Собственный путь

      Он сказал вытираться и одеваться в одежду, которую оказывается принес Син, что заходил, когда мне мыли спину и плечи. Черт. Это меня не на шутку смутило, ведь он же по сути видел меня голой, хоть и не всю. Вполне возможно, что он не смотрел в мою сторону, соблюдая рамки приличия, хотя бы перед Раджой, старательно меня намывавшим. Боже, все равно слишком смущаюсь даже от таких мыслей, но надеюсь, что Син все же не проявил натуру извращенца в настолько раннем возрасте. Раджа, сказав об ожидании меня в главной комнате, где нам снимали оковы, вышел, оставив мою тушку. Я вытерлась полотенцем, которое было простым куском ткани, и обмотала волосы, подойдя к табуретке с одеждой. Интересно, что Син мне выбрал? Надеюсь не какой-нибудь облегающий лиф с мини-юбкой, а то гранд капут.        Это было что-то сиреневое и белое, за что я сразу поблагодарила парня. Обожаю эти цвета. Взяв то, что лежало сверху, я развернула темно-сиреневую ткань. Это оказались шаровары, а под ними как раз лежал белый кушак. Так же мне нашли черную майку с короткими рукавами и поверх белую накидку, что надо было заправить в шаровары. Поняла я это, потому что почти так же выглядел и Син в 14 лет, одежда была, словно с него слизана и переделана под меня. Совпадение? Не думаю.       Я снова надела белье, натянув шаровары и тут же плотно обтянув их кушаком, чтоб не спадали. Когда я обвязывала все это дело вокруг талии, то случайно сильно затянула и это отдалось довольно сильной волной боли в спине. Боже, неужели синяк там такой большой? Уже аккуратнее я натянула на себя майку, стараясь не задевать царапины на кистях, но дальше одеваться не стала, так как Раджа обмолвился о перевязке ран, когда мыл меня. Сняв полотенце, я растрепала волосы, собрав их в косу на бок и вышла, проходя в ту самую комнату. По телу блуждала какая-то странная вибрация, словно я была колоколом и об него ударили молотом. Однако это чувство было знакомо, ведь у меня всегда так после душа и вскоре это ощущение прошло. Когда я вышла, то мальчику, как раз закончили перевязывать натёртости на ногах и руках, и как я заметила: его тоже помыли. Перевязку делал Син, а Раджи не было, но я спокойно и тихо села на табуретку и следила за движениями парня. Он сделал последний узел и, улыбнувшись, сказал: - Все, теперь не должно болеть,- на его слова мальчик отреагировал искренним счастьем и выпалил, улыбаясь во весь рот: - Братик, спасибо! У меня правда ничего уже не болит! Я смотрела на это без улыбки, однако на душе было спокойно. Это так по домашнему, но в голову врезалась мысль, что меня и его возможно будут преследовать и попытаются поймать, да и вообще накатило все плохое, что я пережила, а его было очень много. Отведя взгляд от этих двоих я смотрела куда-то в сторону, не замечая почти ничего. В голове крутились мысли о сожалении и боли, которую я принесла. Хотелось просто упасть на пол и зарыдать, ведь я в незнакомом мире, одна, без знакомых, друзей и родных. Я совершенно одна, наверняка не смогу найти никого, кто мог бы со мной остаться. Хотя, это все цикл взросления, мне нужно было рано или поздно это понять.       Видимо я сидела настолько поникшая, что не заметила, как ко мне подсел Син и помахал перед глазами рукой. Я, от неожиданности, вздрогнула, чуть отшатнувшись и не упав со стула, но меня вовремя удержали за плечи, спасибо его рефлексам. - А? Что?