Попаданец не туда

      — Ещё старый король Эйрис высоко ценил субстанцию именно этого сорта и рецепта. — соловьём заливался алхимик-пиромант Галлин.       — Сколько у вас всего бочонков? — спросил я.       — После битвы на Черноводной у нас осталось всего три тысячи семьсот тридцать семь горшков. — Галлин смущённо поник. — Но мы работаем не покладая рук, как вы и приказывали, и скоро восстановим прежний темп производства. — Поспешил он заверить меня.       Я решил сделать ставку на дикий огонь. Драконов у меня нет, но зато у меня есть ручная и верная Гильдия Алхимиков, способности которых пропорционально зависят от силы драконов (поэтому в последнее время их эффективность и сила дикого огня возросла). Для этого требовались кадры, число которых было изрядно сокращено во время взятия столицы Тайвином.       Поэтому, я собрал всех ныне живых алхимиков и поставил перед ними соответствующие задачи. Как они поначалу выли и не соглашались. «Мы не передаём свои секреты кому попало! Мы не будем брать учеников!». Но потом заткнулись и подчинились. Кто благодаря шантажу, кто благодаря мзде, кто благодаря угрозам.       Было решено набирать среди детей от семи до пятнадцати наиболее смышлёных и ловких и приставлять их к мастерам-алхимикам, которые должны их обучать. Для большей пользы, один алхимик теперь имел не одного ученика, а нескольких. И должен был их обучать всем азам и премудростям алхимии. Жить эти дети будут в комнатах прислуги и формально, «на бумаге», будут являться помощниками на кухне. Пропитание они также будут получать от замка, штатный паёк как у слуг.       Алхимикам же назначалось щедрое жалование и содействие в опытах. Но проводить эксперименты они должны были на расстоянии десяти километров от столицы. Поэтому им пришлось занять небольшой скалистый островок в заливе Черноводной и каждый раз, когда они хотят что-то испытать, плыть туда с грузом, а затем обратно. Но такая мера предосторожности исключала возможность пожара в столице.       Также, было создан пока что экспериментальный аналог начальной школы. Для этого я попросил выписать из Цитадели мейстера. Нехотя, но мне прислали двадцатитрехлетнего мейстера, который лишь пару месяцев назад закончил обучение и получил все звенья цепи. Логично, что Цитадель не пошлёт на непонятно какое предприятие опытного или известного мейстера, но на первых парах достаточно и такого «неофита». Мейстера звали Хендель и он горел энтузиазмом и жаждой знаний что довольно редко встречается среди людей его профессии. Не успел ещё перегореть и столкнуться с суровым академизмом. Тем лучше для меня.       Он с радостью согласился обучать два десятка детей. Дети эти были преимущественно из простолюдинов, но было также несколько знатных и дворянских детей. Так как они являлись воспитанниками при дворе, я мог припрячь их к обучению. Они воспринимали его просто как ещё одни уроки (помимо фехтования и прочего, чему они итак уже обучались), для них занятия с замковым мейстером были обычным делом. А вот для простолюдинов всё было в новинку. Говоря «простолюдины», я имею в виду, детей местного конюха, оруженосцев, пажей, служек и прочих придворных. Не прям оборванцев с улицы, а отпрысков вполне привилегированных индивидуумов и высоко стоящих в пищевой цепочке иерархии, по меркам простолюдинов.       Таким образом, в стране появилось первое профессиональное учебное заведение. А как же Цитадель в Староместе? Условно говоря, в Цитадели готовят мейстеров, то есть «специалистов широкого профиля», что означает, что Цитадель больше похожа на университет, а не на профессиональное ремесленное училище, грубо говоря, ПТУ, где обучают конкретному узконаправленному ремеслу, которое востребовано в обществе. И нельзя забывать, что Цитадель целиком и полностью территория мейстеров у которых не пойми, что на уме. Серьёзно, в каждом замке, у каждого уважающего себя лорда, есть мейстер, который имеет доступ ко всей переписке лорда, а также, что немаловажно, доступ к здоровью лорда и его семьи. «На, выпейте микстуру, милорд» — улыбаясь, мейстер протягивает пузырёк яда.       Дела образовательные были улажены и теперь мне предстояло проверить отчёты мастера над монетой, мастера над разведкой (Я решил переименовать должность, потому что, право, «мастер над шептунами» одним только названием не вызывает к себе доверия) и военные отчёты. Не сказать, что я не доверял, но подобные вещи требовали личного контроля с моей стороны. Что жутко раздражало и отнимало уйму времени. Пора заняться созданием собственной Королевской или Имперской Канцелярии, которая заведовала бы всеми бумажными делами, распространяла, оглашала и систематизировала королевские указы, а также вела архив и занималась прочей административной бюрократической волокитой, которая неизбежно ждёт любое крупное цивилизованное государство. Проект Канцелярии был поручен Кивану Ланнистеру, который недавно прибыл в столицу по приказу Тайвина, чтобы помогать мне в управлении. Он был верным дому и короне человеком, которому можно было доверить курирование столь важной задачи, по сути организации первого аналога министерств и коллегий.       