ЧасПик

Пока в команде будущих отважных разведчиков собачились по пустякам и лелеяли обиды, жизнь в поселении била ключом. И все – по голове. Медики не обманули – они действительно придумали, как вывести из комы водителя автобуса. Неизвестно, кому пришла в голову гениальная идея, что человеку станет лучше возле монстра, в которого превратился безобидный старенький автобус, но эта гипотеза подтвердилась. Более того – превзошла самые смелые ожидания. Когда тело водителя положили рядом с мирно жующим травку УАЗ-ом, человек встал и, как сомнамбула, пошел к машине. Не останавливаясь, прошел сквозь лобовое стекло и исчез. Монстр фыркнул, зарычал мотором, взвизгнул тормозами и покатил на кинувшихся врассыпную людей. Около часа он гонял население по поляне, крушил недавно созданные шалаши и пугал детей. Спустя час-двадцать монстр вышел на связь. Причем сделал он это не жалея ни громкости динамиков, ни словарного запаса Великого-Могучего-Русского-Матерного, ни ушей и чувства прекрасного бедных попаденцев. - Ого, вещает! – Ваня приподнялся на локтях, уставился на негодующий автобус. Валя густо покраснел, а Ильинична пыхнула огнем и рванула к дебоширу. - Щаз что-то будет… - Соня прижала ушки к голове, обернулась к Сенину: - Ты жаловался на нашу команду? Радуйся, что этот тип не с нами. Ильинична тем временем подскочила к автобусу-матерщиннику и выдала мощную струю огня в разноцветный бок. Металл оплавился, автобус дико завизжал, развернулся, и с матом-перематом покатил на бабульку. - Ты б на кого поставил? – хвост Сони нервно дергался, а в глазах зажегся огонек азарта. - На бабку, сто процентов. За ней теперь и реактивный самолет не угонится. - Ух, ты! А Надежда Ильинична крута! – Валя приоткрыл от удивления зубастый рот. Мимо разведчиков с воем и матом пронесся автобус, за ним – бойкая пенсионерка. - Сколько ставишь? - Три к одному, нет, пять к одному, что бабка его загоняет. - А как же возраст? Вдруг ее инфаркт хватит? - Ее-то? – Сенин аж отвлекся от созерцания гонок, - это вряд ли. Хош подниму до 7-ми, что автобус уже через минуту попросит пощады? - Принимаю! - А чем отдавать-то будете? – подала голос Леночка. Даже ее эти гонки вывели из состояния анабиоза. – Деньги вроде не в ходу сейчас. - Тссс! – трое спорщиков зашипели почти в унисон, не сводя взгляда с полянки, где резвились бабулька и автобус. - Не отвлекай. Потом решим. - Ага, лучше минуту отсчитай. Мне этот ушастый по гроб жизни должен будет! - Хрен тебе! Автобус держался молодцом. Когда бабка загнала его в тупик, развернулся и, зажмурив все три глаза, рванул на таран. Ильинична отскочила, не успев даже огнем плюнуть. Сенин с Валей разочарованно взвыли, Соня азартно хлопнула себя по коленям и мимоходом показала фигу парням. Леночка меланхолично отсчитывала секунды. - Давайте, Надежда Ильинична, надерите ему зад!!! – заорал Валя, вскакивая с места. Потом смутился и быстро сел обратно, оглядываясь. Однако его порыва никто не заметил. Весь народ собрался на пригорке у генеральской сосны, а сама Ильинична сконцентрировалась на шустром УАЗ-ике. - Огнем его, огнем! - поддержал дух соревнования Сенин. Соня уже открыла рот тоже что-нибудь крикнуть, но вовремя одумалась: победа в пари это хорошо, но с вредной бабкой еще путешествовать. А подпалины на шерсти очень плохо заживают. Парни, меж тем, продолжали подбадривать Ильиничну. - За Родину, за Сталина! - Покажите, что старших уважать надо! Соня шипела и сжимала кулаки. - Пятьдесят… восемь. Пятьдесят… девять. - Нуууу… - рыжая подалась вперед, предвкушая победу. - Ильинична! – не своим голосом завопил Сенин, - он вас по пенсионному пускать не хотел! Хами-и-ил! - Шестьдесят! Секундой позже полянку накрыла волна огня. Как ни странно, вследствие этого происшествия никто не пострадал. На поляне выгорела трава, были сожжены дотла некоторые шалаши и личные вещи, но никто не получил даже небольшого ожога. (Кроме УАЗ-ика, который был отправлен в лазарет и, после воспитательных процедур Ильиничны, не матерился.) Травмы были исключительно моральные и, в большинстве своем, - у развед-отряда, который в полном составе получил жесткий выговор. - Вы, Надежда Ильинична, - распинался Палыч, - Вы же взрослый человек! Работник культуры!!! Как вы могли поддаться на провокацию этих молодых