- вырвалось у меня, ведь я совершенно не понимала, что только что произошло, но быстро поняв, я начала краснеть. Син находился совсем близко. Конечно он меня придержал, чтобы я не упала, но из-за этого ему пришлось привстать и наклониться в мою сторону, а сесть он ещё не успел, поэтому лица были довольно близко. Сейчас я, из-за волнения, ругалась в уме своими отборными фразами, от которых у моей подруги уши завяли, но не об этом речь. Син оказывается все это время пытался спросить, что со мной.- Ой, прости, я просто задумалась.. Со мной все в порядке, правда, не волнуйся,- попыталась я сделать как можно более убедительное лицо, сквозь большое смущение. Ну впервые у меня такой близкий контакт с парнем, хехе, не судите. Син окинул меня своим оценивающим взглядом, наверняка проверяя не лгу ли я и, вздохнув, вымолвил: - Ну хорошо, только ты не зависай так больше,- после этих слов он отодвинулся и сел на табуретку, что пододвинул ко мне. Его серьезность сменилась на улыбку, и он стал смотреть на меня добрым и дружелюбным взглядом, - хей, давай знакомиться? Я- Синдбад из деревни Тисон. Это недалеко от этого города. А ты откуда? Как зовут?- по мере его слов к нам подвинулся и мальчик, сев на табуретку и тоже начиная на меня смотреть. Вот и сбылась мечта, я знакомлюсь со своим любимым персонажем, да ещё и при этом вижу его в возрасте, в котором никто не видел. Держите меня семеро, я улетаю на небеса. - Я- Аяме,- решив не использовать свое настоящее имя, ответила я. Это другой мир, тут другие традиции и имена, поэтому лучше мне со своим русским именем не выделяться.П плюс ко всему я считаю это имя красивым и даже писала фанфики с героиней, которой присваивала это имя. А вот с историей пришлось пофантазировать,- из Рема,- решила я не оглашать подробности, если не будут расспрашивать. Однако на моих словах у Синдбада засветились глаза, а я поняла, что следовало бы назвать какую-нибудь деревеньку из партевии. Вот же черт, ну ладно, приблизительно о Реме я знаю многое, так что выкрутимся, если будут расспрашивать. Пододвинув табуретку поближе, Син со светящимися любопытными глазами и улыбкой, немного наклонился ко мне и начал задавать вопросы: - Ты из-за моря? А как там? Какие у вас дома? Что вы едите? Вы летаете на животных, как говорят?- кто ему ересь такую наплел? Я, удивившись такому внезапному приближению , неловко улыбнулась, посмеявшись и отодвинув Сина, положив ему на плечо руки. - Стой, не так сразу,- сказала я, отпустив его,- Рем- жаркая страна, там очень много высоких строений, в особенности Колизей. Это такая большая пребольшая арена, на которой сражаются воины, ее особенность в том, что она круглая,- начала рассказывать я, сопровождая рассказ жестами, чтобы было понятнее. Парни слушали меня внимательно, особенно сливоволосый, ведь я знаю, что он обожает истории о дальних странах.- Также там есть Амфитеатр. Там показывают представления и рассказывают разные истории. Ещё там самый большой базар, там можно найти все, что хочешь, если поискать. Вечером все красиво и в разноцветных огнях, а ещё музыка и танцы,- говорила я с энтузиазмом, стараясь подбирать правильные слова и не ляпнуть чего-то такого, что может быть им не понятно, однако мой рассказ снова прервал кашель, что сдавил горло. Да что такое? Все же было нормально..       Син, тут же среагировав, понёсся к столу, беря тот самый стакан с лекарством, что я пила ранее и быстро дал мне, а я залпом выпила остатки. Фух, снова полегчало, но что это за приступы внезапно сильного кашля? Надеюсь, что такое будет повторяться не часто. Выпив, я выдохнула, и потерла горло. Было неприятно, однако этот отвар согревал и прогонял боль, так что жаловаться особо не на что. - Спасибо, Синдбад,- сказала я, немного улыбнувшись. Син тоже выдохнул, ведь все это время обеспокоенно на меня смотрел, пока я не дала понять, что все хорошо. Он поставил стакан на стол и улыбнулся, снова садясь на табуретку. - Можно просто Син. Хм, похоже ты пока не можешь много говорить. Эх, а я так хотел послушать истории о дальних землях,- вздохнул он, на секунду опечалившись, но потом воспрял духом и ударил кулаком о ладонь.