Сотни лет одиночества

      Обилие всевозможных предметов роскоши беспощадно резало мужчине глаза. Все эти картины, созидательную красу которых уродовали увесистые золотые рамы; статуэтки и скульптурные изваяния, безвкусно расставленные в чудовищно привольном порядке; мягкие до тошнотворности канапе, кресла; баснословно дорогие столы, шифоньерки, сделанные из исчезающего вида древесины; персидские ковры, которые, наверняка были приобретены ею явно не из-за пытливого интереса к древней культуре, а только чтобы похвастать излишним богатством перед такими же умственно ограниченными аристократами, коей она сама и являлась… и при том в арсенале хозяйки дома не имелось ни одной толковой книги. Однако госпожа Вайолет Сеймур, своим ещё более чванливым внешним видом, затмевала демонстративно-напыщенное убранство её собственного дома. Несомненно, на лицо она вышла очень даже миловидной дамой, но толстый слой ненужной косметики, неудачно подобранная причёска, тяжёлые побрякушки на шее и пальцах и чересчур пышные юбки платья явно не подходили ей по возрасту, и лишь скрывали природные достоинства…       После его приезда в Англию, слухи о таинственном иностранце разлетелись по всему городу, что и потревожило чёрный ящик Пандоры. Казалось, теперь каждая незамужняя барышня хотела оторвать свой кусочек пирога. В стороне не осталась также вдова Вайолет Сеймур, которая оказалась гораздо проворнее остальных конкуренток и нашла в себе недюжинную храбрость, чтобы пригласить обаятельного иностранца к себе в поместье после бала. Да, кандидат в мужья был уже немолод, но при этом обладал харизмой, дьявольским остроумием и редкой мужской красотой. Седина придавала ему образ, некого, умудрённого опытом человека, а ухоженная бородка лишь подтверждала наличие утончённого вкуса.       Графиня Сеймур, оглядывая в восхищении непривычный высокий рост и широкие плечи гостя, поторопилась разлить дорогой импортный чай по фарфоровым чашкам, украшенным мелкими драгоценными камнями. Женщина всё это время не спускала с чужеземца глаз, не переставая гадать о том, произвело ли на него впечатление интерьер дома, а, главное, хозяйка…       — Позвольте вас спросить, граф, откуда вы к нам приехали? — кокетливо спросила госпожа Вайолет, пригласив мужчину сесть за стол для чаепития.       — Из Румынии, — присев на кресло, он отставил трость в сторону, далее начал неспешно снимать перчатки, пока вдова переставляла чашки с подноса на столик.       — Скажите, а это правда, что вы являетесь далёким потомком того самого… — она осеклась, стараясь подобрать нужные слова, чтобы ненароком не вызвать гнев у потенциального поклонника.       — Совершенно верно, — подтвердил гость, роняя вторую перчатку на подлокотник кресла, — более того, у меня не только одна фамилия с прославленным князем, но и имя. Я граф Владислав Цепеш, а мой предок был никто иной, как сам Влад Дракула…       Только госпожа Сеймур что-то хотела добавить, как уверенное движение им твёрдой рукой вверх, заставило её замолчать.       — Да. Колосажатель, — смело добавил он, явно поставив этим госпожу Сеймур в неловкое положение.       Неуклюже улыбнувшись, Вайолет опустилась на соседнее кресло. Очевидно, что горделивый тон Цепеша указывал на его абсолютную, даже слишком властную натуру. Владислава не смущала родственная связь с тем, кто жестоко расправлялся в равной степени и с врагами, и с подчинёнными, пронзая тела неверных огромными, заострёнными кольями. Подобные нелицеприятные исторические факты, пробудили у Вайолет давно забытое чувство дикого страха. По её спине прокатилась волной дрожь от поясницы до самой шеи…       — Простите, я, наверное, немного увлёкся, — обнажив белые зубы, виновато произнёс граф Цепеш, — не сменить ли нам тему разговора?       Но от натянутой улыбки, вдове стало не по себе. Поднеся к губам чашку с чаем, она с неимоверным усилием сделала небольшой глоток. Хоть её собеседник был на вид симпатичным мужчиной, но что-то в нём раз за разом вызывало скользкое чувство паники у Вайолет, от которого начинало бессознательно сводить живот.       — Пожалуй, не отказалась бы, — на выдохе промолвила графиня, замерев в тревожном ожидании.       Цепеш безмятежно переместил взгляд на свои манжеты и, задумчиво хмыкнув, несколько раз провёл ладонью по запястьям.       — Разрешите унять моё любопытство и ответить на вопрос, госпожа Сеймур, — его голова наклонилась чуть вбок, — когда вы собираетесь познакомить меня с другими жильцами поместья?       Граф заметил, как волнение хозяйки дома отразилось дрожью в губах. Глаза вдовы распахнулись пуще прежнего, а пальцы, что сжимали ручку чашки, слегка вспотели от перенапряжения. В голову закрались ненужные мысли, которые Вайолет стремилась во время знакомства с очередным будущим воздыхателем запрятать как можно глубже, в самые потаённых местах её грешной души.       Неужели, эти богатенькие кошёлки растрепали ему про?..       — Если вы имеете в виду моего пасынка, то он уехал из поместья на некоторое время, так как достаточно взрослый, чтобы самовольно покидать пределы родного дома, когда ему того захочется! — откашлявшись, скороговоркой отчеканила она, нервно поставив чашку с чаем на столик. Прекрасная идея побыть наедине с красавцем-румыном теперь казалась ей безмерно глупой и импульсивной, а заветные мечты об удачном замужестве уже грозились разбиться о скалу отчаяния. Однако графиня даже не подозревала, что это было только началом…       В какое-то мгновение, улыбка с лица Владислава Цепеша пропала. Взгляд мужчины слизкой пиявкой вцепился в неё, вынуждая её поведать о своих самых сокровенных и жутких тайнах, которые Вайолет всем бесстыжим сердцем желала забрать с собой в сырую могилу.       — Вы скверная лгунья, моя дорогая, — брови графа грозно сдвинулись, а лицо исказила гримаса отвращения и презрения. — Я прекрасно осведомлён о том, что вы, используя психический недуг своего пасынка, не только утоляете свои похотливые желания посредством его молодого тела, но и продаёте сына погибшего графа Сеймура на радость морально испорченным дамочкам из Высшего общества…       Прежде чем женщина успела вскрикнуть от ужаса, что завладел каждой клеточкой её тела, он одним рывком бросился к шее вдовы, задев угол столика. Далее, с хищным рыком, Цепеш разорвал острыми вампирскими клыками мягкую ткань кожи вместе с парой колье из жемчужных бусин. Бурный фонтан крови хлынул из вскрытой артерии, заливая мебель, пол и утончённый костюм Влада. Жемчуг с дорогих женских украшений хаотично рассыпался на полу. Отпрянув от жертвы, вампир с неприкрытым удовольствием наблюдал за последними секундами никчёмной жизни Вайолет, как она дёргалась в предсмертных конвульсиях, задыхаясь от нехватки кислорода.       Единственное, что испытывал Цепеш, довольный кровавым зрелищем, это горесть от того, что вдовушка так быстро отдала концы. Выплюнув на ненавистный персидский ковёр грязную кровь, граф Дракула склонился над бездыханным телом, не в силах сдержать ироничного тона:       — Вообще-то, дорогуша, я женат…

