Убей меня, исцели меня

      — Твое молчание убивает меня, — с тоской заметил Конг, понимая, что не в силах смотреть на уходящего Пи…       Артит сразу заметил, что Конга нет на рабочем месте. Не потому что он был отправлен куда-то с поручением или отсутствовал по иной причине. Он просто ушел. Сразу после обеда, когда Артит встречался с Намтан, которая принесла ему приглашение на свадьбу с Джейком, Конг просто ушел. Артит не мог себя заставить не смотреть на часы. Каждая минута чувствовалась, будто в висках пульсировала каждой секундой стрелка.       Все остальные реагировали спокойно. Может, он чего-то не знал?       — Не знаете, где НонгКонг? — спросил Артит у коллег, ни к кому конкретно не обращаясь.       — В последнее время он плохо себя чувствовал, — сказала Пита.       — Заболел? — удивился старший.       — Да. Я видела, как он принимал таблетки, потому что болела голова. ПиДанай сегодня разрешил ему небольшой перерыв.       Остаток дня Артит мучил себя мыслью, что не заметил состояние Конга. Потому что он снова думает только о себе. Тревога нарастала с той же силой, как бушевал сейчас дождь за окнами офиса.       Как только стрелка часов коснулась конца рабочего дня, Артит сорвался с места. Никогда он так не спешил домой. Но не к своей двери он подошел, когда выбежал из лифта. Конг не открывал. Артит стучал долго и настойчиво, пока парень из другой комнаты не высунул голову на громкий стук.       — Эй, чувак, — беззлобно подал голос он. — А ты не думаешь, что там просто никого нет?       Артит извинился и пошел к себе.       Ослабляя узел галстука, Артит схватился за телефон, но вспомнил, что Конг сменил не только телефон, но и номер. Артит пролистал список контактов и нерешительно нажал на еще одно подзабытое имя.       — Здравствуйте, доктор Кайл, — вежливо начал он, когда вызов приняли.       — Я ждала твоего звонка, Артит, — привычные спокойные интонации ее голоса успокаивали.       — Что-то случилось?       — Нет. Но я знала, что ты мне позвонишь, когда услышала о работе Конгфоба от его отца.       — Почему вы позволили нам встретиться снова? — волновался Артит. — Ведь вы сами говорили, что мне нельзя быть рядом с ним. Что я причина!       — Успокойся, Артит, — уверенно произнесла Кайл. — Я так говорила и сейчас так думаю. Но я не хотела бы, чтобы вы не общались, не это моя цель.       — Но почему тогда?..       — Можно ведь посмотреть на это все и с другой стороны, не так ли? — прервала она.       — Я…Не понимаю…       — Подумай хорошо. Я не могу принимать за тебя решения. Пограничное состояние в любом случае настигло бы Конга. Рано или поздно. Но все зависит теперь, как ты будешь реагировать, если уж вы встретились снова.       Артит попытался сглотнуть вязкий ком в горле. Но не смог. Потому что понял, чего он хочет. На самом деле он сказал это давно, вслух, уверенно и громко: он хочет сделать Конга счастливым человеком. Но только вот знать бы наверняка, что сделает младшего счастливым. Снова сомнения.       Артит отложил затихший телефон и откинулся на кровать, устало проведя ладонью по лицу. Он не заметил, как отключился, не успев додумать мысль, которая мучила его.       В дверь негромко постучали. Артит сначала не понял, что это за звук. Но, спохватившись, поднялся и бросился к двери. В дверной глазок он увидел Конга. Нет. Не Конга. Этот взгляд был не его. Артит не раздумывая распахнул дверь. Младший стоял прямо, но дышал тяжело, будто бежал. В самом уголке его губ кровоточила ссадина. Всегда опрятный сейчас он выглядел потрепанным. На разорванном рукаве рубашки виднелись следы крови.       — Что случилось? — отчаянно вырвалось у Артита, когда он, расширив глаза от ужаса, схватил его за руку, чтобы посмотреть на ранение.       Младший молча схватил его и прижал к себе. Артит дернулся, но горячие руки крепко обхватили его спину.       — В этот раз я не отпущу тебя, — твердо раздалось у самого уха.       — Я понял, понял, — уверял Артит.       Хватка ослабла, и Артит сам потащил младшего в комнату, закрывая за ними дверь. Он вспомнил, что у него осталась мазь, которой он лечил когда-то свою ссадину и синяк. Хотел принести, но ему не дали: младший преградил дорогу.       — Ты боишься меня? — его голос звучал тихо, но необычно сурово.       