- Блин, точно! Раджа же просил перевязать твои раны, потому что ему надо отойти к лавке!- на его слова я отреагировала удивлением, но одновременно было напряжение, потому что мне придется раздеваться перед Сином и показывать свою спину. От черт, я же стану помидором, поспелее, чем на самом удачном огороде этого года. Эх, ладно, придется это сделать, потому что дальше терпеть эту неприятную боль я не могу. Син принес бинты и какие-то мисочки с мазями, которые, видимо, были лекарством. - Сначала давай висок, - сказал он, начиная разматывать бинт, а я угукнула, придвигаясь поближе и поворачиваясь к нему боком, чтобы он обеззаразил рану. Он, видимо, что-то намазал на тряпку и стал аккуратно наносить вокруг моей ранки, что при контакте с лекарством сразу стала ужасно щипать, да так, что пришлось зашипеть от боли и прикусить нижнюю губу. Глаз снова заслезился, но я терпела, сидя на табуретке и слушая мальчика с Сином, что говорили мне потерпеть и успокоиться. - Спасибо, я терплю не волнуйтесь, кстати, я так и не знаю, как зовут тебя, малыш,- улыбнувшись через боль сказала я, посмотрев одним глазом на мальчугана, что удивился от моих слов. - Я? Я Нир. Живу в деревушке рядом с Тисоном, она не далеко, мы даже видим друг друга. Я только раз видел братика Сина у нас, он заходил к нашей соседке за чем-то, а потом я его не видел. Сестрёнка Аяме, потерпи пока не пройдет,- прервал он свой рассказ, потому что я тихо пискнула от сильного щипания, ведь Син намазал уже саму рану. Я, опять же через боль улыбнулась, снова посмотрев на Нира и сказав: - Да просто царапина, ничего, потерплю. Хм, так вы раньше встречались, прико..забавно,- чуть не выговорила я старое избитое выражение. Парни, похоже, удивлённо переглянулись, не понимая, что я хотела сказать, но спрашивать не стали. Син начал перебинтовывать мне голову, а я сидела смирно, чуть дёрнув головой, чтобы бинты легли нормально. Ему надо практиковаться в наложении, это даже мне понятно, хотя я сама не очень хорошо это умею. - Сестрёнка Аяме, а как ты попадешь домой, если твой дом в Реме? Ты сможешь до него дойти?- вдруг спросил Нир, что до этого сидел и смотрел на меня детским любопытным взглядом. Ох черт, придется все же рассказывать выдуманную историю. Я почувствовала, что Син закончил перевязку головы и внимательно нас слушает, поэтому пришлось театрально напрячься. В который раз говорю спасибо своему актерскому мастерству, что с детства у меня хорошее, ах, как не вовремя пришли воспоминания театра, в котором я выступала на театральном фестивале. - Понимаешь, Нир,..Я не могу вернуться домой,- сейчас в моем голосе была скорбь и ни капли притворства. Я действительно не могу попасть домой, обнять родителей и сестер, не могу снова прогуляться по нашей старой улице мимо небольшого парка, под названием "Грачёвка". Ничего этого теперь нет в моей жизни, поэтому и изображать уныние никчему, если оно само выплёскивается наружу. - Почему, Аяме? Ты не можешь сесть на корабль до Рема? Тебе в этом помочь?