***

      — Повелитель, прошу простить меня за вопрос, но вы не боитесь, как на ваши небольшие приключения отреагирует госпожа Луминита?       Как и было положено, верный слуга Дракулы поджидал своего господина недалеко от поместья Сеймуров. Григор стоял с равнодушным видом до тех пор, пока не заметил идущего рядом с его хозяином молодого мужчину, лет двадцати пяти. К слову, слугу Дракулы сложно было удивить, но этот случай стал исключением.       — Меня волнует лишь одно, Григор, будет ли у меня несварение из-за употребления некачественной крови…       Приспешник Цепеша шумно выдохнул.       — Всё шутите, Повелитель, — покачал Григор головой, после переключил внимание на странного смертного, который несмотря на физическую зрелость, вёл себя как малолетний ребёнок, не отпуская руки Влада. — Только вот, когда Вы приведёте его в поместье, госпоже Лумините это явно не понравится, и тогда, боюсь, Вам будет не до шуток…       — Где твои манеры и сочувствие, Григор? — укоризненно взглянул граф Дракула на подчинённого, — его зовут Максимилиан Сеймур и он психически не здоров. Когда-то его отец, Вильям Сеймур, помог мне, а я собираюсь вернуть ему должок…       Слуга не сумел найти ничего в ответ на проницательные речи Повелителя. Ему оставалось лишь послушно согласиться с Хозяином и молча телепортировать вместе с ним и Максимилианом в Трансильванию…

