сто первых свиданий

Цветы пахли приторно-сладко, туфли Минджуна стучали каблуками по плитам пола, мимо проходили тихие, бесцветные в своей печали люди. Свет заливал крематорий, и Минджун опустил козырёк бейсболки пониже. У брата было пусто, все проходили мимо, не задерживаясь. Минджуна это устраивало. Шумиха вокруг аварии улеглась, однако некоторые всё равно узнавали его в лицо. Обычно Минджун не придавал этому особого значения, но сегодня ему хотелось просто быть собой. - Привет, хён, - сказал он. - Как твои дела? У тебя там всё хорошо? Он помолчал, словно ожидая ответа. - Я тебе цветы принёс, - сказал он и, повертев букетик в руках, добавил. - Не знаю, правда, нравились ли тебе такие. Брат не выразил возмущения, и Минджун прикрепил букет на стекло. Ячейка была пустовата. Минджун не знал, чем её заполнить. - У меня всё хорошо, если хочешь знать, - сказал он. - Ты бы, наверное, даже гордился. Хотя может и нет. Призрак не явился, вопрос не прозвучал в воздухе, и горящие буквы не проступили, но Минджун всё равно решил, что в настоящей беседе на этом месте брат бы спросил: почему? - Я практически не нарушаю закон, - сказал он. - Ещё у меня есть постоянная работа. Я даже помогаю людям. И у меня есть друзья, представляешь? И ещё, знаешь... Минджун переступил с ноги на ногу, подбирая слова. - Я ведь тебя совсем не знал, хён, - сказал он. - Понятия не имею, как бы ты отреагировал, заведи я этот разговор. Хочется верить, что ты бы не разозлился и не разочаровался. Ты был хорошим человеком, хён, поэтому я надеюсь, что ты бы понял меня. Кто знает, ты бы мог даже обрадоваться! Минджун улыбнулся и покачал головой. Как это было бы славно. Как это было нелепо. Но раз уж он решился выговориться, больше тянуть было нельзя. - Есть один человек, который мне очень дорог, - сказал он. - Знаешь, он бы тебе понравился! Этот хён... он мой хороший дру- нет. Не так, - Минджун вздохнул. - Он мне нравится. Очень. С ним я чувствую себя, как будто всё будет хорошо. Когда он рядом, я будто на своём месте, понимаешь? Здесь в настоящей беседе предугадать реакцию брата было невозможно. Минджун помолчал, прислушиваясь к себе. Мимо изредка проходили люди, но больше ничего не происходило. Минджун решил, что брат растерянно замолчал бы, и поспешил заполнить паузу. - Я всё понимаю, - сказал он. - Это тяжело принять. Но это так. Я... думаю, что люблю его. Не знаю. Мне не с чем сравнить, потому что раньше такого не было, но иногда я смотрю на него, и понимаю, что люблю. От всех этих разговоров о любви Минджун почувствовал, как щёки пылают. Он глубоко вздохнул и потёр лицо ладонями, которые ещё хранили сладкий цветочный аромат. - Я ему этого не говорил, - сказал он. - Вообще-то я пришёл посоветоваться, хён. У кого мне ещё просить совета в таких делах, как не у тебя, верно? Он тихонько усмехнулся и помолчал, ожидая, пока по коридору кто-то пройдет, волоча ноги. Наконец, снова стало тихо. - Стоит сказать? Я думаю, стоит, - сказал он. - Но я просто... ты ведь знаешь, у меня проблемы с доверием, и с чувствами вообще, и я не хочу всё испортить, понимаешь? Минджун опустил голову и сказал так тихо, что в настоящей беседе брат бы его просто не услышал: - Я очень боюсь его потерять. Было очень тихо, и в легкой светлой тишине дробно и мерно рассыпались чьи-то шаги. Они становились всё громче, а потом замерли совсем рядом. Минджун медленно обернулся. На пороге стоял Кану, одетый в официальный черный костюм. Само его присутствие в комнате отзывалось в каждой косточке Минджуна. Он