оболтусов? Вы же… Ильинична виновато кивала головой и не спорила, но в морщинках старушечьих глаз пряталось глубокое удовлетворение от собственной победы. - Эх, - Палыч махнул рукой, - что Вам рассказывать. Благо, что ваша команда скоро уберется. И да, спасибо, что помогли усмирить автобус. - Вот с этого и надо было начинать, – ворчливо сообщила Илинишна и отчалила, довольная собой. Остальных отправили на отстройку лагеря. За подстрекательство. Труд, как известно, облагораживает человека; а труд из-под палки на благо «угнетателя рабочего класса» – еще и сближает, по духовно-идеологическим соображениям. Наверное поэтому к вечеру четверка горе-разведчиков уже неплохо общались между собой. Конечно не без подколок, но зато без откровенной грызни. Сразу же после ужина провинившиеся были сняты с общественных работ и отправлены под генеральскую сосну – отсыпаться перед походом. Палыч обещал разбудить их лично, с первым лучом солнца. Однако до восхода ждать не пришлось – в третьем часу ночи в лагере случилось очередное ЧП. Сначала жаркую тишину ночи разрезал механический трезвон будильника, потом – испуганный женский крик: высокий, на одной ноте. К нему присоединялись другие голоса, слышался плач и мат, среди людей нарастала паника, все население спешно стремилось покинуть поляну. Однако опасности видно не было. Все, кто находились на пригорке около генеральской сосны, недоумевали: что могло так сильно испугать людей. Палыч и Соня побежали вниз первыми; четырехрукого гнал долг, а журналистку – профессиональное любопытство. - Твою мать! – Соня резко остановилась, глядя на небосвод и не замечая толкающих ее людей. Все жители поселения бежали, как крысы с тонущего корабля, но не успевали скрыться. Многорукая огненная тварь, похожая на какого-то монстра из мультфильма казалось вот-вот схватит мечущихся в панике людей. Рядом шумно выдохнул Палыч. - Черт, как мы могли не заметить его сверху? - Сверху? – рядом остановился врач в помятой одежде. Его третий глаз нестерпимо сиял фиолетовым. – Сверху видно не было? Галлюцинация! - Что? - хором переспросили Владимир Павлович и Соня, но врача рядом с ними не оказалось – он бежал, раскрыв руки и что-то выкрикивая, к монстру. - Писец, - охрипшим голосом сказала Соня, - у вас медик сбрендил. - Нет, смотри. Но Соня и остальные жители и так видели, что тщедушный врач подбежал к монстру и… обнял его. Точнее, попытался обнять – его руки беспрепятственно прошли сквозь огонь и монстр исчез. В тот же миг смолк будильник. Был слышен только шепот удивленных людей, чьи-то всхлипывания и детский смех. Из толпы выбежал маленький ребенок и, заливаясь звонким смехом, протянул руки к доктору. - Че за нах? – озвучил мысли большинства появившийся на полянке Сенин. – Тут все бегали туда-сюда, я тоже ломанулся за вами. Прибегаю – док входит в непонятно откуда взявшийся костер и пламя гаснет. Что за фокусы среди ночи?! - Это было массовой галлюцинацией, - начал объяснять доктор, все еще баюкая на руках смеющегося малыша. - Мы все сошли с ума? - Нет. И звук будильника по утрам, и видения детской кроватки, игрушек, предметов быта – все это массовые галлюцинации, которые наслал на нас этот маленький проказник, - док подмигнул улыбающемуся карапузу. - Это происходит непроизвольно, как я понял. Малыш что-то придумывает себе, а благодаря мутагенно приобретенным способностям всех находящихся поблизости посещают галлюцинации. Если звонок будильника и предметы быта ребенок подсознательно доставал из памяти, чтобы успокоится, то сегодняшняя галлюцинации – что-то вроде кошмарного сна, вызванного стрессом от увиденного. - А если бы монстр был настоящий? - Значит, нашему поселению не нужен врач, у которого совсем не развита интуиция, - отшутился доктор на чей-то вопрос, - все, можете расходиться и досыпать. Со мной прошу пойти родителей этого ребенка. - Слушай, а доктор-то фаталист и фанатик своего дела, - Сенин зябко передернул ушами - Угу, вот потому я и решил слинять с местного лазарета, - буркнул Валя, - этот док меня пугает. Да и мымра не лучше. - Может оно и к лучшему? Такие люди все сделают ради своего дела. Соня попыталась подбодрить парней, но от нее лишь отмахнулись. Над синей полянкой медленно серело небо, знаменуя рассвет и новый, полный приключений, день.