Прекращай!

***

      Самым разумным для нас было успокоится морально. Говорить мы не могли, точно так же как заниматься сексом. Когда мы зашли в его квартиру, я сказала, что перетащила свои вещи и не голодна. Мы сели на диван и включили телевизор. Там шло новое ТВ-шоу, в которое я так и не сумела вникнуть. Чонгук сначала сидел рядом, не касаясь меня. Его голова начала резко опускать, а потом подниматься, когда начали показывать серию какой-то дорамы. Я не хотела смотреть на то как он мучается и схватила его за шею опустив себе на колени. В конце концов мы пара. Да, ненормальная пара. И пускай только я одна призналась в своих чувствах, главное, что он меня не отверг, а наоборот доверил все свои тайны. Кто я такая, чтоб судить его? Я сама недавно была готова наброситься с ножом на свою мать, будь она реальна.       В два часа ночи мои глаза тоже начали закрывать, а голова тяжелеть. Но сонливость как рукой сняло, когда я увидела Чонгука. Он хмурил брови и кусал губу. На лбу среди складок покатился холодный пот. Руки сжимали накидку дивана. Дыхание сбилось.       Я сразу поняла что ему снится кошмар. Сама просыпалась в таком состоянии. Я встала, поддержав его голову. Чуть отодвинула его к стенке дивана, а сама легла рядом. Моя левая рука обхватила его за правое плечо, а правая рука за шею, придвигая ближе к себе. Я поцеловала его в щеку и сказала:       — Чонгук, всё хорошо. Я рядом. Клянусь, я буду рядом всегда.       Он будто услышал мои слова и задышал ровно. Только я имею право заставлять Чонгука дышать неровно.

***

      Каким-то чудом проснулась я в чонгуковской большой кровати и в его футболке. Самого хозяина не было рядом, но судя по скомканным простыням справа от меня, ушёл он недавно. Я потерла указательными пальцами глаза и попыталась пошире открыть глаза, которым мешало солнце. Когда Чонгук проснулся и перенёс меня сюда? И который час? Я потянулась к телефону на тумбочке. Разблокировав, увидела там 11:40 и чуть не упала с кровати.       Чонгук зашёл в комнату с подносом в руках, в серых спортивных штанах и свободной белой футболке и удивился.       — Блин, я думал ты ещё спишь?       — Серьёзно? Мы же опять прогуляем…       — Успокойся. Они будут думать, что мы до сих пор на больничном.       Действительно. Мы официально ещё не заявили о своём выздоровлении. Он подошёл поближе и приказал мне сесть нормально. Я отодвинулась назад, чтобы моя спина оперлась об спинку кровати. Чонгука положил мне на одеяло, которое закрывало мои ляжки, поднос, и мои глаза засияли, а слюнки потекли. Я произнесла долгое «Уа~». Он приготовил мне завтрак в постель. Пибимпап и зелёный чай. Палочки были сложены в салфетку, как в ресторане. Я улыбнулась ему самой счастливой улыбкой, скрестив пальцы в комок около груди.       — Спасибо, — мне хотелось подвинуться и обнять его крепко-крепко, но поднос с едой мог распластаться на всём одеяле.       — Пожалуйста, — сказал он и схватил палочки. — Я тебя покормлю.       Я была не против и так доела весь пибимпап, запив всё чаем. Такое самочувствие, что мы снимаемся в исторической дораме. Чонгук продолжал смотреть на меня тёплым взглядом, будто боялся, что я исчезну. Эта мысль заставила меня улыбнуться.       — Откуда лосось? — спросила, чтобы прервать тишину и вывезти его из транса.       — Что? — как и оказалось, он был загипнотизирован мной. Я усмехнулась, а потом снова задала вопрос.       — Пибимпап. В нём лосось. Когда ты успел его купить?       — А. Вчера, — ответил он, убирая поднос с моих ног на пол. — Я же вчера уходил в магазин. Не помнишь?       — Точно, — улыбка начала спадать с моего лица, потому что вчерашний день был самым ужасным днём в моей жизни. Для Чонгука этот день тоже не был самым лучшим. Да, утром и днём было весело и хорошо. Но вечер перекрыл всё.       Чонгук тоже вспомнил вчерашний день и сразу перешёл на другую тему.       — А знаешь что я ещё купил?       — Что? — я сразу оживилась и состряпала губки уточкой, как маленький ребёнок.       Чонгук бегом покинул комнату. Я углубилась в раздумья. Удивительно, ведь если б «прошлая я» прогуляла учёбу, то кусала бы себя за локти. Но! «Прошлая я» всегда просыпалась рано утром из-за кошмаров и поэтому не могла прогулять. А «сегодняшняя я» проснулась от отсутствия Чонгука почти в обед. Да я только мечтала о таком пробуждении.       