собственную организацию основать!       — Это сколько чисто на цифры?       — Не знаю точно… Но как минимум на миллиард долларов. Может и больше, — сказал черноволосый, после чего присутствующие начали возбужденно перешёптываться. — И все это достанется нам, если вы мне поможете.       — Погоди-ка… Раз этот предмет настолько ценен, то почему он не послал кого-нибудь из своих элитных сил?       — Потому что он — высокомерный кусок дерьма. Он никогда не считал меня за реальную угрозу. Кроме того, он знал, что предметом я воспользоваться не смогу. А потому не посчитал нужным тратить на меня лучшие силы и послал вас. Согласитесь, идиотизм…       Наёмники молча переглянулись.       — Чего ты хочешь от нас? — спросил голем.       — Возникла небольшая проблема. Дело в том, что я положил предмет в одно место, пока не найду ключ к нему. Когда наметился прогресс, я решил вернуть вещь. Однако меня облапошили — предмет изъяли, подделав все данные так, словно его никогда там не было. Ничего не добившись мирным путем, я решил забрать его силой. И тут, какая удача, по мою душу пришли вы, — объяснила жертва, не скрывая улыбки.       — Хочешь нанять нас для грязной работы? Ясно… И что же это за ключ к предмету, без которого им не воспользоваться? — поинтересовался мучитель.       — Особый шифр, который известен вашему нанимателю и примерно мне. Без него все богатство сводиться к нулю. А значит, я вам нужен, — преспокойно ответил пленник.       — Как поделим деньги? — перешёл к главному вопросу голем.       — 50 на 50.       — Чего?       — Вы не ослышались — все поделим поровну. Поскольку иначе мне не видать даже цента. Плюс я не хочу спорить о цене, как это обычно бывает, — подвела черту жертва.       Наёмники ещё раз переглянулись. Дело пахло огромными деньгами. Нужно быть дураком, чтобы отказаться от такого предложения. Но с другой стороны они помнили, кто их нанял. Как и тот факт, что сей персонаж обид не прощает…       — Ну так что, хотите разбогатеть и стать силой, с которой будут считаться? Или предпочтете до конца жизни ползать на дне преступного мира, принимать жалкие подачки от сильных мира сего и считаться за бесправные куски дерьма? — насмешливо спросил пленник, видя сомнения наёмников.       Едва услышав эти слова, на лицах присутствующих замелькала целая гамма разнообразных эмоций, но в глазах полыхала она — жажда власти…       — По рукам! — ответил голем после минутного колебания, снял с бывшей жертвы пыток наручники и пожал ему руку. — Напомни, как тебя звать-то, партнер?       — Фуметсу Варай.       — Ну и имечко… Так что за место нам предстоит обнести, Варай?       В ответ Фуметсу лишь загадочно улыбнулся…