- спросил Син, обойдя меня и присев передо мной на колено, впиваясь в мои глаза своими, а Нир поддакнул ему, сделав серьезное,но по прежнему детское наивное лицо. Могу поклясться, что эти глаза- самые прекрасные, что я видела. Они отражали все его внутренние желания, показывая доброту, честность и искренность. Син желал помочь мне, попробовать изменить что-то, чтобы я была рада, счастлива. От такой доброты в мою сторону захотелось плакать. Плакать от бессилия перед судьбой, плакать из-за лжи, что мне придется навязывать им все наше знакомство. Я не хочу им лгать, но придется. - Понимаете, - закусила я губу, но продолжила,- когда я ещё была, как Нир... Ну, маленькой, и жила в своей деревне, то на нас напали. Это были разбойники, что пришли за богатствами, которые хранил наш глава,- на мои слова лицо Нира изменилось на напуганное, а Син, хоть и незаметно, но сжал руку в кулак, однако на лице и мускул не дрогнул.- Они взяли всех в плен. Маму, сестер..всех женщин и стариков, а мужчин они убили,- сказала я, пытаясь изобразить поникший голос. Кашля я не боюсь, даже он сейчас не сможет меня прервать. Ужасно противно от осознавания своей лживой натуры. Врать у меня получалось отменно, даже некоторые друзья удивлялись моему умению, из-за чего и отдалялись со временем. Мне не хотелось врать, но чтобы сохранить себе репутацию и не трепать нервы другим приходилось идти на это, а со временем я перестала даже замечать, как вру всем подряд. Вот и сейчас приходится врать, хоть я решила, что буду жить по новому.       Когда я вымолвила эти слова, то Нир вздрогнул, опустив голову и со страхом уставился в пол. Похоже, что он знает, что значит быть убитым, но откуда- мне не ведомо. Син же немного закусил губу, чуть отвернув голову в сторону и закрыв глаза. Мне вдруг пришло осознание, что возможно он вспомнил отца и Дариуса, которые наверняка запомнились ему на всю жизнь. Помню, как плакала на этом моменте при пересмотре Маги: Приключения Синдбада. Слишком жёстко создатели лишили моего любимого персонажа отца. Мне пришлось сглотнуть и закончить рассказ,- после этого меня.. продали в рабство, а деревню сожгли. Я не могу возвращаться, потому что мне некуда,- прикусив губу вымолвила я, смотря на свои колени. Не могу поднять головы из-за своей лжи, как же мне сейчас неприятно это делать..       Внезапно на мою руку легла чужая, и по размеру я сразу поняла, чья она была. Подняв голову, я уставилась на Сина, что смотрел мне в глаза со всей серьёзностью, на которую был способен. Чуть сжав мою ладонь, он сказал, немного сдвинув брови, становясь ещё серьезнее: - Не говори, что тебе некуда идти,- твердо сказал Син, что меня даже немного испугало, однако я понимала, что он всего лишь ободряет меня.- У человека всегда есть путь и место, куда он должен прийти, это точно. Мама всегда говорит мне, что жизнь- путь, который человек проходит и на этом пути у него есть множество мест, где он должен побывать, так что не говори такое больше! Если хочешь, то можешь жить со мной. У нас есть место для тебя, ты сможешь жить спокойно, не боясь, что на тебя нападут,- горячо вещал он, а я все больше поражалась, насколько это все похоже на фанфики, что пишут такие же мечтатели, как я. Словно рассказ, который придумывает чужая рука, сплетая и перевязывая судьбы других. Но сейчас это больше приободряло меня: у меня появилась возможность обзавестись крышей над головой, да и с Эсрой познакомиться, ведь я всегда хотела встретить маму Сина. Поэтому, возможно, на моем лице отразилась надежда на лучшее, но я все ещё сомневалась в решении. - Синдбад.. Ты точно уверен? Я же наверняка буду мешать тебе и твоей маме, - сказала я, ведь все ещё не уверена, что смогу жить с ними. Я, по природе, раздражаю людей, что поняла ещё в своем мире. Меня всегда не замечали остальные, ко мне никто не хотел