Чонгук зашёл в комнату, держа что-то в обоих руках.       — Фруктовый лёд! — он протянул мне один — 짱(чжан)*!       У меня сначала отвисла челюсть, а потом я запрыгнула на него с объятиями, тараторя «спасибо».       — Я купил со вкусом колы, — сказал он. — Сначала я подумал, что совсем не знаю тебя, а потом подумал, что как раз таки наоборот.       — В смысле?       — Ты никогда не пробовала фруктовый лёд, а значит нет такого, который бы тебе нравился.       — Откуда ты знаешь, что я не пробовала его?       — Я хорошо тебя изучил. И вообще я чудо.       — О, ещё какое. Только самовлюблённое, — добавила я, открыв упаковку и откидывая обёртку на тумбочку. Чонгук открыл его ещё до меня. — А ещё ты извращенец, — продолжала я.       — И это говорит мне маленькая развратница, — он просунул коричневый фруктовый лёд в рот и медленно вытащил его, высасывая сок. Я облизнула губы и сделала вид, что не наблюдала за его ртом. Хотя в открытую пялилась туда. В общем дурак бы понял, что притворяюсь я не очень.       — Ну вот опять, — заговорил Чонгук из-за чего мне пришлось поднять глаза, — назвала меня извращенцем, а сама пялиться на мои губы и облизывается.       — Не правда, — начала я возмущаться.       — Только не говори, что тебе мой фруктовый лёд больше нравится, — перебил он меня, опередив меня.       — Может так и есть?       — Сегодня я узнал, что тебе нравится фруктовый лёд со вкусом колы, хотя в рот ты его не брала, и ещё кое-что.       — Что? — спросила я угрюмо. Кто ж мог подумать, что он купил одинаковые? Все, кроме меня. Мысленно я ударила себя кулаком в живот.       — Ты совсем не умеешь врать, — он усмехнулся, куснув верхушку.       Я наконец засунула в рот эту замороженную колу. Ммммммммммммм. Зашибенно! Я начала с таким усердием облизывать фруктовый лёд. Провела языком по всей длине, потом засунула в рот. Почему я раньше не попробовала этот шедевр? И только спустя какое-то время мне удосужилось заметить, как жадно за мной наблюдал Чонгук.       — Что? — спросила я, выпучив на него глаза.       — У тебя губы коричневые, — ответил он, приблизившись.       — Где?       Чонгук не дал мне потянуться к зеркалу и быстро поцеловал, не раскрывая своих губ. Отстранившись от моих губ, он провел языком от основания шеи до уха и прикусил мочку. Мы оба держали в воздухе фруктовый лёд. Не знаю как он, но я боялась замарать постель.       Воздух между нашими губами был раскаленным, он зарылся пальцами в мои волосы, запрокинул голову и снова поцеловал. Я почувствовала вкус колы, которую недавно держала во рту и прижалась губами сильнее, лизнув его.       Он откинул одеяло, которое препятствовало нам. Опустив мою голову, его рука потянулась к бедрам, раздвигая мои ноги. Я поддалась ласкам его руки, которая медленно водила по моей коже на ноге всё ниже и ниже.       Его рот покинул мой, но не дал долго пустовать. В мой рот проникло что-то холодное и длинное. О боже! Это был его фруктовый лёд. Моё тело поддавалось инстинкту, и я начала посасывать его, будто это мужской орган, а Чонгук двигал мне им навстречу рукой.       — Блять, пошлость этой картинки зашкаливала, — облизнув губу сказал он. — Но это не должно долго продолжаться.       Чонгук опустил взгляд и свободной рукой начал стягивать с меня трусики. Он дотянул их только до колен, а дальше я слышала рвок и моё тело освободилось от этой ткани. Фруктовый лёд продолжал двигаться в моём рту, а ноги раздвинулись шире, размещая между ними Чонгука. Мой лёд в левой руке начал таять, я не обращала внимания, но не решалась его опускать на постельное бельё.       Ещё один толчок в рот, и он впился в мою плоть. Я застонала, предательское тепло растеклось между ног. Я застонала, и Чонгук отстранился со словом «чёрт». Я не поняла, что всё это значит, но потом он начал стягивать с меня его футболку.       — Совсем забыл про неё, — объяснил он и я успокоилась. Фруктовый лёд вышел из моего рта на момент снятия футболки. Я помогла снять его футболку. Конечно обе футболки замарались в фруктовом льде, но как всегда нам было плевать.       Чонгук положил руку мне на правую грудь, сжав её, и я закрыла глаза, запрокидывая голову, пока он трогал меня рукой.       — Фруктовый лёд тает, — его голос был хриплым. Он подвинул мою левую руку, чтобы я попробовала свою замороженную колу, а свой засунул себе в рот.       Убрав руку, он накрыл сосок губами, и я от шока втянула воздух сквозь зубы. Мои и до того возбужденные соски затвердели еще больше, когда его холодный от фруктового льда рот встретился с моим разгоряченным телом.       — Мечтал это сделать ещё вчера, — он был весь возбуждён и взбудоражен своей идей, о которой я догадывалась.       Я вцепилась в его плечи, впиваясь в них ногтями, когда он опустил лёд мне между ног, проводя им по моим складочкам. Чонгук впился в мои губы, прижимаясь голой грудью ко мне, и я целовала его в ответ так сильно, будто он был кислородом в воде. Я прижималась ближе, покачиваясь, терлась о замороженную колу, которую он все еще держал там.       Чёрт, как же я хотела его. И это очень серьёзно. Потому что я выкинула пару матерных слов.       — Меня бесит мысль, что человек, поставившие тебе эти шрамы, может оказаться живым и на свободе, — он двигал льдом у меня между ног. Бог ты мой. Я зажмурилась. Как же хорошо.       — Мы же оба знаем, что всё не так, — выдохнула я. — Мы знаем причину. Он проигнорировал меня, продолжая раздвигать мои ноги и ласкать меня ледяной колой.       — Чонгук, — я прошептала у его губ. — Холодно.       — Мне остановится? — спросил так же он.       — Нет.       Следующее что я помню, как лёд исчез, и Чонгук оказался между моими ногами, слизывая с меня холодный сок.       — Чонгук, — я вцепилась в его волосы.       Его губы ласкали мой клитор, и я позволила ему закинуть мою ногу ему на плечо и поедать меня.       — Ммм! — стоны вырывались из меня со скоростью света, один за другим.       Я сжала сильнее его волосы, готовая тереться о его лица, если не получу то, что хочу. Он целовал мой клитор, складочки и бёдра.       — Ты сладкая, — он высунул язык и провел из по бедру и животу. — Черт, я самый счастливый убийца в мире.       Я улыбнулась этим словам. Мне нравилось как это звучало. Мои глаза горели, и я не знала в чем причина, то ли в моей изнывающей киске, то ли от осознания того, что это его глаза, язык и слова про убийцу завели меня так сильно, что я была готова закричать.       — Пожалуйста. Возьми меня, — прошептала я. Я была готова. Я нуждалась в нем! — Мне пофиг, что твои руки измазаны кровью. Я тоже не святая и готова убить любую, кто захочет тебя. В прямом. Смысле. Этого. Слова.       Его глаза вспыхнули, и похоже впервые в жизни он был ошеломлен. Молча его грудь вздымалась и опадала, но он медленно возвысился надо мной. Мои руки легли на его грудь и я смотрела ему в глаза, когда он развязал верёвку на штанах. Я заправила ему за ухо персиковые волосы, вдыхая аромат мяты, пока он доставал презерватив, и позволил джинсам упасть. Я смотрела ему в глаза, когда он раскатывал его по члену. Губы Чонгука приближались к моим.       — Я хочу тебя, — шептала я. — Я хочу твой пот на своем коже, твой язык у меня во рту и твой член, заполняющий меня. Чонгук, я люблю тебя, — ну вот, я опять это сказала.       Он за шею притянул меня к себе и страстно поцеловал, я отвечала на поцелуй с той же силой. Он опустил руку между нами, и направил свой член к моему входу, и я прижалась губами сильнее, так что могла почувствовать его зубы.       — Чертовски круто, — задыхался он, и я сжалась, закрыв глаза, мое тело трясло, когда он скользнул в меня, продвигаясь дюйм за дюймом.       Через мою матку прошел ток, прямо вниз по ногам, пока его твердый как камень член входил глубже, я позволила себе откинуть назад голову, обняв двумя руками Чонгука за шею.       — Быстрее, — приказала я, а он подчинился.       Именно он заставляет меня быть такой плохой девочкой. Именно я заставляю его так задыхаться, как сейчас.       Он всё ускорял и ускорял темп. Я стонала так громко, что была уверена: весь дом в курсе, чем мы тут занимаемся. Утренний секс–лучшее, что может произойти с человеком, у которого вся жизнь жопа.       Ещё пару толчков и мы оба кончим. И когда этот момент наступил, я очень громко крикнула:       — Я люблю тебя! ---------------------------- 짱*–на русский язык это можно перевести как «тадам!».