Вне закона - не значит преступники

      — Повторяю в последний раз, жируха — не задерживай очередь! — раздраженно цокнула кассирша. Весь ее внешний вид — сухая морщинистая кожа; щеки, впалые настолько, словно их и вовсе не было; пухлые губы, накрашенные ядовито-розовой помадой; глубоко посаженные глаза, почти невидные из-за слишком густых теней; ребра, выпирающие из-под обтягивающей ткани узкого платья — буквально кричали «Требуется срочный арест за нарушение законов природы!».       — Но… Но… Послушайте… — пыталась что-то сказать несчастная Инко. Она пользовалась услугами этого филиала Центрального Банка Японии уже много лет и ни разу не сталкивалась с подобной наглостью. Что в сочетании с мягкой и сердобольной натурой женщины просто не оставляло ей и шанса на сопротивление.       — Ты че, тупая, а?! Проваливай давай! — потеряла терпение «красотка», тыкая в добродушную толстушку пальцем с таким длинным ногтем, что он больше походил на маленький нож. — Или тя выставит охрана!       В ответ госпожа Мидория окончательно расстроилась и словно стала еще меньше. Не говоря больше ни слова, она развернулась и, понурив голову, пошла прочь от нахохлившейся кассирши и сочувствующих взглядов. Но недалеко от выхода на нее накатила усталость (что неудивительно) и женщина села на удачно попавшийся стул для посетителей, дабы перевести дух.       Казалось бы, Инко просто пришла в банк разрешить недоразумение касательно перевода денег из-за границы со стороны мужа. Максимально вежливо и подробно все объяснила… Но вместо ответов получила лишь порцию наглости, ругани и угроз вызвать охрану! Просто верх бесстыдства!       — И что же мне теперь делать? — размышляла опустошенная физически и морально женщина. — Пойти в другой банк? Но я не знаю, где его искать, ведь всегда ходила сюда… Поехать в Токио и разбираться там? Я не умею вести дела, как муж… К тому же это наверняка будет еще сложнее, чем здесь… Попросить мистера Огуро? Но тогда Изуку начнет переживать… — на мгновение в голове Инко мелькнул образ сына — странно одетого и уставшего, но искренне улыбающегося и всегда готового помочь — и она сама невольно улыбнулась. — Ему ведь сейчас очень нелегко, а новые проблемы только все усугубят. К тому же я не хочу злоупотреблять добротой мистера Огуро, который уже столько всего сделал для Изуку, не требуя благодарности…       — Пустите меня, приспешники капитализма!!! Предупреждаю — в гневе я страшнее самого Сатаны!!! — неожиданный громкий рычащий крик вырвал женщину из невеселых мыслей и заставил ее взглянуть в сторону лестницы, ведущей на второй этаж, где располагались офис директора банка и бухгалтерия.       Спустя минуту по лестнице спустились двое охранников, неся под руки недовольного клиента. К удивлению Инко, он оказался лисом — обычным таким хищником небольшого размера с рыжим мехом, плавно переходящим в бурый ближе к конечностям и кончикам острых ушей. Пушистый хвост; лапы с черными подушечками; белый мех на внутренней стороне ушей и груди с шеей; вытянутая морда с черными носом и оскаленными клыками; топорщащиеся усы, торчащими по обеим сторонам морды и из надбровных дуг — все, как полагается.       Но главной особенностью лиса была антропоморфность — телосложение, близкое к человеческому; зеленые глаза с белой склерой, в которых сейчас плескалось нескрываемое недовольство; и одежда, состоящая из черной рубашки, серых брюк на ремне, красного галстука, пристегнуто к рубашке специальным зажимом, незастегнутым светло-синим пиджаком и черной сумкой на ремне, перекинутой через плечо.       — Не, серьезно, парни! Поставьте меня на пол! Это нарушение прав человека! — безуспешно пытался достучаться до охранников лис. — И даже если я вообще на человека не похож, это не меняет сути дела!       — Директор приказал тебя вышвырнуть. И мы это сделаем, если ты сам не уйдешь, — невозмутимо произнес один из охранников с каменным лицом.       — А больше он вас ни о чем не просил? Например, углы пометить?! — язвительно поинтересовался зверек, заставив обоих своих спутников нахмуриться. — Если хотите — могу помочь! По тысяче йен на каждый угол — и мы в расчете!       В ответ один из охранников, все еще хмурясь, крепко схватил лиса за хвост и потянул его вверх, из-за чего сумка зверька оказалась на полу.       — Не трогайте хвост, сволочи! Засужу! — яростно рычал лис, вися вниз головой. В ответ охранник начал раскручивать зверька над головой, аки ковбой лассо.       — А ну не смееееееееееееееееее…!!! — не успел лис закончить фразу, как хватка разжалась и он с воплем пролетел почти через весь зал, плюхнувшись на пол в позе «звездочки».       — Дьявол… — прошипел он, приподнимаясь на лапах и сразу же получая по затылку брошенной сумкой. — Ауч!!!       — Мы тебя предупредили, рыжий! Не уберешься отсюда — пеняй на себя! — грозно крикнул охранник, после чего вместо с напарником встал возле лестницы.       — Тогда сделайте мне одолжение — передайте директору, что в следующий раз я с ним встречусь в зале суда! И он будет на скамье подсудимых! — поднимаясь с пола, крикнул зверек в ответ и принялся отряхиваться.       — Пиджак помяли, сволочи… А впрочем, ладно! Когда напишу статью, им мало не покажется!— проворчал про себя лис, цепляя на плечо сумку и двигаясь к выходу. — Чертовы бюрократы… Все соки из людей выкачивают, пока с ними гавкаешься! Присесть бы сейчас… А заодно этим дуболомам глаза помозолить!       Едва доведя мысль до конца, лис краем глаза заметил сидящую на стуле и смотревшую на него с любопытством Инко.       — Прошу прощения, мадам. Не позволите ли вы мне — несчастной жертве капиталистической машины — присесть рядом с вами? — максимально вежливо произнес лис, указав на стул рядом с женщиной. При этом он любезно улыбался и приглаживал мех на макушке головы, хотя в этом не было никакой необходимости.       — Д-да, конечно, — слегка неловко ответила Мидория.       — Благодарю, — кивнул зверек, обойдя женщину и с некоторым трудом забравшись на сиденье.        Какое-то время они просидели молча, наблюдая за ходившими туда-сюда людьми и думая о своем.       — Похоже, вам тоже досталось от этого банка, мадам? — вдруг поинтересовался лис.       — Мгм, — осторожно кивнула Инко.       — Ясно… А как вас провели? Извините за нескромный вопрос, но мне просто интересно, насколько моя проблема хуже других.       — Н-на самом деле ничего особенного. Просто мой муж перевел нам денег из-за границы, но они почему-то не дошли…       — Перехватили зарубежный платеж? Вот уроды! — цокнул языком зверек, слегка покачивая головой. — Особенно их директор! Вы бы видели его — настоящий боров в деловом костюме! Но главная достопримечательность — вот это вот «нечто», которое словно сбежало с острова доктора Моро! — энергично махнул рукой лис в сторону кассирши, ранее терзавшей Инко и теперь вцепившейся в новую жертву.       — Откуда? — не поняла Мидория.       — «Остров доктора Моро» — роман Герберта Уэллса, где ученый-вивисектор выращивал гибриды людей и животных для построения утопии, но в итоге все кончилось плохо. И эта вот «дама», уж простите, прям один в один оттуда! Кстати, книгу очень советую прочитать.       — Оу… — произнесла женщина, чувствуя себя немного невеждой, ведь о подобном романе она ни разу не слышала. И решила сменить тему:       — А… — замялась Инко, не зная, как спросить. — Что у вас…?       — О, моя проблема намного веселее вашей… — начал лис с натянутой улыбкой. — У меня исчезли все сбережения с банковской карты! Все до последней йены, каждая из которых была заработана потом, кровью и дымом! А когда пришел сюда разбираться, оказался послан нахрен! Потом попробовал зайти с другой стороны — и снова провал… Так что придется доставать заначку и жить на лапше быстрого приготовления! Чувствую, язва желудка не за горами… — обреченно вздохнул зверек.       — Простите…       — Да все в порядке! Бывало и хуже! К слову, а как вас зовут, прекрасная мадам? — неожиданно полюбопытствовал лис, отчего женщина удивленно на него посмотрела. — Просто раз уж мы товарищи по несчастью, полноценное знакомство лишним не будет.       — Эм… — замялась Мидория поначалу. Все-таки не каждый день знакомишься со столь специфичным субъектом. Плюс где гарантия, что он не окажется мошенником, который только притворяется добрым и понимающим? Но потом еще раз посмотрела на приветливо улыбающегося зверька, глубоко вздохнула и произнесла:       — Инко Мидория.       — Красивое имя. А я Кемури Кавамура. К вашим услугам, госпожа Мидория, — сказал лис, вставая на стуле и отвешивая шутливый поклон. А после добавил:       — Кстати, а вы не боитесь, что я мошенник, коварно обманывающий доверчивых домохозяек?       — Ну… Я подумала об этом сначала. Но мне кажется, что вы неплохой человек. Особенно в сравнении с работниками этого банка, — мягко улыбнулась Инко, после чего сразу приуныла. — И что теперь мне делать?       — Попробуйте обратиться в Центральный Банк, — предложил Кемури. — Не знаю, смогут ли они вам помочь, но это лучше, чем просто сидеть и ждать не пойми чего. Если хотите — можем пойти туда вместе.       — П-правда?       — Естественно! Мы ведь оба пострадали из-за этого банка! Плюс я хорошо умею вести дела!       — Ну… Мне бы не хотелось вас обременять, мистер Кавамура…       — Ну что вы! Нисколько! Впрочем, сей вопрос мы еще сможем обговорить потом!       — А?       — Просто охранники, похоже, решили осуществить свою угрозу и вышвырнуть меня! — со странным фыркающим смешком объяснил лис, кивая в сторону обозначенных людей.       В этот же момент Кемури ощутил всей своей шкурой — что-то не так. Подергав правым ухом, лис выглянул из-за госпожи Мидории и увидел группу из семи человек, одетую в плащи с капюшонами, несшую несколько сумок, плотно двигавшуюся к центру помещения и о чем-то интенсивно перешептывавшуюся. До чуткого слуха Кавамуры донеслись слова «барьер», «не полностью» и «действуем», что не могло не насторожить зверька. А когда он пригляделся к единственному парню без плаща — худощавому альбиносу с черными волосами и красными глазами, одетому в серый костюм на несколько размеров больше положенного — то и вовсе был готов поклясться, что спит.       — Фуметсу Варай?! Что этот не убиваемый урод тут позабыл с такой толпой?! Вряд ли он явился открывать счет… А значит… — быстро думал Кемури, переводя взгляд с группы на лестницу, обзор на которую был закрыт приближающимися охранниками. — Чертов боров нарвался на самую огромную Гниду Токио! И что теперь делать? Побег не вариант, охрана, считай, уже мертва… Значит, придется по старинке…       — Эм… Мистер Кавамура? — неловко поинтересовалась Мидория, заметившая странную реакцию лиса.       — Госпожа Мидория, как только я скажу — быстро ложитесь на пол и не поднимайте головы! От этого зависит ваша жизнь! — быстро проговорил Кемури, не спуская глаз с группы и видя, как из ее центра взлетало что-то, скрытое оптическим камуфляжем и заметное только по слабым колебаниям воздуха.       — Простите, что? — переспросила шокированная женщина, думая, что ей послышалось.       — Эй, рыжий… — начал было один из охранников, обращаясь к Кавамуре, в то время как под потолок взлетел и сбросил маскировку небольшой дрон, пульсирующий зеленой энергией.       — На пол! — взревел лис, быстро потянув Инко к земле под недоумевающие взгляды охраны и окружающих, в своих заботах не заметивших опасности.       В ту же секунду по стенам и потолку банка пробежали зелёные электрические разряды, а неизвестные скинули плащи и начали действовать.       Каменный громила-голем на удивление ловко подскочил к не успевшим среагировать охранникам и одним ударом отбросил обоих. Как в замедленной съемке, Кемури видел два тела, с силой врезавшихся в стену и почти сразу прибитых к ней огромными шипами. Пол начала заливать густая красная кровь, а лис с безэмоциональным выражением морды и полыхавшими бурей эмоций глазами посмотрел на человека-молоха. Тот с яростным оскалом отламывал очередной шип со спины и сходу вгонял его в шею охранника, попытавшегося атаковать преступника со спины.       — Что там происходит, мистер Кавамура? — спросила ничего не понимающая, но вместе напуганная Инко, собираясь поднять голову.       — Не поднимайте головы! — резко крикнул лис, положив лапу на голову женщины и слегка надавливая. — Лучше вам не видеть этого… — добавил он уже про себя.       Действо меж тем продолжалось.       Парень с огромными ладонями быстро заблокировал вход банка клейким белым веществом, попутно прилепив к полу нескольких человек, пытавшихся сбежать, и двух охранников, что стояли у дверей.       — Перекрывают проход, не давая никому сбежать… Ход разумный, но вместе с тем значащий, что они никого не выпустят живыми… Дерьмо… — на удивление спокойно обдумывал ситуацию Кемури, в то время как госпожа Мидория покорно лежала на полу и не поднимала головы.       Перекрученный парень с обилием язв на теле высунул уродливый хоботок изо рта и выстрелил интенсивной струей зеленой жидкости в парализованных людей у дверей банка, отчего тела несчастных начали плавиться, а сами они завопили в агонии, пытаясь избавиться от кислоты, но вместо этого сдирали собственную расплавленную плоть и кричали еще больше. А вслед за ними кричали и остальные посетители банка, метаясь по залу в панике и ужасе.       — Твою мать… — отвернулся Кавамура, не в силах смотреть на это зрелище без тошноты (все-таки он тоже человек). Госпожа Мидория же продолжала лежать, отчаянно зажав уши руками и слегка подрагивая, словно собиралась заплакать.       Неестественный парень-марионетка со швами на лице выхватил из-за спины пистолеты-пулеметы и закрутился в ураганном вихре, расстреливая все подряд и обматывая свои руки вокруг туловища. И все это под мерзкое хихиканье с высовыванием языка на манер змеи.       — Как распоясались-то… Несомненно, директор крупно разозлил Его, раз был дан приказ на такую бойню! Хотя это немного странно… Что же учинило это заведение?! — все также спокойно размышлял Кавамура, чувствуя, как женщину рядом с ним уже откровенно колотило от беззвучных рыданий. И не сказать, что ему это было по душе.       Наконец раздался выстрел — и все происходящее разом стихло. Заложники застыли, все еще дрожа и не зная, что их ждет. Преступники же, все как один, обернулись в сторону единственных, кто не участвовал в бойне — вооруженному плазменной пушкой солдафону, который спокойно поправлял красный визор на левом глазу, и альбиносу в сером костюме, выстрелившему из пистолета в потолок.       — Все временно закончилось, госпожа Мидория. Можете поднять голову, — выдавил из себя Кемури, прекрасно понимая, что иначе никак.       Инко подняла голову. Лицо ее было бледнее мела, глаза покраснели, а на щеках виднелись дорожки слез. Какое-то время она безмолвно оглядывала царящий вокруг ужас, а после не выдержала и громко зарыдала, уткнувшись в единственную доступную жилетку — пиджак Кемури. Тот недовольно нахмурил брови, но ничего не сказал, положив женщине лапы на спину и слегка похлопывая ее в успокаивающей манере.       — Добрый день, леди, джентльмены… Прочие существа, — наигранно произнес Фуметсу Варай, на последних словах кивая в сторону кассирши-«красотки». — Просим прощения за кучу трупов и тяжело раненных, но мы пришли грабить. Так что будьте спокойны и не пытайтесь…       В этот момент «красотка» не выдержала и попыталась выбежать из-за кассы… Но каблуки помешали и мощный заряд плазмы разнес верхнюю половину тела идиотки на куски, отчего находившаяся рядом кассирша с большим животом, красноречиво говорившим о ее положении, оказалась забрызгана кровавыми ошметками и завопила на уровне сверхзвука.       — … сбежать, иначе сдохнете! Впрочем, если хотите глупо умереть — валяйте, плазмы на всех хватит! — как ни в чем не бывало, продолжил говорить Варай, осматривая толпу. — Уже передумали? Какие вы непостоянные! BFG, командуй!       — Есть! Всем подойди сюда и дать себя заковать, после сесть и не рыпаться! Попытка сопротивления — и последуете за той ошибкой природы! — непоколебимым тоном рявкнул солдафон, махнув рукой в сторону громадного пятна крови и ошметков на стене и для пущей убедительности снова начав заряжать пушку.       Кемури, продолжая успокаивать Инко, быстро огляделся. Новоиспеченные заложники застыли в ужасе и шоке, не в силах шевельнуться. Каждый из них хотел жить и это было очевидно. Но вместе с тем, видя результат бойни со стороны грабителей, они не могли сделать шаг, боясь умереть следующими. И потому был нужен импульс…       — М…М…М-мистер К-к-кавамура… — дрожа от страха и рыданий, произнесла Инко, глядя на отпустившего ее лиса, который со вздохом встал прямо. Тот в ответ лишь заглянул ей в глаза, ободряюще улыбнулся и махнул лапой, призывая следовать за ним.       Сначала Мидория застыла в полном непонимании. Но потом, вспомнив, как лис повалил ее на пол, тем самым спасая ей жизнь, поняла — ему можно верить. И если он соглашается с требованиями преступников — значит, это верный шаг. Женщина глубоко втянула воздух, быстро вытерла глаза, встала, сжав свои пухленькие ручки, и покорно последовала за ним. И если женщина шла медленно и вздрагивая перед каждый новым шагом в ожидании ужасного, то Кавамура двигался расслабленно и вальяжно, словно его вообще не пугала нынешняя обстановка.       — Ха-ха-ха! Вот и первые умные люди! Да еще и такие знакомые! Не ожидал увидеть тебя, рыжая крыса! — расхохотался Фуметсу, глядя на приближающихся людей и уделяя особое внимание Кавамуре.       — Смотрю, ты неплохо продвинулся по служебной лестнице, Варай! Тебе даже выделили команду конченных дегенератов, которые сдуются от шлепка младенца, не то что героев! Действительно достижение для низшей ступени криминальной лестницы! — съязвил Кемури, ехидно ухмыляясь.       — Ах ты мелкий…! — распалился голем и хотел было раздавить наглеца, но его остановил Фуметсу с каменным лицом.       — Не стоит тратить время на мелкую живность, когда на кону стоит Большой Куш. Оставим крысу на десерт, — сухо заметил громиле Варай, наблюдая за тем, как клей сковывает запястья Кавамуры и Мидории и как остальные заложники покорно следуют их примеру. — А сейчас самое время заняться главным блюдом, — добавил он, направляясь к лестнице на второй этаж в компании голема, молоха и BFG.       По пути Фуметсу заметил, что беременная кассирша до сих пор не сдвинулась с места из-за шока, закатил глаза и обратился к стоявшему у касс парню-марионетке:       — Эй, проводи даму в положении к остальным заложникам! Она вид портит!       — Сейчас… — без особого энтузиазма отозвался дохляк, подойдя к девушке и вцепившись в нее мертвой хваткой, пока четверка поднималась на второй этаж.       Успешно оттащив несчастную к клеевику и дождавшись, когда ее руки будут закованы, преступник без зазрения совести пихнул девушку в группу заложников. Но окончательно упасть ей не дала Инко, удачно оказавшаяся рядом. Кое-как перехватив кассиршу, она с трудом помогла ей аккуратно сесть на подстеленный пиджак Кавамуры, который необъяснимым образом смог высвободить лапу из кандалов и снять верхнюю одежду, после чего также вернул конечность обратно в оковы. На вопросительный взгляд Мидории лис отмолчался, однако между пальцев левой лапы женщина заметила зажженную сигарету…       Как только девушка уселась на пол, она словно очнулась и, не выдержав, начала тихонько скулить и дрожать, как осиновый лист. Никто из присутствующих не пытался ее утешить — все просто безмолвно сидели с опущенными головами, словно бездушные куклы. Кроме двоих:       — Ну-ну, успокойтесь… — ободряюще произнесла Мидория, пытаясь утешить несчастную, хотя ей и самой это не помешало бы. — Все хорошо! Нас скоро спасут! Главное — не плачьте и не нервничайте! Вам вредно!       — Да-да! — забавно закивал Кавамура, соглашаясь со словами Инко. — И как только выберетесь отсюда — увольняйтесь и подавайте в суд! А я уж вам помогу стрясти с этого банка солидную компенсацию…       — Тихо там! Иначе на одно нерожденное отродье в этом мире станет больше! — рявкнул парень-марионетка, наведя пистолеты-пулеметы на беременный живот. Троица замерла, не издавая ни звука, и оставалась в таком положении, пока дохляк не убрал оружие и не двинулся обходить заложников. После лис и Мидория облегченно выдохнули, а из глаз только-только успокоившейся кассирши тоненькой струйкой потекли слезы.       — Угрожать беременной женщине… Низость! — злобно прорычал Кемури, буравя преступника недобрым взглядом, в то время как Инко вновь принялась утешать несчастную.       На какое-то время в зале установилась тишина с редкими звуками шагов преступников, всхлипами беременной девушки и шуршанием ерзавших заложников. И наконец затянувшееся молчание прервала Инко:       — Эм, мистер Кавамура… А откуда… Вы знаете того человека? — с ощутимой заминкой спросила она, взглядом указывая в сторону лестницы на второй этаж, с которого доносились звуки падения и сдавленные крики.       — Ну… Это не та история, которую стоит раскрывать каждому встречному, — усмехнулся Кемури, хотя получилось у него крайне фальшиво. — Но если кратко — с этого типа в моей жизни началась черная полоса.       — Ясно… — неудобно сказала Инко, чувствуя, что не стоит соваться в прошлое человека без нужды.       В этот момент всему помещению зазвучали звуки тревоги, а окна банка были закрыты прочными железными ставнями, полностью отрезавшими людей от внешнего мира. Следом послышались безумный смех, грохот, крики нецензурщины и звук взрыва, а через полминуты — громоподобный крик «ИДИОТЫ!!!».       — Хе-хе… Похоже, кто-то где-то облажался… — хихикнул Кемури в своей неповторимой фыркающей манере.       Спустя минуту преступники спустились вниз. Троица наемников выглядела целой, а вот Варай остался без верхней одежды и на ходу регенерировал тело, часть головы и левую руку. И лицо его (целая часть) выражали крайнюю степень злости и депрессии.       — Что случилось? — спросил парень-марионетка, наклонив голову на сто восемьдесят градусов, из-за чего его рот оказался сверху, а глаза снизу.       — О, ничего! — саркастично протянул Фуметсу, доставая из одной из сумок запасной пиджак и накидывая его на себя. — Просто жирная сволочь имела при себе пульт, активирующий экстренную блокировку здания, из-за которой мы не только не сбежим, но и даже сейф не вскроем! А потом один идиот с плазменной пушкой в ответ на его насмешки выстрелил, из-за чего меня травмировало, директора убило, а пульт с концами уничтожен!       — И почему я не удивлен? — глубокомысленно заметил Кемури так, что его не слышал никто, кроме беременной кассирши и Инко.       — В итоге — все просто зашибись! — закончил монолог Варай, пиная сумку с нескрываемой злобой.       — Эй-эй, там же взрывчатка! Поаккуратнее! — гаркнул молох, хватая бессмертного за плечо.       — Аргх… Я не удивлюсь, если полиция и про-герои нагрянут прямо сейчас! — разъяренно дыша, словно бык, пробормотал Фуметсу.       — Они пока только едут, — раздался сверху искаженный механический голос.       — Что? — шокировано выдохнул Варай, вместе с грабителями уставившись на 8 участника преступления — пульсирующего зеленой энергией дрона на анти-гравах с корпусом в виде массивной маски-шлема. — Но ты же должен был отключить систему безопасности!       — И отключил. Но пульт, помимо блокировки, имел также функцию экстренного сигнала SOS, предупреждающего героев и полицию на случай отказа основной системы оповещения, — спокойно объяснил голос.       — Если ты знал, то почему не позаботился и об этом? — спросил бессмертный, начиная злиться.       В ответ из дрона донеслось несколько тихих звуков и он заговорил голосом Варая:       — Твоя задача, Нейромант — отключить камеры и систему безопасности, а затем отойти в сторону. Получишь свой гонорар и мы расходимся. Никаких обид и предательств.       — Нейромант?! Да ладно… — офигел про себя Кавамура. — Я, конечно, лично его не встречал, но слухов о нем ходит предостаточно! И если Варай сказал правду… Впрочем, это только дрон! Ведь если бы он лично здесь был…       — Я выполнил свою часть договора в точности, — вновь заговорил Нейромант через дрона. — Так что любые обвинения с вашей стороны бессмысленны.       — Ну ты… Знаешь, мне всегда было интересно — передаются ли причуды неодушевленным предметам? — неожиданно злобно спросил Фуметсу, вызвав у наемников недоумевающие взгляды и заставив их сделать пару шагов назад. — Знаешь, почему? Потому что ты, Нейромант, прям ходячая пишущая машинка: делаешь только то, что скажут, а собственных мозгов, воли и амбиций нет вовсе! — буквально выплюнул последние слова бессмертный.       Секунда — и Варая поразила мощная зеленая молния, заставившая его выть и кататься по полу, словно побитую собаку. Грабители безучастно наблюдали за страданиями бессмертного, заложники, как и ранее, тихо сидели без движения, Инко и успокоившаяся беременная кассирша были в ужасе, а Кемури со скучающим видом закатил глаза и замахал хвостом.       Экзекуция продолжалась еще секунд пятнадцать, после чего обессиленный и дымящийся Фуметсу распластался на полу, тяжело дыша. Над ним нависали тела преступников и голем раздраженно поинтересовался:       — Ну и что делать будем, мистер «Большой Куш»? Барьер задержит героев ровно до тех пор, пока они не обнаружат его уязвимость. А сами мы хрен что можем противопоставить этим про.       — Несколько минут назад я бы истерично сказал «сдаться», — усмехнулся Варай, поднимаясь с пола. — Но теперь, когда мозг прочистился, заявляю — мы выберемся.       — Как? — изогнул бровь молох.       — Нейромант, ты ведь еще одного дрона снаружи оставил для слежки? И в нем есть функции камеры и проектора, как и в этом?       — Да. Но с вас дополнительная плата.       — Отлично! Тогда самое время устроить небольшое шоу! — ухмыльнулся Фуметсу с полыхавшими недобрыми огоньками глазами…

***

      — Ты был нереально крут вчера, Бакуго! Почти уложить на лопатки двух злодеев, еще даже не поступив в UA — солидный подвиг, ха-ха-ха! — громко захохотал один из членов банды Кацуки и его смех тут же подхватили остальные парни, окружившие парту своего лидера.       — Интересно, что бы сказали эти ребята, если бы знали, что это я спас Каччана и оставил про-героев в дураках, а в новостях сплошь вранье? — усмехнулся Мидория, переводя взгляд на окно. — Впрочем, мне это не нужно. Главное, чтобы этот удачный день продолжался…       Говоря про себя «идеальный день», Изуку отнюдь не лукавил. Прибыть в школу вовремя, спокойно позаниматься на уроках и получить от этого удовольствие (что было почти нереально с учетом мнения Мидории о скучности школьных будней), а также хорошая погода на улице, располагающая прогуляться по городу после школы — чем не удача? Впрочем, кое-что не давало подростку покоя — поведение Кацуки. На протяжении всех трех уроков и перемен он ходил чернее тучи, огрызался на всех восхищенных одноклассников, а сейчас, слушая смех своих приспешников, буквально дымился от злости.       — Верно-верно! Когда поступишь на геройский курс — всех поставишь на колени! А там уже и до Символа Мира недалеко! — поддакнул другой хулиган, улыбаясь во все тридцать два зуба и похлопывая Кацуки по плечу. Зубы же самого Бакуго отчетливо заскрипели, а кулаки крепко сжались.       — А когда станешь героем, то думаю, ты не забудешь своих друзей и поможешь им в час нужды, — льстиво произнес еще один член банды с отчетливыми елейным нотками в голосе. Скрип зубов сменился на низкий гортанный рык и небольшие взрывы вокруг ладоней.       — Эй, что с тобой, Кацуки? Злишься, что герои захапали себе твою победу? Или что этот трус ЭнерГир сбежал? — недоумевающе предположил четвертый хулиган, заметив странное поведение их вожака. — Так не переживай, наверстаешь! А ту безпричудную сошку со свалки ты бы и вовсе уложил одним щелчком! Чего толку зацикливаться на…       — Заткнулись все!!! — громоподобно рявкнул Бакуго, с грохотом вставая и заставляя всех в классе, включая Мидорию, ошеломленно на него посмотреть. Резво вскочил на собственную парту, парень оглядел класс злобным взглядом и заорал так, что даже стены задрожали:       — Слушайте сюда, безмозглые крикливые обезьяны!!! Всё, что вчера показали в новостях — дерьмовая ложь от начала и до конца!!! Единственное, что я делал в том районе — был марионеткой в руках долбаной кучи грязи и громил все подряд, не в силах остановиться!!! Герои и полиция же, которыми все сейчас восхищаются, нихрена не делали!!! Просто стояли и ждали более сильного про, ведь сами они оказались косорукими и беспомощными дебилами!!! И единственным, кто спас мою задницу, была та самая «безпричудная сошка со свалки» по имени ЭнерГир!!! И потому заявляю — из всех, кто продолжит его оскорблять и превозносить меня, я лично выбью всю дурь и вышвырну из окна со всеми потрохами!!! Ясно вам, придурки?!!!!!       Сказать, что безмолвно переглядывавшиеся ученики были в шоке от подобной жаркой речи — значит не сказать ничего. Ведь впервые Кацуки Бакуго — звезда всей школы и обладатель запредельной самооценки — признал, что его спасли. Причем тот, кого в новостях заклеймили преступников…       Неизвестно, сколько бы еще длилась тишина, если бы не внезапный громкий смешок. Все школьники, как один, тут же повернули голову в сторону Мидории, прикрывшему рот рукой в попытке скрыть смех и улыбку.       — По-твоему, я сказал что-то смешное, чертов Деку? — недобро зарычал Бакуго, спрыгнув со стола и двинувшись к Изуку с покрытой взрывами ладонью. А про себя подумал:       — Я ведь видел его там, в толпе, когда был марионеткой долбаной горы грязи!!! И помню, как он сбежал… Наверное, ржал сейчас, вспоминая мой жалкий вид!!! Ну, Деку…       — Эм… — протянул Изуку, глядя над возвышавшимся перед ним Кацуки. — Да нет… Я просто анекдот вспомнил. Пришли, значит, в один бар американец, китаец, японец и кореец …       — Нахрен мне сдались твои анекдоты, дебил!!! — проревел Бакуго, со всей дури нанося удар по парте и взрывая ее, отчего сам Мидория оказался на полу вместе со стулом.       — Ха… Ха… Ха… — тяжело дышал взрывной парень, глядя на результат своих трудов, после чего перевел взгляд на «друга детства», схватил его за воротник поло и, подтянув лицо жертвы к своему, грозно пророкотал:       — Свалил отсюда… К чертовой матери… Деку!!! — после чего бросил Изуку обратно на пол и, не оборачиваясь, двинулся прочь.       — Пронесло… Но обязательно было парту взрывать?! — поинтересовался про себя Мидория, вставая с пола и поправляя воротник рубашки. — Пожалуй, стоит выйти проветриться… А к началу урока обязательно вернуться! — твердо решил он, выходя из класса и направляясь к своей «крепости одиночества».       — А вот и я! — воодушевленно выдохнул Мидория, спустя пару минут выбравшись на крышу здания.       — А вид отсюда все такой же умиротворяющий… — мечтательно произнес Изуку, опираясь на перила и оглядывая свой родной город Мусутафу. Стояла идеальная погода: ясное синее небо без единого облачка, яркое согревающее солнце и прохладный ветерок, не дававший вспотеть и мерно трепавший волосы и концы пояса — и парень прикрыл глаза, нежась в лучах света и ощущая едва уловимую гармонию с окружающим миром…       — Даже как-то не верится, что Каччан выдал такую тираду… — размышлял Мидория, мысленно возвращаясь к недавнему инциденту. — Я-то думал, что с его гордыней и самолюбием он будет поливать меня грязью и помоями, а сам купаться в лучах внезапной славы… Но с другой стороны, если подумать, то у Кацуки, помимо гордости, есть еще и самоуважение. С детства он всех успехов добивался сам и никогда не любил, чтобы они ему доставались за просто так. Помню, как-то раз он пытался поймать жука в лесу, а тот случайно оказался у меня в руке… Мне он был не нужен, а потому я отдал его Каччану… А он в ответ наорал на меня и выбросил жука… — засмеялся про себя подросток, вспоминая далекое детство.       — Да… Раньше мы с ним были друзьями не разлей вода, а сейчас скорее похожи на врагов… — невольно погрустнел Изуку. — Интересно, был бы я таким же, как Каччан, имея мощную причуду и слушая бесчисленные похвалы? Сложно сказать… Но я надеюсь, что однажды он осознает свою неправоту и изменится к лучшему хоть немного… Хотя в таком случае я останусь без возможности иногда троллить его! — повеселел парень, доставая телефон и глядя на время. — До конца перемены пять минут. Сейчас быстренько проверю ленту новостей, а потом в класс!        Первой же новостью в сегодняшней ленте высветился видеорепортаж об ограблении банка, проходящем прямо сейчас в прямом эфире. И заинтересовавшийся Мидория немедленно перешел по ссылке.       — … Мы ведем прямой репортаж с места событий! — энергично вещала репортерша на видео, стоя на фоне банка и снующих туда-сюда полицейских. — Полчаса назад в полицейское управление поступил сигнал тревоги из банка за моей спиной! — махнула она рукой в сторону здания. — Никаких подробностей о происходящем внутри нет, но известно, что была включена экстренная блокировка здания, а сам банк окружен непроницаемым барьером, через который никто не может пройти… — продолжала вещать журналистка, но Мидория ее уже не слушал.       — Эт-то ж-же… — ошеломленно подумал Изуку, чувствуя, как по спине пробежал холодок, а руки, державшие телефон, задрожали. — Тот же банк, которым постоянно пользуется моя мама! Ну точно он! Значит ли это, что она… — ужасная мысль начала затоплять мозг парня, но он быстро себя одернул:       — Не-не-не! Не смей думать о подобном, идиот! Да, мама говорила, что пойдет в банк… Но она не сказала, когда! Мама могла уже сходить, сделать дела и уйти… Или она задержалась и еще даже не дошла туда! Верно! И ни к чему переживать! — убеждал себя подросток, пытаясь избавиться от не угасающего чувства тревоги. — Хотя все же лучше ей позвонить! Чтобы убедиться…       —  Подождите минутку… Дорогие зрители! Кажется, что-то происходит со стеной банка! — быстро заговорила репортерша (Мидория за своими мыслями не отключился от прямого эфира), отвлекаясь от интервью с одним из героев, прибывших на место происшествия. Камера мгновенно сменила обзор на спроецированное непонятно откуда изображение стоящего на коленях внутри банка заложника и возвышавшегося над ним Фуметсу Варая в черном пиджаке на голое тело.       — Мы уже снимаем? — полюбопытствовал Варай, поправляя правой рукой волосы и слегка крутя пистолет в левой. Затем громко прокашлялся, натянул на лицо миленькую улыбочку (которая в итоге смотрелась жутко) и начал:       — Доброго дня вам, верные слуги закона в лице героев и полиции! Как вы могли догадаться при наличии у вас мозга нормального размера, я лидер грабителей данного банка и по совместительству вершитель судеб запертых с нами людей! — произнес Фуметсу с наигранной легкостью, кружа вокруг заложника и держа его голову на мушке, отчего присутствующие возле банка ощутимо напряглись (что оператор камеры смог хорошо заснять). А преступник, выдержав драматическую паузу, заговорил вновь:       —Как вы понимаете, никому из нас в тюрьму не хочется, — тут он указал рукой в сторону и изображение сменилось на плотно сбившуюся группу заложников, окруженную группой из шести преступников. — Но отпустить нас вам не позволяют обязанности. А потому предупреждаю — не пытайтесь нам мешать, — изображение вновь поменялось на Варая, приставившего ствол к затылку дрожащего, как осиновый лист, человека. — В противном случае…       Выстрел — и труп несчастного заложника рухнул на пол с простреленной головой. А Фуметсу, как в ни в чем не бывало, продолжил с ухмылкой:       — Ну, думаю, мысль понятна! И помните… — изображение поменялось на напуганных внезапным убийством заложников. — Их жизни в ваших руках! — изображение погасло.       Журналистка начала что-то быстро говорить, полицейские попытались прервать съемку, в школе прозвенел звонок. Но Изуку Мидория этого не слышал. Он просто стоял, пустым немигающим взглядом смотрел на экран телефона и упрямо отказывался верить, что там, среди заложников, была его мать…       — Почему…? Сегодня же все шло так удачно… В первый раз за долгое время… Так почему же мама…? За что…? — мелькали одна за другой мысли в голове подростка, пустой настолько, что каждое слово отдавалось эхом. — Я не верю… Не верю… Не верю, не верю, не верю, не верю, не верю… НЕ ВЕРЮ!!! — начала биться в голове Мидории одна-единственная фраза, когда он на автомате открыл книгу контактов, нашел номер матери и, не колеблясь, нажал кнопку «вызов».       На задворках разума Изуку понимал, что невозможно отрицать очевидное… Знал, что не страдает проблемами со зрением или галлюцинациями… Осознал, что поступает глупо и по-детски… Но не мог ничего с собой поделать! Ведь в его памяти до сих было свежо чувство потери, повторения которого он не желал…       Обшарпанная небольшая комната с кучей склянок и некоторым медицинским оборудованием, где все пропахло этиловым спиртом и ментоловым дымом… Лежащий в постели немолодой мужчина, ослабший настолько, что не мог ни двигаться, ни разговаривать… Слезы вперемешку с мольбами не уходить и теплый успокаивающий взгляд… Писк измеряющего пульс прибора, свидетельствующий об остановке сердца… Похороны под дождем… Разбитое в ванной зеркало и окровавленная правая рука… Объятия и слезы перепуганной матери… Пояс в качестве последнего подарка… И протянутая крепкая рука…       — Алло-алло? — раздался из динамика расслабленно-насмешливый голос Варая, от которого Мидория мгновенно вынырнул из пучины воспоминаний, протер глаза от невольно выступивших слез и быстро произнес, стараясь не выдать дрожи в голосе:       — Кто вы? Где моя мама?       — О, только послушайте! Сыночек беспокоится о мамочке! Ути-пути, как мило, ха-ха-ха!!! — от души расхохотался Фуметсу, насмехаясь над беспомощным (как он считал) парнем. — А я добрый дядя-грабитель! Который может легко убить твою маму, если ему захочется! Хочешь, поболтаем?       — Дайте мне ее услышать! — потребовал Изуку, в голосе которого зазвенела сталь.       — С чего бы мне потакать желаниям маленького слабого ребенка? — с весельем в голосе поинтересовался бессмертный. — Вытри молоко с губ сначала, малец, прежде чем указывать! И начинай искать себе новую маму, ведь как знать… Вдруг она не вернется… — после сигнал прервался.       — Скорее уж ты начинай искать новые зубы, ведь как знать… Вдруг я доберусь до тебя… — угрожающе пророкотал Мидория и на полной скорости рванул с крыши.       Изуку мчался по пустым школьным коридорам, не обращая внимания ни на что. Пару раз его заносило на поворотах, а один раз он чуть не полетел вниз с лестницы, но в конечном счете он успешно вырвался из школы, чуть не снеся входные двери. По пути к заднему двору школы парень все-таки рухнул на землю, не успев затормозить на повороте. Но быстро встал и, заметно прихрамывая, продолжил путь. Добравшись до тайника и быстро достав рюкзак со снаряжением, подросток услышал сигнал вызова из кармана брюк.       — Нашли время! — ругнулся Мидория, доставая телефон и вглядываясь в экран. — Кастет? Что ему от меня понадобилось?! А, к черту! Не до него сейчас! Плюс впутывать его и ребят в это дело нельзя! — быстро нажал кнопку отмены и, быстро нацепив рюкзак, рванул к воротам школы.       — Мама, подожди немного… Я уже иду! — мысленно прокричал Изуку и помчался вперед еще быстрее. Время поджимало!

***

      — Бросил трубку, значит… Ты так предсказуем, мой заместитель… — тяжело вздохнул Кастет, глядя на экран телефона и быстро набирая другой номер.       — Учитель, что-то случилось? — раздался из устройства взволнованный голос Коичи после нескольких гудков.       — Новости видел? — прямо спросил лидер ренегатов, поскольку времени было немного.       — Я вообще-то на работе, так что времени на это у меня нет! А что?       — Несколько минут назад видел репортаж об ограблении. Среди заложников мать Изуку. Он уже идет туда.       — Что? — воскликнул на другом конце линии парень, не скрывая шока в голосе. — Как вы…       — Я позвонил ему пару минут назад. Он бросил трубку.       — Но он же…       — В школе, знаю. Но я уверен, что он идет туда. Я чувствую это, как ваш лидер.       — А что, если вы ошибаетесь, Учитель?       — Если ошибаюсь — это отлично. Если же нет — то Изуку однозначно натворит глупостей. Семья для него важнее всего. Сам знаешь, Коичи. Поэтому предупреди Поп-Степ, а после выдвигайтесь к банку. Мы должны убедиться в отсутствии ЭнерГира там или же перехватить его, если я прав.       — Ох… Я понял, — невесело вздохнул Хаймавари. — Постараюсь прибыть побыстрее. И да — почему Казухо вам свой номер не дает? Это же неудобно — связываться с ней через меня…       — Это вопрос уже к тебе, мой юный ученик, — ухмыльнулся Кастет и отключился прежде, чем удивленный Коичи успел что-то сказать.

***

      — Информация достоверна? — спросил глубокий и властный голос мужчины в полутемном кабинете.       — Да, сэр. Все подтверждено, — ответил другой голос: томный и обволакивающий, принадлежащий женщине.       — Ясно… — протянул мужчина, постучав пальцами по столу. — Опрометчивый ход со стороны Варая. И хотя он смог переманить наемников на свою сторону, этого слишком мало для того, чтобы получить мое богатство. Изэнэми, набери номер и подай мне трубку.       — Да, сэр, — безропотно произнесла женщина, выполняя распоряжение.       — Для тебя есть работа, — начал говорить мужчина, как только прекратились гудки и послышалось «Да?»…

***

      Как именно он добрался до места преступления, Мидория не помнил. Казалось, что он только выбежал за пределы школы — и уже прибыл на место, стоя в огромной толпе перед банком и восстанавливая дыхание.       — Итак, я здесь… А дальше что? — подумал Изуку. — Полиция и герои ничего не предпринимают — значит вняли угрозе преступников. Значит ли это, что ничего не изменилось?       — Простите, сэр, а преступники снова выходили на связь? — спросил парень у ближайшего к нему человека.       — Не, все тихо, — коротко ответил тот, смерив подростка хмурым взглядом.       — Спасибо, — быстро покивал головой Изуку, переводя взгляд со своего собеседника на банк.       — Фух, значит грабители еще не казнили остальных заложников и маму! — облегченно выдохнул Мидория. — Они, конечно, могли бы это сделать за кадром… Но их показуха и наигранность при первом обращении к героям и полиции ясно говорит — преступникам нужно время! И, может быть, отвлечь внимание от чего-то…       С этой мыслью парень начал продираться через толпу, обходя здание и тщательно к нему приглядываясь. По пути слышались возмущенные вскрики и шипение от отдавленных ног, но Изуку их полностью проигнорировал.       — В репортаже упоминалось, что банк окружен непроходимым барьером, но ни на записи, ни здесь его не видно… — размышлял он, двигаясь в обратном направлении (с игнорированием новых порций возмущения от толпы) и постоянно наклоняя голову под разными углами. — Если я правильно понимаю, то барьер является причудой одного из преступников. А раз это причуда, значит у нее есть определенные слабости и недостатки. Нужно лишь их найти…       Продолжая наблюдение, Мидория краем глаза заметил нечто странное в воздухе. Быстро сделав два шага назад и сильно наклонив голову под своеобразным углом, он нашел, что искал — едва заметное искажение в воздухе, напоминающее сложенную из ромбов мозаику.       — А вот и сам барьер! Неудивительно, что его никто не видит, ведь здесь требуется правильный угол обзора, определенное положение света и хорошая наблюдательность! — неосознанно воодушевился парень, отточенным движением доставая из поясной сумки книжку со вложенной ручкой. Про то, что он по-прежнему стоит в странном положении, Изуку благополучно позабыл.       — Имеет форму полусферы, охватывает все здание по окружности… — анализировал Мидория, быстро чиркая в книжке. — Барьер плотно прилегает к асфальту, а значит через него и другие материалы вроде бетона и металла он не проходит… Через канализацию в банк не попасть, ведь сильно сомневаюсь, что я смогу протиснуться через узкие трубы в унитаз… А что там с крышей? — взгляд парня последовал вверх по видимой границе барьеры, а сам он начал чувствовать, как затекает его шея. — Так-так-так… Ага, вот оно! — на мгновение дернулось лицо Изуку, когда он дошел до верхней границы. — Барьер ограничен в высоте и не охватывает крышу здания! Это уязвимость, которую они попытались скрыть за угрозами, и мой билет внутрь! Осталось только найти переулок и…       Внезапный рев мощного мотора отвлек парня от размышлений и заставил его встать ровно. Растирая затекшую шею, он с трудом пробился наружу толпы и увидел, как из роскошного красного автомобиля, чью ценность даже представить страшно, вышел мужчина в деловом костюме при галстуке. Он был высок и строен, со слегка бледноватой кожей, уточненными чертами лица, словно вырезанными талантливым скульптором из мрамора, прямыми черными волосами с идеальной укладкой, острыми бровями и янтарными глазами, в которых читались сосредоточие и концентрация. Глядя на него, толпа возбужденно перешептывалась и расступалась, пропуская его к полиции и другим про-героям, которые тоже были немало удивлены присутствию мужчины.       — Не верю своим глазам… Неужели это Атисто Яойорозу, про-герой Рембрандт Караваджо? — взволнованно выдохнул Мидория, ощущая дрожь в коленках. — Занимает 17 место в рейтинге лучших про-героев! Разноплановый и универсальный герой, чья причуда — Живые Краски — делает его невероятно эффективным во всем! Возглавляет собственное агенство, в свободное время занимается живописью, а его богатство просто запредельно огромно! — один за другим всплывали факты в голове парня, пока он следил за проходившим мимо героем. —  Но он же работает в Токио… Так почему… А хотя какая разница! Ведь то, что здесь про-герой элитного класса — большая удача! И может быть, при таком раскладе мне не нужно будет рисковать…       — Лейтенант, доложите обстановку, — произнес Яойорозу низким негромким голосом, обращаясь к одному из полицейских.       — Докладываю, сэр — преступники молчат, а мы держим дистанцию по их требованию, — отчеканил офицер полиции, встав по стойке смирно.       — Ясно. Барьер действительно есть?       — Так точно, сэр. Можете сами убедиться, если сомневайтесь.       — Я вам верю. Все, кто его касались, обладали причудами?       — Насколько мне известно, да.       — Беспричудных использовали для проверки?       — Таких здесь нет.       — Понятно, — кивнул Рембрандт, вполне удовлетворенный (как казалось) ответами, и поднял взгляд в сторону крыши банка. — Вы проверяли крышу на предмет барьера?       — Из-за угрозы жизни заложников мы решили не рисковать.       — Мгм… — снова кивнул Караваджо. — Тогда я…       — Какие люди к нам пожаловали! — внезапно раздался глумливый голос Варая, когда на стене появилось изображение с его ухмыляющимся лицом.       — Это огромная честь, что самый богатый и «высокородный» из героев почтил своим присутствием нас, земных червей! — продолжил разглагольствовать Фуметсу, отвешивая Рембрандту Караваджо низкий поклон, больше напоминавший издевательство.       В ответ про-герой промолчал в спокойной манере, словно насмешки его абсолютно не трогали.       — И в честь такого знаменательного события я меняю правила игры… — резко вскинул пистолет бессмертный и сделал два выстрела куда-то влево. Изображение сменилось на ужаснувшихся заложников, один из которых рухнул на пол с простреленной шеей, а другой отчаянно зажимал рану на левом плече. Правда, до тех пор, пока в кадре вновь не возник Варай и не добил раненного пулей в голову. А после он вновь заговорил:       — Теперь мы будем убивать по два заложника за каждый ход против нас. Считайте это проявлением «уважения», Рембрандт Караваджо. И помните — мы все видим! — и изображение исчезло.       Толпа резво зашевелилась, про-герои с полицией стояли, не зная, что делать… А Изуку стиснул пальцы на записной книжке, склонив голову.       — Мама… — мысленно прохрипел он, прикрыв глаза и видя перед собой лицо Инко — живой, но очень бледной и напуганной — которое он узрел на сообщении от лидера грабителей.       — Думать о том, что ЭнерГир не понадобится… Оставить все на про-героя, который только увеличил риск смерти мамы… — думал Мидория, все больше и больше закипая. — Да ну нахрен!!! — с этим мысленным ревом парень спрятал книжку с ручкой в сумку, быстро вырвался из толпы (проигнорировав недовольство людей) и рванул в ближайший переулок. По пути задев рюкзаком того, кого он совсем не ожидал здесь увидеть…       Забежав в переулок максимально далеко, парень на ходу скинул рюкзак со спины и начал быстро переодеваться. Вот только прежней отточенности в его движениях уже не было: снимая ботинки, он отбросил их слишком далеко, куртку сбросил прямо в мусор, нацепил реактивные ботинки вместо того, чтобы развязать пояс и обмотать его вокруг живота, а когда вспомнил, то просто не смог развязать узел из-за дрожащих пальцев…       — Что-то ты совсем стал плох, мой заместитель… Даже переодеваться разучился, а уж думать и подавно, — раздался в переулке грубоватый мощный голос, буквально пропитанный иронией.       Изуку резко поднял голову с расширенными глазами. Прямо перед ним, загораживая проход своей относительно массивной фигурой, стоял Кастет с хмурым выражением лица и большой спортивной сумкой на плече.       — … Тебя сюда, старик, никто не звал, — нахмурился Мидория, развязав-таки пояс и в процессе уронив поясную сумку на землю. — Блин!       — Верно… Но я здесь. И говорю прямо — остановись и успокойся! — жестко отрезал лидер ренегатов, делая шаг вперед и наблюдая за тем, как подросток неуклюже сложил повседневную одежду рядом с рюкзаком и делал попытки достать из последнего нагрудную броню.       — То есть предлагаешь мне дождаться, пока мама не станет очередной жертвой грабителей? Нафиг! — злобно пропыхтел Изуку, наконец вытащив свой бронежилет и кое-как нацепив его на себя. — Эти сволочи уже там убивают по два заложника! Полиция и герои связаны по рукам и ногам, а времени на спасение все меньше! Неважно, что там меня ждет — я спасу маму! И ты меня не удержишь от этого, Шеф! — застегнув броню, парень быстро достал из рюкзака обгоревшую и местами дырявую куртку.       — То есть ты уверен, что раз смог выстоять против четверосортного злодея и сбежать от про-героев за счет везения, то сможешь теперь из любой ситуации выйти победителем? Не будь наивным, мальчик! — суровым тоном произнес Кастет, медленно надвигаясь на одевшего куртку подростка.       — … — промолчал нахмурившийся Мидория, глядя на возвышавшегося над ним, как скала, человека.       — Вчера ты смог избежать беды только потому, что та куча грязи была одиночным хулиганом без опыта, про-герои были новичками и не смогли сориентироваться в сложной ситуации, плюс тебе помогла местность и твое хладнокровие! — безжалостно перечислял факторы «победы» Шеф, отчего взгляд Изуку становился все более яростным. — Здесь же все совсем иначе! В банк просто так не проникнуть, хотя вряд ли подобное остановит тебя… Но проникнув, ты в одиночку окажешься против нескольких опытных противников в замкнутом пространстве, где тебе придется не только сражаться, но и постоянно оглядываться на заложников! При этом среди них твоя мать, а это уже сейчас заставило тебя потерять контроль над эмоциями! А снаружи тебя будут ждать про-герои, для которых ЭнерГир — бельмо на глазу, подлежащее устранению! И с учетом всего ты еще смеешь что-то говорить о спасении матери?       Подросток ничего не ответил. Только крепко сжал кулаки и наполнил свои глаза еще большей яростью.       — Как я и думал… — спокойно сказал Кастет, смерив Мидорию холодным взглядом. — Пойми правильно, мой заместитель — ты можешь быть сколько угодно умным, креативным и безбашенным, но в одиночку ты не стоишь почти ничего. А помимо этого, ты импульсивный эгоист, думающий только о себе и не способный…       — Эгоист? Эгоист?! — поинтересовался парень, растянув губы в улыбке, больше походившей на оскал. — И это говорит мне человек, который стал ренегатом только чтобы вернуть дочь, которую по собственной глупости обрек на страдания?!       Застывшее выражение лица Кастета не выражало ничего, но полыхавшие недобрым огнем глаза и сжимавшиеся-разжимавшиеся кулаки о многом говорили.       — Ты прав, старик! О том, как буду спасать мать, я не подумал вовсе — просто бежал к банку, полагая, что все сложится на ходу! Но даже учтя все нюансы, я бы все равно не отступил и полез в это дело! — продолжил говорить Изуку, отвернувшись от лидера ренегатов и пройдя пару шагов вперед. — Ведь я… Я… До сих пор помню, как… Умирал Роб… — на этих словах голос подростка дрогнул, но он смог взять себя в руки и продолжить:       — В случившемся не было ни моей вины, ни чьей-либо еще… Но то бессилие, когда ты пытаешься сделать хоть что-то, чтобы человек жил, но в итоге не меняешь ничего… Его я запомнил навсегда… — на глазах Мидории появились бузины слез. — И потому, став ренегатом, я поклялся себе, что буду пытаться спасти всех, кто в этом нуждается… Что я более не буду бессильным наблюдателем неизбежного! И сейчас, когда на кону стоит жизнь мамы — моей последней семьи — я не могу отступить! Если я окажусь в тюрьме или погибну от рук бандитов, быть посему! И потому, Кастет, я тебя прошу — уйди с дороги!       — А попросить нас о помощи никак? — внезапно раздался обеспокоенный молодой голос сзади, в котором Изуку безошибочно узнал Коичи.       — Я не слышал всего диалога, а потому могу что-то неправильно понимать… — медленно начал Хаймавари, медленно подходя к обернувшемуся удивленному товарищу и кладя руку ему на плечо. — Но я считаю, что тебе стоило бы рассказать нам обо всем. Мы ведь твои друзья и в беде не бросим. Я уж не говорю о том, что вместе все делать гораздо сподручнее!       — Но…       — Знаю, что там твоя мать и это твое личное дело. Но думаю, госпожа Мидория не хотела бы, чтобы ее единственный сын сел в тюрьму, загубив свое будущее, или погиб понапрасну. А потому не отказывайся от помощи.       — Ага, точно! — крикнул женский голос снизу и сбоку от парней приземлилась Поп-Степ в своем фирменном костюме идола-дьяволенка. — Совсем уже зарвался, Мидория! Думаешь, что раз вчера привлек к себе внимание, то можешь продолжать это делать без нас?! Совсем не ценишь своих товарищей!       — Но если вмешаетесь — про-герои узнают и про вас! — воскликнул Изуку, отходя от шока и протирая глаза. — А я не хочу, чтобы вы еще больше пострадали из-за моей импульсивности!       — Мы уже вмешались, идиот! Так что наш путь теперь только с тобой вперед! — резко ответила Казухо, тряхнув хвостиками. — И даже не пытайся от нас отвязаться!       На какое-то время в переулке воцарилась полная тишина. Мидория не мог подобрать слов, а в груди у него вспыхнуло небывалое тепло по отношению к товарищам. Ведь порой именно осознание того, что ты не одинок, делает человека сильнее и увереннее в завтрашнем дне.       — Ребята… — наконец произнес он с выдохом. — Вам говорили, что вы самые лучшие друзья во всей Японии?       — Почаще бы так! — усмехнулась Поп-Степ, явно польщенная словами Изуку. — Ну и когда мы выдвигаемся, умник?!       — Когда мы с Учителем и Мидорией переоденемся и вместе составим план? — предположил Коичи.       — А заодно обсудим, как ограничить участие Мидории в операции так, чтобы он и мать спас, и травм не заработал, — подал голос лидер ренегатов, уже облаченный в свой костюм — длинное кожаное пальто, простую тканевую маску на глаза, тяжелые боты и перчатки с кастетами.       — Как будто мы этого не знаем, старик! — проворчала Поп-Степ, закатив глаза.       — Да ладно тебе, Степ! — с улыбкой произнес Изуку, надев красный пояс, спрятав повседневку в рюкзак и держа в руках маску-шлем. — И да, Кастет — прости за то, что сказал лишнего. Правда…       — Все в порядке. Главное, что ты взял себя в руки, — коротко ответил лидер ренегатов и повернулся к выходу из переулка. — Все готовы?       — Минутку… Да! — быстро ответил Коичи, облаченный в защитное снаряжение, фирменную толстовку Всемогущего и белую тканевую маску на рот с очками-пилотами.       Поп-Степ и надевший шлем ЭнерГир молча кивнули.       — Тогда за дело! — крикнул Кастет и все четверо двинулись вперед.       — Мам, подожди еще чуть-чуть… Мы рядом! — улыбнулся Мидория. Ведь теперь он не сомневался — все получится… ***       Обстановку в банке можно было описать, как «затишье перед бурей». При всей внешней покорности заложников было видно, что они выглядели бодрее, чем раньше, и тихо переговаривались, предчувствуя скорое освобождение. Что же касалось стоящих на страже грабителей — клеевика, стоявшего у лестницы, BFG, расположившегося у касс и держащего своих жертв на прицеле плазменной пушки, и марионетки с големом, круживших по залу подобно голодным волкам — то они, на первый взгляд смотрясь невозмутимо, были максимально напряжены. Это было особенно очевидно, когда четверка быстро переводила взгляд с хранилища, где шел процесс взлома с громкими звуками сверла, булькания и одиночного крика боли вперемешку с разрядами электричества, на заблокированную входную дверь, где их ждал элитный про-герой.       — Боитесь тюрьмы, парни? Правильно… — ухмылялся Кемури, внимательно следя за происходящим. — Вы, преступники, все такие — как прижмет, так сразу на попятную! И с учетом провала Он вас не спасет! Если, конечно, вы действительно посланы Им…       — Так значит, вы мать-одиночка и вам отказались выдавать декретный отпуск? Возмутительно! — тихо взяла кассиршу за руку Инко, поддерживая ее и отвлекая Кавамуру от его наблюдений.       — Да… — кивнула девушка, с благодарностью глядя на Мидорию. — Я пыталась поговорить с директором, но ему было наплевать. И потому я… я… — задрожала она, словно собираясь заплакать.       — Ну-ну! Все хорошо, не плачьте! — быстро прошептала Инко, приобняв несчастную и слегка погладив ее по голове. — И почему все самое ужасное происходит с хорошими людьми? — обратилась она к лису.       — Эх… Наверное, это прозвучит крайне цинично… — задумчиво пробормотал Кемури, прикрыв глаза. — Но это потому, что хорошие люди как мишени — так и просят, чтобы в них попали, да как можно точнее в самую больную точку. Ведь доброта… Ну, не будем о грустном, когда все и так невесело. Как вашего сына зовут?       — Что? А… Изуку… — удивилась и почти сразу погрустнела Инко.       — Сколько ему лет?       — В следующем месяце исполняется пятнадцать…       — Хе-хе… Скоро станет взрослым. Думаю, у такой матери он вырос достойным парнем, — с улыбкой отметил Кавамура, но, заметив погрустневшую госпожу Мидорию, насторожился. — Или же наоборот?       — Нет-нет, что вы! — быстро замахала руками Инко. — Просто… Ну…       — Боитесь не вернуться домой и не увидеть его снова?       — Мгм… — кивнула Мидория, вытирая едва выступившие на глазах слезы.       — Оставьте пессимизм! — прямо сказал Кавамура так, чтобы его услышала только женщина. — Вы выберетесь отсюда! Главное — не…       Договорить лису не дал шум со второго этажа. Словно что-то нелегкое и металлическое упало на пол…       — Что за черт? — всполошился голем наравне с остальными бандитами в зале. — Иди проверь! — приказал он клеевику.       — А… Д-да… — неуверенно кивнул тот, поднимаясь наверх.       — Мистер Кавамура, что это? — спросила обеспокоенная Инко.       — Без понятия, — ответил лис, настороженно глядя в потолок. — Но лучше быть готовыми к худшему…       — Ну все! — раздался яростный крик, заставивший заложников всполошиться, а лиса и женщину — обернуться.       — Похоже, у кого-то сдали нервы… — мрачно подумал зверек, видя приближающегося каменного громилу с недружелюбным выражением лица.       — Что, думаете раз нас прижали и где-то что-то упало, то можно весело болтать и не беспокоиться? Может мне стоит напомнить, что в любой момент вы можете сдохнуть и никто вас не спасет? — рявкнул голем, подойдя к трио и замахнувшись каменной ладонью на несчастную кассиршу, которая инстинктивно прикрылась руками, едва снова не начав плакать.       — Прошу вас, не трогайте ее! Она просто… — неожиданно для самой себя вступилась за девушку Инко.       — Самая умная здесь, жирдяйка?! Тоже хочешь на тот свет пораньше?! Сейчас устроим! — яростно произнес громила, переводя взгляд на Мидорию и угрожающе сжав другую ладонь в кулак.       — Для начала найди себе равного соперника, кусок бетона! — язвительно заявил Кемури, вставая с пола.       — Ха-ха-ха! Только глядите — герой нарисовался! — расхохотался голем, нависая над совсем мелким зверьком. — Ну и что ты сделаешь, крыса? Поцарапаешь меня? Или погрызешь? — сарказм так и сочился из каждого слова грабителя.       — Во-первых, я лис, — абсолютно спокойно произнес Кавамуры, смотря на преступника таким равнодушным взглядом, словно он был мелким камешком на тротуаре. — Во-вторых, цивилизованный человек. И в-третьих, ты слабая бесчестная мразь, что может угрожать только беременным женщинам, а при виде героев валит кучу в штаны! — на последней фразе тон лиса стал запредельно ехидным, а губы растянулись в наглой ухмылке.       Секунда — и огромная каменная рука крепко схватила лиса и подняла его на уровень злого лица голема. Инко и кассирша застыли в ужасе, видя такой ход событий; заложники, исподтишка наблюдавшие за конфликтом, отвернулись, заочно похоронив Кавамуру… А сам он вообще не изменился в лице, находясь в каменных тисках и болтая задними лапами и хвостом, не попавшими захват вместе с головой.       — Думаешь, раз ты любитель поболтать, то тебе будет все сходить с рук? — пророкотал громила, усиливая хватку и заставляя лиса захрипеть.       — А почему… Нет? — с трудом проговорил Кемури, сохраняя невозмутимое выражение морды. — Я ведь… Лис… Кха… У нас… козырей в рукаве… Не-ме-ре-но… Угх… Чего не скажешь… о громиле… с гранитным мозгом…       — Хех… А ты крепкий для мелкой твари с бесполезной причудой… — ухмыльнулся преступник, еще сильнее сжав кулак, отчего Кавамура начал задыхаться. — Но одной выдержки мало, чтобы чего-то стоить в этом мире! И когда ты сдохнешь, никто о тебе не вспомнит!       — … — одними губами сказал что-то лис, потому что для слов не осталось воздуха.       — Не слышу тебя! — тиски слегка разжались и лис начал жадно глотать ртом воздух. После чего, тяжело дыша, заговорил:       — Ха… Ха… Мне вот… Ха… Интересно… Кха… Если ты камень и снаружи, и внутри… Значит ли это… — ехидно улыбнулся Кемури. — Что и отходы твоей жизнедеятельности тоже каменные?       — Ах ты мелкий… — стремительно озверел голем. — Да я тебя…! — взревел он, занеся каменный кулак над головой наглеца.       — Мистер Кавамура! — закричала перепуганная Инко.       В тот же момент со стороны хранилища раздался взрыв и повалили клубы черного дыма. После последовал от падения тяжелого металлического предмета на пол и громкий крик молоха «Прорвались!».       — Дьявол! — выругался громила, переводя взгляд с места взрыва на невозмутимого лиса. — Считай, тебе повезло, тварь! Но не думай, что надолго! — разжав хватку и уронив Кемури на пол, голем развернулся и пошел к хранилищу.       — Это мы еще увидим, каменноголовый урод… — прорычал Кемури, стоя на четвереньках и бросая грабителю вслед красноречивый взгляд.       — Вы как, мистер Кавамура? — спросила бледная, как смерть, Мидория, стоя на коленях рядом с лисом.       — Ничего особенного, — отмахнулся лис с мягкой улыбкой. — Лапы разве что посвободнее стали, — добавил он, показав свободные от оков конечности.       — Как…       — Застывший клей не самая прочная субстанция на земле. Особенно, когда ее сжали… Каменные… Тиски… — речь Кемури неожиданно стала прерывистой, а сам он смотрел в потолок с легким шоком.       — Все в порядке? — нервно спросила Инко, легонько встряхнув лиса за плечо. Тот быстро помотал головой, приходя в себя, и сказал:       — Да-да, все нормально! Просто задумался! — а про себя добавил:       — Это прям не банк, а вечер встречи преступников Мусутафу какой-то! Хотя последнего преступником не назовешь… Плюс он еще и не один, как оказалось… Даже появление Всемогущего на вечеринке меня уже не удивит!       Преступники меж тем собрались в зале. Пятеро грабителей и дрон Нейроманта молча следили за Фуметсу Вараем, тщательно листающим книгу в черной обложке. Она была не слишком увесистой и довольно новой, однако ее потрепанные уголки говорили о том, что ею часто пользовались.       — Это она? — прямо спросил голем.       — Да, она. Добавьте к этому то, что найденная мной информация о шифре подходит… И мы, господа, сорвали банк! — улыбнулся Варай.       — Нам бы сначала убраться отсюда, а потом уже говорить о победе! — напомнил всем молох.       — Да-да… — устало пробормотал бессмертный, уже не так радостно. — Что ж, дальше действуем по плану. Все берите себе по заложнику и приготовьтесь к отключению барьера!       — Ага, но сначала нужно покончить с одной говорливой крысой… — пророкотал каменный громила, глядя на Кемури с нескрываемой агрессией. На что тот в ответ лишь беззаботно ухмыльнулся.       — Постой-ка! — резко произнес Варай, тщательно оглядываясь.       — Что такое?       — Нас здесь было семеро, не считая дрона. Так?       — Так, — кивнул парень-марионетка на вопрос Варая.       — Тогда куда делся парень с клеем? — поинтересовался бессмертный, резко напрягшись.       Грабители, едва осознав пропажу товарища, также насторожились и принялись оглядываться. Однако прежде, чем кто-то что-то успел сказать, раздался хлопок — и все помещение заполнил сизый дым с сильным запахом ментола…       — Что за черт? — закричали наёмники, заметавшись по залу с кашлем и слезящимися глазами.       — Начали! — крикнул чей-то механический голос, напоминающий Нейроманта, но заметно менее искаженный и звучащий более молодо.       — Кто… — только и успел сказать Фуметсу, прежде чем его повалил на пол кто-то, спрыгнувший с потолка.       — Чертовы герои! Кха-кха! Просекли-таки уязвимость! — рявкнул голем с кашлем, блокируя рукой удар слева.       — Ошибка, увалень — мы не герои! Кхе-кхе! — грозно пророкотал крепкий силуэт в плаще, обходя громилу справа, и нанес ему мощный апперкот в челюсть, который заставил преступника слегка зашататься.       — Черт, где они? Кха! Всем собрать-кха-ся вокруг меня! — кричал BFG, водя в пушкой из стороны в сторону безо всякого шанса на выстрел.       — А вот и я! — Марионетка вынырнул из дыма, прижавшись спиной к спине своего товарища.       Выставив впереди себя оружие, напарники закружились вокруг своей оси, готовые засадить по горсти плазмы и пуль в первого встречного.       Скользящий с небольшим гулом объект повалил на пол перекрученного парня с язвами. Не успел тот опомниться, как ему в голову ударили две ноги на каблуке. Итог — преступник повержен.       Голем продолжал сражаться со своим противником, нанося ему широкие и размашистые удары огромной силы, но силуэт в плаще неизменно уклонялся и тут же контратаковал, нанося удары в лицо, шею и корпус. Что заставляло продолжавшего кашлять громилу медленно отступать и ощущать давление, несмотря на минимум урона.       Фуметсу и молох куда-то пропали, а дрон Нейроманта благополучно отлетел подальше от боевых действий.       Заложники же кашляли от дыма и оглядывались, пытаясь понять происходящее.       — Господи, кха-кха… Что же это твори-кха-ться? Мистер Кавамура… Кха-кха-кха… Вы где? — сквозь кашель и слезы спросила Инко, держа беременную кассиршу за руку и оглядываясь в поисках лиса. Но тот полностью исчез, а все, что осталось на месте его пребывание — след из черного дыма с горящими частицами, а дыма вокруг них стало меньше…       — Да кто вы… Кха… блядь, такие? — заорал на все помещение BFG, надеясь спровоцировать невидимого противника.       — Я — тот, кто не потерпит жестокого обращения с беременными женщинами и отплатит вам за всех убитых заложников! Ползущий!!! — выкрикнул молодой голос и в следующее мгновение из постепенно рассеивающегося дыма вылетел, скользя по полу на четырех конечностях, парень в немного нелепой толстовке Всемогущего.       Не сбавляя скорости, он с огромной силой оттолкнулся от поверхности и врезался в корпус солдафона и его плазменную пушку, которая в результате непроизвольно выстрелила и, судя по звуку взрыва, во что-то попала.       — А я добавлю! — не давая BFG опомниться, из дыма вылетела миниатюрная девушка в откровенном костюме дьяволенка, врезаясь в шатающегося преступника обеими ногами и откидывая его к стене. Но едва она успела приземлиться и перевести дух, как сзади напал парень-марионетка, буквально обмотав девушку своими руками.       — Давай-как поиграем… Кхм… в «обнимашки на перелом хребта», девочка! — прошептал преступник с безумной улыбкой, сжимая «объятия» и заставляя пленницу вскрикнуть. — Хотя я бы… Кха… Предпочел игру «обмакни круассан в желе»…       — Поп-Степ! — выкрикнул Ползущий, быстро вставая в позу сумоиста с зафиксированным положением ног и втянутой шеей. — Ползущий: Стиль Импульса Хулигана! — выкрикнул он, делая сильный тык ладонью.       — Что за…? — договорить фразу обернувшейся марионетке не дал странный белый снаряд, врезавшийся в лицо грабителя с такой силой, что тот, разжав объятия, улетел в область с еще не рассеявшимся дымом.       — Спасибо… — прошептала Поп-Степ, глядя на своего спасителя с плохо скрываемым огоньком чувств в глазах.       — Потом обсудим! Сначала нужно помочь Учителю! — быстро выкрикнул парень, вставая на четвереньки и скользя по полу в сторону звуков жаркой драки.       — Идиот… — грустно подумала девушка, чувствуя слабую боль в груди, и поспешила следом.        — А ты крепкий гад, чтоб тебя! Но именно поэтому ты достойный соперник! — прорычал с нескрываемым азартом Кастет, ударив голема кулаком в затылок и тут уклоняясь от удара с разворота.       — Ты тоже… Кха… Неплох! Но если не применишь причуду, так и будешь ходить вокруг да около! — ухмыльнулся громила, наконец увидев своего противника из-за наполовину рассеивающегося дыма.       — Открою тебе маленький секрет — я безпричудный! Но это нисколько не помешает мне перемолоть тебя в каменную пыль! — хохотнул Шеф, заставив противника застыть в шоке.       — Не будь так уверен… — раздался за спиной лидера ренегатов голос молоха и тут же оба плеча старика насквозь пронзили огромные шипы.       — Нападаешь со спины, трус?! Не смог найти себе противника под стать?! — прохрипел разъяренный Кастет, скосив глаза на ухмыляющееся лицо преступника слева от себя.       — Я лишь делаю то, что умею лучше всего — жду момент и наношу удар! — прошипел подлец, крутя шипы в ранах и заставляя ренегата стиснуть зубы. — Давай, сейчас! — крикнул молох громиле, который уже занес кулак для атаки.       — На твоем месте я бы подождал еще… — внезапно сжатые зубы Шефа превратились в безумный оскал и он резко развернул корпус, подставляя грабителя под удар голема.       Не ожидавший такого хода подлец получил мощный удар в голову. Раздался отчетливый хруст и хлюпанье, тело преступника обмякло и рухнуло на землю с сочащейся из головы кровью вперемешку с мозговой жидкостью.       — Нет… НЕТ!!! — взорвался громила и вновь попытался ударить ослабленного Кастета. Но в последний момент ему в лицо прилетел и взорвался мощный заряд дыма и пепла, оставивший на лице голема несколько крупных кровавых трещин и заставивший его зашататься.       — Ползущий! — хотя лидер ренегатов был удивлен, он не подал вида, крикнул своему ученику и нанес серию прямых ударов в лицо голема, довершив все это дело апперкотом.       — Понял! — быстро отреагировал ренегат, врезаясь в заднюю сторону ног с криком боли.       И без того шатавшийся грабитель окончательно потерял равновесие, а мощный нисходящий удар от Кастета, нанесенный вопреки ранениям, буквально впечатал каменного громилу в пол, оставив на поверхности большую сеть трещин и небольшое углубление в районе головы.       — Учитель, вы как? — спросил кое-как вставший Ползущий. Все же каменные громилы под три метра ростом ужасно тяжелые и твердые.       — Чего о нем беспокоиться-то? Он, блин, самый крепкий из нас и от такого не помрет! — проворчала Поп-Степ, в чьих глазах, помимо укора, можно было разглядеть беспокойство.       — Полный порядок. Только ментоловых придется потратить немало…  — спокойно произнес Кастет, стоя прямо и оглядывая поверженного соперника с сожалением.       — Но главное мы победили! — сказал довольный Коичи, поставив руки на пояс.       — Вынужден не согласиться! — раздался голос возле выхода, заставивший ренегатов обернуться.       Скрывавшийся до этого Фуметсу Варай был на ногах. В правой руке он сжимал пистолет, приставленный к голове плачущей беременной кассирши, а в левой — заветную книгу. Сбоку от него ренегаты заметили лежащую на полу Инко со следом удара на лице.       Лица ренегатов исказились и все трое посмотрели на преступника таким взглядом, что если бы он мог сжигать, то от Варая осталась бы горстка пепла. Но вместе с тем в их глазах была толика жалости к убогому…       — Подонок!!! — прорычал Кастет, сжав кулаки и поморщившись от боли. Коичи молча встал в стойку, а Поп-Степ просто застыла, не зная что делать.       — Ха-ха, как распалились-то! — маниакально захохотал бессмертный. — Слушайте сюда, герои хреновы! Делайте, как я скажу — и эта брюхастая доживет до рождения мелкого! Как вам такое, а?!       — Боюсь, ты кое в чем ошибся… — медленно произнесла Поп-Степ с ледяным выражением лица и колючим взглядом.       — О… И почему же, доска размалеванная? — протянул вконец обнаглевший Фуметсу, не скрывая своего превосходства.       — Кто сказал, что нас здесь только трое? — презрительно усмехнулась девушка.       — А? — застыл на мгновение преступник, но сообразить ничего не успел.       Сверху на Варая обрушилась неизвестная фигура. Удар по шее с двух сторон чем-то тяжелым — и он выронил пистолет с книгой, отпустил заложницу и сильно зашатался. Неуклюже развернувшись, преступник встретился глазами с противником…       — Ты…?! — выкрикнул Фуметсу, увидев поддерживающего кассиршу невысокого парня в обгоревшей куртке и потрепанной маске-шлеме со следами засохшей крови и царапинами, через дыру в которой на бессмертного смотрел полыхавший ненавистью зеленый глаз…       — Я!!! — рявкнул опустивший женщину на пол ЭнерГир и рванул в бой, сжимая в руках металлические крюки-клешни.       — Троечка в корпус!!! Хук слева!!! Контр справа!!! Ногой по коленному суставу!!! Солнечное сплетение!!! Ребра!!! Шея!!! … — несся бешеный поток мыслей в голове ренегата, за которым следовали немедленные действия. Кровавый туман застилал глаза, на лице застыл злобный оскал, а противник парня просто не успевал реагировать на шквал бешеных ударов, отступая назад без шанса на контратаку.       В какой-то момент Фуметсу неуклюже выхватил складной нож из кармана, но его рука тут же была перехвачена неудержимым ренегатом. Удар по внутренней стороне запястья, лишивший бессмертного ножа, почти мгновенный удар локтем в живот с левой руки и апперкот с правой — и Варай рухнул на пол. Не дав ему опомниться, ЭнерГир быстро запрыгнул на своего соперника и принялся безжалостно молотить его, превращая лицо преступника в откровенный фарш.       Заложники следили за происходящим с ужасом. Инко широко раскрытыми глазами следила за каждым ударом, ее лицо смешало в себе страх, боль и отчаяние, а губы безмолвно шевелились, безуспешно пытаясь что-то сказать. Остальные ренегаты хранили молчание, а их глазах горело едва заметное удовлетворение.       Наконец все кончилось. ЭнерГир медленно поднялся с почти бездыханного тела Варая, от души пнул его по яйцам и механическим голосом, полным мстительного удовлетворения, произнес:       — Вот я и добрался… — и не теряя более времени, встал и направился к заложникам. Те застыли, боясь лишний раз вздохнуть, но парень, занятый прикреплением крюков обратно к наручам, полностью проигнорировал их.       — Дамы, с вами всё в порядке? — спросил он, опускаясь на колено перед пострадавшими женщинами и быстро осматривая их.       — А… Ага… — только и смогла сказать кассирша, глядя на ЭнерГира со смесью облегчения и благодарности.       — А вы? — обратился ренегат к Мидории и глядя на след от удара с нескрываемой болью.       — Всё хорошо, не волнуйтесь, — произнесла Инко, нежно улыбаясь и взяв своего спасителя за руки, отчего тот на мгновение опешил.       — Гир, сзади! — внезапно крикнула Поп-Степ. Парень рывком развернулся и увидел нацелившего на него плазменную пушку BFG.       На рефлексе ренегат молниеносно загородил собой Инко и кассиршу, но в этот же момент из ниоткуда вылетел внушительный сгусток дыма с раскаленными частицами и сходу врезался в преступника, оглушив его и отклонив плазменный заряд прямо в кассы, отчего добрая их часть оказалась уничтожена.       — Уверен, что не вовремя… Но благодарности лишними не будут! — раздался потрескивающий и слегка аморфный голос, когда сгусток вновь сформировался и на нем вспыхнули два оранжево-красных огонька, напоминающие глаза.       — Это ты мне помог с той грудой камней? — спросил непоколебимо спокойный Кастет, кивнув в сторону нейтрализованного голема.       — Ага, вернул ему должок! — хохотнул дым в странной фыркающей манере. — А вы, стало быть, соратники ЭнерГира? Я думал, ты одиночка! — обратился сгусток непосредственно к обозначенному ренегату.       — Неверное мнение, — спокойно ответил тот, отходя от заложников и двигаясь ко внезапно возникшему помощнику. — А вот кто ты такой, облачко? Один из преступников или кто похлеще?       — Вы оскорбляете меня в лучших чувствах! — обиженно отмахнулся дым, сузив подобие глаз. — Кто я такой — неважно… Но одно скажу точно — я парень, всегда оказывающийся в нужном месте и в нужное время! И задницу которого вы невольно выручили!       — Ясно… — задумчиво пробормотал Кастет, смерив сгусток проницательным взглядом. — В любом случае, спасибо за помощь. Кем бы ты ни был.       — Вы спасли мою шкуру, так что я просто вернул долг! — ухмыльнулся (судя по тону) дым. — Кстати, если хотите знать, зачем эти дуболомы явились сюда — взгляните вон туда! — мгновенно из сгустка вытянулось некое подобие руки в указательном жесте.       Проследив за «конечностью», ЭнерГир увидел на полу книгу в черной обложке. Быстро подойдя и подняв ее, ренегат начал внимательно ее осматривать.       — Столько убийств и крови… Ради какой-то книжонки? — пробормотала Поп-Степ, глядя на книгу с нескрываемыми непониманием.       — Не все то золото, что блестит, красотка! — льстиво заметил дым, подлетевший к девушке очень близко и заставивший ее подпрыгнуть на месте. — Может быть, эта книжонка и кажется простой, но это только лицо. Ведь за не сданные вовремя книги людей пока не убивают!       — ЭнерГир, подойди-ка, — внезапно позвал Кастет, сидящий на корточках и осматривающий плазменную пушку BFG.       — Взгляни-ка, — произнес лидер ренегатов, едва его заместитель подошел, и указал на одну из частей ствола. Приглядевшись, Гир увидел до жути знакомый ему символ — сжатый кулак, объятый энергией.       — Инфорсеры… Хм… — тихо произнес ренегат, почесывая подбородок маски. — Можешь захватить оружие? — спросил спустя пару секунд парень.       — Через вентиляцию будет тяжеловато тащить, но не невозможно, — отчеканил Кастет, снимая оборудование с оглушенного преступника.       — Уверен? Эти шипы не очень хорошо выглядят…       — Не беспокойся. Док подлатает.       — Ну тогда… Рассчитываю на тебя, старик! И визор его прихвати!       — Хорошо…       — Тащите все, что плохо лежит, и эксплуатируете раненных? — вкрадчиво поинтересовался сгусток дыма, подлетевший к парням и наблюдавший за их делами.       — Мы не герои с золотыми горами зарплаты. Все, что можем пустить в дело — пускаем. А вопрос законности подобного… Пусть идет к черту, — ответил Гир, пожав плечами. — Что до Кастета, то его стойкость сравнима только с его упрямством. Раз решил — то пойдет до конца.       — Хе-хе, практичная точка зрения… — хохотнул дым. — Там, кстати, в дальнем уголке лежит дрон еще одного преступника, которого здесь не было. Его кажись подбили во время драки. И он тоже вам может пригодиться.       — Правда? — удивился ЭнерГир, взглянув в указанное место и действительно углядев там дымящийся навороченный механизм. — С чего вдруг такие наводки?       — Хочу построить хорошие отношения с будущей сенсацией, которая меня обогатит! Я ведь журналист, в конце концов!       — Хм… — неопределенно хмыкнул ренегат, изогнув бровь. А после крикнул:       — Ползущий, подбери вон ту дымящуюся штуку!       — Почему я? — поинтересовался тот с толикой недовольства.       — Кастет занят, я руковожу всем, а Поп-Степ девушка, а потому заставлять ее таскать тяжести — низость, — спокойно ответил заместитель Кастета, на что Ползущий тяжело вздохнул и взялся за исполнение.       Но в тот же момент на одном из металлических ставен, отрезавших банк от внешнего мира, образовалась огромная трещина, разбившая затемненное стекло окна, заставившая дымовой сгусток исчезнуть, а ренегатов — сначала застыть, а потом и ускорить сборы. И когда все было сделано и команда собралась вместе, защита была окончательно пробита и в здание ввалилась толпа копов с героями, которых сопровождал бесформенный коричневый гигант, словно нарисованный широкими небрежными мазками, и высокий аристократичный мужчина в деловом костюме и перчатках с пальцами-пишущими перьями.       — Как всегда, вовремя… — саркастично заметил ЭнерГир, обращаясь ко вторженцам.       — На твоем месте я бы поменьше острил, грабитель! В тюрьме таких не любят! — сказал кто-то из героев, не скрывая злорадного тона.       — Не переживай, мы там быстро авторитет заработаем! — ухмыльнулся ренегат, на что остальные согласно кивнули.       — Лейтенант, пусть ваши люди выведут отсюда всех. Герои, прикрывайте их на случай, если преступники попытаются взять заложников. А я сам разберусь с ними, — быстро и четко отдал распоряжения Рембрандт Караваджо, не обращая никакого внимания на ренегатов.       — Есть! — крикнули все и принялись исполнять приказы.       — Нет, стойте! Не трогайте их! Они спасли нам жизни! Как вы… — закричала Инко, когда ее под руку, с кассиршей и остальными заложниками, выводили из банка, не обращая внимания на попытки сопротивления.       — Не беспокойтесь, мадам! Мы выкрутимся! — крикнул ей вслед ЭнерГир, отчего Мидория бросила на него ошеломленно-грустный взгляд, после чего исчезла в проеме.       — Я так не думаю, — спокойно произнес Яойорозу, пройдя чуть вперед и смерив команду высокомерным взглядом. — Мне неясны ваши мотивы, но факт того, что вы преступники — неоспорим. Сдавайтесь и отдайте книгу, которую держит в руках один из вас. При таком раскладе, возможно, суд будет к вам милостив.       — Книгу? — удивился Гир, переводя взгляд на обозначенный предмет в своей руке. —  С чего к ней вдруг такой интерес?! Мне бы в любом случае пришлось ее бросить при сдаче и аресте… Но Рембрандт Караваджо уделил ей пристальное внимание… Заставил остальных людей уйти… Обозначил выгодные условия… Плюс тон его голоса едва заметно изменился… Что за черт? Нет, тут что-то еще есть… Не просто же так грабители ради нее рисковали! А раз так, то нельзя отдавать эту макулатуру ему в руки!       — Боюсь, вам придется ее отнять, господин Маляр! — неожиданно резко ответил ренегат, заведя руку с книгой за спину и поймав на себе удивленные взгляды своих товарищей, на которые парень отрицательно замотал головой, давая понять, что все объяснения потом. Ренегаты обреченно кивнули.       — Раз вы настаиваете… — все также спокойно сказал про-герой, растопырив пальцы. Команда в ответ приняла боевые стойки, а Гир достал Амп.       — Черта с два! — рявкнул неестественный голос и почти сразу всё помещение и площадь перед банком накрылось густым облаком черного дыма с многочисленными вкраплениями раскаленных частиц.       — Ну, господа! Валите отсюда! — заговорил дым и прямо перед ренегатами возникли полыхающие огоньки, похожие на глаза. — Я создам вам проход в этом облаке! — После этих слов сразу же появился своеобразный тоннель в облаке, ведущий на свободу.       — Снова всё ради сенсации, которая тебя обогатит? — поинтересовался ЭнерГир, пряча оружие.       — Естественно! Ведь крайне глупо оставлять такой лакомый кусок пирога этим свиньям-героям, не находите?! Так что с вас должок!       — Заметано, незнакомец! — крикнул ухмыляющийся Кастет, рванув вместе с остальными сквозь дымовой тоннель.       — Удачи вам, ренегаты! — улыбнулся про себя сгусток дыма, отделившийся от основной массы и удерживающий в воздухе синий пиджак. Легко спустившись на землю, дым быстро начал обретать форму и в итоге обернулся антропоморфным рыжим лисом в одежде с зелеными глазами. — А мне стоит пошарить наверху! Надеюсь, эти дегенераты не все там разнесли… — думал Кемури Кавамура, поднимаясь на второй этаж банка и на ходу надевая пиджак.

***

      — Да, все так и было! — взволнованно говорила Инко по телефону. — Нет-нет, все в порядке! Спасибо за ваше беспокойство! Да, понимаю… Я с ним поговорю! Такого больше не повторится! Всего доброго! — Вызов прервался и женщина облегченно выдохнула.       — Не верится, что пришлось поддержать ложь Изуку о том, что я потеряла сознание на улице, а он так перепугался, что сбежал из школы и помчался за мной в больницу…  — подумала Мидория, чувствуя огромную вину перед учителем ее сына и всей школой. — Но я рада, что он в порядке…       — Ну вот мы и выбрались! А вы еще сомневались! — раздался за спиной Инко громкий голос Кемури, от которого она аж подпрыгнула.       — Н-не п-п-пугайте вы м-меня так, мистер Кавамура! — тяжело дыша и хватаясь за сердце, произнесла она.       — Простите-простите! Хотел сюрприз устроить! — слегка неловко усмехнулся лис. — Как вы? — озабоченно спросил он, указав на след от удара.       — Все хорошо. Скоро пройдет, — мягко улыбнулась Мидория, глядя на собеседника с признательностью. — А что случилось с вами? Вы как будто растворились в воздухе…       — Да ничего особенного! Просто слегка сменил угол обзора! — махнул рукой Кемури. — Правда, в процессе поступил не очень правильно, бросив вас с той девушкой… Простите… — неловко добавил он, почесав себя за ухом.       — Что вы! На самом деле мы должны благодарить вас! — интенсивно замахала руками Инко. — Ведь когда нам угрожал тот каменный монстр, вы единственный встали на нашу защиту и едва не погибли! Поэтому простите! — и быстро поклонилась.       Лис на мгновение смутился, поскольку женщина думала о нем слишком хорошо и, вообще, он мог сбежать в любой момент, как только закурил сигарету. Но быстро взял себя в руки и, поправив галстук, сменил тему:       — А где наша будущая мама?       — Ее осматривают медики, — распрямилась Мидория. — С ней все хорошо. Просила поблагодарить вас. А еще она выбрала имя для будущего ребенка, если у нее родится мальчик, — произнесла женщина с улыбкой.       — О… И какое же?       — Только не смейтесь… Гир.       — Гир? В честь ЭнерГира, что ли? — переспросил Кемури, стараясь не засмеяться от странной ситуации.       — Ну да. Она сказала, что это ее благодарность человеку, спасшему её и её дитя.       — Ясно… — улыбнулся Кавамура, взглянув на часы на левой лапе. — Что ж, мне пора идти! Работа не ждет! О, и к слову… — выхватив блокнот с ручкой из внутреннего кармана пиджака, быстро что-то начиркал на вырванном листе и протянул его Инко. — Мой номер. Дайте мне свой и мы созвонимся, когда пойдете разбираться с банком. У меня они мигом заплачут и все компенсируют!       — Да-да, конечно! — спохватилась Мидория, быстро включая телефон, который она так и держала в руках и быстро надиктовала свой номер.       — Что ж, тогда до встречи, — кивнул лис и удалился с легкой улыбкой       — До свидания, мистер Кавамура, — попрощалась Инко, помахав своему собеседнику рукой.       — Что ж, безумный день закончился! — думал Кемури, двигаясь вперед. — Не все прошло, как хотелось, но зато осталось много последствий и пищи для размышлений! Особенно кое о ком конкретном… — взгляд Кавамуры задержался на говорящем по телефону Атисто Яойорозу…