подойти и познакомиться, никто первым не начинал разговор или не приглашал куда-нибудь, только когда у него знакомые кончались. Я не хочу навязываться людям, не хочу заставлять их быть со мной, только потому, что мне нужно внимание окружающих, чтобы окончательно не сойти с ума. Поэтому, серьезно посмотрев в глаза Сина, я стала ожидать его окончательного решения. Синдбад, сменив выражение лица с серьезного на удивлённое, сдвинул брови в непонимающей манере и, немного наклонив голову, сказал: - Странная ты,- что заставило холод пробить мое тело,однако его следующие слова помогли мне расслабиться,- я же говорю, что ты не будешь мешать. Иначе я бы предложил? Только тебе надо будет заниматься домашней работой, чтобы и тебе , и мне с мамой было хорошо - Напугал,- выдохнула я, прикрыв глаза и на секунду опустив голову. Затем я ее подняла, улыбнувшись,- ладно, если ты и правда не возражаешь, то я поживу с вами. И буду делать все, что нужно,- на мои слова оба парня воспряли духом и тоже заулыбалась, а Нир встал и обнял меня на радостях. Правда он слишком сильно сжал мою талию и, видимо, задел синяк, что остался у меня от того удара о стену, в ходе чего я громко айкнула, а мальчуган, испугавшись, отскочил от меня и начал извиняться, параллельно спрашивая, все ли в порядке. Син тоже перестал улыбаться и начал задавать вопросы о моем самочувствии. Но я почему-то не могла и слова их разобрать. Тело стало ватным, похолодело и словно отдавало вибрацией. Дышать было тяжело, в голове нарастала странная боль и, кажется, меня качало из стороны в сторону, а в глазах темнело и двоилось, да так, что меня тошнило. Меня качнуло вперёд, и я начала падать, сама этого не осознавая, словно проваливаясь в бездонную яму. Перестало присутствовать ощущение окружающего пространства, словно пришлось опять зависнуть в той кромешной темноте, но без острой боли, от которой хотелось кричать, рыдать и рвать себя на части, лишь бы избавиться от этого.       Стараясь прояснить зрение и пытаясь привести тело в норму, ведь рассудок был ещё при мне, я вглядывалась в расплывчатые омуты окружающего мира, что были перед моими глазами. В основном это были фиолетовый, белый и янтарный цвета, из чего я предположила, что меня поймал Син и пытается что-то сделать. Так вот, что чувствуешь, когда теряешь сознание, хм, однако странные у меня ощущения. Возможно у других они были более оригинальнее, как например у девушки, что была со мной в больнице, когда у меня было лёгкое сотрясение мозга из-за случая на физкультуре. Она говорила, что у нее все перед глазами поплыло, ноги подкосились, и она сначала осела с кружащейся головой, а потом уже упала, отключившись только через минут 10. Хм, кажется ее звали Маша.. Внезапно во рту появился какой-то странный привкус чего-то горького и склизкого, словно мне всунули лизун из темного шоколада. Кое-как, но я смогла проглотить эту странную массу, однако сразу оно на меня не подействовало. По горлу потекло это нечто, согревая и прогоняя онемение на пару секунд, но взгляд у меня все ещё не прояснился, ловя перед собой все те же цвета: фиолетовый, белый и янтарный, иногда попадался коричневый и серый, но я не очень понимала, что это такое.       