***

      Почувствовав присутствие любимого мужа где-то совсем рядом, Луминита Цепеш поспешила встретить дорогого супруга. В предвкушении пылкого воссоединения после мучительно-долгой разлуки, вампирша только в понятных лишь ей целях, слегка взъерошила чёрную копну волос, вслед за этим, подобно грациозной лебеди, спустилась со ступеней на первый этаж.       Как и подтвердились её догадки, Влад не заставил себя долго ждать. Окрылённая страстной любовью, Луминита тут же бросилась в объятия к обожаемому мужчине, стоило ему с Григором переступить порог дома. Встретив вампира горячим поцелуем, преисполненным откровенного желания, Луминита игриво захихикала, порываясь как можно быстрее показать то, насколько сильно она тосковала по нему, даже не взирая на то, что он был весь перепачкан в чужой крови. Влад, в свой черёд, позволил жене припасть к его груди, а после прошептал на ухо то, от чего вампирша издала возбуждённый стон. Однако как только в поле зрения женщины попал приведённый Григором чужак, её любовным играм с графом пришёл конец…       — А кто это такой?!       Слепая любовь жены, обходилась порой Цепешу слишком дорого. Мина признавала лишь его одного, и не желала видеть в их особняке других мужчин. Припомнив то, как утомительно долго привыкала она к Григору, Дракула устало закатил глаза. Но он был готов к такой реакции своей пассии.       — Любовь моя, позволь тебе представить графа Максимилиана Сеймура. Это сын моего покойного друга, который нуждается в серьёзной помощи…       Лицезрея, как взрослый молодой мужчина, присев на корточки, рисовал пальцем невидимые узоры по каменному полу, Мина Цепеш обескураженно замерла, скривив соответствующую нелепой ситуации физиономию.       — Да, я это вижу! — огрызнулась вампирша, обратившись к трезвому рассудку супруга. — И как долго я буду пребывать в обществе этого прокажённого?!       — Столько, сколько потребуется, — как можно спокойнее ответил Влад, надеясь, что и жена вскоре сменит гнев на милость. — К тому же, обращение в вампира поможет ему избавиться от всех болезней!       — Погоди! — возбуждённый разум женщины не мог не зацепиться за последние слова, произнесённые Цепешем, которые прозвучали для неё чем-то судьбоносным, — ты сказал «болезней»?! И чем же наш Максимилиан ещё болен?       — Прошу, Луминита, угомонись, — ласково проговорил граф Дракула, обхватив пальцами тонкие запястья своей любовницы, — ему и так пришлось несладко, из-за того, что мачеха использовала его для своих утех, более того продавала распущенным аристократкам. Я не удивлюсь, если Максимилиан подхватил от них какую-нибудь заразу…       На первое время речи любимого супруга заставили о чём-то задуматься Мину. Она погрузилась в долгие раздумья, а когда, казалось, созрела для ответа, неожиданно оказалась прервана главным виновником их с Владом небольшой семейной ссоры. Из-за перепалки вампиры совсем позабыли про Максимилиана, которому надоело и дальше оставаться в тени.       — Лу-лу! — воскликнул Сеймур, по-детски наивно указав рукой на Луминиту. — Лу-лу!       Этого хватило для того, чтобы вызвать у чрезмерно темпераментной вампирши вспышки ярости, а у Дракулы — приступы безудержно звонкого смеха.       — Как. Он. Меня. Назвал?! — обиженная женщина готова была растерзать на месте нахала, если бы не вмешательство Григора, который обезвредил сзади Госпожу. — Пусти меня, Григор! Пусти!       — Ха-ха! А ты ему понравилась, милая!       Несомненно, Максимилиан Сеймур привнесёт в их вечную жизнь немного разнообразия. Об этом граф Владислав Цепеш знал заведомо. Оставалось только Лумините смириться с пребыванием нового обитателя в их поместьи, а эта задача казалась практически невыполнимой…