Также, была проделана колоссальная работа по усилению моей Серой Гвардии (т.е. де-факто моей личной армии). Сир Барристан, назначенный главой гвардии, вылезал из своего кабинета только на плац и в казармы, чтобы проследить за исполнением приказов. Работы у него было навалом, короче говоря.       Для начала был принят единый стандарт вооружения.       Было выковано пара сотен алебард и сделан заказ ещё на несколько сотен. Алебарды были известны в этом мире, но в Вестеросе их не использовали, здесь традиционным оружием являлся меч. Зато алебарды успешно использовались в Вольных Городах, в частности в Норвосе, где это оружие считалось разновидностью секиры, которая являлась традиционным оружием и символом Норвоса. Алебарды уже успели достойно себя показать, особенно в бою против тяжёлой пехоты, которая здесь являлась основным типом боевой единицы.       Был создан следующий боевой порядок: впереди стояла линия пикинеров, вооружённая длинными пиками. Они принимали основной удар, и вражеская конница вязла в них, а длинные пики не давали коннице продвинуться и держали её на дистанции. Сразу за пикинерами стояла линия щитоносцев, с широкими щитами и короткими мечами, наподобие римских легионов, они сдерживали натиск. Специально были созданы эти самые «пики», путём удлинения обычного копья в два раза, уменьшения толщины древка и превращения наконечника из плоского острия в четырёхгранное, для лучшей пробиваемости брони. После того как пикинёры приняли на себя основной удар, а щитоносцы сдержали натиск, приходило время алебардистов, которые своими алебардами зацепляли и стаскивали прорвавшихся всадников с лошадей. В довершение, по флангам стояло несколько отрядов тяжёлой кавалерии, которые должны были ударить в тыл противнику после того, как вражеская армия окончательно увязнет, а организованный строй смешается и начнётся сражение беспорядочных толп.       Вот такое вот революционное для местных реалий построение.       Я не обольщался. Должно пройти много времени, чтобы весь потенциал такой тактики раскрылся. Ещё больше времени должно пройти чтобы снарядить и обучить солдат. Королевские Земли — это небогатый регион, который держится лишь за счёт столицы. Если Простор, Долина или Дорн поглядят у нас эту новаторскую тактику, то они могут «позаимствовать» её и с их экономикой они соберут и натренируют армию по такому образцу в два раза быстрее. Конечно, на моей стороне всецело Утёс, но практически невозможно убедить его, что надо взять и во время активных боевых действий, начать тотальное перевооружение армии. Убедил бы его показательный пример. Например, стычка «реформированной» армии с вражеской, в которой мы бы одержали победу. Но для начала нужно найти такую армию лохов. В радиусе ближайших, лишь недобитки Станниса, которые сбежали на Драконий Камень после сокрушительного поражения.       После казни мятежника Станниса, остатки его войска укрылись в хорошо укрепленной бывшей вотчине Таргариенов и не собирались идти сдаваться. Хотя, вру. Изначально, после вести о поражении Баратеона, Алестер Флорент, который фактически остался за главного, пытался устроить переговоры и выторговать себе почетный плен, но переговоры не состоялись. Потому что, выживший после Черноводной, сир Давос Сиворт, вернулся на остров и раздул затухшее пламя мятежа. Он поставил Алестера Флорента на место, арестовал и посадил в темницу Мелисандру и, самое главное, короновал Эдрика Шторма, единственного признанного бастарда короля Роберта Баратеона.       Теперь станнисовский мятеж вспыхнул с новой силой. И если Станниса многие не любили за его гипертрофированное чувство справедливости и двойные стандарты, то к Эдрику это не относилось. Тем более, что фактически вместо двенадцатилетнего мальчика, правил совет, состоящий из сира Давоса Сиворта (занимающего ключевую позицию), сира Эндрю Эстермонта и сира Ролланда Шторма. Вдова Селиса Флорент была отстранена от регентства и ей мягко намекнули, что её обязанности ограничиваются лишь воспитанием Ширен Баратеон. Дочь Станниса кстати никто не решился короновать, так как все понимали, что король мужского пола, пускай и бастард, это лучше для страны и поданных, нежели чем женщина. В памяти людей ещё свежи были воспоминания о гражданской войне Таргариенов, которая вошла в историю как «Танец Драконов».       