Примерно через десять минут, я поняла что меня уложили на что-то ровное, твердое и не очень удобное, словно пол, но оно было из дерева. Возможно стол, но кто его знает. Более-менее взгляд прояснился, а онемение и странная боль в голове отпали, уступая место этому сладкому облегчению, когда все тело расслабляется и тебе просто очень хорошо. Взгляд прояснился, открывая моему взору каменный потолок, весть в каких-то вмятинах и небольших дырочках, однако тут же появилось обеспокоенное лицо Нира, что чуть ли не плакал, смотря на меня сверху вниз. - С-сестренка Аяме,- заикался мальчик, закусывая губу, чтобы не плакать, но все же дорожки слез покатились по его щекам, падая где-то рядом со мной. - П-прости! Я не хотел, чтобы тебе было больно! - Нир, все в порядке,- прохрипела я не своим голосом, пытаясь приподняться на локтях, чтобы вытереть его слезы, однако чьи-то чужие руки мягко уложили меня обратно, чему я поначалу удивилась. Повернув голову влево я увидела Сина, что почему-то вытирал губы, но улыбался. - Аяме, ты ещё не полностью поправилась. У тебя много синяков и царапин, лучше полежи,- сказал он, мягко улыбнувшись и наклонив голову на бок. Я, смутившись, отвела взгляд, ведь не могу смотреть людям в глаза. Сразу робею и боюсь, что они увидят во мне что-то ничтожное и страшное, что заставит их тут же отдалиться от меня. Син, похоже, пустил лёгкий смешок, и повернул голову к Ниру,- Нир, успокойся, она уже в порядке. - Точно?- все еще не до конца веря словам Сина, вымолвил мальчик, уже вытерев свои слезы. - Точно,- одновременно спокойно ответили я и Синдбад, тут же переглянувшись и засмеявшись. Со стороны это и правда выглядело забавно, но от смеха у меня заболели легкие и пришлось прерваться и кашлянуть. Парни тоже остановились и обеспокоенно на меня посмотрели, ах да, они же волнуются. - Все хорошо,- заверила я, немного улыбнувшись. Ага, хорошо, но боль-то осталась. -Раз все хорошо, Аяме, тогда давай я продолжу перевязывать тебе раны,- сказал Син, а я поняла, что настал самый напряженный для меня момент. Вздохнув и кивнув, я повернулась к ребятам спиной и сняла майку, молясь, чтобы ничего не произошло во время перевязки. Услышав испуганный вздох, что доносился от Нира, я и сама напряглась. Что же у меня там такое страшное на спине? - Ребят, все хорошо?- обеспокоенно выговорила я, чуть оборачиваясь. Лицо Сина не выражало ничего хорошего: серьезный, даже злой, взгляд был прикован к моей спине, губы стиснуты, брови нахмурены и сведены, а зрачки сужены. Рука сливововолосого покоилась на глазах Нира, что придерживал чужую конечность своими маленькими ручками. Оба молчали, пока Син не посмотрел мне в глаза, все с той же пугающей серьезностью, которая так не свойственна мальчикам 10 лет. - Ты.. Знаешь, что у тебя тут?- спросил он, а я еще больше напряглась. По телу прошел холодок, а сердце забилось чаще от представления шрамов, которые там могут быть. Это первое, что пришло мне в голову, ведь татушек или родимых пятен у меня быть не могло. Или там просто такой большой синяк? - Нет, по идее там должен быть большой синяк,- честно ответила, молясь Соломону, чтобы только он там и был. - Он есть, но еще… у тебя большой шрам, где ты его заработала?- Син снова посмотрел на мою спину и, кажется, провел пальцем по шраму, но это отдалось жуткой неприятной болью во всем теле, так что я зашипела, стиснув зубы и что-то промычав. Черт, почему так больно?       Я почувствовала, что рука парня тут же отпряла от моей спины и стало легче. Блин, неужели я не смогу даже одежду надеть в таком случае? Или надеть тот наряд из Артемиуры? А может мне носить бинты, как ожп моей подруги из интернета? Эх сколько же проблем от этого мира.. - Ясно, я об этом не знала. Можешь его быстро перевязать? - тихо спросила я, повернувшись обратно и сев попрямее, дабы было удобно перевязывать. Не могу понять: откуда? Откуда у меня этот шрам? Неужели постарался тот синеволосый мужчина? Или Гриборд? А может он появился, когда