Чужая жизнь

      С утра Алёна проснулась с жуткой мыслью — сегодня контрольная по истории, а она ведь даже напрочь забыла и совсем ничего не повторяла. Но теперь было уже поздно что-то менять, первым уроком была история, а Алёна и так опаздывала.       Девушка мигом схватила рюкзак, набросала туда тетрадей и учебников, почти не всматриваясь, что к чему, и побежала в школу, на бегу жуя яблоко, так как позавтракать она не успела.       В кабинет Алёна вбежала вместе со звонком. Ну и видок, должно быть, у неё был, потому что одноклассники вдруг почему-то начали смеяться и коситься в её сторону. Но обернувшись, девушка поняла, что причина была немного в другом. И теперь эта причина стояла с невозмутимым видом позади неё со сложенными на груди руками. — Мало того, что мы позволяем себе опаздывать на контрольную, так, видимо, здороваться не в наших правилах? Да? — сказала историчка ледяным тоном. — Ах, да, совсем забыла, здравствуйте, Марина Николаевна! — растянулась Алена в притворной улыбке и села на свое место.        Историчка взглянула на неё с лёгкой ухмылочкой и молча протянула листок с контрольной.        Естественно, девушка не могла написать в работе ровным счетом ничего, ведь прошлые три года она витала в облаках. Теперь же от безысходности Алёна вновь погрузилась в свои мысли. Спустя пятнадцать минут из транса её вывел стук в дверь и тонкий писклявый голос Насти Шапкиной: — Ой, здравствуйте, Марина Николаевна! Извините за опоздание, можно войти? — Да, конечно, Настенька, проходи, — раздался в ответ голос улыбающейся учительницы, — вот, смотри, это задание пропускаешь, в этом делаешь пункты один и четыре. Есть вопросы?        Шапкина отрицательно покачала головой и отправилась на пятую парту.       Алёна вся кипела. За что к ней такое отношение?! Хотя кого она обманывала? Ведь прекрасно же знала, за что.        Вскоре девушка поняла, что Настя — её единственный шанс написать хоть что-то. Она аккуратно кинула ей клочок тетрадного листа с просьбой о помощи. Новоприбывшая что-то написала и вернула листок Алене. В записке значилось следующее: "Отвянь от меня, дура, ты настолько тупа, что я не хочу иметь с тобой ничего общего. Мне просто нужно было, чтобы ты осталась совсем одна"       Алёна несколько раз перечитала запись, прежде чем до неё дошел весь смысл написанного, вот же тварь! Ну ничего, она еще за это поплатится!       Но своей цели Настя добилась — Муравьёва действительно осталась в полном одиночестве. Конечно, кроме Вики, у неё были еще подружки-одноклассницы, но, вероятнее всего, они общались с ней чисто из приличия.       Девушка встала и положила на учительский стол чистый лист. Она с вызовом посмотрела на Марину Николаевну, и... ничего не произошло. Историчка бегло взглянула на контрольную и с иронией сказала ученице: — Молодец, теперь открывай учебник на девятой странице.       Удаляясь, Алёна увидела свеженькую единицу, появившуюся рядом с предыдущей.       Вдобавок ко всему она вновь услышала голос учительницы: — Муравьёва пусть останется после уроков.        Теперь крышка гробика плотно захлопнулась за ней. Что-то будет...        После звонка большая часть ребят быстро рассосалась, но все же осталась толпа зевак, желающих увидеть гибель несчастной жертвы. Одного прожигающего взгляда учительницы было достаточно, чтобы она осталась в кабинете наедине с Алёной. — Либо ты начинаешь нормально учиться, либо я иду напрямую к директору. И я не шучу, — произнесла историчка.        Алёна взглянула ей в глаза. Только сейчас она заметила, какие они глубокие и синие, Алёна никогда ни у кого ещё не видела таких красивых глаз.       Девушка рассматривала женщину и наслаждалась каждой её чертой. Но скоро прозвенел очередной звонок, в кабинет ввалился нестройной толпой следующий класс. Алёна кивнула и выбежала в коридор.       Да, девушка будет нормально учиться. Но не потому, что испугалась директора. Просто что-то изменилось в ней самой. Алёне было стыдно за свои поступки, она уже жалела обо всем содеянном.