почувствовал желание подойти, чувствуя себя подсолнухом, тянущимся за солнцем. - Что ты здесь делаешь? - беспомощно спросил он. Кану протянул фуражку пилота, которую держал в руках. Вид у него был спокойный и надёжный, как и всегда, а голос, когда он ответил, смущённый. - Не думал, что ты будешь здесь, - признался он. - Хотел отдать ему это. Фуражка не его, но я просто хотел... извиниться и... - он неловко улыбнулся. - Поговорить. - Именно сегодня? - Минджун покачал головой. - Какое совпадение. Ведь я тоже пришёл к нему поговорить. Он взял фуражку из рук Кану и покрутил её перед ячейкой, прежде чем положить внутрь. Вроде как давая брату рассмотреть её. - Смотри, - сказал он. - Это тот хён, о котором я рассказывал. Он принёс тебе подарок. Ячейка стала выглядеть не такой пустой. С букетом и фуражкой она казалась не хуже других. Кану подошёл поближе. - Здравствуйте, Ким Бомджун-ши, меня зовут Чхве Кану, - он вежливо поклонился, потом посмотрел на Минджуна. - Что ты обо мне рассказывал? Минджун улыбнулся ему. - Только хорошее, хён. Кану серьёзно кивнул. - Слава богу. Не хотелось бы позориться перед твоим братом. Я к нему с важным разговором. Минджун помолчал, потом неуверенно кивнул на дверь. - Если ты серьёзно, я могу подождать снаружи. Я не против. Кану положил руку ему на плечо. - Было бы здорово, если честно, - признался он. - Только не уходи без меня, ладно? Глядя на него, Минджун был подсолнухом, тянущимся за солнцем. - Конечно, хён. На пороге он бросил взгляд на Кану. Вид у того был одновременно взволнованный и решительный. Минджун не мог вспомнить, когда в последний раз видел его таким. Чтобы не подслушивать и дать Кану собраться с мыслями, он прошёл по коридору и спустился вниз. У входа стоял автомат, и Минджун взял себе горячий шоколад. Присев на капот, он стал ждать, когда Кану выйдет. Свободных парковочных мест сегодня было много, так что Кану припарковал свою машину рядом, и Минджун сначала хотел подождать на его капоте, но решил не рисковать воплями сигнализации. Кану вышел ровно когда Минджун допил свой шоколад. Быстрым шагом он направился к Минджуну и неожиданно сгрёб его в объятия. Минджун выронил стаканчик, но с готовностью обнял его в ответ. - Так хорошо поговорили? - иронически поинтересовался Минджун в его плечо. Кану, не отпуская, кивнул. - Что, правда? О чём же вы говорили? Кану чуть-чуть отстранился. - О тебе, - заявил он. Помолчав, добавил. - Не то чтобы это была равнозначная беседа. Я высказал, что хотел, и... - И? Кану отстранился, и они встретились взглядами. Минджуну было ужасно любопытно. Ещё и это совпадение - что они пришли в один день. - Мне показалось, что меня услышали, - загадочно сообщил Кану. Минджун скептически сложил руки на груди. - Я тоже сегодня, как ты выразился, "высказал, что хотел", - Кану любопытно посмотрел на него. - Но не могу сказать, что есть такое чувство, будто он меня услышал. Это как? Кану задумчиво помычал и сел рядом. Вытянув ноги он посмотрел на небо. - Я сказал, что было у меня на уме, - пояснил Кану. - А когда закончил говорить, понял, что его ответ всё равно бы ничего не изменил. Он мог бы хоть молнией меня поразить, и я всё равно стоял бы на своём. Так что было такое чувство, знаешь... как будто ему было нечего возразить. Он помолчал, смешно нахмурился и повернулся к Минджуну. - Понятно объяснил? Минджун посмотрел на него, и, чувствуя себя подсолнухом, потянулся за солнцем и положил голову ему на плечо. - Вроде того... - согласился он. - Меня вот тоже не поразило молнией.