я висела в пустоте? Ничего не знаю.. Синдбад промолчал, однако по звукам, он опустил руку с глаз нира и открыл банку с какой-то приятно пахнущей мазью, начав намазывать ею мою спину. Сколько же усилий потребовалось мне, чтобы не застонать и не зарыдать от боли. Она пробивала все мое тело, заставляла вздрагивать, дергаться и шипеть, как кобра. Все, что я себе позволяла- это тихое айканье,саркастичное мычание и нашептывание родных русских ругательств. Так я , пока не закончилась перевязка спины и рук. Быстро намотав мне слоев шесть-семь бинта вокруг талии, груди, кистей и предплечий, Синдбад завязав всю конструкцию на три крепких узла и довольно откинулся, облегченно выдохнув и проговорив: - Все, можешь одеваться,- после этих слов я как можно быстрее натянула майку, так же облегченно выдохнув. Что ж, ад пережит, можно и отдохнуть. Я повернулась к ребятам и тут же погладила Нира по голове. Эх, он думает, что виноват в моей боли, но это совсем не так. Кто-нибудь уберите это печальное виноватое выражение лица с его чудной мордашки, а не то я его точно никому не верну. Улыбнувшись мальчику, я попыталась его успокоить, что у меня вышло вполне хорошо. Лицо Нира просветлело, появилась детская счастливая улыбка, которая заразила и Синдбада, к кому я вернула взгляд. Он сидел, смотря на нас и тоже искрился позитивом, затем встал и сказал: - Что ж, я пойду и скажу Радже, что сегодня надо пораньше уйти, а вы собирайтесь. Путь не такой и близкий,- после этого он скрылся за массивной деревянной дверью, по видимому ведущей к прилавку с рыбой. Хм, кстати, когда они успели проветрить комнату? Тут больше не пахнет тем рыбьим жиром, от которого нос закладывало. Я встала, вздохнув от всего, что пришлось пережить мне за этот ужасный длинный день , повязала на пояс белый кушак, который пришлось снять ранее, и накинула белую накидку с узорами. Наверное, будь у Раджи зеркало, я бы сочла это за косплей 14 ти летнего Сина.. Меня дернули за рукав накидки, и я удивленно уставилась на Нира, что мялся и стоял рядом. Присев перед мальчиком, плюя при этом на ноющую неприятную боль в теле, я спросила: - Что такое, Нир?- он отвел взгляд, затем закусил губу и проговорил: - Сестренка, а мы.. Сможем еще увидеться?- затем он взглянул на меня с нескрываемой надеждой, а я растрогалась. Мне никто такого не говорил таким детским голоском, конечно, в интернете это не считается, поэтому было как-то приятно и хорошо на душе, от осознания, что человек хочет со мной увидеться, поэтому я улыбнулась и потрепала мальчика по голове, сказав: - Да, обязательно увидимся еще. Наши деревни же рядом, поэтому я буду приходить к тебе - Ура! Я так рад!- заулыбался мальчик и хотел было обняться, но вовремя вспомнил, что меня нельзя пока что трогать, это его не сильно разочаровывало.       Встав, я немного повела плечами, разминая затекшие мышцы, и стала думать, что делать с оковами. Если колодки Раджа еще может сжечь, так как они из дерева, но железо.. С собой потащить и на помойку выкинуть? Или оставить тут? Мои раздумья прервал вошедший Синдбад, что снял свою белую повязку и положил на стол, затем оборачиваясь к нам. - Вы готовы?- спросил он, оглядывая меня и Нира, который радостно кивнул. Хех, рад мальчик, что с родителями вновь увидится. Я же, все таки решив спросить, ответила: - Готовы, но.. Что нам делать с оковами? Син удивленно вскинул брови, затем пожал плечами, вскинув руки вверх и сказал: - Раджа придумает что-нибудь. Не беспокойся, он сам это сказал,- на этих словах я выдохнула, немного улыбнувшись. Понятно , эх какой же все-таки Раджа добрый.