Артит поднял на него глаза. Перед ним сейчас не Конг. Старший это прекрасно понимал. Это был тот самый Ви, который едва не сломал четырех парней голыми руками. Но он его не боялся.       Ви молча опустился перед старшим на колени и опустил голову, будто прося наказания.       — Я хочу, чтобы ты понял, — тихо заговорил Ви. — Ты тот, кто рождает меня. И убивает меня. Лучше убей меня, иначе человек, которого ты не хочешь знать, станет преступником.       Артит не выдержал, ноги подломились, и он рухнул перед младшим на колени.       — Я не боюсь тебя, — твердо произнес он, поднимая руками лицо Ви и заглядывая ему в глаза. — И не хочу убивать тебя. Я хочу сделать тебя счастливым.       — Тогда будь со мной, моим, — шепнул Ви и потянулся к Артиту.       Старший почувствовал на губах вкус крови, жар и горечь. С таким же отчаянием он ответил на поцелуй.       Ладонью Ви прижался к его шее, сильно, хватая и передавливая горло. Но Артит не испугался. Он отчаянно хотел сейчас любой боли себе, если она при этом покинет Конга.       Но вопреки ожиданиям Артита рука Ви ослабила хватку. Его пальцы стали легкими, порхающими по коже старшего, пробирающимися за воротник рубашки. Открытой кожи ему казалось мало.       Поцелуй кружил голову. Горячие руки Ви обжигали кожу. Он действовал без сомнений, открыто говоря о своих желаниях. Их сила чувствовалось даже в робких касаниях.       Ви оторвался от губ Артита и внимательно смотрел теперь на него. На его приоткрытые влажные губы. На кончик языка, который прошелся по ним, увлажняя еще больше.       Ви хотел что-то сказать, но ему не дали. Несмело Артит обхватил его шею и сам ласково начал лизать ранку на губе. Почувствовал, как его легко и осторожно подняли, и комната закружилась. Как под спиной прогнулся матрас. Как его лизнули в ответ. Как медленно раскрыли его губы горячими губами. Как встретились их языки. Было жарко. Нестерпимо. Ви, видимо, тоже. Он чуть отодвинулся, присев на бедра Артита. Скинул свою рубашку. Затем стал расстёгивать пуговицы рубашки Артита. Так мучительно медленно, что старшего от нетерпения и желания выгибало навстречу рукам Ви.       Грудь поднималась учащенным дыханием. Оба задыхались от возбуждения. Ви отодвинулся и стянул брюки старшего, а потом и свои. Делал все осторожно, наслаждаясь каждым движением. Снова навис над ним, медленно повел руками по бокам Артита, задев соски, и чувственно сжал большие пальцы у самого паха. Артит не выдержал. Содрогнулся и кончил.       Перед глазами все еще плыло, но он сумел заметить, как Ви пальцами снял густые белые капли с головки и медленно облизал их. Артит снова начал задыхаться. Накатила новая волна удовольствия и возбуждения, сильнее прежней. Артит приподнялся и, хватаясь за плечи, спину Ви, потянулся к его губам. Тот охотно делился с ним своим сорванным дыханием, мягко сжимая ладонью их сведенные вместе члены. Большой палец медленно ласкал напряженные головки, распределяя сочившуюся смазку.       Их стоны смешались. Слились в один. Ви целовал его везде, где мог дотянуться. Не только губами. Язык, иногда зубы дарили нежность и боль одновременно. Артит забирал все. Он и сам кусался и царапался, пытаясь проникнуть под кожу. Чтобы быть там, внутри него. Как можно глубже. Так крепко, чтобы ничем не оторвать.       Ожидаемая разрядка сорвала с губ самый протяжный стон. Уже хриплый, сухой. Мышцы расслабились, и сладкое томление распространилось по всему телу.       Ви осторожно потянул за собой Артита и прилег, не размыкая объятий. Будто боялся, что Артит исчезнет, стоит ему моргнуть. Его сбившееся дыхание ласкало и щекотало влажную кожу на шее старшего.       — Ты мне нужен, Артит, — тихо произнес Ви. — Я не могу без тебя. Сегодня я вспомнил ту девушку, которая приходила к тебе. Тогда я увидел, как тебя бьют, и сильно разозлился. Никому не позволю сделать тебе больно. Но это случилось. Я допустил. Не смог предотвратить. Поэтому хотел сделать больно себе. Но только снова причинил боль окружающим. И тебе. Поэтому я больше не вернусь. Только ты останься. Прошу… Не уходи…       Его слова звучали все тише. Ви провалился в глубокий сон. Артит долго смотрел на спящего, поправляя его длинную челку, трогая его ранку на губе. Он расслабленно размышлял над словами Ви. Оказалось, что выход был. Он был всегда. И он понял только сейчас, что хотела сказать ему доктор Кайл. Артит может быть причиной. Но причиной всему. Исцелению тоже.