Короче говоря, на Драконьем Камне всю власть получила партия «людей короля», придворных Станниса Баратеона, сохранивших веру в Семерых. И это опасно. Если бы это была «партия королевы», то было бы проще. Импульсивная Селиса, поехавшая Мелисандра, девочка Ширен Баратеон в качестве претендента — это всё несерьезно и сложно назвать это реальной проблемой. А вот претендент, в лице признанного (!) бастарда прошлого короля, которого поддерживает несколько штормовых лордов и регентом которого является принципиальный и имеющий репутацию честного человека Давос Сиворт.       С такими лучше договориться. Я не хочу враждовать с адекватными и честными людьми. Дело в том, что мы с ними преследуем в целом общие цели. Если бы я смог объяснить им все свои задумки и их перспективность и пользу для народа и людей, то уверен, что эти хорошие люди согласились бы со мной и поддержали бы меня.       Если переговоры не помогут, останется не самый приятный вариант.       Впрочем, до этого ещё дожить надо.       В прямом смысле дожить.       Очень неприятные новости идут из-за моря. Птички Борнхольма на хвосте принесли, что магистр Пентоса Иллирио Мопатис проявляет подозрительную активность. Зашевелился.       Но это мелочи, на фоне того, какие слухи я ещё узнал. Подумаешь, Иллирио собирается выставить на шахматную доску Юного Грифа, это всё меркнет на фоне того, что сообщил один осведомитель.       А сообщил он следующее. В богатой усадьбе Иллирио Мопатиса, был замечен частый гость, с лысиной и внушительным животом.       Поначалу я поржал с этой новости. С каких пор Паук сделался вихтом? Или в Эссосе завелись Белые Ходоки?       А потом я задумался. Серьезно так задумался. Никто не видел, как Варис склеил ласты. Единственный свидетель — Мизинец, которому вообще нельзя верить. Он так и сказал Неду Старку, когда предал его и приставил кинжал к его горлу: «Я же предупреждал, чтобы вы не доверяли мне». Каковы гарантии, что Паук скопытился? Я лично проверял тело? Нет, лишь окинул взглядом какое-то тряпье, мало похожее на Вариса. Немудрено. С высоты нескольких сотен метров упасть о голые камни, мокрого места не останется, в лепешку превратишься.       Если Варис жив, то он имеет личные счёты ко мне и готовит месть.       Это значит, что один из самых опасных и влиятельных людей Планетоса сидит в защищенном месте и строит планы против меня.       А человек ли Паук вообще? Может, реально русалка. Нырнул с большой высоты в воду и уплыл…       Так, бред какой-то в голову лезет.       Далеко не факт, что Варис целёхонек и разгуливает по апельсиновым садам Пентоса. Это может быть банальная дезинформация, намеренный спектакль и показуха для того, чтобы напугать или воодушевить разных людей, коим этот спектакль и предназначался.       Но на всякий случай, будем исходить из того, что Варис сейчас тусуется у своего кореша Иллирио, и готовить контрмеры против возможных неприятностей, которые он обязательно устроит.       В таком случае, Джоффри Баратеон окружен врагами со всех сторон.       Север — Белые Ходоки и Робб Старк, который по донесениям шпионов, неожиданно взялся за ум и развел кипучую деятельность по наведению порядка в армии и в тылу.       Юг — дорнийцы жаждущие кровушки и Простор, который пускай и вроде как наш союзник, хотя свадьбы с Маргери ещё не случилось, но они всё равно преследуют свои интересы и будут продвигать своих людей на важные позиции.       На западе железнорожденные, от которых не знаешь, что ожидать, а по ту сторону Узкого моря шизофреничка Дейнерис Таргариен, которая не питает ко мне дружественных чувств. Помимо её, существуют интриганы из Вольных Городов, в первую очередь кружок по интересам вокруг Юного Грифа, а также, не подтверждено, но с большей вероятностью, Железный Банк Браавоса, который с помощью долгов крепко держит за яйца большинство городов Эссоса. Вестерос не так глубоко сидит в долговой яме Браавоса, миллион долга королевской казны — это сущие копейки, поверьте. Это смехотворные суммы, которые несложно выплатить, если провести нужные реформы.       Поэтому, Железный Банк очень заинтересован в том, чтобы запрячь Семь Королевств в долговое ярмо.       Но это лишь мои догадки, основанные на отчетах Тириона и наблюдением за политикой Эссоса.       Если это всё так, то я в глубокой заднице. Ведь на моей стороне лишь дом Ланнистеров и Тайвин, и то, лояльность последнего под вопросом. Он, как и все, преследует личные цели. Если он посчитает, что для дома Ланнистеров будет полезно, свергнуть чересчур неуправляемого меня, то он это сделает.       — Милорд! Вам письмо. в комнату вошёл слуга.       — От кого? – нахмурился я.       Слуга всмотрелся в конверт.       — От Дейнерис Таргариен. — прочитал он.